Босс. Оливье для Золушки

Глава 1

Виола

Ну что за новая мода отмечать корпоративы и свадьбы за тридевять земель? Стою на морозе с рюкзаком на плечах, прижимаю к груди упакованное в пакет красное платье и медленно превращаюсь в сугроб. Уже третье такси, покружив вокруг моего квартала, отменяет вызов, а мне нужно успеть на автобус, отбывающий за сто километров от города. На самом деле автобусов пять, но, увы, все они одномоментно увезут сотрудников нашего филиала на празднование Нового года. Явка обязательна, а я так вообще должна быть как штык – новых сотрудников сегодня представят боссу, явившего милость нагрянуть в Северную столицу из Москвы.

У меня, конечно, имя, благодаря марке некой молочной продукции, носит больше гастрономический характер, но наш босс в этом плане меня переплюнул – его вообще зовут Оливье.

Моя подруга и коллега Маришка вместе со мной перепрыгнула из торговых представителей в супервайзеры и уже успела про него всё выведать. Властитель нашей корпорации наполовину русский, наполовину француз, переехал сюда из Канады десять лет назад. Оливье женат на работе, имеет скверный характер, перед ним трепещут наши местные боссы, и, по слухам, ни одна женщина не выдерживает рядом с ним и года.

Я, в свои двадцать два, замуж пока не собираюсь, и самодуры меня в принципе не привлекают. Поэтому я даже не удосужилась взглянуть на фото, в которое Маришка восторженно тыкала наманикюренным пальчиком, открыв на рабочем сайте раздел «Руководство нашей компании». Меня больше, в последние дни моего пребывания на дистрибьюторе, интересовала разработка плана работы вверенной мне команды. Ведь в январе, когда я переступлю порог помпезного офиса, с нас, новых супервайзеров, спросят, как с больших.

Мобильник дрожит в окоченевших пальцах, и я от досады уже готова швырнуть его в ближайший сугроб. Снова отмена вызова. Моя рабочая коняшка встала на косметический ремонт перед продажей, хотя место ей, положа руку на сердце, уже на свалке. Но если я сегодня не явлюсь под очи светлейшего босса с нежным именем Оливье, то не светят мне в январе блага в виде корпоративных плюшек. А это новенькая серебристая иномарка и страхование здоровья.

Маришка звонит, когда я решительно направляюсь к остановке, чтобы доехать до автосервиса и забрать своего боевого коня. Ха, как быстро машина в моём сознании вернула себе статус. А то коняшка, коняшка. Да, она у меня ещё ого-го!

Подруга кричит в трубку.

– Вилка, ну ты где? Мы уезжаем через полчаса!

Бегу, увидев автобус, мысленно радуясь, что взяла платье с собой, а не спустилась к подъезду разряженной в пух и прах. Остановило то, что у моего наряда пышная юбка в пол. Поэтому я влезла в привычные джинсы и пуховик, набив рюкзак косметикой и прочими необходимыми прибамбасами.

– Мариш… Я… На своей машине…

– Ты с ума сошла? Она же у тебя развалится на полпути! Сама говорила, что на ней только по городу.

– Без вариантов! – сбрасываю звонок и запрыгиваю в автобус.

Уже через четверть часа я, с колотящимся под горлом сердцем, возникаю на пороге автомастерской и с ужасом смотрю на свою машину, вздёрнутую на подъёмнике чуть ли не под потолок. Чёрной струйкой из неё в ведро стекает масло.

– Капец! – выдыхаю я.

– Как много в этом слове для сердца русского слилось1, – Николай, сын хозяина мастерской, поднимается с промасленного дивана.

– Ты бы лучше тут не стихи учил, а делом занимался!

– Я и занимаюсь, Виол. Что за внеплановая ревизия?

– Ты зачем с моей машины масло слил? Я… Я… – меня сейчас разорвёт, как подушку безопасности при аварии.

– Слил, потому что на таком масле ездить категорически нельзя.

– Ты что наделал вообще? – бегаю вокруг смотровой ямы, норовя свалится в неё. – Меня уволят! Понимаешь! – одна мысль страшней другой обгоняют друг друга.

– Не понимаю. Прекрати суетиться и объясни суть проблемы, – Николай знает меня не первый год, мы подписаны друг на друга во всех соцсетях, и он в курсе, что я живу на бегу. Вытерев руки об рабочий комбинезон, он ловит меня в охапку. – И что за мешок у тебя в руках? Ты грабанула Деда Мороза?

– Это… Это моё праздничное платье, – вмиг обессилев, я утыкаюсь лбом Николаю в грудь. – А моя карета превратилась в тыкву ещё до полуночи.

– Уже яснее. Давай дальше. В городе отменили такси, запретили каршеринг?

– Такси не приехало… – всхлипываю я. – Да и поздно уже. Цирк уехал, клоуны остались. Безработные клоуны, Коль. Мне теперь самой сто километров надо отмахать. На машине каршеринга я боюсь так далеко ехать. Хоть пешком по снегу иди. Меня сегодня должны представить боссу в лучшем виде, а я…

Николай гладит меня по спине.

– Всё! Хватит реветь. Я, конечно, не волшебник, а только учусь… Пойдём-ка! —Обняв меня за плечи, он выводит меня из мастерской. – Такая карета устроит тебя?

Подняв глаза, зачарованно смотрю на отливающий чёрным лаком внедорожник. Язык прилипает к нёбу.

– Ты шутишь?

– Нет. Ты, конечно, доводишь свою машину до полного изнеможения, но ездишь без аварий. Тьфу, тьфу, тьфу.

– Но я… Но ты… – смотрю на Николая как на божество.

– Ты Золушка, я Фей-крёстный. Туфли есть? – довольно смеётся он. – Хрусталя нет, говорю сразу. Только старые покрышки.

– Есть туфли! – слёзы радости текут по моим щекам. – Только я ведь на два дня уеду. Как ты без машины будешь?

– Да есть у меня на чём ездить, не переживай. Подожди, сейчас ключи и документы принесу. Страховка, если остановят, в бардачке.

– Я ж там не вписана.

– Штраф за это небольшой. Если что, звони. Скажу, что ты моя двоюродная сестра. Разберёмся.

Не веря своему счастью, сажусь в машину. Николай показывает, где что включается, помогает отрегулировать сиденье и настроить навигатор.

– Езжай, Золушка! – подмигивает он мне напоследок и закрывает дверь.

Вставив в уши наушники, я набираю Маришку и, преисполненная восторгом, выезжаю с территории автомастерской.

– Ты чего не отвечаешь? – вопит она в трубку. – Всё в порядке?

– Вы уехали уже? – свободными пальцами поглаживаю руль с подогревом.

– Ну, конечно! Что ты решила?

– Я буду к положенному часу, – делаю музыку погромче.

– Ну давай! Я прикрываю тебя как могу.

– Оливье-то уже видела вживую?

– Вилка, включи мозгюль! Он же не поедет с нами на автобусе. Оливье из аэропорта на базу, наверное, уже на лимузине доставили. Короче, жду! Звони, если что.

– До встречи, Мариш! – улыбаюсь, и не могу ничего с собой поделать. Нега поселилась в моей душе, словно это и не я ещё совсем недавно бежала за автобусом.

В машине вкусно пахнет кожей и бергамотом, панель переливается неоновыми огоньками, дворники слаженными движениями смахивают снег с лобового стекла. Сижу, как принцесса на троне, и поглядываю на едущие по соседству машины сверху вниз. У меня-то старенький седан, из внедорожника всё видится иначе.

Миновав кольцевую дорогу, съезжаю на шоссе. Самое главное – проехать без приключений пост ГАИ, а там дело времени. Нахожу любимую радиостанцию и мчу себе дальше. Через пятьдесят километров заезжаю на заправку за кофе и паркуюсь рядом с чёрной иномаркой. Мужчина молотит по её колесу ногой и поносит китайский автопром. Снежинки кружат и, застревая, тают в его чёрных волосах. Под синим распахнутым пуховиком белеет рубашка на мощной груди. Она вот-вот лопнет от гнева её хозяина.

Разжившись ароматным напитком в кофемашине, поворачиваюсь и не успеваю убрать в сторону стакан. Сердитый тип, зашипев от боли, отскакивает назад, и мне достаётся больше красочных эпитетов, чем получили от него китайцы пять минут назад. И немудрено. Добрая половина кофе, ошпарив живот, пролилась на его рубашку и штаны, хотя в том не моя вина. Нечего мчаться!

Глава 2

Виола

– Простите! – перевожу взгляд с остатков кофе в стакане на незнакомца. – Но вы сами налетели на меня.

– Я шёл к кассе! – Он брезгливо отлепляет мокрую рубашку от живота. – Вы… Соевое недоразумение! И в голове у вас… Один лавандовый раф! Витаете в облаках, чёртовы пони!

– Успокойтесь, пожалуйста, – мне понятно его негодование. Если бы у меня посреди шоссе сломалась машина, да ещё какая-нибудь особа окатила бы меня кипятком, я тоже заголосила бы дурниной. – Сегодня просто не ваш день!

Карие глаза мужчины тут же фокусируются на мне.

– Может, ваш?

– Может, и мой. Поделиться счастьем?

– Вы меня облили и тут же решили склеить?

– Вот ещё! – фыркаю я. Это уже непростительное хамство.

Возвращаюсь к кассе и пробиваю ещё один кофе. Внутри меня лихорадит, и я, выйдя с заправки, подпираю спиной внедорожник Николая. Допиваю остатки арабики маленькими глотками прямо на улице.

Грубиян вскоре тоже возвращается к своей машине. Неприязненно посматривает то на неё, то на меня. Я всё-таки ощущаю себя виноватой и решаю сменить гнев на милость.

– Сломалась?

– Ну! – Мужчина снова принимается молотить её по колесу, хотя с ним как раз вроде всё нормально.

– Эвакуатор вызвали?

– Да некогда мне эвакуатор ждать! Мне ехать надо срочно.

– Жена заругает?

– Какая, к чертям собачьим, жена!

– А кто? Босс? Так вроде пятница.

– Босс? – мужчина ошалело смотрит на меня и начинает хохотать. – Ну да! Именно босс! Уволит, если не приеду ко времени.

– Не поверите. Со мной полтора часа назад случилась точно такая же история.

– Что вы говорите, мисс Пони!

– Меня Виола зовут, – холодно отвечаю я и выбрасываю опустевший стаканчик в мусорку. – И если бы вы не были таким хамлом, я бы вас подвезла.

– Вы всё-таки решили меня склеить! – приподнимает мужчина бровь. Ну как такой красавчик может быть таким склочником? Впрочем, обычно именно у красавчиков самомнение выше крыши.

– Всего хорошего, мистер Поганый язык! – щёлкаю брелоком, и внедорожник вспыхивает яркими фарами.

– Эй, подожди! – мужчина застёгивает пуховик и ёжится от холода. – Куда ты там едешь? Может, правда, воспользоваться твоими услугами?

– Это какими моими услугами вы собрались воспользоваться? – вспыхиваю, словно связка сухих дров.

– Я не про секс. Едешь ты куда?

– Мы на ты не переходили.

– Извините, сударыня! Куда вы изволите ехать? Мне нужно на базу «Рождественская».

Вздрагиваю, чуть не расплескав ещё один кофе, благо его я закрыла крышкой.

– Я тоже туда еду. На корпоратив, – настороженно смотрю на незнакомца. Наше питерское руководство я знаю, они частенько приезжают на дистрибьютор с проверками. Может, это кто-то из моих будущих коллег по офису? Но я не уверена, что водители тоже приглашены на праздник.

– Тогда я должен быть просто счастлив, что именно вы пролили на меня кофе.

– А вы… Вы тоже работаете в нашем филиале? Я просто только с января перехожу в офис…

– Ну, вот и чудесно. Едем скорее. Я уже продрог.

– Да, конечно. Меня, если опоздаю, вообще уволят.

Мужчина забирает из своей машины чёрный пакет с костюмом и большую спортивную сумку.

– Мне тоже этого не простят. Багажник откроете?

– Угу, – чтоб я знала, как он открывается. Смотрю на брелок, к счастью, на нём есть кнопка с нарисованным открытым багажником. Улыбнувшись, нажимаю на неё. Пусть этот зазнайка думает, что это моя машина. На работе потом всё равно корпоративную дадут. – А кем вы у нас работаете? – решаю всё-таки уточнить у мужчины. Он хоть и назвал правильное место назначения, но я должна знать, кого беру в попутчики.

– Водителем, – пожимает плечами мужчина. – Вы очень прозорливы. Я бы даже сказал, машинистом.

– А, – с облегчением выдыхаю я. Наши товары едут по всей России, хотя вряд ли мой новый знакомый водит паровоз, но направление я уловила. – Вы в логистике, наверное, работаете?

– Я, Виола, казак-донец, и швец, и жнец, и на дуде игрец.

– И в хоре певец, и в бою молодец, – заканчиваю за мужчину пословицу. – Сегодня приедет большой босс из Москвы. Вы не знаете, он действительно такой зверь, как про него говорят?

Мужчина прикусывает губу, но тут же улыбается.

– Вы про Оливье?

– Да, – теперь я точно уверена, что это наш человек.

– Зверюга, каких поискать ещё.

Глава 3

Виола

Выруливаю на шоссе, краем глаза поглядывая на незнакомца. Воспитание у него явно хромает. Я назвала ему своё имя, он же проигнорировал это и умудрился остаться инкогнито.

– Как мне вас называть? – спрашиваю как бы невзначай.

– Зовите меня просто хозяин, – мужчина, достаёт телефон и что-то строчит в мессенджере.

– Что? – обалдеваю от такой наглости.

Нахалюга отправляет сообщение и убирает телефон.

– Шутка! Просто вспомнилось из какого-то фильма… Неприятно до чего в мокром ехать! – И снова про имя ни слова. Ещё и укорить меня умудрился.

– Хуже было бы в мокром остаться на заправке! – отрезаю я.

– Ваша правда. А кем вы работаете у нас? – Мужчина ловко съезжает с темы.

– Я новый супервайзер.

– Розница? Сети? – мужчина оглядывает меня и отвечает сам. – Розница, конечно.

– Что, значит, конечно? И почему с таким пренебрежением?

Мужчина спохватывается и навешивает на лицо улыбку.

– Что вы! Никакого пренебрежения. Просто… У меня такая манера разговаривать.

– А я думала у вас вообще нет манер, – фыркаю я.

– Ну и как? Готовы к новой должности? – он вообще не обращает внимания на мою шпильку. Дундук деревянный!

– Ха! После всех кругов ада на розничной панели я на поле боя полками могу командовать.

Мужчина заливается смехом, и садится вполоборота ко мне. Изучает меня более пристально, отчего неожиданно кровь приливает к моим щекам. Есть что-то в этом машинисте, или кто он там, что-то незримо властное. Бросаю взгляд на его правую руку – кольца нет. На вид красавчику лет сорок, и он до сих пор не женат. Наверное, меняет любовниц как перчатки, вот и привык обращаться с женщиной как с вещью.

А, может, специально снял кольцо, чтобы на корпоративе замутить с кем-нибудь. Жена у него какая-нибудь грымза, проедающая плешь, вот он и отрывается на других.

– Почему на панели? – продолжает веселиться он.

Для меня моя работа исключительно больная тема. Если начинаю говорить, то вот от души, от сердца.

– Да потому что при ценовой политике нашей компании, нужно сильно ухитриться, чтобы поставить на полки в розничные говнобудки наш товар! Все эти ипэшники в тех же сетях по акциям закупают товар дешевле, чем мы предлагаем. «Пять шагов визита»2, конечно, чудесная программа, но если торговик3 не умеет влезть в душу клиента, то тут хоть раком встань, а ничего не выйдет у него.

– Так вы своих торговиков планируете учить раком стоять? – приподнимает мой собеседник одну бровь, и тревожный колокольчик звонит в моей голове. Что-то для логиста у него слишком странные вопросы.

– Нет, конечно! Я буду их обучать работать по стандартам компании…

– Так тогда у них ничего не выйдет, – резонно замечает мужчина.

– Вы не дали мне договорить.

– Простите.

– Я передам им свой бесценный опыт. Научу, покажу, дам попробовать. Здесь ведь нужен комплексный подход! – Что за дичь? Я словно снова на собеседовании. А я их, чтобы попасть на свою новую должность, и так уже три прошла! Ещё немного и начну швыряться цифрами и достижениями.

– Понятно, – Эта собака всё ещё улыбается. – А что вы там говорили про цены?

– Вы точно в отделе логистики работаете?

– Ой, простите. Что мы действительно всё о работе, да о работе, – негодяй снова съезжает с темы. Проводит рукой по торпеде. – Хорошая у вас машина. Муж подарил?

Подтекст у вопроса лютого негодника совсем иной. Но, видно, боится, что я высажу его посреди дороги, если спросит, как и где я насосала на такую дорогую тачку. С зарплатой торговика, мне даже на её колёса кредит надо брать.

– Я не замужем, – мило улыбаюсь. Пусть, что хочет думает.

– Покататься взяли?

– С чего вы так решили? – Кровь припекает аж в кончиках моих ушей. Вот зараза! То есть, по его мнению, я даже насосать на эту ласточку не могу. Не то, чтобы я мечтаю зарабатывать на жизнь таким способом, и, вообще, я – карьеристка, но меня это почему-то задело.

– Потому что видно, что хозяин этой машины мужчина.

– Это по каким таким признакам? – Так он ещё и зануда!

– Ну потому что женщины редко вешают на зеркало боксёрские перчатки, – Зануда поддевает пальцами ароматизатор. – Именно такие не продаются в обычном магазине. Амуницию этого бренда любят профессиональные боксёры.

– Может, у меня парень боксёр?

– У вас нет парня, – категорично заявляет зануда. Так и буду его звать! Этим своим резюме он меня решил, что ли, закатать под плинтус? – И, если это ваша машина, скажите, что у вас лежит в багажнике.

Труп! Если он не заткнётся, то на базу в багажнике я привезу бездыханное тело зануды!

– Ваша сумка и чехол с одеждой, – цежу сквозь зубы. Моё шмотьё лежит на заднем сиденье.

– Вы не обижайтесь, – зануда сменяет кнут на пряник. – Это только говорит о том, что люди вам доверяют. Не всякий мужчина отважится доверить женщине свою машину. Тем более такую дорогую.

– Ну вы-то точно не доверите!

– Да, такая женщина мне ещё не встретилась, – разводит зануда руками.

– Почему же? Вот она! Перед вами! – пыхчу обиженно как паровоз. – Вы же сами мне только что такой комплимент отвесили. Кстати, вы сами-то на чём ездите? На китайце? Так что сидите помалкивайте!

От моей наглости у зануды округляются глаза, но он быстро берёт себя в руки.

– Знаете, Виола, я доверяю вам гораздо больше, чем вы думаете.

– Ой ли? С чего бы вдруг?

Глава 4

Виола

Мой попутчик тянет паузу. Не иначе, как сейчас ляпнет, что он сел ко мне в машину, а это уже высшая степень доверия. Но зануда, скуксившись, слегка проводит пальцами по грязному пятну на животе.

– Виола, вы бы не могли остановить машину? Я достану свитер из сумки. То, что я ненавижу грязную одежду, промолчу, но уже нет сил терпеть, как она прилипает к обожжённому телу.

– Да, конечно, – на меня снова накатывает чувство вины. – И у меня есть крем с пантенолом в рюкзаке. Можно намазать…

– Спасибо. Только мазать я буду сам, – зануда хмурит брови.

Закатываю глаза. Неужели он думал, что я предложу ему свои услуги? Паркуюсь к обочине и ёрничаю в ответ.

– Ах-ах! А я так рассчитывала погладить вас по животу.

– Вы серьёзно? – улыбается он. – Я сразу понял, что вы положили на меня глаз.

Интересно, у Николая есть в багажнике лопата. Закопаю зануду в ближайшем сугробе!

– Положила бы я на вас кое-что другое, но у меня нет этого органа. Идите за своим свитером.

– Проказница! – Зануда вылезает из машины, я тоже выхожу размять ноги и глотнуть морозного воздуха. От нашего разговора мне уже жарко как в парилке. Заодно достаю крем из рюкзака. Сунув тюбик в свободный стаканчик для кофе, на всякий случай, кладу ключ от машины в карман. Не знаю почему, ведь этот товарищ вызывает у меня доверие, тем более он точно из нашей компании.

Покопавшись в багажнике, зануда возвращается к машине.

– Виола, я как раз хотел попросить вас погулять немного. Не устраивать же мне перед вами стриптиз.

– Да? Ну сбросьте тогда хотя бы фоточку вашего волосатого живота в личку, – молитвенно складываю руки у груди. – А то я так мечтала хотя бы краем глаза взглянуть на него.

– Ну и язва же вы!

– Какая есть! – отворачиваюсь демонстративно, и за моей спиной хлопает дверь.

Машин на шоссе немного, и тишину нарушает чей-то еле слышный писк. Прислушиваюсь. Звук повторяется, и я иду на него. Перегнувшись через ограждение, вижу чёрный пакет на белом снегу. Свечу фонариком телефона, и волосы на голове приподнимаются от ужаса. Пакет шевелится, писк идёт точно из него. Преодолев преграду, спускаюсь по небольшому склону к мешку. Хватаю его и тащу наверх.

Зануда выходит из машины и идёт ко мне.

– Вы куда сиганули? Что это?

– Там кто-то есть? – протягиваю ему пищащий мешок. – Помогите развязать, пожалуйста.

С лица зануды тут же исчезает заносчивое выражение.

– Вот уроды! Ну что за люди? – повозившись, он развязывает узел на пакете и достаёт из него рыжего пушистого напуганного щенка. – Привет, ушастый! Кто ж тебя так?

– Дайте сюда! – расстёгиваю пуховик и засовываю бедолагу под куртку.

– Крупный такой детёныш, – резюмирует зануда. – В роду овчарки точно были. И что мы с ним будем делать?

– Как что? С собой возьмём! Или вы предлагаете оставить его здесь?

– Нет, конечно. Идёмте в машину.

Мы рассаживаемся по местам, щенок трясётся у меня в руках. Зануда лезет в телефон.

– Нашли время для переписки! – ворчу, пытаясь согреть малыша.

– Я ищу ближайшую ветклинику, – не глядя, отвечает зануда. Он оказывается не такой уж дундук.

– Простите. Да, его нужно показать врачу и накормить.

– Нашёл! – зануда включает навигатор и кладёт телефон так, чтобы я видела маршрут. – Погнали. Повезло парню. Или девке. Похоже, недавно выкинули. Убивать таких нелюдей надо! Давайте сюда собаку, – зануда забирает у меня щенка, и тот льнёт к нему.

Завожу мотор и еду в клинику. Видно, день у меня такой – находить сегодня чудесным образом всех попавших в беду. К счастью, ветцентр всего в десяти километрах отсюда. Остаётся надеяться, что он работает.

Щенок помирил нас и следующие пятнадцать минут мы проводим в согласии. В клинике горит свет, и мы дружно с облегчением выдыхаем. Толкнув дверь, спешим к единственному кабинету. Худощавая женщина в голубой робе что-то пишет за столом и холодно спрашивает, не поднимая глаз.

– Вы записывались?

– Нам срочно, – выдыхаю я. – Мы щенка в мешке нашли.

– Ох ты ж, – она тут же меняет тон и встаёт из-за стола. – Давайте дитё на стол!

Зануда ставит щенка на металлическую поверхность, и тот испуганно жмётся к ней животом. Но сколько в глазах-пуговках надежды!

– Хороший, хороший… Парень! – врач осматривает его. Наконец выносит резюме. – Был бы человеком, сказала бы в рубашке родился. В хорошую ты семью попал. Поздравляю, – одним словом женит нас врач и кивает зануде. – Придержите его. Я сейчас пару уколов сделаю и можете забирать.

– Куда забирать? – растерянно смотрит на неё зануда.

– А вы его мне, что ли хотите подарить? – округляет врач глаза.

– Нет, не переживайте. Я… – на мгновение запинаюсь и смотрю на шкафчики с лекарствами. – Я заберу его. Только у вас тут где-нибудь есть зоомагазин?

– И куда ты его в гостинице денешь? – зануда переходит со мной на ты.

– В номере посидит, – отмахиваюсь я.

Только врач выдыхает с облегчением, как зануда озадачивает её.

– Доктор, а у вас его нельзя хотя бы на пару дней оставить? Мы на корпоратив едем, а парню присмотр нужен.

– Ребят, ну вы чего? – всплёскивает она руками. – У меня дома и так уже целая стая котов и собак. Причём всех мне подбросили.

Зануда лезет в пуховик за кошельком и достаёт две пятитысячных купюры.

– Мы на обратном пути его заберём.

Врач смотрит на деньги и колеблется.

– Нет…

Зануда достаёт ещё столько же.

– Так как?

– Точно заберёте? – врач недоверчиво переводит взгляд с купюр на меня.

– Точно! Я давно собиралась поискать себе собаку по душе, а она взяла, и сама меня нашла, – беру щенка и прижимаю к груди. – Но на корпоративе, действительно, будет совсем не до него. Мы с вами номерами телефонов обменяемся, и я на обратном пути позвоню и заеду.

– Ладно. Договорились.

Зануда протягивает ей деньги.

– Да ладно, не надо, – отмахивается она. – Что я? Не человек, что ли.

– Возьмите, – улыбается он. – Купите вашей стае корма или что там они едят у вас.

– Спасибо!

Ждём пока нашего бедолагу подлечат, обмениваемся номерами телефонов с врачом и тепло попрощавшись с ней и со щенком, идём к машине.

Снова трогаемся в путь и едем некоторое время молча. Ощущение, что оба боимся разрушить установившееся перемирие. Глянув на часы, вздыхаю.

– Теперь бы доехать до базы, успеть привести себя в порядок и предстать пред светлыми очами Оливье… Вылетела из головы его фамилия.

– Успеете. Фамилия его Монтен. Очи скорее тёмные, карие, – устало выдаёт информацию зануда и, прикрыв глаза, прислоняется затылком к подголовнику. – Вам разве не давали задание подробно изучить информацию о компании?

– Я не думала, что нужно изучать столь подробно, – с подозрением кошусь на зануду. Уж не Оливье ли это собственной персоной? Но тут же прогоняю эту мысль. Наши питерские боссы перед зверюгой Оливье небось в аэропорту дорожку красную раскатали. И сидит он уже с бокалом шампанского в номере люкс, чёрную икру на булку намазывает. А мой попутчик просто въедливая зануда.