Странный мой мир

И тут же впился в меня таким взглядом, что я невольно отшатнулась. Его глаза начали темнеть — медленно, неотвратимо, — и в них поднялась тяжёлая злость. — Слушай, — процедил он. — Я не хочу причинять вам боль. Ни тебе, ни твоему бойфренду. — Он не мой бойфренд! — выпалила я прежде, чем успела подумать. — Он просто друг. Да зачем я вообще стала оправдываться перед ним?

— Вам нужно уйти отсюда, — продолжил он, не сводя с меня потемневших глаз. — Или освободить меня. Скоро они найдут меня и придут сюда. Мне нельзя задерживаться на одном месте надолго. Понимаешь? — Кто придёт? — я насторожилась. — Свет? Охотники? Он вдруг улыбнулся — криво, недобро: — Хуже. Не знаю, почему я поверила ему. Но ответила, не колеблясь: — Конечно, да.

Хотя внутри уже ворочалась тревога: за тобой же все охотятся. Ты явно под чем-то. Вот только под чем?Мои глаза сузились. По моей коже пробежали мурашки, волоски на руках встали дыбом. Свет замигал — раз, другой, — будто сам воздух сгустился и задрожал. Я резко посмотрела на него. — Они... нашли меня, — выдохнул он побелевшими губами. — Вам нужно уходить. Сейчас же. Я, не успев ни о чём подумать, бросилась к его руке и принялась лихорадочно развязывать тугие узлы. — Что ты делаешь?! — раздался голос Владлена. — Он опасен! Я обернулась к нему — и на миг застыла в сомнении. Что я творю? Он фейри или эльф. У него наверняка есть способности... Он что, загипнотизировал меня? Его одна рука уже была свободна. И тут, словно из ниоткуда, материализовались две девушки. Обе — с заострёнными ушами, высокие, неестественно красивые, с волосами цвета пшеницы, в прозрачных, струящихся платьях. На их шеях мерцали амулеты, горящие ядовито-зелёным цветом. В руках — копья с остро отточенными наконечниками. Одна замахнулась — на кого, я так и не разобрала. Фейц дёрнулся. Освободившейся рукой он схватил меня за талию и легко, будто я ничего не весила, приподнял. Мои ноги оторвались от пола. Копьё просвистело в каком-то сантиметре, рассекая воздух мимо нас.

Он опустил меня и, не оборачиваясь, завёл себе за спину — собой заслонил. Свободной ладонью он дотянулся до второй, всё ещё связанной руки и что-то прошептал. И тогда от его пальцев разлился тёплый свет заката — и последние путы осыпались, обратившись в ничто. Мышцы его вздулись, пальцы сжались в кулаки. Он посмотрел на меня — всего на миг, — но я прочитала в этом взгляде отчётливо: я же говорил тебе, что за мной придут. Мои глаза расширились, стали, кажется, ещё больше. Я разглядела в его глазах и другое — отчаянную, внутреннюю борьбу. Он изо всех сил сдерживался, чтобы не наброситься на кого-нибудь. И это «наброситься» не имело ничего общего с дракой. Он что, в такой момент хочет трахаться?Я опустила взгляд на его грудь. Он дышал тяжело, рвано, она вздымалась — от ярости или от желания, уже не разобрать. Мой взгляд скользнул ниже, и я вновь это увидела... Он всё ещё был твёрд. Да. Ну ты и влип, красавчик,— усмехнулась я про себя.

Он посмотрел на меня так, что мурашки вернулись: будто услышал каждое моё слово. На лестнице я заметила Владлена. Он принялся судорожно кому-то набирать в телефоне, пальцы его дрожали. Я медленно перевела дыхание и снова посмотрела на мужчину. Он стоял спиной ко мне — в одних чёрных штанах, с обнажённой спиной. Его чёрные волосы ниспадали чуть ниже плеч, и сквозь них тонули кончики заострённых ушей. Его спина была напряжена до предела, а по рукам, вспыхивая и гаснув, поплыли светящиеся руны лилового, почти фиолетового цвета. Я заворожённо скользнула взглядом по его спине — ниже, к ягодицам. И между ног снова накатила знакомая, предательская теплота. Чёрт. Что со мной происходит? Меня сейчас убьют, а я хочу... — я запнулась даже в собственных мыслях. — ...совокупляться с этим фэйри.Что за бред? Он же не человек!И в этот момент он резко обернулся и бросил через плечо: — Хватит. Ты мне мешаешь. Я уставилась на него, и щёки мои залились краской до самых ушей. Он действительно читает мои мысли...

Женщины с пронзительным криком бросились на него разом — обе, одновременно. Они двигались убийственно синхронно, как существа, отточившие своё смертоносное ремесло с колыбели. Возможно, так оно и было. Он уходил от их ударов — технично, расчётливо, не причиняя им ни единой боли. А они били, чтобы убить. Я смотрела на него как заворожённая: на рельеф его мышц, на то, как они перекатываются под кожей при каждом движении. И на его всё ещё упругую плоть, которую не могли остудить даже летящие на него копья. Точно. Он под чем-то.Я перехватила его взгляд. — Ты мне этим не поможешь, — бросил он, не сбиваясь с дыхания.

И я осеклась. Чем я вообще могла бы ему помочь? Я проста женщина, тридцати восьми лет. Спина и колени уже похрустывают к непогоде. В драку я точно не полезу. Нет.Я снова вскинула глаза — он улыбался, легко уходя от удара в челюсть, будто тот был медлительным сном. — Тогда не думай! — крикнул он. Я растерялась. Как это — не думать? Мысли ещё сильней лезли в голову, одна постыднее другой. Чёрт. Я отчаянно стиснула зубы и старалась не думать в голове: Он закатил глаза.

Одна из сражавшихся женщин рявкнула другой, не оборачиваясь: — Заткни её! Я похолодела. Что? И они тоже слышат меня?Нет. Нет. Этого не может быть. — заметалась паника. — Может, я всё-таки была на свидании с тем мудаком с сайта, и это он опоил меня чем-то? Может, всё это — просто глюки... А он, тем временем уже имел моё тело?Стоп. Одно это слово в мыслях — и даже они замерли, перестав убивать друг друга посреди движения. Я испуганно перевела взгляд с одной на другую. И в ту же секунду одна из женщин сорвалась с места и бросилась прямо на меня.

Я оцепенела. Тело не слушалось, ноги будто вросли в пол. Он мощным ударом отшвырнул ту, с кем только что дрался. Та отлетела и врезалась в стену с глухим, леденящим звуком. Застонала от боли. Следом рванул ко мне и перехватил нападавшую — вложил в челюсть весь удар, короткий и страшный, от которого она рухнула на пол. Он схватил меня за руку — крепко, властно, не оставляя выбора. — Идем, — скомандовал он. И я побежала за ним, спотыкаясь на каждом шагу, едва успевая перебирать ногами; его хватка была единственным, что удерживало меня от падения. Он скосил на меня взгляд — быстрый, острый, — и процедил с какой-то непонятной горечью: — Смертная.

Фейри.

— Ты что-то употреблял? Спросила она. — Нет, — ответил я на её вопрос, но голос прозвучал глухо, отстранённо. Где-то в глубине памяти всколыхнулось: Лунный Двор. Там меня напоили напитком, непохожим ни на один из известных мне. Слаще вина и коварнее яда. Когда я вынырнул из воспоминаний, она уже развязывала мне руку. Хочет меня отпустить. В её мысли закралось сомнение, как тонкая трещина на льду. В то же мгновение возникли Астра и Маргарита. Они нашли меня. Копьё метнулось в мою сторону — я, повинуясь одному лишь инстинкту, схватил женщину и увернул её от удара. Удар прошёл мимо. Я задвинул её себе за спину, собой заслонив от всего этого безумия.

Что со мной творится? Это какое-то колдовство? Мне всегда было абсолютно наплевать на смертных. Освободил вторую руку. И тут же остро ощутил неудобство: моя плоть по-прежнему была тверда, возбуждение пульсировало, помимо всякой воли. Будет помехой, — раздражённо подумал я. Взглянул на неё — и на меня накатило жгучее, почти животное желание: схватить, нагнуть, овладеть ею прямо здесь, на глазах у всех. Это не я. Определённо не я. Хотеть смертную... Такого со мной не бывало прежде. Это яд, что тёк во мне вместе с той выпитой жидкостью. Лунного двора. Её мысли донеслись до меня, чёткие, как крик: она хотела меня так же, как я — её. Думала обо мне, желала, несмотря ни на что. Я впился в неё взглядом и процедил: — Прекрати.

На меня напали одновременно — Астра и Маргарита, стражи Королевы. Я уходил от их ударов, но не бил в ответ: Будь на их месте мужчины — разговор был бы иным. Но её мысли снова накрыли меня — жаром, желанием, — и я, уворачиваясь от очередного выпада, сорвался на крик: — Перестань думать! Она замолчала. На миг Маргарита рявкнула Астре: — Заткни её! И тогда до меня дошло: она думает так громко, что её слышат и они. Странна, потом разберусь с этим. Астра метнулась к женщине. Я не успел понять, как это вышло, — лишь выпустил волну, и Маргариту швырнуло в стену. Она застонала от боли. А я уже рванул к смертной и вложил в Астру удар, от которого та рухнула. Схватил женщину за руку, и мы бросились к выходу. Что же со мной происходит? — билось в голове, пока её пальцы дрожали в моей ладони. Она — всего лишь... смертная.

Аксиния.

— Да, я смертная, — огрызнулась я. — И что с того? Он промолчал. Мы поднялись по лестнице и вошли в ту самую комнату, что пряталась за зеркалом. Там топтался Владлен — перепуганный, бледный. Мужчина даже не взглянул на него. Прошёл мимо, точно мимо пустого места, — прямо к выходу. — Ключи от машины! — выпалила я Владлену. — Ты куда с ним?! — вытаращил он глаза. — Ключи от машины! — повторила я жёстче. — В кармане штанов, — растерянно отозвался он.

Мужчина — фейри или эльф, кто его разберёт — распахнул железную дверь одним лёгким движением, будто та ничего не весила. Не то что Владлен, который только что налегал на неё всем телом, пытаясь и открыть, и придержать, пока я входила. Мы вышли наружу, и он уверенно повёл меня по коридору к лифту — словно знал этот коридор наизусть. Нажал кнопку. Лифт, поскрипывая, пополз к нам. Двери разъехались. Он шагнул внутрь, а я — следом, как послушная девочка, всё ещё судорожно сжимая его руку. Лифт, лифт, лифт. Моей голове кружилась это слово. Он держал мою руку. Крепко. Не отпуская. Резко развернулся ко мне всем телом. Свободной рукой обхватил за талию — так, что я оказалась прижата почти вплотную, — а вторую мою ладонь так и не выпустил из своей. Наклонился к моему лицу и задышал тяжело, шумно, втягивая воздух у самого моего виска. Я замерла, глядя на него, и отчётливо ощутила, как его твёрдый член упирается, всё ещё напряжённой плотью в мой живот. Всё ещё возбуждён. Он ухмыльнулся — криво, жарко, понимающе. Чёрт. Аксиния, не думай об этом. Просто. Не думай. Заблокируй.— Стоп, хватит— выдохнула я шёпотом. Его лицо переменилось. Глаза, ещё секунду назад горевшие, вдруг сделались пустыми, настороженными. Будто после моих слов он разом перестал слышать всё, что творилось в моей голове. Он застыл, нахмурился, прислушиваясь — как человек, который внезапно оглох посреди гула. Неужели сработало... Он и правда больше меня не слышит. Но что я сказала? Лифт остановился. Двери разошлись. Мы вышли. В холле ресепшена по-прежнему не было ни души — пусто, как и в тот миг, когда мы с Владленом только входили в это здание. Двинулись к выходу. И за стеклянными дверями меня встретила темнота. Уже ночь!

Сколько же прошло времени? Неужели целый день — и вечер в придачу? А Мы с Владленом вошли сюда каких-то пятнадцать минут назад. Неужели время пролетело так стремительно?— спросила я сама у себя, не находя ответа. Впереди блеснула машина Владлена. Мы подошли к ней. Я протянула руку и коротко бросила этому фейри — или эльфу: — Ключи? Он лишь молча посмотрел на меня. Я закатила глаза и, не церемонясь, сунула ладонь прямо в его штаны. За ключами. Он откинулся на машину, и из его груди вырвался низкий стон — будто моё прикосновение доставило ему наслаждение. Бедолага. Он же сейчас мучается. — попыталась я оправдать собственное смущение. Нажав кнопку брелка — машина коротко мигнула, снимая блокировку. Мы сели внутрь. Завела двигатель и тронулась, сама не зная куда. Просто вела машину сквозь ночной город, чьи огни размазывались по мокрому асфальту.

И всю дорогу я ловила на себе его взгляд — он скользил по моей шее, по груди, по рукам, по коленям. Сердце сбилось с ритма, дыхание перехватило. — Прекрати, — не выдержала я. — Что прекратить? — отозвался он, не отводя глаз. — Прекрати на меня смотреть. В салоне повисла тишина — густая, наэлектризованная. И я снова почувствовала, а не увидела, его желание: оно нарастало, стягивало воздух, между нами, давило на грудь. — Да, тяжёлый у тебя сегодня день, — выдавила я лишь бы что-то сказать. — Справлюсь, — коротко бросил он и замолчал окончательно. Я не стала продолжать. Не провоцировать его. На что — я и сама не понимала. Мы всё ехали по ночному городу, пока наконец не свернули во двор и не остановились. В оглушительной тишине, до меня дошло: я привезла его к себе домой. Как? Как это вообще возможно? Я же и не думала приглашать его к себе. Я собиралась просто прокататься по городу, подождать, пока он придёт в себя, и выпытать у него всё: кто он, откуда, есть ли кто-то ещё... Мы вышли из машины. Чёрт.

Фейри.

Схватил женщину за руку, и мы бросились к выходу. Что же со мной происходит? — билось в голове, пока её пальцы дрожали в моей ладони. Она — всего лишь... смертная. Я зжал её руку сильней, и мы стали подниматься. Прошли мимо её бойфренда — тот даже не шевельнулся, не попытался меня остановить, броситься ей на защиту. Странно. Что за мужчина, который отдаёт свою женщину без боя?

Мы вошли в лифт, всю дорогу держал её ладонь в своей. Меня снова накрыло — удушливой волной желания овладеть ею. Я резко развернулся, вдавил её в стену и одной рукой стиснул за талию. Она загремела мыслями — слишком громко, невыносимо. Внутри её головы прозвучало то, что я не смог разобрать. Я прислушался... И не услышал больше ничего. Пусто. Сильная ведьма.

Мы вышли из лифта, дошли до дверей и выскользнули из здания наружу, в прохладу ночи. Она вела меня к машине — чёрной, не слишком приметной. И, не спрашивая, залезла мне в боковой карман штанов.

Её пальцы прошлись, по-моему, паху. Я замер. Она вытащила ключи, и мы сели в машину. Куда она меня везёт — понятия не имею. Вымотался за этот день. А сверху давило это бесконечное, выматывающее желание. Я скользил взглядом по её шее, груди, рукам, ногам — и не мог ответить себе на один-единственный вопрос. Почему смертная? Отчего я хочу именно её? Она покосилась на меня и с сочувствием заметила что-то про мой… стояк. Я бросил сквозь зубы: — Справлюсь. Вот только как?— отозвалась более трезвая часть моего разума. Разум кричал: не смей прикасаться к смертной. А тело горело и шептало одно: овладей. Машина замерла. Мы вышли у дома. Дом — серый, громоздкий, с тяжёлой железной дверью. От неё долетело, будто издалека: — Чёрт.