Обжигающие оковы любви

Глава 7

Кордан отложил бумаги и со вздохом поднял глаза на свою невесту, которая стояла прямо перед столом. Розовый язычок скользнул по пересохшей губе, выдавая волнение, грудь, скованная жестким корсажем, прерывисто вздымалась. Девушка вновь обворожительно улыбнулась, пытаясь привлечь к себе внимание.

– Ты мне мешаешь, – буркнул король. Странно, ему всегда казалось, что улыбка у Нэрии милая, а сейчас она выглядела глупо и раздражающе. Перед глазами встали побелевшие губы той рыжей девчонки, когда она испуганно пыталась отбиться от его объятий. Здорово он вчера перебрал, раз вместо своих покоев отправился в ее спальню. Чарующий запах Лорейн пьянил его не хуже крепкого вина, буквально брал за горло и тащил к дверям затхлой каморки. Вспомнил, как кровь закипела от негодования, когда обнаружил пустую постель. В голове мелькнула шальная мысль, что девочка сбежала, но острый слух тут же уловил робкие шаги на лестнице, и сердце радостно забилось, предвкушая легкую добычу.

Кордан перевел взгляд на недовольную невесту, та буквально буравила его взглядом черных глаз, совсем не таких, как два голубых топаза Лорейн, которые затягивали, словно омуты, ласкали и одновременно казнили.

– Что? – король, наконец, с заметным усилием сбросил с себя флер воспоминаний.

– Ваше величество, королева дала распоряжение портнихам приступить к пошиву свадебного платья. Нужно объявить дату венчания.

– Я еще не решил, – коротко ответил Кордан. – Можешь идти.

– Но, ваше величество, – нотки негодования пробились сквозь маску покорности.

– Ты испытываешь мое терпение, – неожиданно грубо оборвал девушку Кордан.

– Как скажете, – выдержка на этот раз не изменила Нэрии, она поклонилась и покинула кабинет, оставив своего повелителя одного.

Король был подавлен, свадьба опустошит и без того обнищавшую казну королевства. Совет уже давно требует начать войну, но Кордан не решается, подрывая свой авторитет. Никому не нужен слабый правитель, рано или поздно народ поднимет бунт и тогда именно его голова ляжет на плаху. Нельзя больше тянуть.

Кордан с силой сжал перо, безжалостно ломая хрупкий стержень. Тишина угнетающе действовала на него, мешая сосредоточиться. Пришлось отложить письмо и спуститься в общий зал, чтобы развеяться. Хантер, занявший свое место рядом с повелителем, тоже был хмур и на редкость немногословен, сидевший же на соседнем стуле лорд Векслер, напротив, обрадовался появлению Кордана. Пожилой глава королевского совета когда-то был лучшим другом его покойного отца. Этот немаловажный момент сыграл не последнюю роль, когда год назад перед Корданом встал нелегкий выбор будущей жены. Именно единственную дочь лорда Вэкслера, красавицу Нэрию он объявил своей невестой.

– Ваше величество, – поприветствовал он своего короля. – Мне только что доложили, что на востоке снова бунт, второй за последний месяц.

– Отправьте туда еду, – отозвался Кордан. – Вэкслер, вы же знаете, что делать.

– Чтобы голодала столица? – вскинул брови лорд и неодобрительно покачал головой. – В этот раз, ваше величество, я взял на себя смелость наказать бунтовщиков силой: десять показательных казней – и недовольные рты заткнутся.

Кордан сжал кулак, но тут же усилием воли заставил себя вновь расслабиться. Нельзя показывать слабость, тем более Вэкслер прав, у них просто нет лишних денег, чтобы раздать всем нуждающимся. Перспективы Элларии слишком удручающие: как государство оно скоро исчезнет с лица земли, а остатки выживших отправятся искать лучшей жизни в чужие страны. Некогда богатая и цветущая страна будет погребена заживо под слоем вечного льда.

– Кстати, к нам едет посланник из Дарстронга, – заметил Хантер. – Видимо, опять хотят обговорить цены на зерно.

– Они вконец обнаглели! – Вэкслер со злостью ударил по столу, расколов тарелку на две части. Одним движением ладони он смахнул половинки на пол, очищая столешницу. – Вместо договора, отправим голову посла. Посмотрим, что запоют даргстронгские псы.

– Это объявление войны, – тихо произнес Кордан.

– Сейчас самый благоприятный момент, – понизив голос, заявил Вэкслер. – Наши мечи скоро заржавеют, пора напоить сталь кровью.

Последнюю фразу лорд произнес нарочито громко, так что сидевшие за соседним столом воины громко закричали, поддерживая его речь, и подняли вверх кружки, наполненные элем.

– У нас мало ресурсов, – не разделил энтузиазма Кордан.

– И с каждым годом их будет все меньше, – напомнил Хантер. – Лорд Вэкслер прав, вы должны решиться.

Король в задумчивости отвернулся от своих собеседников, его взгляд лениво пробежался по залу и через мгновение буквально споткнулся о яркое пятно огненных волос. Лорейн. Что она здесь делает, кто позволил? Тягостные мысли о войне тут же рассыпались, уступая место тягучей неге, сдавившей грудь.

Девушка сидела в конце одного из столов в окружении других леди. Дамы щебетали, как птички, весело хихикая, и лишь она одна сосредоточенно смотрела в свою тарелку и вдруг неожиданно подняла голубые глаза. Их взгляды встретились, и тысячи острых игл пронзили холодное сердце, разрывая его в клочья, сжигая предубеждения, растворяя гордость. Кордан чудом сдержал порыв встать и, схватив девчонку в охапку, отнести ее в свою спальню.

***

Я знала, что он смотрит на меня. Откусывала пирог и жевала по инерции, совершенно не чувствуя сочного вкуса ягод на губах. Лишь один раз подняла голову и тут же поймала пристальный взгляд короля, после чего поспешила уткнуться в свою тарелку. Удивительно, но я буквально кожей чувствовала его навязчивое внимание, каждой частичкой своего тела ощущала на себе чудовищной силы животную энергетику. Но больше всего меня пугало то, с какой легкостью я попадаю под власть чар, объятия и поцелуи Кордана заставляли сердце биться чаще, забывать о гордости и полностью отдаваться чужой воле.

Несмотря на полное отсутствие аппетита, буквально уговорила свой желудок принять несколько кусочков теплой сдобы и, осушив до дна кружку пенного напитка, вышла из-за стола. Путь мой лежал в конюшни, я должна была проверить, как устроили Вейна. Этот жеребец – мой единственный друг, больше в этом мире у меня никого не осталось, кругом лишь враждебные лица, ненависть и обжигающая похоть короля, который, подобно одержимому, непременно решил завладеть моим телом. Я слишком быстро вылетела в коридор, запоздало осознав, что мой уход выглядел как побег, но находиться в общем зале я физически не могла, лучше буду голодать, но больше не спущусь туда на обед.

Снаружи меня встретили мокрый снег и пронзительный ветер, который тут же превращал капли, оседавшие на моей шали, в ледяные кристаллы. Оказавшись во дворе, я немного растерялась, но слуги быстро подсказали нужное направление. Порывы зимней стужи играли с моими волосами, крупные хлопья снега прилипали к ресницам, я жмурилась, пытаясь не сбиться с пути и не заплутать среди однотипных серых зданий. Наконец ступив на порог конюшни, нашла грума и попросила отвести меня к Вейну.

– С конем все в порядке, не стоило беспокоиться, – тут же принялся рассказывать молодой парень, подводя меня к стойлу. – Красивый он у вас, и черный, как душа грешника.

Вейн действительно чувствовал себя на новом месте прекрасно, увидев меня, радостно фыркнул. Я улыбнулась и вытащила из кармана припрятанную морковку, которую умыкнула с общего блюда. Нежно погладила по лоснящемуся боку и протянула угощение на ладони, но он неожиданно отвернулся.

– Ты чего? – удивленно спросила я.

Жеребец взволнованно переступил передними ногами и ткнул меня мордой в плечо.

– Вейн, что с тобой? – я обеспокоенно оглядела его, подумав, что тот заболел. Нет, нос вроде холодный и глаза не воспалены. Может, просто грустит по дому. – Ну, что ты, мой хороший, привыкай к новому месту. Тебя же здесь никто не обижает.

Внезапно до уха долетело слабое ржание, Вейн тут же отозвался и встрепенулся, повторив жалобный звук. Я сдвинула брови и посмотрела на своего коня, который оживился и буквально выпихнул меня за пределы стойла.

– Ой, ты чего брыкаешься? – возмутилась я.

Жеребец тем временем уткнулся носом в мою спину и вновь легонько подтолкнул.

– Эй, парень, скажи-ка, что в той стороне? – спросила я у грума, который невероятно смутился от моего вопроса. Торчащие в разные стороны уши покраснели, а по щекам пошли бордовые пятна.

– Там стоит лошадка леди Нэрии, – пробормотал он.

Я двинулась вперед, чтобы лично посмотреть, но грум остановил меня, преградив путь.

– Не стоит, леди, не надо туда ходить.

Но я уже не слушала его, ловко обошла и отправилась прямиком в угол конюшни. В огороженном деннике стояла худая белоснежная лошадь с коротко остриженной гривой, ее печальные мутные глаза с надеждой уставились на меня.

– Что с ней? – коротко бросила я через плечо. – Почему ее так изуродовали.

– Приказ ее светлости, – надломленным голосом отозвался грум. – Месяц назад леди Нэрия упала и сломала руку, после чего велела отправить Зоэль на мясо, чтобы готовить еду слугам.

– Не заметила последствия травмы у этой леди, – проговорила я. – Она же элур, а у оборотней хорошая регенерация. Держу пари, у нее через пару дней уже ничего не болело.

Я шагнула вперед и, несмотря на робкие протесты, отдала Зоэль морковку , а потом еще и отнесла ведро овса, терпеливо дождалась, когда та обесиленно опустит в него голову, чтобы поесть.

– Бесполезно, леди, мы уже ее и кормить перестали, завтра все равно надо вести на бойню.

Сглотнула ком, вставший в горле, и отвернулась. Я ничем не могла ей помочь, разве что вывести за пределы замка и отпустить в степь, но тогда Зоэль все равно ждала смерть, даже, возможно, более мучительная, чем от топора живодера.

– А можно выкупить ее у хозяйки?

– Не думаю, – покачал головой грум. – Вы больно сердобольная, леди, и чего так за лошадь заступаетесь, у нас вон в деревне дети от голодухи пухнут, одной животинкой больше, одной меньше, так хоть жратва будет.

Я не нашлась что ответить. Парень, конечно, прав, но белую лошадку все равно было жалко до слез. Последний раз взглянув на Зоэль, я погладила ее и ушла, даже не заглянув на прощание к Вейну.

Кордан внимательно следил за ней, не отрывая взгляд. Видел, как худенькая фигура шла, сгибаясь под порывами ветра, снежинки белой вуалью укрывали рубиновые волосы и острые плечи. Девчонка спешила, но вот куда? Тенью он последовал за ней, сощурив черные глаза, контролировал каждый шаг. Когда Лорейн скрылась в конюшне, сердце пропустило удар, а затем болезненно сжалось. Хочет уехать, сбежать от него. Гнев на мгновение помутил разум, ладони сжались в кулаки, и деревянный косяк конюшни жалобно затрещал под мощным ударом. Грум, увидев на пороге короля, вздрогнул и испуганно попятился назад, опрокинув при этом чан с овсом. Даже не обратив внимания на побледневшего парня, Кордан ступил дальше и неожиданно столкнулся с Лорейн, выбежавшей ему навстречу.

Девчонка покачнулась, руки потянулись к ней, помогая удержаться на ногах.

– Хочешь уехать? – прошипел он, чувствуя, как пальцы сами собой крепче смыкаются на ее талии, вонзаясь в ребра.

– Больше всего на свете, – огорошила она, даже не пытаясь отпираться. – Если бы в этом мире было место, где я могла бы укрыться, то давно оседлала бы своего жеребца и ускакала прочь.

– Тебя плохо приняли? – прошипел Кордан, впиваясь в дерзкую девчонку колючим взглядом. – Хочешь, пришлю сегодня в твою комнату портниху, выберешь новые наряды, а ювелир сделает для тебя браслеты из плетеного золота.

Король перехватил тонкие запястья и, не удержавшись, коснулся их губами, подарив короткий поцелуй.

Лорейн испуганно покачала головой и попыталась отстраниться, будто поцелуи Кордана были для нее хуже укусов ядовитой змеи. Гнев вновь накатил удушливой волной, сжимая горло. Девочка пытается играть с ним, изображает недотрогу, отворачивается от ласк короля, в то время как совсем недавно с легкостью пошла в постель его слуги.

Лорейн вскрикнула, его пальцы сжались, сдавливая кожу.

– Мне ничего не нужно, – пролепетала она.

Кордан наклонился, вдыхая легкий аромат дешевого мыла, исходивший от ее волос. Захотелось вынуть тонкую ленту из рыжей косы и увить локоны жемчужной нитью.

– Тебя бы в бархат одеть, – шепнул он на ухо. – А на шею рубиновое колье.

Дыхание его участилось, а грудь вздымалась, пытаясь вобрать в себя воздух, пропитанный запахом девушки. Кордан представил холодные багряные камни на белой мраморной коже и улыбнулся. Сегодня же она наденет это колье и предстанет перед ним. Только драгоценности и больше ничего.

– Я… я хочу лошадь, – неожиданно заявила Лорейн, вырывая его из сладких грез.

Ну вот, как быстро пала маска добродетели.

– Выбирай любую, – отозвался король.

Лорейн подрагивающей рукой указала на отдельный денник, расположенный в самом дальнем углу конюшни.

– Кто ее хозяин? – спросил повелитель у грума. – Впрочем неважно, теперь кобыла принадлежит этой леди.

– Хозяйка – леди Нэрия, – заикающимся голосом сообщил парень.

Кордан нахмурился. А девчонка не так проста, как ему показалось. Уже показывает зубки, хочет таким образом унизить его невесту. Ну что ж, если играть, то только по его правилам.

– А что ты предлагаешь взамен на мой щедрый дар? – спросил он. – Я не откажусь от твоей девственности.

Лорейн смутилась, а король хищно оскалил зубы.

– Я не прошу Зоэль в подарок, я хочу выиграть ее, – внезапно заявила она. – Устроим скачки, если я сумею обогнать вас, то получу лошадь.

– А если проиграешь?

Лорейн судорожно вздохнула и с вызовом посмотрела на него, голубые глаза сверкнули решимостью.

– Получите то, чего так страстно желаете, но не предвкушайте легкую победу, я буду бороться до конца.

– Почему я должен согласиться? – насмешливо проговорил Кордан. – Я же просто могу взять тебя прямо сейчас, бросить в стог сена и задрать юбки, так что ты даже не посмеешь пикнуть.

– Но вы же не насильник, мой король, – Лорейн неосознанно закусила губу, подавив всхлип, ошеломлённая собственной дерзостью. – Даже ваш советник проявил благородство.

Упоминание Хантера, посмевшего касаться этой обнаженной девочки, жгучей ревностью полоснуло душу. Кордан до скрипа сжал зубы и кивнул.

– Будь по-твоему.

Глава 8

Я куталась в теплый плащ, защищающий от пронизывающего холода, но старалась сидеть прямо, не позволяя себе проявить слабость и склонить голову. Прошло всего часа два после разговора с Корданом, а мне показалось, что я жду уже целую вечность, секунды будто замерли, отмеряя мгновения до моего эшафота. Глаза слезились от колкого ветра, впивающегося острыми порывами в нежную кожу, я моргнула, выпуская соленую влагу, которая ледяной дорожкой скользнула по щеке и нагнулась, чтобы погладить жеребца.

– Умница, хороший мальчик!

Вейн вел себя на редкость смирно и послушно, будто почувствовал, что сегодня от него зависит не только жизнь Зоэль, но и честь хозяйки. Он горделиво прогарцевал по двору, вызывая восхищение грума и слуг.

Жеребец же его величества выглядел внушительнее моего красавца: тренированные ноги, мощный корпус. Конь не только породистый, но и выносливый, с таким трудно соперничать.

– Еще не передумала? – Кордан поравнялся со мной, когда я подъезжала к открытым воротам.

– Нет, – коротко бросила я и вздернула подбородок, а про себя подумала, что лучше сдохну, чем проявлю слабость и сдамся, даже не начав бороться.

– Тогда готовься к проигрышу, – насмешливый голос всколыхнул раздражение, заставляя мстительно сощурить веки.

– Не радуйтесь раньше времени, ваше величество, – прошептала я себе под нос, когда король, не уступая мне дороги, выехал на мост и поскакал вперед.

Я мысленно попросила прощения у Вейна за ту боль, что собиралась ему причинить и вонзила шпоры в бока, так что мой жеребец помчался, обгоняя ветер. Будто неведомая сила несла нас, делая легче пера. Вперед, только вперед. В висках стучали наковальни, молот страха вонзался, разливая головную боль. Вскоре мы перегнали Кордана, и, издав победный клич, я еще сильнее стала тянуть поводья, чтобы оторваться как можно дальше от соперника. Король не позволил мне долго удерживать первенство и через несколько минут спокойно обошел нас. Я запоздало поняла, что Кордан просто забавляется, сдерживая своего коня, заставляя поверить меня в собственное превосходство, и тут же, увеличивая скорость, жестоко опускает с небес на землю.

Я со злостью вцепилась в уздечку, понимая, что проигрываю, но все равно гнала прочь, хотя в душе уже гасла последняя надежда. Еще немного, и элур достигнет леса, закрепив свою победу. Все кончено.

Неожиданно Вейн заволновался и сбавил шаг, заставляя меня всхлипнуть от бессилия, но раздавшийся через мгновение пронзительный вой притупил горечь разочарования. Обжигающий страх потек по венам, увлекая в пучину ужаса. Обернувшись, я увидела, что нас окружает стая волков. Из-за отсутствия добычи, последние выжившие стаи стали выходить на дороги и нападать на людей, превращаясь в людоедов. До замка далеко, Кордан взял с собой двух воинов, которые следовали за нами, но даже если они успеют прийти нам на помощь, им не выстоять перед озлобленными дикими тварями.

Ужас сковал грудь, так что я даже не могла вздохнуть, лишь судорожно хватала ртом воздух, осознавая, что конец неминуем. Не сразу заметила приблизившегося ко мне короля. Черная плеть змеей взвилась в воздухе и ужалила Вейна, подстегнув его. Жеребец громко заржал и буквально полетел в сторону леса, оставляя позади себя элуров. Озлобенные звери взяли людей в кольцо, не решаясь напасть, ждали реакции вожака, который потянул носом воздух и хищно оскалил желтые зубы, готовясь к прыжку.

Пара волков последовала за мной и настигла уже на опушке, не давая скрыться в чаще. Вейн перебирал передними ногами, угрожающе поднимая в воздух копыта, но я понимала, что шансов просто нет. Они сильнее и проворнее, далеко нам не уйти, а когда остальная стая расправится с основным блюдом, то присоединится к этим. Конечно, если от нас что-то останется к этому времени.

Обернувшись, увидела, как хищники вцепились в одного воина, стаскивая его с лошади. Страшный вопль пронзил воздух, оседая в душе густым пеплом жалости. Один из волков вцепился в плащ Кордана, тот скинул его с себя, и в одно мгновение перекинулся в огромного зверя. Смахнув с себя остатки камзола, черный ягуар шагнул вперед и отразил атаку сразу трех волков, острые зубы сомкнулись на горле серого зверя, и взгляд его сразу потух. Белый покров окрасился ярким пятном алой крови, талый снег потек по обледенелой земле багровым ручьем.

Ржание Вейна вывело меня из оцепенения, один из моих преследователей решился приблизиться к коню и, ловко увернувшись от тяжелой подковы, сумел укусить за ногу. Вейн встал на дыбы, а я, не удержавшись, выскользнула из седла и упала, ударившись плечом о сухую корягу. Подняв голову, столкнулась взглядом с мутными глазами волчицы. Она оскалила пасть, грязная шерсть слипалась от обилия пены. Сердце рвалось из груди, отмеряя секунды до моей смерти. Раз, два, еще мгновение – и все будет кончено.

Я зажмурилась и сжалась в комок, готовясь к жуткой боли. Страх парализовал, ноги налились свинцом. Невдалеке послышался нечеловеческий рык. Черный ягуар пытался пробраться ко мне, но десяток волков рвали его, кусая и не давая сделать шаг. Я заставила себя распахнуть глаза, чтобы с достоинством встретить смерть, но внезапно взор волчицы прояснился, темнота ушла, уступая место яркому янтарю. Она прижала уши и, вместо того чтобы смертельной хваткой впиться в мою плоть, осторожно лизнула ладонь. Я потрясенно уставилась на дикого зверя, а в это время собиравшийся наброситься на Вейна второй волк сделал прыжок. Я вскочила и, не помня себя, ринулась на защиту своего друга.

– Убирайся! – закричала я. – Прочь, уйди!

Хищник замер и, мягко приземлившись на лапы, сделал несколько шагов назад и сел на землю, больше не предпринимая попыток напасть. Я прислонилась спиной к дереву, чувствуя, что теряю сознание, перед глазами потемнело. Неожиданно что-то липкое коснулось моей руки, я вздрогнула и увидела окровавленную пасть черного ягуара. Он, хромая, доковылял до меня, оставив за собой след неподвижных тел. Рядом с серыми исхудалыми тушами лежали два мертвых элура.

В груди зажгло так, что я вскрикнула, пальцы вцепились в горло, разрывая ворот наглухо застегнутого платья. Я упала перед ним на колени и провалилась в бездонную тьму.

Я очнулась от того, что плечо пульсировало от жгучей боли. Вейн жалобно ржал, рана не давала ему полноценно наступать на больную ногу, но жеребец все же пробрался ко мне и наклонился, чтобы фыркнуть прямо в лицо. Я облегченно коснулась ладонью его головы, ощутив тепло. Слава всевышнему, он жив. Горячее дыхание опалило щеку, ноздри защекотал терпкий аромат смерти, я с трудом поднялась на ноги и в то же мгновение увидела распростёртого рядом ягуара. Черная шерсть слиплась от крови, на теле зияли глубокие укусы. Обмороженные пальцы не слушались меня, я с трудом зачерпнула снег и стала дышать на него. Талая вода потекла на морду, скользя в пасть. Зеленые с красными крапинками глаза распахнулись, нос дрогнул и сморщился, когда на него попало несколько капель. Сделав пару глотков, ягуар глубоко вздохнул и судорожно дернулся.

У него уже шла регенерация, раны затягивались, и черный зверь периодически выгибался, будто по телу проходил разряд молнии. Рядом с тем местом, где очнулась, я увидела изодранный плащ Кордана, видимо элур вернулся на место битвы и притащил его, чтобы укрыть меня от стужи. Я благодарно подняла его с земли и, закутавшись, уселась рядом с ягуаром, он вздрагивал, сдерживая стоны, а я молилась, чтобы нас поскорее нашли.

Сумерки сгущались, накрывая день покрывалом мрака, когда на горизонте показался вооруженный отряд. Воины что-то кричали, но я не могла разобрать слова, лишь почувствовала, как сильные руки подняли и осторожно усадили меня в седло. Больное плечо скручивали жгуты глухой боли, зубы отчаянно стучали, я настолько сильно замерзла, что практически не чувствовала ног.