Есть ли жизнь после развода?

6 глава. Будь, как дома

-Чувствуй себя, как дома, но, как говорится, не забывай, что ты в гостях, - шутит он в шикарной прихожей.

Видимо, не хило его приложило в машине, раз всё время шутит и шутит. Шутник, блин! Тут впору заплакать.

В квартире никого нет. Да я как-то сразу не поинтересовалась насчёт жены, семьи, а теперь, когда увидела, что темно и пусто, то стало стремновато.

Меня вдруг осеняет!

Алëнка, ты, действительно, на полном серьёзе, сейчас поднялась в квартиру к совершенно незнакомому мужику?

Пока разуваюсь, пытаюсь робко себя уговорить мысленно, что не такой уж он и незнакомый... Вчера же виделись, вроде... Но не получается! Я даже, как его зовут, не знаю!

-А как тебя зовут, опасная женщина? - как будто читает мысли он.

Снимает пальто, разувается.

Выпрямляемся одновременно оба. Замираем лицом к лицу на расстоянии полуметра.

Он высокий. На полголовы точно выше меня. А я - далеко не дюймовочка.

Одет так... Необычно, со вкусом. Белый свитер под горло, красиво обтягивает широченные плечи. Брюки, ремень с красивой пряжкой. Вроде, всё достаточно просто, не костюм-тройка от кутюр, но эстетично.

И сам такой... Шикарный, холеный. Ухоженная щетина, выразительные чёрные брови. Глаза... Шоколадные, умные, наглые такие... Смотрит с усмешкой.

-Так как зовут, а? - уголок его губ ползёт вверх слева, делая его лицо по-мальчишески озорным. - Нас теперь так много связывает, что я просто обязан знать твоё имя.

Скулы у него такие... Выраженные.

Красивый мужик, конечно...

Мысленно даю себе затрещину, чтобы не думала о том, что меня вот вообще никак не касается!

-Алёна меня зовут. А тебя?

-Елисей, - улыбается он.

Елисей? Ох, ёлки! Как у нас всё необычно, как у нас всё вычурно прямо!

-Что? - мрачнеет он. - Не нравится имя?

На комплимент напрашивается? Или реально по-детски расстроился?

-И жених нашёлся ей, королевич Елисей, - в моём сумбурном мозгу неожиданно срабатывает детская ассоциация.

Ухмыляется, обводя рукой шикарную, хоть и явно небольшую, квартирку.

-Можешь Лисом звать, как все друзья. Проходи уже, Пушкин.

Куда проходить?

Что делать здесь?

Что я вообще здесь делаю! Мамочки мои! Во вляпалась...

-А что у тебя в пакете? - слышу, как за моей спиной, звякает бутылкой, заглядывая в пакет. - Господи!

Оборачиваюсь, вижу, как он смешно закатывает к потолку глаза, держа в вытянутых руках мой пакет.

-Господи, благодарю тебя, за то, что послал мне эту женщину!

Расцветаю в улыбке. Ну, блиииин! Приятно... Хоть, конечно, и наглость несусветная - лазить по чужим пакетам. Но я его авансом прощаю - может, поест и не станет сильно злиться из-за разбитой машины.

Впрочем, особой-то злости с его стороны на себя я что-то и не вижу...

-Можно?

-Конечно, можно.

Через десять минут, уплетая руками с тарелок разогретые крылышки и рулетики, Елисей сообщает:

-Значит, смотри, переночуешь у меня. Завтра подремонтируем твою тачку, и поедешь домой.

-Как у тебя всё просто, - вздыхаю я.

Насторожившись, замирает:

-А что не так?

-Может, я воровка? - зачем-то говорю я. - Проникла в твой дом обманом, чтобы украсть твои неземные богатства.

-Самое ценное в этом доме - это я.

Пожевав, вытирает руки салфеткой и берётся за бутылку с вином.

-Меня, если хочешь, можешь украсть. Хоть отъемся. А то так задалбываюсь на работе, что и пожрать некогда.

Нет, мне нечасто приходится общаться с чужими мужчинами. Я работаю заместителем главного бухгалтера на крупном заводе - коллектив чисто женский, а сотрудники нечасто заглядывают в бухгалтерию.

А уж с совершенно незнакомыми красивыми мужчинами да при таких обстоятельствах, так и не приходилось вовсе.

У меня не получается шутить и веселиться, как у него - потому что чувствую себя не в своей тарелке, да и, как я ни храбрюсь, ситуация с мужем все-таки очень обидела меня.

И вот я сижу, слушаю его и думаю.

"А ведь вполне может быть так, что этот мужчина, как мой Олежек, ездит сюда из нашего Ярославля на работу. Снимает эту квартиру. Дома его ждут жена и дети. А здесь он...".

Дальше моя фантазия напоминает мне недавно посмотренный со Стаськой сериал, про известного в Советском Союзе маньяка Чикатило. Он тоже в командировки ездил...

И вот я уже с ужасом думаю, как бы мне найти предлог и свалить отсюда.

А идти-то мне некуда. Ну, разве что на второй этаж к Олежеку и Светуле...

Моет за нами посуду, остатки еды складывает в холодильник, пока я допиваю чай.

-Слушай, я устал жутко. Прошлую ночь не спал совсем. Давай, я покажу тебе, где вещи и бельё постельное. Ляжешь в спальне, а я вот, в гостиной на диване.

Быстро моется и стелет себе диван.

Когда я выхожу из ванной, Елисей уже крепко спит лицом вниз на диване.

Неяркая нижняя подсветка демонстрирует мне его обнажённую спину. Ниже пояса он, к счастью, прикрыт простыней.

Проходя на цыпочках мимо в выделенную мне комнату, на мгновение задерживаю взгляд на этой спине.

Мама дорогая!

Вот это спина! Вот это тело! Там каждая мышца прорисована! И талия такая, что многим женщинам, в том числе и мне, можно обзавидоваться!

-Ты одна спать боишься, что ли? - бормочет сонным голосом.

Срываюсь бегом в комнату, сопровождаемая тихим смехом.

Ой, Аленка! Ну, ты и позорище! Он видел, что ты его рассматривала!

Сижу в его постели, излагая всё, что со мной произошло, Галюсику в нашем чате. Чтобы знала, если что, где искать мой хладный труп...

7 глава. Ночное происшествие

Кажется, последнее, что я помню, это проповедь Галюсика о том, что большей дуры, чем я, ей никогда не приходилось встречать в жизни. И что нормальный человек в такой ситуации просто остановился бы в гостинице и всё такое...

И засыпаю я с мыслью, что я, действительно, дура, раз до этого даже не сумела додуматься. А ведь реально даже в голову не пришло!

И снится мне, как будто мы со Стаськой стоим на дороге. А Олежек уходит вдаль. И Стаська спрашивает: "Мама, а наш папа вернется?", а я ей отвечаю: "Нет, дочь, он не вернётся никогда". И мы с ней плачем, обнявшись и глядя ему вслед. И я умом понимаю даже во сне, что рыдать по нему, изменщику, уж точно не стала бы никогда, но там, во сне, я рыдаю, так горько рыдаю, что сил нет!

А просыпаюсь от того, что кто-то меня сгребает в объятья! Крепко так, деловито.

-Чшшшш, - раздаётся над ухом. - Ну, всё, всё...

На секунду я успеваю подумать, что это Олег приехал на выходные домой. И это ничего, что мы в обнимку лет сто уже не спим...

Но потом... Постойте-ка! Я же, кажется...

В голове стрелой проносится всё, что было - предательство мужа, разбитая машина, Елисей - красивый и странный...

И тут-то доходит, наконец, кто это!

Ну, вот, Алëнка, маньяк выспался и пришёл тебя... Что? Убивать? Насиловать?

Твоя предусмотрительно захваченная из дома пижама точно тебя не спасёт от него!

-Что ты делаешь? Отпусти! - пытаюсь выкрутиться.

Но он сжимает крепче.

-А на что похоже? - бурчит обиженно. - Спать не мог под твои рыдания! Вот пришёл успокаивать.

Ну, вот, Аленка, дожилась.

Галюсика завтра удар хватит, когда узнаёт, что я в первый же вечер, как только узнала об измене Олега, оказалась в кровати с другим мужчиной.

А если она узнаёт, с каким... Это точно добьет её! Умрёт от зависти...

-Да я не рыдала...

Но да, да! Щеки мокрые, нос заложен, в горле горький ком. Представляю, каким завтра у меня будет лицо - сплошной отёк!

-На храп было не очень похоже, - отодвигается чуть дальше, пытаясь разглядеть моё лицо и, похоже, не собирается уходить к себе. В смысле, на диван. "К себе" - это как раз здесь...

-Я вообще никогда не храплю! - зачем-то говорю я.

Вообще, ловлю себя на мысли, что, ним постоянно несу какой-то бред. Нет, чтобы просто как-то спокойно пережить эту ночь и уехать домой, я задираюсь, подначиваю, чего-то требую! Совсем крыша поехала на старости лет.

-Ладно. Рассказывай давай, - с тяжёлым вздохом произносит он.

-О чем?

-Что у тебя там случилось?

-Ой, да ничего. Всё у меня нормально...

Отпускает меня, ложится на соседнюю подушку.

В комнате очень светло. Хоть свет и не горит.

Яркая жёлтая луна заглядывает прямо в окно.

И в свете её он лежит со мной рядом.

Незнакомый мужчина. Который каким-то чудом оказался со мной в эту ночь.

Руки он закинул под голову. Смотрит в потолок.

Ииии... Алёна, только не пялься на него, умоляю тебя! Но мой бесстыжий взгляд упрямо ползёт с его лица ниже... ниже... ниже...

Мысли в голове разбегаются в разные стороны, как тараканы. В голове остаются только восторги и желание смотреть, смотреть.

Чтобы снова собрать их в кучу, приходится сделать над собой усилие и отвернуться от него.

Так. Давай, Алëна, расскажи ему свою позорную историю.

Рассказываю:

-У меня случилась очень простая, обыденная даже история. Муж уехал сюда в командировку. Я приехала к нему. Он открыл дверь. А там... Любовница на его кровати лежит.

Переворачивается на бок. Подпирает голову рукой.

-Ни фига себе! Вот это страсти! А ты что?

-А я что! Сказала ему, что буду разводиться и ушла. Села в машину. Сдала назад. А там ты. Всё. Дальше знаешь.

-А он что?

-А что он? С любовницей отстался.

-Любишь его?

Я задумываюсь.

Трудно так просто ответить. Хотя вот разве бы я сомневалась ещё пару месяцев назад?

И да, конечно, возможно, во мне сейчас говорит обида, потому что, прислушавшись к себе, я не ощущаю к Олегу никаких чувств, кроме неё, ну, и ещё злости на него.

Но чужому мужику ответить на такой вопрос отрицательно, язык не поворачивается.

-Не знаю.

-Так он, что ли, в этом доме живёт? - понимающе тянет он.

-Да. Ровно под тобой.

-Что? - пораженно подхватывается с подушки. - Подо мной?

-Да, а что?

-Да так, ничего, - обескураженно.

Задумчиво смотрит на меня, как будто вот только что вдруг заметил женщину в своей постели.

Под его странным взглядом я медленно подтягиваю одеяло выше, выше, до самого подбородка.

-Слу-ушай, Алëнка, а ты хочешь мужу отомстить и при этом получить удовольствие?

Я успеваю согласно кивнуть, прежде чем до меня доходит, на что этот коварный Лис-Елисей намекает!

Ах, ты гад! Ах, ты негодяй! Мерзавец развратный!

Усмехается.

Протягивает руку. Кончики пальцев ласково пробегают по моей щеке, по нижней губе...

-Ты такая красивая... - хрипло шепчет он. - До безумия тебя хочу...

ЧТО?

Потеряв дар речи, ошалело наблюдаю, как ко мне медленно приближается его красивое лицо...

8 глава. Отомстить мужу?

Конечно, он - маньяк! Ну, а кто ещё? Просто маньяк необычный - был бы обычным, не уговаривал бы, а просто сделал своё грязное маньячное дело.

Я красивая? Он меня хочет?

Шок, шок и ещё раз шок!

И мне хочется возмутиться!

Да за кого этот мужик меня принимает!

Мне хочется отвесить ему пощёчину! Потому что ясно же, за кого...

Но... Все мои размышления сметаются поцелуем.

Горячие влажные губы впиваются в мои.

Меня обескураживает, обезоруживает, размазывает от фейерверка ощущений!

От незнакомого, но однозначно приятного мужского вкуса.

От запаха - чистой кожи, парфюма, геля для душа - хрен знает, чего ещё!

От его наглости! Чужой язык, не встречая сопротивления, бессовестно затыкает мой рот и делает в нём всё, что желает!

А желает он, видимо, чтобы я задохнулась! Потому что какое тут - дышать! Тут блин... Ловлю себя на том, что неожиданно для себя отвечаю ему.

Наши языки переплетаются.

Это так... Пьяняще, сладко, волнующе...

Я уплываю в какую-то непонятную прострацию, откуда не могу вынырнуть, как ни пытаюсь!

Он жарко стонет прямо мне в рот.

И от этого стона во мне словно что-то взрывается или, наоборот, заводится - становиться невыносимо жарко, сердце разгоняется, как скоростной болид, мысли вырубает напрочь... Стонущий мужик - это что-то нереальное для моей жизни...

Ну, хоть руки ещё что-то соображают! Кладу их на его грудь, пытаясь оттолкнуть от себя и вырваться, но...

Пальцы-предатели вдруг ощущают гладкую обнажённую горячую кожу, упругие мышцы, которые так волнующе подрагивают под моими подушечками, так напрягаются здорово, что я забываю о том, что хотела оттолкнуть и с восторгом и восхищением сжимаю...

Боже мой, что я делаю?

-Что же ты... со мной... делаешь... - жарко шепчет на ухо, оторвавшись от губ.

Чуть протрезвев, я успеваю подумать, что он снова прочитал мои мысли, как какой-то экстрасенс!

А потом его губы вжимаются в мое ухо. Он прикусывает мочку. Мои глаза закатываются от непередаваемых ощущений. Между ног становится влажно! Мамочки!

Мой собственный, полный страсти громкий стон, наконец, приводит меня в чувство.

Алёна! Ты - падшая женщина! Ты просто последняя...

Рванувшись прочь от него, неожиданно падаю с кровати.

Больно ударившись задницей, об пол, замираю там, пытаясь уместить в голове всё, что вот сейчас со мной произошло.

Позорище! И ещё так позорно свалилась...

Свешивается с постели. Взъерошенный. Улыбающийся.

-Ты первая, кто из моей постели на пол падает.

-Маньяк!

-Дурочка, - со смехом. - Ну, какой я маньяк? Вот если бы я тебя связал...

-Извращенец!

-Ну, какой я извращенец? Вот если бы я отхлестал тебя плетью...

-Ты! Да ты...

Мягко хохочет, маня меня, как кошку какую-то, пальцами в постель обратно.

Откуда-то, кажется снизу... Да снизу, откуда же ещё! Вдруг слышится ритмичный стук. Как если бы кровать билась спинкой о стену во время секса.

Ну, это, конечно, Олежек со своей Светулей зажигает! Перешли ко второй, заключительной, стадии сегодняшнего вечера.

Теперь, можно сказать, я не только предположила измену, но и слышала её собственными ушами.

На мою голову ложится рука Елисея.

Гладит по волосам. Ласково так. Нежно.

-Ударилась?

-Нет.

-Иди сюда, - просяще.

Встаю. Ложусь рядом, в прострации слушая этот мерзкий стук.

Я не думаю о том, что со всех сторон было бы правильно одеться и уйти сейчас! Потому что происходящее - это сюр какой-то! И я не готова принять это всё, как должное!

Но...

Укладывает меня головой себе на плечо. Укрывает одеялом. Обнимает поверх него. Целует в лоб.

На каждое его действие во мне отзывается что-то такое... Тёплое...

-Всё. Спи. Не думай ни о чем. Не слушай... Всё будет хорошо.

Закрываю глаза. И слушаю, слушаю... как стучит его сердце под моим ухом. Сначала быстро и громко. Потом тише, тише, размереннее...

Думаю.

Что это было?

Да, Алëн, что?

Тебя сегодня Олег бросил. Ну, точнее... Не сегодня, а когда изменил в первый раз, и не он, а ты сама ушла... Но это не важно! Важно другое - Олега, привычного и всё ещё родного, больше в твоей жизни не будет никогда.

А этот... Елисей... тебя пожалел. Просто пожалел! Ну, и, может быть, просто по-мужски, хотел секса. Почему бы его не хотеть здоровому, в данный момент одинокому, (а там, на самом деле, неизвестно ещё!) мужику?

Пожалел потому, что ты, Алёна, жалкая! Ты - немолодая, не слишком красивая, никому ненужная, не худенькая, и много ещё чего "не"! Ты - тётка! Не девушка, не молодая женщина! Тебя даже муж бросил! С которым двадцать лет прожила в браке... Променял на молодую, тонкую и звонкую.

Всхлипываю.

Это так оглушительно громко получается в полной тишине спальни.

Крепче прижимает к себе.

И ничего не говорит.

И мне самой... расцеловать его хочется! Честное слово! За то, что никак не комментирует, за то, что обнимает, за то, что каким-то непостижимым образом Вселенная свела на эту ночь нас вместе...

9 глава. Свекровище

-А потом что? - Галюсик сидит напротив меня за кухонным столом на моей кухне и, открыв рот, ловит каждое слово.

-А утром я проснулась в его постели одна.

-То есть больше попыток он не предпринимал? - разочарованно переспрашивает она. - И просто уехал?

-Нет! Тебе бы, конечно, хотелось, чтобы он прям вот всю ночь приставал! Мы просто спали рядом. И всё!

Хотя не просто спали, совсем не просто! И этой ночью я для себя узнала одну важную вещь - оказывается, люди могут спать, обнимая друг друга всю ночь. И это удобно. И тепло. И очень волнующе...

А с Олегом мы уже лет пятнадцать под разными одеялами...

-"Просто спали", - кривляет она меня. - Ох, Алëна, Алëна, я всегда была о тебе лучшего мнения. Я б на твоём месте...

Совершает руками непонятные действия, отдалённо напоминающие, как она выжимает воду из свежевыстиранной простыни или полотенца.

-Задушила его, что ли? - высказываю предположение я.

-Взяла процесс в свои руки!

-Да я этого человека второй раз в жизни видела! Что там брать?

-Что брать? Тебе как будто 18 и ты не в курсе, ЧТО у мужика надо брать в руки! Стоп! В смысле во второй раз?

-Помнишь, я за комплектом ходила? Вот он там тоже был. Просил меня примерить подарок для девушки.

Галюсик задумывается. По инерции выпиваем с ней по бокалу вина, закусываем котлетами.

-Если бы он был маньяк... Что, конечно, было бы логично... И даже любопытно. То, вероятно, эта ночь прошла бы не так спокойно, как она прошла.

-Допустим.

-Значит, не маньяк. Зачем тогда ему вот это всё... Не понимаю! Ну, хотя бы твой телефончик взял?

-Нет.

Это была случайная встреча. Мужчина оказался джентльменом - помог с машиной, приютил. Даже успокаивал ночью, пока мой муж в соседней квартире трахал любовницу.

Мы с Елисеем распрощались в автомастерской, где мою машину очень быстро и качественно, и, кстати, жутко дёшево, привели в божеский вид. И он уехал.

И да, да, если честно, то я тоже была разочарована, что он не взял у меня ни номер телефона, ни адрес! Это было очень, очень обидно! Но... Чудес не бывает, это пора бы уже в моём возрасте понимать.

-Наливай! - командует Галюсик. - Давай помянем...

Чего? Что за чёрный юмор?

-Помянем твой брак с Олежеком? Или... Ой, подруга, ты никак его простить решила?

Для того, чтобы кому-то там что-то там прощать, нужно чтобы он это прощение хотя бы попросил. А Олежек не звонил и не писал. Что ему моё прощение?

В дверь звонят.

-Стася-а! - кричу дочке, сидящей вместе с Лëшкой Галюсика в соседней комнате. - Открой!

-Кто бы это мог быть? - настораживается подруга.

-Да к Стаське подружка какая-нибудь...

Я-то никого не жду.

-Мам! - кричит дочка из прихожей. - Тут бабушка приехала!

-О, Боже! - шепчу в ужасе. - Свекровище пожаловало!

-Ой, Аленка, нам с Лëшкой пора уже, - Галюсик моментально ретируется, услыхав из прихожей, как мать Олежека беседует с внучкой. - Ещё суп варить на завтра.

-Галя! - одариваю её своим самым злым взглядом. - Только попробуй меня сейчас бросить!

-Это твоя "мать мужа", тебе её и терпеть! Я б осталась, честно. Но пока не понимаю расклада. Что мне делать? За вашу семью бороться или мужа-подлеца проклинать.

-Это у кого это муж-подлец? - на кухню, как ледокол "Челюскин" уверенно марширует Свекровище. - Твой Петька, да, Галка? А я тебе говорила, что он - никчемный и глупый! И как тебя только угораздило, найти себе такое сокровище?

Вообще, Галюсику палец в рот не клади, но от беспардонности Свекровища она, по всей видимости, теряет дар речи. Сидит и хлопает ресницами. По щекам идут контрастные пятна.

Исключительно чтобы подруга сохранила свои нервы, говорю:

-Галюсик, тебе ж пора! Ты ж говорила, суп там... - переключаю её внимание. Лучше уж пусть уйдёт, чем обидится или, того хуже, начнёт кровавое сражение.

Свекровище ставит на мой красивый, устеленный чистой скатертью стол свою тряпичную сумку и начинает доставать оттуда "гостинцы" - всевозможных размеров банки с закрутками.

Провожаю Галюсика.

Замечаю, как мать Олега прокрадывается в спальню.

Пока прощаемся, краем глаза слежу - не выходит! И что она там делает, интересно?

-Ох, подруга, держись! - говорит Галюсик, выходя за порог. - Напишешь потом, чем закончился этот вечер.

Захожу в нашу спальню тихонько, чтобы успеть посмотреть, что задумало Свекровище.

И вижу...

Стоит с зажжённой свечой посередине комнаты!