Калейдоскоп миров. Сборник рассказов и повестей

Анджелина стояла, прижавшись спиной к стене. В каждой из рук она крепко сжимала по тускло блестящему Desert Eagle. И выглядела с ними невероятно сексуально в этом аварийном освещении. Дурацкие лампы нарушили такую привычную для наших дел темноту. Приборы ночного видения, конечно, такой свет не ослепил, но сделал их теперь совершенно ненужными. Я стянул прибор с головы и снова посмотрел на Анджелину. Так ещё краше. Она тоже сняла прибор и бесшумно, элегантным движением, сунула его в рюкзак за спиной. Она была очень похожа на известную актрису, оттуда собственно и прозвище или по-нашему погремуха. Меня, кстати, кличут Майкл, но ни к какому-нибудь Джексону или ещё какому звездуну из Америки, это отношения не имеет. Просто зовут меня Миха, Михаил, Мишка Майданов. Да, фамилия у меня тоже не фурор, но здесь, как говорится, родителей не выбирают, ничего не поделаешь.

Работали мы в паре. Знакомы давно и пока, тьфу-тьфу-тьфу, у нас всё идёт по маслу – не попались ни разу. А всё потому, что мы тщательно прорабатываем каждый план и стараемся от него не отходить. В нашей паре она отвечает за силовую поддержку и охранные системы, я делаю всё остальное. Видеонаблюдение отключено, поэтому можно передвигаться свободно, но эта контора в жилом доме, поэтому создавать лишний шум не стоит. Ещё один фактор заставлял меня немного стрематься – мы впервые выполняли заказ. Я долго проверял всю эту мутную историю, и мы долго не решались за это взяться. Просто это казалось какой-то подставой. А потом Анджелина пробила заказчика через свою подругу, и стало понятно, что никакой подставой и не пахнет, но работать на дядю мы никогда не пробовали, и от этого было стрёмно. Куш был очень заманчивый – можно было отдохнуть пару лет от трудов наших не праведных, а изъять нужно было всего лишь папку с файлами.

Дверь в кабинет была даже не заперта. Я знал, внутри тоже видеокамера и рядом сейф, на который по плану три минуты.

Я управился за две. Деньги, шкатулка, пластиковая папка с документами – это выхватил луч моего фонаря.

– Забери деньги, – негромко сказала Анджелина, оказавшаяся рядом, отчего я вздрогнул, ведь она должна быть в коридоре.

– Не дуркуй, мы здесь не за этим, – спокойно сказал я, вытягивая папку и пихая её в свой рюкзак.

– Деньги лишними не бывают, – буркнула она, глядя, как я закрываю сейф и складываю свои приблуды.

– Деньги скоро будут, ты же знаешь, – посмотрел я на неё, но увидел лишь блеск её глаз, – или у тебя есть сомнения? – насторожился я.

– Нет, – коротко ответила она и, развернувшись на пятках, сунула стволы в свои специальные потайные карманы.

Возвращаться пришлось тем же путём, что пришли. Других вариантов не было. И это был ещё один неприятный момент.

Окно.

Я предпочитал проходить через двери, но камера наружного наблюдения выходила ещё и на двор с дорогой, где мог проехать автомобиль, а значит, тайна нашего проникновения может быстро стать не тайной, что мы не планируем.

С окном тоже пришлось повозиться.

Тёплая летняя ночь овеяла нас лёгким ветерком. Испарина есть. Я это почувствовал. Значит, «Передрейфус» ещё не отпустил меня. Тишина и никого. Вот это мне не нравится. Мы медленно шли в тени деревьев, росших рядом с многоквартирным домом. Ничего подозрительного, кроме моих личных ощущений. Мы добрались-таки до мотоцикла, который оставили на стоянке около детского сада, чтобы не привлекать лишнего внимания. Прыгнув в седло и ощутив приземление Анджелины за спиной, я взялся за ключ зажигания, и тут же резкий укол в шею заставил меня дёрнуться. Я резко поднял руку, чтобы проверить, что это за хрень. Рука тут же упала, а свет в глазах померк.

Бормочущие голоса раздавались где-то поблизости. Будто за дверью нашей спальни шёл ожесточённый спор шёпотом. Веки были тяжёлыми. Глаза никак не хотели открываться. Значит, нужно помочь себе руками, решил я. Твою мать, что это? Глаза мои по-прежнему были закрыты, но мне и не нужно было их открывать, чтобы понять: руки мои несвободны. Мало того, они были подняты вверх. А глаза, похоже, не открывались из-за того, что на них повязка.

– Аджи, – хоть кляпа во рту нет.

Тишина. Хотя нет. Скрипнула дверь. Кто-то вошёл.

– Очнулся, – скорее утверждение, не вопрос.

– Вы чо чертополохи, быстро меня развязали, – я не, видел кто стоит передо мной, да мне это, в общем-то, было безразлично. Вырубать меня и связывать никому нельзя.

Мощный удар слева в челюсть утверждал обратное. В ухе зазвенело, но было терпимо.

– Слышь ты, герой, – не сбрасывал я обороты, – развяжи меня и дерись как мужик, крыса грёбаная.

Следующий удар прилетел в солнечное сплетение. Сбил дыхание и заставил меня замолчать.

– Заткнись, придурок, – грубый мужской голос. Ну, слава богу, меня хоть не баба бьёт.

– Хватит, – другой голос, приятный баритон, – Майданов, вы преступник, рецидивист. То, что вы ни разу не попались и не предстали перед судом, не говорит о том, что о ваших с подельницей делишках мы не знаем, – голос утих, взяв паузу.

– А чо слабо сказать мне это глядя в глаза? – дыхание восстановилось, но тон я немного снизил, чтобы не провоцировать «бугая», так я назвал придурка, что врезал мне.

– А это ни к чему, – продолжил голос, – мы здесь не на свидании. У меня к вам деловое предложение, – я явно услышал смешок в голосе «вертухая», ну как его ещё назвать, я не знал, – правительство проводит эксперимент, а вам предложено в нём поучаствовать…

– Да пошли вы нахрен, – долго я не думал.

– А у вас альтернатива не очень, – и снова этот скрытый смешок, – не участвуете – становитесь покойником – погибли при попытке ограбления. Так что, на мой взгляд, решение очевидное, хотя вы можете меня удивить Михаил, удивите, – добавил он с издёвкой.

Вот же тварина. Куда это я вляпался?

Противное ощущение. Ничего не видишь. Обездвижен. А может, это розыгрыш?

– Если это розыгрыш, – я сделал паузу, соображая, кто бы мог это сделать.

– Это не розыгрыш, Майданов.

– А что с Анджи?

– С кем? – удивился «вертухай», а я напрягся. А что, если Анджелине удалось свинтить? А я её палю.

– Если ты об Антонине Мягковой, – продолжил он, – то не в твоём положении думать о ней, думай о себе.

– Тебя, *ля, забыл спросить, – огрызнулся я и тут же получил очередной удар под дых. Антонина, хмыкнул я про себя, а я ведь даже паспорт её ни разу не видел.

– Пять минут Майданов, у тебя есть пять минут на размышление, – очередной удар.

Да что ж вы твари такие, думал я, восстанавливая дыхание. Дверь снова скрипнула.

Я, похоже, остался один. Тишина нарушалась лишь каким-то далёким гудением. Тело болело, но мне не привыкать. Я не неженка и в своей жизни дрался не раз и не два. Я, вообще-то, сирота. Родителей не знаю. Степановна, говорила, что меня просто подбросили. Сначала очень хотел, чтобы меня забрали родители. Мечтал, что вот они войдут и… потом пришла злость и ненависть, после чего мне просто стало пофиг. И после этого я понял, что судьбу свою я должен строить сам. Вот собственно я и начал её строить. Вчера я был, наверное, самым лучшим медвежатником, ну во всяком случае, самым удачливым. А кроме того, богатым и тайно влюблённым в Анджелину. Тайным потому что считал это своей слабостью, а проявлять слабость перед подельником – последнее дело. У нас были отличные партнёрские отношения. Без секса и обязательств в этой области. Нас всё устраивало.

А сегодня кто я?

Пленник неизвестно кого. Наполовину труп. Я был уверен, что слова «вертухая» не блеф и жив я до сих пор лишь потому, как им от меня что-то нужно. Откажусь, мой труп найдут где-нибудь. Так себе перспективка, но и обратная сторона медали мне тоже не нравится. Влезь в какой-то эксперимент, исход которого мне неизвестен – это лажа. Что бы сказала Анджелина, согласись я? Но отказаться я действительно не могу, сдохнуть, не достигнув своей цели, я не могу.

Кто-то вошёл. Я не слышал, как скрипнула дверь. Так задумался, что зевнул. Я весь напрягся. Кто знает, как они хотят меня убедить. Вдруг это силовой метод.

– Время вышло, – раздался голос прямо рядом со мной, а я не слышал, как он подошёл. Что за хрень?

– Да или нет? – теперь голос «бугая».

Вот этому чёрту вообще отвечать не хочется.

– Майданов, вы приняли решение? – прозвучал абсолютно ровный голос «баритона».

– Да, – коротко ответил я.

И какого же ваше решение?

– Да, – спокойно ответил я.

Возникла долгая пауза. Я начал нервничать, не понимая, что это значит. А ещё захотелось увидеть Анджи. Желание было нестерпимым. Я думал, что больше её не увижу, и это выматывало.

– Принято, – раздался голос «баритона» прямо рядом со мной, и я тут же почувствовал укол в шею.

– Млять, а без этого нельзя? – возмутился я, чувствуя, что теряюсь.

Ответа не было. Меня накрыла темнота.

Я открыл глаз. Пробуждение было мгновенным – вот в отключке, а сейчас абсолютно в сознании и светлое сознание. Я рывком сел. Это было маленькое помещение светло-серого цвета. Что-то похожее на каюту корабля, но очень приблизительно, потому что здесь были абсолютно гладкие стены и та шконка, на которой я сидел, сливалась с поверхностью, будто выросла из неё. В общем, ничего интересного. Интересным здесь был я. Кроме трусов на мне ничего не было. Сказать, что я был удивлён – попасть пальцем в небо. Почему не голый? Вот какой вопрос меня смешил. И я заржал в голос. И здесь выяснилось интересное. Комната была абсолютно глухой. Смех мой просто утонул в стенах. Я замолк. Пристально оглядывая кубрик. Есть входная дверь. Прямо напротив меня. Только ручки, чтобы ухватиться и открыть её нет. Память моя восстановилась. Я вспомнил всё. И моё весёлое настроение улетучилось. Я встал и пошёл к этой двери. Толкнул её. Никакого эффекта. Ладно.

– Сим-сим откройся, – на полном серьёзе сказал я, и снова ничего, – что и волшебное слово не поможет?

Значит, это камера, решил я. Ну что ж, посмотрим, что дальше. На, казавшейся с первого взгляда, ровной стене нашлись тонкие прорези и небольшая выпуклость. На неё я сразу же и нажал. Дверь прыгнула мне навстречу, а я от неё назад, но первое резкое движение, тут же замедлилось, и две узенькие двери медленно распахнулись. Внутри висел такой же серый комбинезон. Всё лучше, чем в трусах. Я надел на себя комбез с лёгкостью. Мой размер. Здесь же в дальней стенке шкафа открылась потайная панель. Из неё выехала горизонтальная поверхность, на которой стоял разнос с дымящейся тарелкой и стаканом с прозрачной жидкостью. Ничоси, удивился я. Я взял разнос. Живот тут же намекнул мне, что я очень давно не жрал. Анджелина бы сейчас на меня цыкнула – не жрать, а кушать. А кушать действительно хотелось очень. Как поел и что поел, даже не вспомню. Сытно, что-то мясное. В стакане просто вода. Я смачно рыгнул, снова вспомнив Анджелину. Где она сейчас?

– Верните разнос на место, – я вздрогнул от неожиданности.

Твою мать, они ещё и наблюдают за мной. А что ты хотел? Я будто услышал в голове голос Анджелины. Да, собственно, а что я хотел? Я успокоился и вернул разнос на место. Штукенция уехала, панель закрылась.

– И чо дальше? – вслух сказал я, ожидая немедленного ответа, но его не последовало.

Самым разумным сейчас будет поспать. Но я точно не усну. Я лёг на спину и закрыл глаза. Интересный материал, подумал я. Ни твёрдый, ни мягкий. Удобный. Лежать было приятно. Если это и была камера смертника, то высокотехнологичная и продуманная.

– Ваш брифинг состоится через 15 минут, – прозвучал металлизированный голос, источник которого определить я не мог.

– Брифинг? Всё так серьёзно? – с ехидцей сказал я.

Живот мой заурчал снова, но на этот раз по другой причине.

– Оу, товарисчи, – громко воззвал я, – а погадить здесь где можно?

Небольшой овал подсветился прямо рядом с изголовьем моей кровати, ишь ты как подумал, считаю её уже своей, – обречённо подумал я. Овальная дверь ушла внутрь, и я нашёл, что искал.

В то же самое время в другом месте.

Мы с Роном мчались через пространство, не сбавляя скорости. По-прежнему казалось, что по пятам идёт погоня. Внутреннее состояние не позволяло сбросить скорость. Даже чувствительные удары о преграды, отделяющие разноплановые миры, почти не чувствовались. Сколько уровней мы уже прошли? Сложно было сообразить. А общаться сейчас с Роном не хотелось. Нужно было бежать и бежать как можно дальше, потому что, если поймают – развоплотят и вся недолга. А строить себя заново, с нуля, это сущая мука. Именно поэтому мы с Роном и гнали на всех парусах. Необитаемые пространства реально грандиозные и воображению их не объять. Но долго так продолжаться не может. Какими бы скоростными мы ни были, а усталость накапливается и скоро придётся свернуть в ближайший обитаемый мирок.

Я только вернулся, чтобы полежать. Часть дальней стены замерцала, превращаясь в экран, на котором появилась заставка, настроечная таблица, вроде так она называется.

– Ну, так неинтересно, – протянул я, – а как же личная встреча, тет-а-тет, так сказать, глаза в глаза?

Ответа я не получил, естественно. Через минуту экран моргнул. На нём появилась такая же светлая стена, стол и стул.

Через какое-то время в кадр вошёл человек в белом халате. Среднего возраста. Короткий ёжик седых волос. Очки, за которыми я увидел серые, стального цвета, глаза с жёстким взглядом. Я улыбнулся. Прямо напугать меня решил.

– Добрый день, – на удивление скрипучим голосом сказал он, – меня зовут Святослав Игоревич, я руководитель проекта, – здесь он запнулся, а я понял, что нечасто он устраивает такие брифинги, – участником которого теперь стали и вы. Я не буду говорить о секретности нашего проекта, подписанные вами документы я видел, – хрена с два, ничего я не подписывал, хотел сначала крикнуть это, но передумал, сообразив, что, вероятно, меня никто не услышит, – спасибо вам за готовность взять на себя самое сложное, ваши мотивы мне неизвестны, но если вы готовы, значит, мы плодотворно будем сотрудничать, – ох, сколько слов готово было вырваться из моего горла, но я сдержал себя. Мои мысли потекли совершенно в другом направлении – вдруг у меня будет шанс вырваться.

– Ваша задача проста и сложна одновременно, – продолжил мужик, – с точки зрения ваших действий всё достаточно просто – ваша задача в защитном скафандре войти в устройство перемещения, а затем сразу же вернуться, – вот оно что, а если я не вернусь, подумал я, – с другой стороны есть риск невозвращения – конечно, есть, хмыкнул я про себя, – все проведённые нами опыты с механизированными автоматами, так называемыми дронами и млекопитающими прошли успешно, – он вдруг закашлялся, в кадр тут же протянулась рука со стаканом воды, которую тот с благодарностью приняв, сделал глоток и продолжил, – теперь черёд людей сделать первый шаг в покорении пространства, и вы, безусловно, как первый, навсегда будете вписаны в историю, – ну, конечно, подумал я, – старт первого эксперимента через два часа, дальнейшие инструкции получите на месте. Добро пожаловать, Михаил.

Экран тут же погас, и стена вновь стала прежней.

Вот так, значит. Что это за хрень мне предстоит? Смогу ли я сбежать на той стороне? Или… я вроде прослушал брифинг, но понимания ни хрена не прибавилось. Ладно, впереди два часа, подумаем.

Однако придумать мне не хватило времени, чего бы я о себе не думал, я лёг и быстро вырубился. Сложно сказать почему. Зато когда раздался посторонний звук, я тут же проснулся. Чувствовал себя отдохнувшим. Было тихо. Я встал и осмотрелся. Вроде ничего не изменилось. Два шага и я возле скрытого шкафа. И вот сюрприз. Внутри был скафандр. Да-да. Скафандр, космический. Ну, во всяком случае, я его себе так представляю.

– И как его на себя надеть? – я что сказал это вслух?

– Через минуту, – раздался знакомый мне голос, – к вам войдёт команда помощников, они окажут вам содействие в надевании скафандра.

Дверь тут же открылась, открывая моему взору, длинный, широкий коридор, такого же цвета, как и моя камера, коридор упирался в перпендикулярный проход. На моём пороге стояли двое мужчин, одетых в одинаковые серые комбинезоны, с эмблемой на груди. Из-за их спин в секунду вышел вооружённый человек, а сзади я увидел ещё одного такого же. Одеты они были в чёрное. Первый вошёл и кошачьим движением сдвинулся в сторону, освобождая проход. Вымуштрованные парни, подумал я. Но сейчас я дёргаться не собирался.

– Ну что, начнём, – парень в сером комбезе выдвинул из шкафа стойку со скафандром.

Молодой красивый космонавт смотрел на меня из зеркала. Я улыбнулся, сверкнув передним, сколотым зубом, но улыбку тут же сдуло. Нахрена напяливать скафандр? Эта мысль пришла мне только что. Я что в космос полечу? Но тогда о каком побеге может быть речь? А если не в космос, то куда? И зачем там скафандр?

Мы шли по коридорам, а я всё катал мысли в голове. Что за хрень я буду испытывать? Понятно, что дело рисковое, потому как иначе нашли бы добровольца, коим, впрочем, по документам я и являюсь. Но я то знаю в чём моя добрая воля. А вот смогу ли я отсюда выбраться? Вопрос на миллиард.

– Внимание! – громкий голос, усиленный микрофоном, перекрыл все прочие шумы, – всему персоналу занять свои места согласно расписанию, лицам, не задействованным в эксперименте, покинуть помещение. Включился звуковой сигнал и световая сигнализация.

– Идёмте, – помощники потянули меня вперёд, на большое возвышенное место.

Здесь всё было утыкано приборами, хотя места было много. Посередине стояла ажурная металлическая конструкция. Этакая полукруглая арка. Когда я подошёл поближе, то увидел, что она целиком круглая. Просто нижняя часть скрывалась под металлическим же полом. Она была собрана из множества металлических перекладин, оттого и казалось ажурной и воздушной. Однако внутри неё я заметил будто цельнолитое золотое кольцо. Любопытно, это правда золото или какой другой металл?

– Михаил, – снова раздался грохочущий голос, я обернулся, но кроме двух знакомых мне ребят с оружием в руках, никого не увидел, – давайте я дам вам короткие инструкции перед тем, как мы начнём, – я кивнул, но тот, кто со мной разговаривал, вряд ли это видел, – итак, через некоторое время мы запустим систему, как только запустится механизм, вы перед собой увидите некое подобие зеркальной поверхности, ваша задача пройти сквозь эту поверхность, через время вы очутитесь на другой стороне, где установлено такое же устройство, как только окажетесь на той стороне, нажмёте кнопку на своём левом рукаве, посмотрите.

Я опустил взгляд и увидел на месте сочленения перчатки и рукава красную кнопку, надо же, большая.

– Нажмёте кнопку, – продолжил голос, – и тут же возвращайтесь. Как видите, всё достаточно просто. Напомню, что вы не первый, кто проходил этим путём, с нашей точки зрения это абсолютно безопасно, переживать не стоит, – вот зря он это сказал, именно теперь я буду переживать, я хмыкнул, – зеркало перехода работает порядка 45 секунд, поэтому не задерживайтесь. Все по местам, – громче добавил он.

– А куда я перемещусь? – громко сказал я, перекрикивая начавшуюся суматоху.

Ответа я не получил, что меня уже не удивляло.

– Советую закрыть шлем, – услышал я сзади.

Обернувшись, увидел всё тех же двух ребят с оружием. Они, похоже, уходить не собирались. Ну, конечно, вдруг я сейчас побегу со всех ног. Я хохотнул, закрывая забрало.

Звуки исчезли. Я почувствовал сильную вибрацию и посмотрел на конструкцию перед собой. Искры, сполохи, бегущие по золотому кольцу. Хлоп – и передо мной появилось жидкое золотое зеркало. Оно казалось жидким, потому что из его центра расходились круги, как на озере, в которое бросили камень. Я засмотрелся, впечатляющее зрелище. Внутри шлема ожил наушник, прохрипев что-то.

– Время пошло, Михаил, – услышал я наконец и, очнувшись от своих мыслей, сделал несколько шагов вперёд.

Вблизи это походило на расплавленный металл. Я сделал вдох и шагнул.

Золото подхватило меня и резко толкнуло вперёд. В глазах замерцали звёздочки, разноцветные полосы, геометрические фигуры, будто я попал в калейдоскоп. Вдох, который я сделал, по-прежнему не закончился, то есть время каким-то образом сжалось. По моим подсчётам прошло не меньше полминуты, как я находился… а где я, кстати, нахожусь?

И тут я вылетел, вышел, выпал на другую сторону. В глазах всё ещё мельтешило разноцветье, но это не мешало мне увидеть, где я нахожусь. Я обернулся. Точно такая же конструкция. Золотое зеркало колыхалось. Теперь я понял, зачем нужен скафандр. Я был на Луне. Нет, полной уверенности в этом не было, но где ещё может быть серо-бурая почва и в небе серп Земли.

А для чего жать на красную кнопку?

Время утекало. Я не мог здесь оставаться. Становилось холодно, и, вообще-то, по запасу кислорода меня никто не консультировал. Я протянул руку и вжал кнопку. Что-то щёлкнуло и больше ничего. Я развернулся и практически прыгнул в зеркало перехода. Теперь пазл в голове сложился. Скафандр, недомолвки, силовое принуждение. Какой же нормальный человек согласиться по доброй воле испытать… телепортацию? Или как это назвать? Я плыл в яркости калейдоскопических картинок перехода, размышляя о том, что будет дальше. Нужен ли я теперь после того, как испытание прошло успешно…

…резкий толчок заставил меня вращаться вокруг своей оси. Голова закружилась. Я вылетел в такое родное теперь помещение. Сбил парня с оружием и врезался в ограждение головой.

Очнулся я в странном месте. Даже сложно описать. Это было как огромный стакан из стекла розового цвета. Круглый, метра полтора в диаметре. В общем, тесно. Я постучал по поверхности. Глухой звук. Точно не стекло. Я вдарил кулаком как молотом. Абсолютно непробиваемый. Я огляделся. Он будто сам по себе излучал свечение, которое освещало небольшое расстояние от стенки, а дальше была полная, кромешная темнота. И что это значит? И вдруг я увидел силуэт во тьме. Я тряхнул головой, отгоняя наваждение. Снова взглянул. Нет, не почудилось, из темноты ко мне кто-то шёл. Я стоял, ожидая, что произойдёт дальше. А что мне оставалось? Деваться мне некуда. Силуэт приближался с каждой секундой, медленно превращаясь в плотную, коренастую фигуру. Среднего роста. Прямо как я, подумалось мне. Остались секунды, и я узнаю, кто же так со мной поступил и почему собственно. Я подошёл вплотную к стенке, уткнув в неё руки. Фигура выплыла в странный розоватый свет, и лицо осветилось. Я онемел. Там с той стороны, стоял я, только лицо будто состарилось.

– Ты кто? – обрёл я дар речи.

– Меня зовут Люрикс, – я, тот, который не я, улыбнулся.

– Согласен, смешное имя. И ты бы обязательно посмеялся, приди я к тебе в класс. Поржал бы, однозначно, – его голос был и похож, и не похож на мой одновременно, а может, мне так казалось.

– Я чо, похож на школьника? – меня позабавил этот его заход.

– Нет, но я знаю, каким ты был в школьном возрасте, – выдал он. И мне прям сразу захотелось спросить откуда, но я сдержал себя.

– Ты похож на меня, почему? – этот вопрос был важнее.

– Правильный вопрос, Миша, – криво ухмыльнулся он и мне это не понравилось, – думаю, появись я в своём обычном облике, ты бы ничего не понял, решил бы, что у тебя крыша поехала. Так лучше, привычнее, – уточнил он.

– Тогда, что ты такое? – я был поразительно спокоен.

– Обижаешь, Миша, я, что тебе вещь или нечисть какая? – сделал он обиженно лицо, но получилось очень карикатурно.

– Ладно, тогда кто ты такой, что я делаю в этой колбе и что вообще происходит? – выпалил я.

– О, всё сразу или ничего, – снова усмехнулся он, – начну с последнего, сейчас ты в отключке, лежишь на своей шконке, фортель с вылетом из устройства не прошёл даром, ты сильно ударился головой и отключился и это хорошо, – он улыбался, а я недоумённо смотрел на него, ничего не понимая.

– А здесь ты находишься по одной простой причине – чтобы привыкнуть ко мне, – снова улыбка, – и теперь первый и главный вопрос – кто я такой, имя моё ты уже знаешь, раса моя тебе ничего не скажет, но скажу я сам – я твой апгрейд, твой усилитель, твоя новейшая прошивка – первый шаг к режиму Бога, – закончил он и ухмыльнулся.

Повисла неловкая пауза.

И тут я заржал. Меня сложило пополам.

– Вот, – изрёк Люрикс, – именно поэтому ты здесь, – я резко перестал смеяться.