Отбор для Слепого

В серебристом свете луны он казался мне сказочно красивым. Особенно губы... Такие манящие, такие чувственные, такие... Словно под гипнозом, я положила руку на его затылок и, не встретив сопротивления, притянула голову к себе, осторожно коснувшись этих губ своими.

И руки мои дрожали, и дыхания не хватало, и я совершенно не знала, что делать дальше. Знала только, что не хочу отстраняться, хочу еще и еще пить его дыхание, ощущать этот его жар, и бешеное биение сердца, и руку на своем лице, которая, чуть касаясь подушечками пальцев, побежала по скулам, щекам, скользнула по подбородку и, на секунду оторвавшись, оказалась выше, провела огненные полосы по лбу, бровям.

А потом он отстранился, и я подумала, что перегнула палку, что нужно бежать, пока не поздно. И, вскочив, развернулась ... но ни шага к двери сделать не успела. Я была настолько взбудоражена своими чувствами, настолько ошеломлена, что не поняла, как так случилось, что вдруг не бегу изо всех сил по коридору, а сижу у него на коленях!

- Куда? Я не закончил, - хриплым низким голосом, прерывисто, будто только что пробежал стометровку, а не просто сидел на кровати, сказал он. - Не мучай меня! Скажи! Иначе я буду вынужден проверить.

- Что? Зачем? Да какое ты имеешь право? - я дернулась в его руках, пытаясь вырваться, но он держал крепко, и я, конечно, могла использовать свои способности, но не с ним, не против него... а потом, не дождавшись ответа, как в омут с головой бросилась. - Да! Да! Я не мужчина! Но что тебе до этого? У тебя же невеста!

Я сама слышала ревность в своих словах! А уж он точно понял, что я ревную его безумно... Только вдруг Женя, запрокинув вверх лицо, расхохотался.

- Ну ты даёшь! Обалдеть! Невероятно! Нет, ну как это возможно? Как тебе удалось всех обмануть? Хотя, нет, ничего не говори пока! Позволь мне... я уже вторую неделю с ума схожу... позволь я рассмотрю тебя!

- Как?

- Просто сиди спокойно. Когда я трогаю что-то, я очень реально это себе представляю. Лицо... хочу потрогать твоё лицо... Саша.

Я тяжело вздохнула, поерзав на его коленях и услыхав неожиданный сдавленный стон. Ну раз уж призналась в одном, то и другое нужно сказать.

-Только ребятам не говори, ладно? Меня не Сашей зовут.

- Та-а-к! А как?

Не знаю, почему для меня это было важно - чтобы именно он знал мое настоящее имя, нелюбимое, ненавистное, слабое... но я очень хотела его сказать и, в который раз за последние несколько минут, не могла сдержаться.

- Милана.

- Ого! Красиво! Очень, - а потом, будто бы пробуя на вкус, по слогам, ласково протянул. - Ми-ла-на... Иди ко мне...

Последние слова на выдохе, медленно, сладко... И я, как мотылек на огонь, завороженная, загипнотизированная этим волшебным голосом, повернулась к нему.

И снова по лицу полетели лёгкими касаниями, горячими ломаными линиями его нереально чувственные пальцы. И это было... чудесно? Я забыла все слова, прочитанные в книжках, которые можно было бы использовать для описания своих эмоций в тот момент. Просто чувствовала, закрыв глаза, как он ласкает мою кожу, именно так воспринимались лёгкие прикосновения, и кусала губы, чтобы сдержать рвущиеся из груди неприличные стоны.

Он стянул с моей головы вечную бандану и осторожно, неторопливо, но очень тщательно, обследовал мои короткие волосы, потом скользнул ниже, обрисовав контур ушей, и дальше - на шею.

- Ты знаешь, какая ты? - спросил жарким шепотом, уткнувшись лицом в мои волосы на виске и, не дожидаясь ответа, продолжил. - Ты сияешь для МЕНЯ, я знаю, я чувствую. Ты тянешься ко мне подсознательно, ментально. И я с ума схожу от этого и оттого еще, что сам также к тебе... Ты очень красивая. Ты - моя. Для меня. Никуда не отпущу. Никому не отдам... Почему, почему не сказала сразу? Зачем изводила меня? Я уже был готов, честное слово... Да-а, конечно, это было бы трудно, но... не знаю, как, но не отпустил бы в общем все равно, даже если ты была бы мужчиной. Я уже решился! Представляешь?

Он говорил серьезно. Я видела, я верила, что именно так все и есть, что он, действительно, так чувствует! О, никогда и никто не говорил мне таких слов! А сейчас! И кто? Человек, к которому я сама неравнодушна! Тот, при взгляде на которого замирает сердце. Тот, кто снится каждую ночь! Нереально! Может, я сплю сейчас?

Неожиданно в дверь постучали, и я попыталась соскочить с его колен, чувствуя, как краска стыда заливает лицо. Но он снова потянулся следом, ловя за руку, притягивая меня, сопротивляющуюся, ближе.

- Никто не войдёт без разрешения, не бойся. Не уходи!

Да, но Давид итак меня недолюбливает, и если увидит сейчас в комнате Пророка... Я говорила шепотом:

- Представляешь, что они подумают о нас?

- Мне все равно.

- Но мне нет! Как я буду учить их, если обо мне станут думать невесть что?

- Ладно. Если ты так хочешь! - он повернулся к двери, не позволяя мне отодвинуться. - Давид, иди спать, ты мне сегодня не нужен!

- Пророк, тут такое дело... в общем, тебе, наверное, нужно взглянуть самому.

О-о, я сразу же представила, как сейчас открывается дверь, и Давид видит меня, прижатую сбоку, буквально впечатанную в Женино тело! Нет-нет, только не это!

- Отпусти сейчас же! - прошипела, отчаянно вырываясь. И заметалась по комнате, ища укрытие, всей кожей чувствуя его непонимание и обиду. Но кроме кровати здесь особо-то и некуда было спрятаться. А она без обгоревшего покрывала неплохо просматривалась сверху-донизу.

- Слепой, - вновь донеслось из-за двери. - Дымом воняет. У тебя там что случилось? И ты... ты не один что ли?

Все пропало! Он догадался! Я было попыталась все-таки залезть под кровать, но Женя остановил:

- Сумасшедшая, прячешься что ли? - весело ему видите ли! - Давид, у меня все в порядке. Я сейчас приду. Сам. И да, я не один. Так что, будь добр, свали, нечего смущать... хм, мою девушку!

А потом, обращаясь ко мне, указал на кровать и сказал приказным тоном:

- Сидишь здесь и ждешь меня. Я вернусь, и мы поговорим.

Как это "сидишь здесь"? Там же Зверь один! И ребята не знают, где я! И вообще, я как-то не готова...

- Но...

- Найду же все равно.

...Он просил сидеть и ждать. И пока он был в комнате, я свято верила, что нужно делать именно так, а не иначе. Но, как только за Женей закрылась дверь, я возмутилась - постойте, кто дал право мною командовать? Хотя да-а, его признания грели душу. Но ведь невеста же! А вдруг невеста - само собой, а я - постольку-поскольку, для удовлетворения физических потребностей? Да и как так? Разве так бывает, чтобы вот так, почти ничего не зная друг о друге, не видя меня, наконец? Не-е-ет, он что-то напутал! Или? Или, может, говорил так, чтобы в постель затащить? Ведь до этого, разве замечала я какие-то чувства по отношению ко мне? Найдешь меня? Ну-ну, найди!