Девственница для идеального чудовища
- -
- 100%
- +
Женька наконец пришла в себя и увидела мощную спину в темной рубашке. Ее спаситель выталкивал гостя из закутка. Девушка рванула к туалетам, забежала и захлопнула дверь.
У окна курили две молодые женщины. Женя забилась в угол и встала лицом к стене, обняла себя руками. Ее трусило, по щекам побежали слезы. Краем сознания она пыталась сообразить - это был он? Чудовище? Или просто местный вышибала, которых она еще толком не знала по голосу?.. Женька сделала глубокий вдох.
Если она хочет здесь работать, нужно привыкать. Быть сильной. Девушка подошла к зеркалу, которое узкой каймой шло над раковинами. Оторвала кусок бумажного полотенца и принялась приводить свое личико в порядок. Влага из глаз еще рвалась, Женька старалась сильно не тереть их.
Спустя несколько минут она выглядела вроде более-менее нормально. Пора возвращаться в зал. Она подошла к двери, открыла...
Прямо напротив стоял спортивный брюнет. Все-таки ей помог Филипп, именно он сейчас подпирает стену в той самой черно-фиолетовой сорочке.
- Привет.
Мужчина смотрел серьезно и словно с упреком. Темные глаза внимательно прошлись по ее фигурке. Женька тоже оглядела его.
Какой он все же красивый! Наверное, даже если Женя будет при смерти, она не сможет этого не заметить. Причем вывод этот был не восторженно-влюбленным, как в случае со Славкой, а спокойным и объективным. Филипп был идеален со всех сторон.
Рубашка не очерчивала каждый мускул, как майка, но добавляла его торсу мощи. Широкая грудь выглядела такой уютной. Женьке внезапно захотелось прильнуть к ней, узнать его сильные объятья. Почувствовать себя под защитой.
Она тряхнула головой.
- Здравствуйте, - выдавила она из себя и на всякий случай отвела глаза.
- Опять в клубе? - с чего-то ради он смотрел на нее строго.
Женя поджала губы. Еще пару секунд назад она хотела поблагодарить его за помощь, но высокомерный тон мужчины отбил такое желание.
- Я устроилась сюда танцевать, - сквозь зубы произнесла она.
- Разве эта работа для тебя?
Да что он возомнил?! Еще и тыкает.
- А какая для меня?! - Женька вспылила. - Изображать девушку богатого мужчины?
Качок растерялся, заметила она с удовольствием.
- Я предлагал не работу, а договор, - выкрутился он, - если хочешь, найду тебе приличное место.
Девушка снова начала закипать.
- Здесь я тоже ничем непристойным не занимаюсь! - резко ответила она и тоже неосознанно перешла на «ты». - А ты типа всемогущий? И службу найдешь, и проблемы решишь.
Женька раздражалась, но вдруг поняла, что больше не боится его. Хотя спортсмен все же казался ей безумным.
- Я привык преодолевать трудности, - спокойно пояснил Филипп, - и я не сделал тебе ничего плохого. В отличие от всего того, что с тобой происходит в этом месте.
Он окинул взглядом клуб. Женя все же устыдилась.
- Спасибо тебе, - искренне сказала она, - но пойми, твои предложения, по меньшей мере, странные. Ладно, ты по каким-то своим соображениям прицепился... предлагаешь именно мне поиграть в твою девушку. Но я считаю такое поведение неправильным! Это обман. Уж лучше честно танцевать на стойке.
Филипп внимательно слушал ее.
- Наш уговор никого не подставит, никому не навредит, - после паузы заметил он, - бизнес такое дело... Без игры там не обходится. Таков наш мир.
- Я не хочу так, - негромко ответила Женька и опустила глаза.
Мужчина хотел еще что-то сказать, даже шагнул к ней. Но тут из-за поворота вырулила Риммка и торопливо начала спрашивать у Жени, куда та запропастилась. Филипп кинул на них обеих короткий взгляд и быстро зашагал вперед по коридору.
***
Фил уже и сам понимал, затея с договорными отношениями потерпела провал. Но и «отцепиться» от Жени, как выражалась та, не желал... В сознании появилась картинка прекрасных глаз с холодными огоньками внутри.
Он вспомнил взгляд Лены. Жена отца смотрела на всех с небольшим прищуром, как будто насмешливо. Могла щебетать мило с отцом или даже с ним, Филиппом, но в глазах часто мелькало то ли превосходство, то ли тайна. Это качество в ней завораживало юного Фила.
Сегодня же, когда он смотрел во влажные озерца с фиолетовыми искорками, он видел в них такое безграничное доверие к миру, что ему стало страшно. Женька напоминала ему хрупкого котенка, который остался один на враждебной улице. И сердце мужчины сжала тревога за судьбу этого, пусть с виду и храброго, но нежного существа.
Были ли в этих эмоциях отголоски схожести с Леной, он уже не знал. Внешне она до сих пор ее безумно напоминала. И стала бы сладким призом для мужчины. Но в поведении и характере все больше вырисовывались различия. Хотя они не отталкивали, а наоборот увлекали.
Он хотел предложить ей помощь с нормальной работой, пусть не по договору, а просто так. Но в самый подходящий для этого момент нарисовалась Римма. Еще и заорала - вот ты где, я тебя обыскалась! Ладно, хоть вовремя сообразила перевести эту реплику на Женьку. Как будто потеряла не Фила, а ее. Мужчина почему-то был уверен, Женя понятия не имеет, что подружка подрабатывает в «Острове» не только танцами.
Секс обломился, хотя настрой все равно был сбит. Из головы снова не выходила Женька. Всю дорогу он прокручивал способы, как до нее добраться. Совет Артема бы не помешал, но он все же не стал беспокоить приятеля ночью.
Друг, Риммка - две темы соединились в голове, и наконец пришла идея. Нужно расспросить Римму о жизни Женьки, ведь они подруги. Возможно, так получится найти к девушке какой-нибудь подход.
***
Женя провела утреннее занятие классическим танцем с младшими школьницами и вышла из зала в приподнятом настроении. С детьми девушка отдыхала душой, тем более, сейчас, когда уроки давали отличную возможность ни о чем не думать. Особенно о мужественных сумасшедших.
Филипп сидел в голове, как заноза. Она вспоминала то его широкую грудь, то надменные слова про ее работу. С одной стороны, он так вовремя появился, с другой - обидел ее своими рассуждениями. Ведь он совсем не знает ее обстоятельств! А думает наверняка, как и мама Аля, что Женька легкомысленная. Она не понимала, почему ей не плевать на это...
Но сейчас Женя немного забылась, да и в окна школы светило такое веселое солнце. Девушка переоделась в сарафан и решила прогуляться между уроками, съесть мороженое. Она шла, мечтательно напевая одну из танцевальных мелодий. Как вдруг... Женька прищурила, а потом наоборот широко распахнула глаза - навстречу по коридору шла Алла Григорьевна и уже хорошо знакомый ей чудовище-брутал. Откуда он здесь?!
Свернуть на выход незамеченной не вышло. Наставница увидела Женю и радостно воскликнула: - Филипп, а это наш преподаватель - Женечка!
Они подошли к ней близко. Девушка, насупившись, посмотрела в темные глаза. В них была ухмылка, какая-то до странности добрая. Женя все равно чувствовала досаду и не могла ее скрывать.
- Очень приятно, - мужчина протянул ей ладонь.
Решил разыграть, будто они незнакомы! Но Женьке стало не до мамы Али и манер.
- Зачем ты сюда пришел?! - быстро спросила она. Все-таки не употребила слово «приперся».
Мужчина остался спокойным.
- Познакомиться со школой, - пожал он плечами, - мы занимаемся похожим делом, несем в город здоровый досуг. Я услышал, у вас проблемы, и решил кое-чем помочь.
Женька шумно выдохнула и поджала губы.
- Филипп привез такие замечательные маты! - всплеснула руками Алла Григорьевна. - А еще коврики, гимнастические мячи! И пообещал помочь с материалом для ремонта пола в балетном зале.
Учительница пребывала в восторге и даже не заметила, что ее названная дочь и неожиданный спонсор общаются, как старые знакомые. А Женя кидает на мужчину гневные взгляды, тяжело дыша.
- Я правда хочу, как лучше, - своим идеальным тембром произнес Филипп.
Женька закатила глаза.
- Да ты просто идешь напролом к своим ненормальным целям! - девушка почти кричала. - И думаешь, что все средства хороши!
Она толкнула его в ту самую грудь, на которой недавно хотела повиснуть, освободила себе путь и зашагала по коридору вглубь здания. Она чувствовала себя в ловушке, окруженной со всех сторон. Ей было безумно жалко маму Алю, которая развесила уши на обещания этого сумасшедшего.
Женька толкнула дверь в зал, который они как-то пытались сдавать для фитнеса. Прошла по запылившемуся полу и села в углу на степ для аэробики. Приспособление представляло собой низкую ступеньку, и подол ее платья оказался на полу. Но Жене было все равно, от злости и обиды она разревелась.
Девушка не знала, сколько просидела, выплескивая в прямом смысле этого слова свои эмоции. И чуть не вскрикнула, когда дверь распахнулась, и вошел Филипп. Он был один. Женя отвернулась к стене, стыдясь слез. Успокоиться так сразу она не могла и продолжала всхлипывать.
- Женя...
Мужчина подошел и сел с ней рядом прямо на пол.
- Прости, что так вышло, - серьезно сказал он, - но я не думал, что ты так отреагируешь.
- Ты не понимаешь, - она повернула к нему мокрое лицо, - она ведь реально верит, что ты хочешь помогать!
Женька глотала ртом воздух.
Филипп покачал головой и медленно взял ее личико в ладони. Девушка замерла под его теплыми прикосновениями. Он аккуратно стер подушечками больших пальцев капельки с ее кожи.
- А я действительно хочу, - спокойно произнес он, - у меня своя спортивная база, есть куча знакомых поставщиков. И я давно хотел заняться благотворительностью. Твоя начальница очень хороший специалист, и человек, скорее всего, тоже. Мы пообщались и нашли общий язык. Я не спорю, вышел на эту школу я из-за тебя. Но я сдержу слово!
Женьке показалось, мужчина не соврал. Слезы унялись, и теперь она завороженно смотрела на его лицо, которое оказалось очень близко. Темные глаза под черными густыми бровями, прямой широковатый нос, крепкий подбородок... Плоские и сильные на вид губы. Женя внимательно посмотрела на них и инстинктивно приоткрыла ротик. А, может, она сделала это, потому что ей было нечем дышать из-за последствий рыданий.
Ей безумно захотелось, чтобы он коснулся губами ее губ. Несмотря на одержимость Славкой, короткие романчики у девушки все же были, и она целовалась с парнями. Знала она и вкус поцелуя Славы. Но не перед кем из ребят, даже перед любимым, так не трепетало ее тело. Ни к кому Женя не испытывала такой тяги, животного порыва слиться воедино.
Она глубоко вздохнула, и мужчина выпустил из ладоней ее щеки. Встал, протянул ей ладонь. Женька поднялась на ноги, хотя тут же отняла пальцы.
- У тебя закончились занятия? - зачем-то спросил Филипп.
- Мм, - Женька попыталась собрать мысли в кучу, - через сорок минут будет еще один урок.
- Может, сходим пообедаем? - мужчина приподнял брови.
Глава 5
Женя закусила губу. Нахождение рядом с ним становилось все опасней, да и он воспримет это как повод и дальше ее осаждать. Но настроение было таким, что одной оставаться не хотелось...
- Я не голодная, - все же ответила она.
А вот желудок полностью согласился на предложение спортсмена и откликнулся бодрым урчанием.
- Точно? - Филипп улыбался.
Женька не выдержала и рассмеялась.
- Ну хорошо, идем, - кивнула она, - я просто не хотела тебя задерживать.
- Я на сегодня не назначал дел, - сообщил Филипп, - чего ты хочешь поесть?
Девушка задумалась. Его забота была настолько располагающей, и ей захотелось искренне чего-то пожелать.
- Я бы съела гамбургер, - прищурилась девушка.
Ее собеседник еще раз радостно заулыбался.
- Метрах в пятистах прямо по Изумрудной есть местная бургерная, - сказал он, - я правда не знаю, что у Чернопольского за качество...
- Это владелец? - Женя услышала незнакомую фамилию. - Я была там, вкусно.
- Тогда идем, - скомандовал Филипп, - да, я говорил о хозяине.
- Ты многих здесь знаешь? - спросила Женя, когда они вышли на солнечный тротуар. Признаться, ее чуть восхищала его уверенная речь и подача самого себя. Было заметно, мужчина твердо стоит на ногах и обладает некоторым опытом в жизни.
- Знаком с городским бизнесом. А с Ваней Чернопольским еще из спорта, хотя он давно забил на здоровый образ жизни...
- Из-за гамбургеров? - спросила Женя, не задумываясь.
Фил усмехнулся, как ей показалось, напряженно.
- Ага, - ответил он. - Осторожно!
Женька не успела понять, что происходит. Сбоку с силой просвистел воздух, а она в долю секунды оказалась крепко прижата к телу мужчины. Он держал ее за плечи сильной рукой, и она чувствовала, как колотится его сердце.
- Вот уродцы, - проворчал Фил вслед двум подросткам на велосипедах.
Но Жене было не до малолетних хамов. Она боялась сделать лишний вдох, чтобы не упасть в обморок от такой концентрации его запаха. Уже знакомый одеколон и приятный теплый аромат кожи. Вот она и ощутила, каково это быть в его руках. Девушка забыла про все на свете, придавленная его мышцами и исходящей из каждой его клетки мужественностью.
- Ты как? Испугалась? - Филипп отпустил ее фигурку. Сразу стало прохладно знойным днем. По коже девушки побежали мурашки.
«Я в панике...» - хотелось сказать ей. Женя понимала, лучше бы им больше никогда не встречаться. Но была по-безумному рада, что их обед еще даже не начался.
- Не успела, - выдавила она, - идем?
- Да, конечно.
Филипп поменялся с ней местами и сам пошел с краю.
Время уже перевалило за полдень, и в кафешке собралось приличное количество народа. Свободные столики все же были, но немного. Филипп осмотрелся по сторонам.
- Жень, садись вон там, в дальнем углу, - мягко велел он девушке, - а я пока куплю еду. Ты что будешь?
- Я сама себе куплю, - заупрямилась Женька. Она вспомнила речи Славы о самостоятельных девушках.
Филипп приподнял бровь, взял Женю за запястье и повел к столику, который приглядел.
- При всех ваших моральных принципах, Евгения, - Филипп говорил, а девушка не понимала, чего он вдруг перешел на официальный тон, - вы еще и такая самодостаточная. Я чувствую себя ущербным. Может, не будем усиливать этот эффект?
Женька посмотрела в темные глаза и поняла, он шутит.
- С чего ради тебе меня кормить? - пробормотала она.
- Я большой провинциальный дядька, - с самоиронией объяснил Филипп, - и, если приглашаю девушку на обед, рассчитываю ее угостить. Тем более, такую маленькую и худенькую. Ведь явно ты много не съешь. Так что ты будешь?
Он улыбался. Женька сдалась и села на белый стул.
- Фирменный, с большой котлетой, - распорядилась она и тут же хихикнула - ее заказ тянул на верзилу, а не на маленькую девочку.
- Хорошо.
Фил не прокомментировал ее запросы и, огибая столики, зашагал на кассу. Женя потянулась. Черт возьми, все же приятно, когда можно просто сидеть, смотреть по сторонам и ждать, когда «большой дядька» принесет тебе любимую еду. Наверное, его невеста была бы очень счастлива. Вот только жаль, его головой рулят тараканы, и он придумывает идиотские сделки с малознакомыми девушками.
***
Всё утро Артем заливал в себя кофе, потому почти не чувствовал голода. Но около двух он все же сел за руль и двинулся в направлении городского ресторанчика на окраине. В заведении из серого нарочно состаренного камня его ждал давний знакомый. Встреча была не из приятных, но являлась в прямом смысле жизненно важной.
- Ну здравствуй, Тёма дорогой!
Полноватый мужчина средних лет южной внешности поднялся навстречу Артему и принялся его обнимать. Молодой человек скривился, отвернул лицо, чтобы тот не заметил его эмоций.
- Здравствуй, Гера, - ответил он, - чего позвал?
Брюнет усмехнулся.
- А то ты не знаешь? Садись.
Перед Артемом материализовалось блюдо с сочным шашлыком, но аппетит у молодого мужчины окончательно пропал.
- Ты решил порвать наши связи? - ласково спросил собеседник.
Тёма шумно выдохнул.
- Да почему?! Я же нормально объясняю - шеф вернулся, контроллит всё! Не могу я больше ваши мешки там складывать!
Гера вздохнул.
- Шеф... Шеф. Ну что ты как маленький? Люди на глазах у начальства страну разворовали, а ты не можешь спрятать на большой базе маленькие пакеты. Вот сейчас где твой шеф?
- Да черт его знает, он мне не докладывает, - огрызнулся Артем.
- Что и требовалось доказать, - развел руками Гера, - иногда он отвлекается, вот ты и пользуйся моментом. Хочешь... жить - умей вертеться!
Он сделал акцент на слове жить и взмахнул бокалом с красным вином, словно произнес тост. Желваки Артема ходили ходуном.
***
За обедом Филипп и Женька почти не разговаривали. Вокруг было шумно, да и они были заняты едой. А когда покинули заведение, мужчина сразу спросил.
- Можно поприсутствовать на твоем уроке?
Вопрос поставил Женю в тупик. Отказать было невежливо, спортсмен сегодня так тепло повел себя по отношению к ней и к школе. И в глубине души ей предательски не хотелось его отпускать. Хотя умом она понимала, нужно распрощаться с ним прямо сейчас и выкинуть из головы.
- Если ты не торопишься, - она пожала плечами.
- До завтра я совершенно свободен.
***
На занятии у Жени была серьезная пара четвероклассников. Хотя мальчик, может, был и постарше, ведь они взрослеют позже. Фил с интересом наблюдал, как звонким голосом Евгения направляла ребят, грациозно показывала движения. Она не выдавала никакой неловкости от присутствия мужчины на уроке. Было заметно, как уверенно она чувствует себя в своем деле. С какой любовью относится к тому, чем занимается.
Фил опять же не смог не провести параллель с Леной, женой отца. Красотка-мачеха вела образ жизни типичной женщины. Занималась лишь собой и немного бытом. Ну и конечно уделяла внимание супругу. Филипп не осуждал такой уклад в семье, даже считал его нормальным. Но Женька все же цепляла его такими разными гранями своей личности. То ранимая девочка-котенок, то профессионал. Танцовщица в ночном клубе и при этом девственница.
Мужчина был рад, что удалось сгладить ее расстройства от его появления. Она так расплакалась, что Филу стало действительно стыдно. Он почувствовал себя чудовищем, которое осадило со всех сторон беззащитную девушку. Хотя реально приехал в школу танцев лишь из любопытства.
Вчера вечером он позвонил Римме, и та без особого желания пояснила, почему ее подруга устроилась трудиться в ночной клуб. Мол, глупышка помешана на старой танцевальной студии и днем пропадает там. Филипп, который привык знать всё о том, что его интересует, с самого утра отправился сюда. Поговорил с милейшей Аллой Григорьевной, прикинул, чем сможет помочь. Даже не беря во внимание Женьку, он был рад внести вклад в развитие места здорового досуга в городе.
Филипп просидел до конца занятия, набрался положительных эмоций на неделю вперед. Мужчина и не предполагал, что может быть так забавно наблюдать за детьми и их тягой к творчеству. А с хорошенькой раскрасневшейся Женьки он просто не сводил глаз. В ней не было той игривости, лоска, присущих Елене. Но стройная фигурка и нежное личико с яркими глазами и припухшими губками будоражили воображение мужчины.
Он вспомнил недавний сон, ощущение гладкой кожи под пальцами. Ее стоны и хриплые просьбы продолжить ласку. Фил чувствовал, как в зале становится все меньше кислорода, и старательно отвлекался на посторонние мысли. Иначе придется ретироваться из этого милого места и унимать здоровый стояк.
Все же урок закончился благополучно, и мужчине удалось сохранить приличный образ. После он попросил Женю подробней показать ему школу, они прошлись по коридорам и классам. Забрели в кабинет Аллы Григорьевны, где пробыли еще около часа, обсуждая городские новости и планы сотрудничества. День двигался к концу.
- Давай, я отвезу тебя, - Филипп все же не сдержал распорядительные нотки. Но он действительно не собирался отпускать девушку одну.
Женька примолкла. В ней явно боролось желание поспорить и вечерняя усталость, которая советовала принять его предложение. Фил не стал ждать, пока упрямство девушки победит и легонько дотронулся до ее плеча.
- Идем?
Наконец она улыбнулась и кивнула. В дороге они в основном говорили о работе, он рассказал ей немного о спортивном прошлом. О своей базе, планах по ее расширению. Женька слегка приоткрыла завесу своего детства, поведала про интернат. Филипп изумился внутри, как девушка без родителей смогла вырасти такой чувствительной и правильной.
Когда был окончен путь, как, впрочем, и этот день, молодые люди были почти приятелями. И, казалось бы, в этот момент Филиппу стоило вновь предложить Жене взаимовыгодную сделку. Но он вдруг понял, что совсем не хочет договора.
Нет, она не перестала его привлекать! И даже все еще чем-то напоминала обожаемую Лену. Но он проникся к ней каким-то трепетом и уважением. У него не поворачивался язык просить ее перекроить свою жизнь только потому, что он хочет ею обладать. Эта деликатность была совсем не в характере боксера. Эмоции к Жене сбивали с толку. Он не хотел с ней расставаться и в то же время понимал, что лучшим выходом будет оставить ее в покое. Помогать школе и не более того. Желательно, не появляясь там.
Они стояли друг напротив друга у подъезда Риммы и никак не могли распрощаться. Хватались за какие-то темы, натянуто смеялись. И в конце концов момент расставания был полностью исчерпан.
- Спокойной ночи, - Фил слегка улыбнулся.
- Спокойной, - личико девушки тоже озарилось, - спасибо еще раз за все и прости... что вела себя так резко.
- Ты тоже извини за мою навязчивость, - искренне произнес мужчина, не узнавая сам себя.
Он протянул ей ладонь, она взялась за нее и зачем-то шагнула на встречу. В ее глазах почудился призыв, розовые губки приоткрылись... Фил взял ее за подбородок и поцеловал.
Девушка ответила, здесь не было сомнений. Неумело, но так отчаянно и страстно. Филиппа затрясло и бросило в жар от робких движений мягкого язычка. Вкус ее поцелуя был напитан летом. Ароматом загорелой кожи, цветов, листвы, томящихся под знойным солнцем. Студеного кваса, который они купили по пути, повинуясь порыву.
Прошли минуты, и Женька, чуть застонав, оторвалась от Фила. В фиолетовых глазах читалась тревога. Она сделала несколько шагов назад.
- Мы не должны, - произнесла она, - не надо.
Девушка развернулась и быстро зашагала к входу в дом. Филипп проводил ее взглядом, и еще долго стоял в заполненном автомобилями дворе.
***
Женька пулей влетела в квартиру, отказалась от ужина и не пошла в душ. Девушка закрылась на выделенной ей лоджии, распахнула окно. Она сидела на раскладушке, подтянув к животу колени. Жадно хватала ртом воздух и пыталась выгнать из головы мысли о нем. Но они лезли и лезли, как навязчивая паранойя.
Она боялась даже переодеться, чтобы не увидеть влажное от желания белье. Да это и не нужно, она и так ощущала, как весь низ живота набух от короткого поцелуя с ним. От сильных движений суховатых губ, уверенного языка, потрогавшего каждый миллиметр в ее рту.
Ее затылок помнил прикосновение мужской ладони. Длинных пальцев, которые он запустил в ее волосы. Тело ломило, словно это был не двухминутный поцелуй, а изощренная развратная ночь. Женька захныкала.
Ей было стыдно за себя, свои инстинкты. Он ей никто, обычный скучающий богатый мужик. Женьке стало обидно за свою слабость перед ним. Когда они стояли, прощаясь, под сумрачным небом, его близость, его запах отняли ее у самой себя. Если бы он ее не поцеловал, наверное, она сама бы сделала это. Ее ответ на его порыв был таким естественным, в те минуты ей даже в голову не пришло оттолкнуть от себя мужчину.
У Женьки навернулись слезы о того, как неудобно стало перед Славой. Перед тем светлым и сильным чувством, которое она испытывала полжизни к любимому. А сейчас какие-то низменные потребности и самодовольный спортсмен покушаются на ее верность родному человеку.