- -
- 100%
- +
Я поняла, мама имеет в виду далеко не дружбу. Но могла лишь горько усмехнуться - у меня возникли старые враги.
- Нет, мам, я работаю.
Мы попрощались, впрочем, тепло. С тех пор, как мне исполнилось восемнадцать, мамины советы всегда имели только рекомендательный характер. То есть она на меня не давила и не заставляла делать по её. Хотя разговор все равно заставил меня подумать о моей личной жизни... И как ни странно, в первую очередь, о Разумовском.
Я стояла в вагоне метро между маленькой женщиной в возрасте и сорокалетним мужиком с бородой и рюкзаком. Но мыслями была совсем в другом месте. В моей голове появилась картинка учебной аудитории, выкрашенной в небесно-голубой цвет. Даже столы здесь были такого оттенка, только темнее.
Именно в этом помещении я впервые увидела Илью Аркадьевича. Мы пришли на занятие «Введение в специальность», и я сразу поразилась, какой молодой у нас преподаватель. Нет, в мои восемнадцать он казался мне довольно взрослым. Но все равно на контрасте со старичками и людьми возраста моих родителей очень выделялся.
Интуиция подсказала - на его парах будет интересно. Я даже по глупости уговорила приятельницу сесть за первую парту. Ох, если бы я сразу не выделялась! Может, тоже обожала бы Илью Аркадьевича, как остальные одногруппники.
Но нет, всё пошло наперекосяк. Уже на втором занятии у него мы сцепились языками. И после все два года, что он у нас вел, мне реально было не до скуки. Ха-х, а ведь в первый день я даже решила, что могу в такого человека влюбиться! Наверное, перечитала книг о любви студентки к преподавателю.
Один раз, засыпая, я представила, как он... Ух, даже сейчас меня бросило в жар от воспоминаний. А что тогда сделали с моим телом эти фантазии... Стоп! Эта тема давно и наглухо закрыта.
Я вышла из метро и постаралась забыть о Разумовском. Еще не хватало из-за него под машину угодить. Кто будет за мной здесь ухаживать? Да и денег понадобиться немерено. А мои отпускные таяли на глазах.
Кстати, этот факт заставил меня не ехать от метро, а прогуляться. Не бог весть какая экономия, но все же. Ничего... Свет в конце тоннеля уже показался, скоро я, возможно, буду жить хорошо. Если Разумовский окажется не совсем уж скотиной, а я смогу проявить себя.
Уже дома я закинула в себя гречку и какие-то сосиски, растянулась на кровати в обнимку с плюшевым котом и снова принялась размышлять. Как угодить Илье Аркадьевичу?
На той злосчастной паре я сказала, что мечтаю о еще большей автоматизации бухгалтерского учета. Да и вообще работа экономической сферы должна превращаться из рутины в площадку для новых идей. Мы должны вносить вклад в развитие компаний, а не зарабатывать позвоночные грыжи. Вот тут Разумовского и понесло...
С чего-то он взял, что я хочу получить всё легко и просто! А надо, мол, пахать... Да я вообще другое имела в виду! Но было поздно - все самые трудные вопросы и доклады перепадали мне. Я даже плакала иногда. Хотя после такой школы жизни красный диплом был практически у меня в кармане.
Но все равно преподаватель относился ко мне очень несправедливо! И теперь от него еще зависит моя судьба. Ну на ближайший год-два по крайней мере. Нет, я просто обязана стать идеальной помощницей Разумовского.
Пара слезинок все же выкатились из моих глаз, но я уткнулась в подушку и быстро заснула. Это все, что я могла сделать сейчас. Да и силы мне ой как понадобятся.
Утром добрая Анфиса угостила меня бутербродом с колбасой, но в душу больше лезть не стала. Да и опаздывала на занятия. У меня же еще было время, и я двинулась к шкафу. Внешне я тоже должна выглядеть безукоризненно.
Логикой я понимала, что от меня требуется всего лишь соблюдение дресс-кода и элементарная аккуратность. Ну и еще, конечно, моя одежда не должна быть вызывающей. Не думаю, что Разумовский оценит коротенькую юбочку на мне или глубокое декольте. Впрочем, таких офисных вещей у меня и не было.
Но когда я начала примерять одежду, разумные мысли выветрились у меня из головы...
Сначала я откинула в сторону серые брючки. Или я поправилась, или ткань села от стирок. Теперь вещь слишком облегала мою попу, от чего пятая точка казалась большой. Да и какое белье подобрать сюда, я не имею понятия. Не щеголять же перед профессором в стрингах! Мне вдруг стало жарковато.
Ладно, в итоге я достала простую коричневую юбку в складку и даже нашла к ней колготки. Теперь верх...
Милую голубенькую блузку я отмела. Даже не замечала, насколько вещь успела состариться! В белой рубашке я выгляжу как студентка, и лучше не вызывать у Ильи Аркадьича такие ассоциации. В итоге единственной нормальной вещью оказалась шелковая кофточка в горошек. Она была бежевой и гармонировала с юбкой. Уф!
Ноги я сунула в бежевые лодочки, взяла сумку, тоже светлую. Впрочем, цвет аксессуара уже значения не имел. Но хорошо, что я в принципе предпочитаю неяркие цвета - оттенки коричневого, серый, белый и черный. Могу без труда не выглядеть светофором. Хотя гардероб все-таки надо обновить!
С утра до метро я уже доехала, чтобы не опоздать. Без двадцати девять была на своем рабочем месте. Даже успела достать маленькое зеркальце и окинуть себя взглядом. Все в порядке! Тушь не осыпалась, тени почти не видны. Вот только губы ярковаты... Но стирать было поздно, щелкнула дверь.
- Доброе утро, Лидия.
Глава 5
Мне показалось, или голос Разумовского охрип. Не очень хорошо, если босс уйдет на больничный. Моя стажировка может сорваться.
- Здравствуйте, Илья Аркадьевич, - я снова как дура подскочила, - приготовить вам кофе или горячий чай?
Я чуть не ляпнула - с медом. Но вовремя остановилась. Еще бы теплые носки боссу предложила принести.
Лицо Разумовского на миг застыло. Потом его бровь дернулась, и он отмер.
- Нет, спасибо, ничего не надо. Я пью кофе только дома по утрам.
Ух, надо запомнить этот нюанс!
- Оставайтесь пока на месте, - велел начальник и скрылся в своем кабинете.
Я на автомате посмотрела ему вслед. Глаза пробежались по спине, вниз... А он реально в хорошей форме. Даже через строгий пиджак и брюки заметны крепкие мышцы спины, ягодиц. Точалова! Что ты вообще несешь?!
Наверное, я слишком долго крутилась утром перед зеркалом. Теперь сразу начинаю оценивать, как на людях сидит одежда. Надо заметить, внешний вид профессора всегда был безупречным. Он не носит шикарные классические костюмы, надевает повседневные вещи. Но одежда всегда подобрана идеально, и даже если мнется, это выглядит стильно.
Не знаю, с чего я взялась хвалить бывшего препода, хоть и про себя. Даже крутой песочно-коричневый цвет его пиджака не улучшит характера мужчины. Так что мне лучше морально готовиться к рабочему дню.
Раз босс отказался от напитков, я встала и налила себе стакан воды. Глотнула... Тут же вздрогнула, потому что ожила внутренняя связь. Зазвучал уже чистый голос Разумовского.
- Лидия, зайдите ко мне. Возьмите блокнот и ручку.
Я схватила со стола планшет и рванула к боссу. Что же, хотя бы он не болеет. Уже в кабинете я поняла, что не стерла с губ капельки воды. Замерла, не зная, что делать. Впрочем, надеюсь это не так заметно.
- Лидия, - Илья Аркадьевич снова заговорил как-то сдавленно и даже поправил ворот рубашки, - нам нужно привести в порядок вот эту документацию. Запишите, за какие года вам нужно выбрать планы работ с компаниями.
Я вывела свой гаджет из спящего режима и внимательно посмотрела на босса. Не выдержала и облизала губы - чертова вода щекоталась. Разумовский выглядел каким-то обескураженным. Может, у него температура? Но потом он посмотрел на мои руки.
- Что это?
Я тоже глянула на пальцы. Маникюр нормальный. Лак очень бледный, розовенький. Что профессор имеет в виду? Ах...
- Это планшет, - пояснила я Илье Аркадьевичу, - мне проще хранить здесь всю нужную информацию.
Замерла, глянула на босса вопросительно. Тот помолчал, нахмурился.
- Мы не делаем здесь, как проще. Мы стремимся к эффективности.
Ох, опять он начинает! Снова эти намеки, что я халявщица. Я перевела дух.
- В этом и есть мой профит, - сказала я как можно дружелюбней, - так я работаю быстрее, и мне не нужно искать, где я записала нужную информацию.
Конечно же, Разумовскому было плевать на мои аргументы.
- А завтра вы мне заявите, что утопили свой гаджет?.. Или он просто не включается. У вас есть запасы канцелярии, а там прекрасные ежедневники. С ними можно удобно и надежно систематизировать информацию.
Я вздохнула. Тон Разумовского тоже был спокойным. Что же, пойдем на компромисс. Тем более, другого выхода у меня нет. Я сходила и взяла из шкафчика с канцелярией новый ежедневник.
Илья Аркадьевич к моему приходу был уже совсем в хорошем расположении духа. Даже его голос звучал без хрипотцы. Он продиктовал мне периоды, за которые я должна выбрать документы по клиентам.
- Здесь основы, - кивнул он на внушительную стопку бумаг, - подробности есть в электронном виде. Но так вы все равно сможете понять, с чем приходится иметь дело нашим аудиторам. А у меня будет под рукой вся картотека. Ведь многие компании обращаются к нам вновь и вновь.
Я кивала. Да, место, где я так рвусь работать, имеет хорошую репутацию.
- Хорошо, Илья Аркадьевич.
Похоже, мы находим общий язык.
- Заодно разовьете свою усидчивость, - добавил шеф.
Нет, показалось! Ну причем здесь мои личные качества?! Если нужно, я всегда стараюсь и работаю. Почему он считает, мне нужно что-то тренировать?!
Я промычала сквозь зубы согласие и поспешила из кабинета. Еще немного, и я все выскажу. Но черт, мы не в университете! Там еще можно было поспорить насчет сложности задания или оценки. Да и то последнее слово в основном оставалось за Разумовским. А сейчас я вообще полностью от него завишу!
Если честно, не представляю, чем закончится наша общая работа.
***
Разумовский
Лида вполне успешно изображала роль послушной секретарши. Вот только в конце ее эмоции пробились. Хотя она не пустилась, как раньше бывало, в горячий спор.
Наверное, я тоже перегнул палку. Вставлять замечание про усидчивость было ни к чему. Она не первокурсница, а уже взрослый человек.
Кстати, что Лида повзрослела, я заметил с первых минут утра. И это выбило меня из колеи. Конечно, я помнил, что она окажется в приемной сегодня. Но встреча все равно имела эффект неожиданности. Такой, что я не отказался бы от кислородного баллончика. Хотя здоров, как бык.
Я мог бы спокойно поздороваться и пройти мимо, если бы моя новая помощница не встала в полный рост. На автомате окинул ее взглядом и как будто получил под дых. Хрупкая трогательная студентка, черт возьми, выросла...
Ее юбка струилась по бедрам, и вроде бы должна была сглаживать изгибы женского тела. На деле она их только подчеркивала и так и вопила - подойди, скользни по мне ладонями! Оцени, какую упругую попку я скрываю!
А невесомая блузка Лиды?.. Нет, ткань не просвечивала, и ничего не выделялось. Но она делала и без того хрупкую фигурку Точаловой безумно изящной. Хотелось освободить от манжет тонкие запястья, припасть к ним губами. Отсчитать все ускоряющийся пульс. А низкий воротник просто порвать на нежной шейке. Впиться в нее ртом...
Каких усилий мне стоило оторвать глаза! Да еще и поздороваться, зайти в кабинет. Прямо руки чешутся выписать самому себе премию. Или уволить к чертям за дурацкую затею посадить эту девушку рядом.
Ну нет, нечего теперь оглядываться назад. Я точно решил, что мне делать с Лидой. Я подготовлю ее, отпущу в свободное плавание. И, наконец, закрою раз и навсегда для себя ее тему.
Вообще и раньше, и сейчас меня мало волновали легкомысленные особы. Мало ли девушек хочет, ничего не делая, выгодно пристроиться? Если нервничать по поводу каждой, не хватит времени жить. Да и какое мне до них дело? Другой разговор - Лида.
Она ведь явно не пустышка! Ее голова создана не только для мягких пшеничных локонов, но и для мыслительного процесса. Девушка соображает, я понял это по первым занятиям в университете. Но вот эмоциональность может сыграть с ней злую шутку.
Почему здесь мне не все равно? Положа руку на сердце, до сих пор не знаю. Точалова закинула в меня какой-то маленький, но очень цепкий крючок. И он не отпускает... Хотя что тогда, что сейчас я не планирую с ней никаких отношений.
Я не ношу галстуков и узких рубашек, но сейчас воротник меня просто душил. Может перейти на джемперы? Тем более, на дворе осень. С большим удовольствием я расстегнул бы сейчас колючий хлопок, но в любой момент может кто-то прийти.
Позволить себе я мог только подняться и налить стакан воды. Однако жидкость не принесла облегчения... Я вспомнил, как блестели капельки на ярких губах Лиды. И свое удушающее желание собрать их языком.
Чертова рубашка!
Хорошо, я не успел оголиться, когда раздался стук в дверь. Да, я мужчина и не боюсь, что кто-то увидит мой торс. Но все же мы в офисе, а я на руководящей должности.
- Да!
На пороге возникла Лида.
- Эм... Илья Аркадьевич, - замялась девушка, - вы не сказали, за какой срок нужно привести в порядок бумаги.
Да, все же у этой девушки в голове далеко не ветер. Другая бы обложилась листками и изображала бурную деятельность хоть две недели. Лидия же явно пришла в компанию не просиживать свою очаровательную попку. Черт, не слишком ли я ее нахваливаю?.. И саму девушку, и ее пятую точку. Хотя часть тела точно заслуживает комплимента. Р-р! Разумовский, собрался!
- Вам нужно успеть до конца недели. Но также никто не отменял мой график, входящие звонки, посетителей. Эти обязанности помогут вам лучше вникнуть в работу фирмы. И по ходу того или иного дня у меня могут возникнуть другие поручения.
Лидия кивнула, прикусила губу. Ее рот до сих пор был цвета спелой рябины. Мне даже захотелось сделать подчиненной замечание, но я вовремя остановился. Если смотреть объективно, она не выглядела пошло и вызывающе. У нас дамы красились и ярче, а тут просто одно пятно. Но лично у меня оно и вызывало опасные чувства.
- Тогда я смогу брать бумаги домой?
Точалова открыла тот самый ротик и отвлекла меня. Что же, займусь тем, что и планировал - буду учить ее эффективно трудиться.
- У нас не практикуется работа на дом, - сообщил я стажерке, - во-первых, сотрудники должны уметь планировать именно рабочее время. И второе - дома вас могут банально отвлекать. Ведь наверняка у вас есть личные дела?..
В моей последней реплике прозвучал явный вопрос. Это я понял, только когда договорил. Не мое дело, что там происходит дома у Точаловой. Но я заткнул рот здравому смыслу и с большим вниманием ждал ответ.
Лида же всю мою речь кивала. Была ли согласна или просто это показывала, не знаю. Но на вопросе она замерла и сделала шаг назад. Даже помада перестала так выделяться на личике, потому что ее щеки порозовели.
- Я... Эм... - теплые карие глаза забегали по помещению. - Я вас поняла, Илья Аркадьевич!
Она сказала это так громко, что с меня словно слетело наваждение. Так, Разумовский, возьми себя в руки! Я все же не отказал себе в еще одном жадном взгляде на бывшую студентку, а потом кивнул на дверь.
- Тогда ступайте работать!
Лида выдохнула - мне показалось, с облегчением. Быстренько вышла вон. Я проводил ее глазами... Все же одета она простенько. Или они с Владленом не вместе, или их отношениям не так много времени.
В голову тут же полезли воспоминания. Как я видел Лиду в университете в еще более скромной одежде. На контрасте с моей женой, которая всегда одевалась модно и элегантно, это очень бросалось в глаза. Иногда Лида вообще была одета не по погоде легко или в некачественную обувь. Порой приходила на занятия с покрасневшими глазами, явно не выспавшаяся в общежитии.
Именно в эти моменты мне так остро хотелось открыться ей. Сказать, что давно за ней наблюдаю. Помочь, защитить... Но как бы выглядело такое внимание от женатого преподавателя? Даже если бы я тут же ушел от жены, Лида не приняла бы мои ухаживания. Да и я никогда не был уверен, что ей нужен такой человек, как я. Куда больше ей подходит легкий и жизнерадостный ровесник.
Единственное, что я мог - внести вклад в будущее этой девушки. Я хотел, чтобы она понимала - нужно трудиться. Чтобы умела решать сложные задачи, была старательной, терпеливой. Тогда она всегда будет самостоятельной и сможет постоять за себя.
Забавно, я всегда мечтал окружить ее заботой и делал все, чтобы она от такой поддержки не зависела. Не знаю, были ли это замашки Пигмалиона, который сам создал свою женщину. Или же просто эмоции. Очень странные, но не менее сильные.
И мне бы не хотелось, чтобы эти чувства проснулись снова. Я обучу Точалову, и если она сама на что-то способна, она получит место в компании. Больше беспокоиться за нее будет не нужно.
А регулярная личная жизнь поможет мне оставаться хладнокровным. Зря я схамил Беате! Встречи с любовницей должны быть постоянными. Спорт, кстати, тоже не помешает.
В зал я решил отправиться прямо этим вечером. Также сразу набрал верной подруге по другой стороне здоровья. Мы уже договорились о моем визите в пятницу, но я хочу для своего спокойствия уточнить, все ли в силе.
- Илья, как ты вовремя позвонил! - воскликнула «приятельница» вместо «здравствуй».
Что же могло случиться...
- Привет, - поздоровался я, - решил еще раз обговорить пятницу. Если я подъеду как обычно к восьми, будет нормально?
Беата шумно выдохнула.
- Ой, здравствуй, - опомнилась она и вдруг начала извиняться, - прости, прости, прости!..
Так.
- Не понимаю, - отреагировал я.
Беата издала протяжный стон.
- Я помню, что сама позвонила и назначила встречу... Но я совсем, совсем забыла! Именно в конце недели состоится концерт группы «Ненужная встреча»! Мы с приятелями купили билеты, еще когда прошел первый слух, что они возвращаются!
Я усмехнулся. Очень мало личного я знаю о Беате, и теперь забавно узнать, что она фанатка довольно-таки неформальной группы. «Ненужная встреча» были на пике популярности, когда я учился в старшей школе. Ну и моя любовница тоже. Они пели о «важных» для подростков вещах - любви, предательстве. А также суицидах, беззаконии, наркотиках. Последними сами увлекались. В общем, Беата, похоже, была бунтаркой.
- Они куда-то уезжали? - спросил я на автомате.
Даже не помню, когда я в последнее время интересовался музыкой.
- Ты что?! Еще полтора года назад они заявили, что уходят со сцены. Будут писать музыку только для себя. Давали последние концерты. Я тогда проходила курсы и не успела посетить ни одного! А теперь по просьбам фанатов ребята выступят в «Чародее» с последними наработками!
У меня снова вырвался смех. Ребятам уже под пятьдесят, и они пиарятся как могут. Долго они мучились в подполье, целых полтора года. Впрочем, если Беате хочется, пусть мчится на выступление.
- Ничего страшного, встретимся в другой раз. Может, в воскресенье.
Очень легко быть удобным с человеком, который вызывает у тебя ровно ноль эмоций. Нужно только обозначить время свидания. В конце концов, в пятницу я могу прокатиться до друзей. Полгода назад я стал крестным их сына, но давно не был в гостях.
Беата сначала вроде выдохнула с облегчением. Помолчала и... выдала совсем не то, что я думал услышать.
- А ты, Илюш, не хотел бы со мной сходить?..
Что на нее нашло? Наши свидания обычно проходят наедине и подальше от общественных мест. Я даже не знал, что ответить. Конечно, откажу, но стоит выбрать вежливые слова. Менять любовницу для меня сейчас вообще не время. Но Беата не дала мне ничего сказать.
- Я знаю, мы никуда не выходим, и я не собираюсь менять это правило, - зачастила женщина, - тут скорее исключение. Понимаешь, мы встречаемся с школьными подругами... С некоторыми будут мужья. И мне хотелось бы появиться в этой компании с мужчиной.
Глава 6
Тут я уже не стал скрывать смех.
- Хочешь, чтобы я стал твоим подсадным кавалером?
Беата выдержала паузу.
- Ну, почему же подсадным? Просто развеемся вместе. В конце концов, мы свободные люди! Или у тебя появился кто-то?
Кровь ударила в виски, потому что я сразу подумал о Лиде. Да, она появилась! Но не у меня. Так, отвлечься мне точно не повредит.
- Нет, - ответил я Беате и быстро добавил, - у меня никого нет. А вот сходить на концерт... Да легко. Отдых и правда нужен.
Голос любовницы сразу стал радостным.
- Отлично! Тогда в половину седьмого - в семь, клуб-ресторан «Чародей». Форма одежды свободная. Ну, еще созвонимся!
- Хорошо, пока.
Женщина тоже попрощалась и отключилась. Что же, может, сменить обстановку и правда будет полезным.
Из приемной не раздавалось ни звука. Интересно, я никому не нужен? Хотя в середине недели все как правило уже получили задачи и выполняют их, чтобы не переносить на следующую. Впрочем, я решил все же выйти и посмотреть, как мой новый секретарь. Только рабочие мотивы - вдруг стажерка там натворит глупостей.
Толкнул дверь и услышал тихий голосок.
- Ну ладно, ладно! Я пойду... Нет, никакой работы на выходные не дают. Да, я буду свободна! Все, мне пора.
Лида услышала меня и быстро опустила руку с телефоном.
***
Лида
Ну что же - всё могло быть и хуже. Так я уговаривала себя, сидя за столом секретарши Разумовского. Шеф вроде бы не кашлял и не чихал, я ведь сначала подумала, он простудился. Нет, он просто был весь в своих мыслях и мало обращал на меня внимание.
Честно говоря, не знаю, нужна ли ему на самом деле эта картотека. Разбирать аудиторские планы клиентов, компоновать их по годам и названиям компаний - дело не трудное, но муторное. Хотя и правда неволей вникаешь в обращения и суть работы. Но что полезного для самого босса? Он как будто отмахнулся от меня этим заданием.
Ладно, хотя бы не строит, и на том спасибо. Потому что мозг мне и так вынесли за утро. И кто бы мог подумать, сделала это Анфиса. Мы никогда не были подружками с соседкой по квартире. Так, можем попить чай на кухне. А тут она пристала - идем со мной на концерт! И аргумент про безденежье не сработал. Билеты у нее уже на руках, она обещала даже оплатить счет за столик и такси. Поругалась с парнем, и теперь хочет доказать ему чего-то. Ну, и группа ее любимая.
Я согласилась в итоге, чтобы она отстала. Еще поговорим дома. А может, они с другом помирятся, и мне не придется никуда тащиться. Конечно, я засиделась дома, но сейчас совсем не то настроение!
Еще и Разумовский увидел, что я разговаривала по телефону!
- Илья Аркадьевич, простите, я...
Шеф стоял в дверях своего кабинета и смотрел на меня в упор. Пиджак он снял и оставил, видимо, у себя. Теперь на нем была лишь серая рубашка. Плечи так и рвались из ткани, а крепкая шея даже немного покраснела. Боже, мне нужно как-то оправдаться, а я разглядываю босса в упор!
- Говорили по работе, - продолжил за меня мой бывший преподаватель.
Я сначала выдохнула, сам Разумовский мне и помог. Но потом взглянула в его глаза и поняла, в них плещется сарказм. А я уже обрадовалась, дурочка!
- Хм, так? - уточнил он с издевкой.
Теперь я вздохнула уже с раздражением. Он намекает, что я буду врать?! Выкручиваться, как студентка. Ну, нет, я взрослый человек и могу нести ответ за свои поступки.
- Я говорила с подругой. В приемной было спокойно, и я ответила на звонок. Этого больше не повторится.
Лицо Ильи Аркадьевича сделалось серьезным, но вроде бы не злым. Он кивнул.
- Хорошо, что в итоге вы поняли, приемная - не место для личных разговоров. Но и прямолинейность тоже не всегда нужна. Это так, мысли вслух.
Вроде бы и похвалил, и поругал. Сам черт его не разберет! Но хоть взгляд мужчины немного подобрел.
- Спасибо, - выдавила из себя я.