Кровь Игниса

Глава 6

КРОВЬ ИГНИСА | ГЛАВА ШЕСТАЯ: ВЕРНЫЙ ПЁС

Кабинет Рассела Винста находился на самом верхнем этаже самой высокой башни Нексус-Сити. Здесь не было неоновых вывесок. Здесь был тихий, абсолютный контроль. Панорамные окна от пола до потолка открывали вид на город, лежащий внизу, как электронная схема на плате. Всё остальное – минималистичная мебель из тёмного дерева и полированного металла, ни единой лишней детали. Воздух был стерилен, пахнул озоном и дорогим антистатиком.

Максимилиан Игнис стоял посреди этого безупречного пространства, чувствуя себя грубым, чужеродным предметом. В отличие от сестры, он не скрывал своё наследие – его чешуя, более грубая и тёмная, чем у Мирабель, выступала на скулах и кистях рук, как доспехи. Он был одет в простую, прочную одежду, больше подходящую для драки или ремонта, чем для визита к магнату. Его поза была нарочито расслабленной, но в каждом мускуле чувствовалась пружинящая готовность. В глазах – привычная, насупленная недовольная усталость, за которой скрывалось всё.

Рассел Винст не сидел за своим монолитным столом. Он стоял у окна, спиной к Максу, наблюдая, как над городом сгущаются вечерние тучи.

«Максимилиан. Благодарю, что пришёл», – сказал он без тени благодарности. Его голос был ровным, как поверхность озера перед бурей.

«Когда зовёт босс, – отозвался Макс, намеренно вульгарно растягивая слова. – Особенно после такого… беспорядка в секторе 7.»

Рассел медленно повернулся. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по Максу, будто сканируя на предмет трещин.

«Беспорядок – это мягко сказано. Это был провал системы безопасности, надзорных органов и, отчасти, моих ожиданий.» Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. «Но в каждом провале есть урок. И ценный актив. Как твоя сестра.»

Макс не дрогнул. Внутри всё сжалось в ледяной ком, но на лице осталось лишь привычное раздражение. Вот и началось.

«Мира? – фыркнул он. – Что в ней ценного? Она всегда лезла не в своё дело с её магией. Наверное, решила поиграть в героиню.»

«Она не играла, – поправил Рассел. – Она вошла в сердце моего самого секретного объекта, отключила охрану, взломала базу данных и вывела оттуда шесть гибридов. Живых! Они последовали за ней добровольно. Это не навык взломщика, Максимилиан. Это… врождённое право. Право крови.»

Рассел подошёл ближе. Он не пытался запугать физически. Его сила была в другом – в абсолютной уверенности, что он держит все нити.

«Ты служишь Гильдии три года. Твоя преданность… впечатляет. Ты отрёкся от своего прошлого, от семьи. Принял наши цели. Но теперь твоя прошлая жизнь постучалась в дверь. И принесла с собой ключ от самого грандиозного проекта в истории человечества.»

Он остановился в двух шагах. «Мне нужна твоя сестра. Живая и функциональная. Её связь с Ядром Игниса может быть в разы сильнее, чем у любого гибрида. Она – недостающее звено.»

Макс почувствовал, как по спине ползёт холодный пот. Живая и функциональная. Слова, как в инструкции к прибору.

«И что, я должен её привести? – спросил он, вкладывая в голос презрительную неохоту. – Вы знаете Миру. Она упрямая, как…»

«Как её брат, – закончил за него Рассел, и в уголках его глаз дрогнули морщинки, похожие на улыбку. – Именно поэтому задача – твоя. Ты знаешь её. Ты знаешь, как она думает. Где может прятаться. К кому обратиться.»

Он сделал паузу, и в кабинете повисла тишина, давящая, как свинец.

«Это проверка, Максимилиан. Последняя и самая важная. Приведи мне свою сестру. Докажи, что ты с нами не из удобства или мести за отца, а всем сердцем. И место рядом со мной, у самого сердца пробуждающейся силы, будет твоим.»

Рассел не предлагал. Он констатировал. И в его словах была бездна – обещание власти для того, кто продаст последнее, что у него осталось.

Макс опустил глаза, делая вид, что обдумывает. Его мозг лихорадочно работал. Он не знает, что я знаю. Не знает, что я здесь только ради правды об отце. Что каждая минута в этой проклятой Гильдии – это пытка. И теперь он хочет, чтобы я отдал ему Миру? Мою упрямую, глупую, единственную сестру.

Он поднял взгляд, встретив ледяные глаза Винста. Внутри него бушевал ураган ярости, страха и отчаяния. Но на поверхности оставалось лишь усталое согласие солдата, выполняющего приказ.

«Ладно, – хрипло сказал он. – Я найду её. Только… не надейтесь на лёгкую прогулку. С ней никогда ничего не бывает легко.»

«Я и не надеюсь, – ответил Рассел, наконец отворачиваясь к своему столу, знак, что аудиенция окончена. – Интересные вещи редко даются легко. На тебя уже заведено дело. Все ресурсы Гильдии в твоём распоряжении. Докладывай лично мне. Обо всём.»

Когда Макс вышел из кабинета, тяжёлая дверь беззвучно закрылась за ним, отсекая мир стерильной власти. Он прошёл по зеркальному коридору, его шаги отдавались гулко в пустоте. Только когда он сел в лифт и двери сомкнулись, он позволил себе выдохнуть. Его кулаки были сжаты так сильно, что ногти врезались в ладони, оставляя крошечные отметины.

Ну конечно!!! Очешуеть просто!!! Мысленный голос был хриплым от ярости. Идеально, Мира. Просто блестяще. Я три года гнул эту жалкую спину, притворяясь их ручным псём, чтобы эти уроды даже не вспомнили о тебе. А ты берёшь и ломишься в их главную конуру с визгом "А вот и я!" В груди что-то дико и болезненно сжалось – не ярость, а дикий, животный страх. Глупая, самоуверенная, прекрасная девочка. Теперь мне тебя спасать. От них. И, чёрт побери, от меня самого.

Лифт мчался вниз. Макс закрыл глаза. План, который он вынашивал месяцами – найти доказательства против Винста, развалить Гильдию изнутри и исчезнуть, – рушился. Теперь в игре появилась Мира. Живая, непредсказуемая, самая большая его слабость.

У него не было выбора. Он должен был найти её первым. До людей Винста. До киборгов. До всего этого кошмара. И когда найдёт… ему придётся сыграть самую сложную роль в жизни. Роль предателя в глазах единственного человека, мнение которого для него всё ещё что-то значило.

Лифт остановился. Двери открылись в подземный гараж. Макс ступил в полумрак, и его фигура растворилась в тенях, как и всё, во что он превратился за эти годы. Но теперь у его тени появилась цель. Не праведная месть. А отчаянная, почти невозможная защита.