- -
- 100%
- +
Ну, это уже легче.
Я вообще считаю, что люди, умеющие шутить и любящие посмеяться, - они не такие опасные, как хмурые и вечно недовольные жизнью...
-Давайте куртку, - стягивает с меня свою одежду.
А я уже как-то свыклась с нею - тепло и пахнет очень приятно. Особенно жаль отдавать, учитывая тот факт, что у меня своего ничего не осталось! Бедна, как церковная мышь...
-Пойдёмте за мной.
-Руслан, - у лестницы нас догоняет голос Анаит. - Давай, я покажу твоей... гостье её комнату.
-Занимайся раненым, Анаит, - мягко отвечает он. - Я сам.
Специально с интересом слежу за её реакцией - любопытно, что за отношения у этих людей... Но Анаит резко опускает глаза в пол, разворачивается и возвращается к Сурену.
Мысленно обрываю себя - Ксюша, ты завтра уедешь отсюда, зачем тебе вникать в отношения живущих в этом доме людей?!
Пропускает меня вперёд.
И я, поднимаясь по лестнице, зачем-то думаю о том, куда именно он сейчас смотрит.
Ну, если бы я была мужчиной, то куда бы смотрела я...
Ну, вот в таком положении на задницу, конечно!
Осторожно оглядываюсь через плечо, чтобы убедиться в правоте своей догадки.
Он быстро поднимает взгляд, встречаясь с моим.
Ну, точно! Вот мужики, гады! У них только одно на уме!
Ну, ты теперь в этом убедилась, Ефимова, и что будешь делать с новыми знаниями? Как применишь? Может, устроишь ему скандал? Прямо вот в его доме? Или просто спросишь: "А вы, случайно, там не на мою задницу пялитесь?"
Ход моих совершенно неуместных мыслей прерывает сам Алиев.
Остановившись на верхней ступеньке, указывает мне на две соседние одинаковые двери.
-Налево - моя спальня, направо - твоя. Ванная и туалет имеются в комнате. Халат и все принадлежности в шкафах. Чувствуй себя, как дома.
Начинает спускаться.
А я всё также растерянно стою, не решаясь идти туда, куда мне велено.
Видимо, он мою растерянность замечает.
-Может, ты поесть хочешь или выпить?
О, нет! Мне бы закрыться в комнате и дождаться наступления утра!
-Нет. Спасибо!
-А откуда можно будет завтра позвонить? Мне надо... А телефон дома остался.
-Завтра и разберёмся.
Ну, ладно.
Пусть будет так.
Но!
Возвращаюсь к перилам. Останавливаюсь наверху, глядя ему в спину.
Невольно отмечаю про себя, как он потрясающе сложен - какие широкие плечи и при этом узкая талия. Как красиво на нём сидит его чёрная рубашка. И... Как здорово облегают явно тренированную задницу брюки!
Ксюша! Боже мой! Ты же сама только что чуть не кинулась выцарапывать его бесстыжие глаза только за то, что он, предположительно, смотрел именно в ту точку на твоём теле, на которую сейчас ты сама так бессовестно пялишься!
-Ты что-то хотела? - замирает уже почти внизу, как будто почувствовав мои мысли.
Да! Я, конечно, хотела бы многого! Во-первых, хотела бы понять, что мне делать дальше! Потому что я не готова была в одно мгновение вот так вот без всего оказаться!
Я хотела бы понять, зачем Алиев в это ввязался - ведь скандал с Борисом ему наверняка не выгоден, все-таки ЧОП моего мужа охраняет компанию Темнейшества.
Зачем он меня сюда привёз? Зачем развил ту неприятную для меня, но не смертельную ситуацию до такого скандала?
И как мне теперь договариваться с Борисом? Уж он-то точно во всём произошедшем обвинит меня!
-Да. Хочу.
-Ну, говори скорее.
Говорить или не говорить? Вот в чем вопрос.
С одной стороны, мне здесь всего-то ночь простоять и вечер продержаться. С другой, хочется же понять мотивы человека...
Зачем? Ну, допустим, из женского любопытства.
Да и ну...
Ладно! Себе-то я могу признаться, да?
Вот сейчас, когда я успокоилась, когда немного улёгся шок от произошедшего, когда вроде бы ничего ни мне, ни кому-то другому не угрожает, сейчас вдруг вспомнились те самые слова Алиева обо мне.
О том, что я ему нравлюсь, и он хочет меня себе.
И я просто не могу удержаться, чтобы не спросить!
Хоть и чувствую, что опасно, что не нужно! Что правильно было бы сделать виж, что ничего не слышала, а если и слышала, то ничего не поняла!
Но я была бы не я...
Перескакивая обратно с ты на вы, тем самым как бы устанавливая между нами границу, я выпаливаю:
-А это правда? Ну, то, что вы Борису сказали?
-О чем? - делает вид, что не понимает он, вынуждая меня продолжить.
Смущаюсь под его внимательным взглядом.
Вроде бы и смотрит снизу-вверх, а кажется, будто это он надо мной нависает, а не я над ним.
-Ну... О том... - мямлю я, как двоечница у доски. - Что я...
Так! Взяла себя в руки и сказала, раз уж начала!
-О том, что я вам нравлюсь, и вы хотите меня себе...
Я бы на его месте умерла бы от стыда! Просто не знала бы, куда деть глаза!
Он улыбается.
Улыбка очень преображает его лицо.
Оно кажется... более молодым, озорным, расслабленным...
Я даже успеваю обрадоваться, что решилась это спросить - мне как-то даже легче становится.
-Да. Это - правда.
Ну, вот... И что ты, Ксюша, с этим признанием делать будешь?
Разворачиваюсь, чтобы сбежать в выделенную мне комнату, краем глаза замечая, как к Темнейшеству подходит Анаит...
10 глава. Ни свет, ни заря
Просыпаюсь ни свет, ни заря.
Натянув высохшие за ночь на полотенцесушителе трусы и, естественно, комбинезон, - другого ничего ну тут, жду, когда начнёт просыпаться этот дом.
Собственно, без денег ни такси не вызвать, ни подруге не позвонить. А денег можно разве что только у Алиева в долг попросить. Других вариантов нет.
Хочется есть.
Вчера я ела в последний раз на обеде в школе.
Господи! У меня тетради с сочинениями дома! А мне их сегодня край раздать надо. А они ещё не до конца проверены...
Выхожу на цыпочках из комнаты. Очень надеюсь встретить кого-то из охраны Темнейшества. Попрошу отвезти меня к Маше - а там уж как-нибудь разберусь.
Медленно спускаюсь по лестнице, неся в руках туфли.
Откуда-то пахнет выпечкой и кофе.
Желудок требовательно посасывает от голода.
Сворачиваю буквально на запах.
И натыкаюсь взглядом на Его Темнейшество. Мама дорогая!
Это же сколько часов в день нужно проводить в спортзале, чтобы у тебя была такая спина! Там каждая мышца прорисована! На шее у него висит полотенце. Волосы мокрые.
Наливает кофе. На большом блюде лежит порезанный на прямоугольники пирог с коричневой зажаристой корочкой.
-Проходи. Завтракать будем!
У него на затылке глаза, что ли? Как он меня увидел?
-Да мне бы надо... Мне на работу надо! И кое-что бы из дома забрать.
-Я сегодня свободен. Отвезу тебя туда, куда нужно.
-В смысле?
Разворачивается ко мне лицом.
Едва успеваю перевести взгляд в окно, чтобы не пялиться на его тело. Но, кажется, я каким-то непостижимым образом уже всё успела разглядеть! И тату, и мускулы, и волосы на груди...
-В прямом. Буду твоим личным водителем.
-Да я как-то... Нет уж, уважаемый Руслан...
-Усманович.
-Уважаемый Руслан Усманович, это слишком большая честь для меня. Боюсь, не могу позволить себе отвлекать вас от ваших величайших дел!
-Знаешь, для чего человек зарабатывает деньги? Много денег?
-Чтобы вкусно кушать? Покупать себе одежду?
-Примитивно.
-Зато правда.
-Чтобы иметь возможность иногда делать то, что хочется.
-И вы давно мечтали поработать в службе такси?
-Садись уже, - кивает на стул.
Сажусь. Ну, смысл спорить, если мои глаза уже съели по куску пирога. Каждый.
Ставит передо мной чашку кофе со сливками и тарелку с пирогами.
Не могу сдержаться. Отламываю корочку. Она хрустящая, варильно-ароматная, а в тесте под ней видны ягодки изюма и кусочки каких-то других ягод.
-Мммм, вкусно...
-Специально для тебя испёк.
Сам испёк?
-Да ладно! Это, наверное, ваша... эта женщина испекла, которая здесь живёт!
-Анаит уехала ночью вместе с Суреном в больницу. У него поднялась температура и, похоже, началось воспаление.
-Так вот! У вас море своих дел... А я, пожалуй, не буду вам мешать! Мне бы только как-то к подруге добраться...
Тяжело вздыхает.
Делает глоток кофе из своей чашки.
Поднимает глаза к потолку.
-Я реально очень старался...
-Что?
-Но это, похоже, не работает в данном конкретном случае...
-Что не работает? О чем вы?
-Я тебя вчера забрал для чего?
Это он меня спрашивает, что ли? Для чего? Да откуда мне знать?
-Спасали меня от мести оскорбленного вами Бориса?
-Именно.
-Я вам благодарна, конечно. Но... Мне пора возвращаться к своим обязанностям. К работе. У меня школа. Уроки. Потом я ещё на дому сегодня занимаюсь с мальчиком. Потом у меня бабушка и кошки...
-Пока поживешь у меня. Я тебя отвезу, куда надо. Сам. Что неясно?
Да всё неясно! Всё! С какой стати я буду жить у абсолютно незнакомого мужика! И какую плату за это он потребует!
Ой, Ксения... Ну, судя потому, как твои глаза всё время настойчиво сползают вниз и пытаются на веки запечатлеть в памяти кубики на его прессе, то можно предположить на минуточку, что может быть... Может быть, эту плату даже приятно было бы внести...
-Всё неясно.
Изгибает левую бровь.
И мне думается о том, что звучат мои возражения так, словно я - капризный ребенок, которому накупили игрушек море, а он всё равно требует цветочек аленький!
Обдумывая, как ему объяснить всё, что я думаю, тянусь за вторым куском пирога. И натыкаюсь на его пальцы!
От прикосновения эффект, как от разряда тока - шарахает так, что я чуть со стула не падаю, дернувшись в сторону.
-Чего вы так... током бьетесь?! - мой голос теперь точно звучит, как у капризной маленькой девочки, которую обидел злой строгий дядя.
-Это, видимо, наше взаимное притяжение так работает! - улыбаясь, откусывает кусок пирога.
Нет, ну, может, и правда, мне так будет лучше, если он меня повозит. С ним и домой можно попробовать заехать... Вон он какой весёлый...
11 глава. Дурацкая ситуация
-Что прям вот так - возьмём и войдем?
Сидим в машине Темнейшества перед нашим с Борисом домом.
Они же вчера здесь чуть друг друга не поубивали! А если Борис дома, то, вероятно, это повторится снова.
-Да. Возьмём и войдем.
-А-а Борис?
-А Борис позвонил мне рано утром и извинился за вчерашнее. А ещё согласился на те условия, что я ему предложил. С моей стороны уже всё подписано. Он в свою очередь подпишет бумаги в девять с моим адвокатом.
Постойте-постойте... Я смутно припоминаю что-то такое... Как Алиев спросил, что Борис хочет за меня. И предложил какую-то долю где-то там, контракт и деньги? Я думала, это... блеф! Шутка! Ну, или там просто способ как-то сгладить момент!
Да я как-то, если честно, не сильно-то и вдумывалась в суть тех слов Темнейшества, потому что у меня были более серьёзные насущные проблемы!
В каком смысле Борис согласился?
От невероятности происходящего мне становится смешно!
Они, эти ненормальные мужики, реально думают, что меня, живого самостоятельного человека можно взять и перекупить друг у друга? Я что - кобыла породистая? Или тачка б/у?
-Ахаха! - у меня вырывается короткий смешок. Потом я смотрю на Темнейшество. На его невозмутимое, до жути серьёзное лицо, и меня несёт - не могу сдержать истеричный смех. И хохочу, стуча себя ладонями по коленям. - Ахахаха! Ой, не могу!
Вытираю выступившие от смеха слезы.
И как в детстве, от малейшего взгляда на сидящего рядом человека, смех разбирает ещё сильнее.
Потому что он реально смешной - такой, блин, властный пластилин, решивший, что имеет все права!
Смотрит на меня с прищуром. Как будто оценивает степень вменяемости.
А если я - невменяемая? Что делать тогда со мной станешь? Борису вернешь по гарантии? Как заводской брак?
-Ахаха!
Мой смех обрывается в тот момент, когда, перегнувшись к заднему сиденью, Темнейшество достаёт оттуда папку с документами и сует её мне в руки.
-Это что?! Постойте, угадаю! - моё веселье не исчезает окончательно и меня просто вот тянет постебаться. - Договор купли-продажи моей бессмертной души?
-Не совсем.
Открываю.
Там реально мелькает моя фамилия.
Но я не могу в таком раздрае, как сейчас, вникнуть в смысл!
-Это, действительно, контракт. Ты будешь жить в моём доме и сопровождать меня на всевозможные мероприятия.
-Типа эскорт? - задыхаюсь от возмущения я.
-Зачем эскорт? Нет, конечно. Будешь играть роль моей жены.
Кого?
Да я так-то не актриса, чтобы роли играть!
Да и что там, в его кругах, народ не в курсе, что я - не жена? Наверняка же все о нём всё знают! В век компьютеров и соцсетей любой человек, как на ладони!
-Максимум, что я могу для вас сделать по контракту, это подтянуть уровень знания русского языка и литературы. Ну, может, ещё посуду мыть по допсоглашению.
Не знаю. Мне кажется, он абсолютно не понимает шуток. Хотя вчера было несколько моментов, когда я думала обратное.
Он не смеётся.
Наоборот, с серьёзным видом достаёт из бардачка ручку и протягивает мне.
Захлопываю папку. Сую ему в руки.
Разворачиваюсь, хватаясь за ручку двери.
Раз уж у них там договорено, значит, я могу просто войти и взять все свои вещи, документы, карты, телефон, так?
Я позвоню на работу и предупрежу, что задержусь. Соберу всё необходимое и уеду к Маше. Завтра же найду квартиру под съём.
У меня есть зарплата - её с лихвой хватит на жизнь. У меня есть сбережения, чтобы обжиться первое время. Я вообще не пропаду!
А эти двое пусть сами по своим договорам друг с другом расплачиваются.
Фыркнув:
-Совсем уже обалдели!
Нажимаю на ручку.
А дверь не открывается!
Нажимаю ещё раз.
Да он же просто запер машину изнутри!
-Выпусти меня! - шиплю, поворачиваясь к Алиеву.
-Подпишешь и можешь идти.
-Да пошёл ты!
-Кому из нас нужны уроки русского языка?
-Да что тебе надо от меня?
С недоумением на лице пожимает плечами.
-Я уже всё сказал. Если чего-то не поняла, читай договор.
Что он там сказал? Что? Вчера говорил то, что я ему нравлюсь и он хочет меня себе. Было? Было!
Потом вечером обещал, что утром отпустит на все четыре стороны. Было? Было!
Теперь вот я должна исполнять роль его жены! Как долго? Пока смерть не разлучит нас?
-Я. Ничего. Не. Подпишу.
-Ну что же. Это - неправильный ответ. Ты подумай пока. Мне сегодня спешить некуда.
Отъезжает в кресле назад. Нажимает кнопку. Кресло плавно раскладывается горизонтально. Откидывается на нём. Закрывает глаза.
Сижу. Думаю.
Внутри клокочет вулкан ярости и злости.
Мне хотя бы позвонить... На работе уроки скоро начнутся.
Блин! Что делать?
Дурацкая ситуация...
12 глава. Ненормальные
Я ненормальная.
Что делал бы в моей ситуации нормальный человек? Закатил истерику, такую, чтобы окна в машине задрожали!
Я же сижу и молчу. Терпила, блин!
Стыдно орать как-то...
Глаза, вместо того, чтобы смотреть в сторону родного дома, который, быть может, вижу в последний раз (Борис начал его строить ещё в молодости, до нашей свадьбы на участке, где когда-то стоял домик его бабушки - мне здесь при разводе ничего не достанется), то и дело косят в сторону Темнейшества.
Лежит на сиденье с закрытыми глазами. Весь такой спокойный. Ну, а чего ему волноваться, если он сегодня свободен. Это мне на работу надо...
Есть в нём что-то...
Ну, Ксюшенька, давай! Додумай до конца, что в нём такого есть!
Наглость через край?
Явное безумие проглядывается?
Это всё да, но...
Но красивый...
Ну, что? Что красивого-то?
Скулы слишком острые... Нос длинноват. Брови разрослись так, что впору депиляцию делать. Щетина эта. Губы... Ну, губы разве что... Особенно нижняя...
Ну, плечи широкие ещё ничего так смотрятся. И без рубашки он был просто шикарен.
Борис давно заплыл жирком - ни пресса, ни мускулов. Мощь есть, да. За счёт большого роста и веса. А тут - вон, высушенное подкачанное тело. И когда он только деньги зарабатывает, если то в спортзале, то на шашлыках, то женщин ворует!
Лениво приоткрывает один глаз:
-Нравлюсь?
Чего?
-Нет! - выпаливаю, отводя глаза. Как он узнал, что я пялюсь?!!
-А чего смотришь тогда так?
-Как?
-Как будто нравлюсь.
Пораженно качаю головой. Я попала в руки какого-то ненормального! Разве нормальный человек вёл бы себя так? Разве нормальный делал бы такие предложения? И спрашивал бы такое?
-Руслан Усманович, - говорю очень вежливо, прямо вот на самом максимуме вежливости, который у меня есть.
-Я думал, мы окончательно на ты перешли...
-Пожалуйста, отпустите меня, а! Ну, что я вам сделала? У меня уроки. Дети. Сочинение не проверено. А в седьмом классе диктант! А потом я к надомнику еду. И машина ещё в ремонте. А ещё хотела в питомник. Я там волонтерю иногда...
-Ого, сколько интересного! А можно с тобой?
Да, Боже мой! Он точно ненормальный!
-Простите за мою прямоту, но... Вам что, заняться нечем?
-Есть чем. Но я решил, что проведу этот день с тобой.
А улыбается он очаровательно.
Почаще ему надо улыбаться. Прям красивый невозможно становится.
И это так прозвучало... "Проведу этот день с тобой" - как название для какой-то жутко романтичной душещипательной истории...
-Соглашайся, - его рука вдруг накрывает мою ладонь. Дергаюсь интуитивно - все-таки совсем чужой человек. Но усилием воли заставляю себя сидеть ровно и позволить ему держать за руку. Потому что, если честно, ничего плохого он мне пока не сделал. Даже наоброт. - Я ничего тебе не сделаю без твоего согласия, клянусь. Три месяца. Квартиру искать не надо. Поживешь у меня. Осмотришься. Разведешься пока.
Вскидываю на него глаза. Борис мне реально развод даст? Он говорил, что ни за что!
-Ну, или вернёшься к мужу, если решишь его простить, - усмехается он.
У него ладонь горячая. Кожа сухая. А пальцы такие... Трепетные что ли... Подрагивая, едва-едва прикасаются к моей коже. Это так странно. Как будто бабочки крыльями своими ласкают.
Открываю рот, чтобы спросить:
-А...
Но он опережает:
-А мне на самом деле нужна женщина, которая в ближайшие дни сопроводит меня на несколько очень важных мероприятий. Я тебя представлю, как невесту... Ну а потом всегда можно сказать, что звезды не сошлись, и свадьба отменилась.
Ну-у-у, это уже звучит вполне логично.
Есть правда некоторые сомнения. Особенно касаемо того, что он в принципе для своих выходов в свет мог бы взять чуть ли не любую женщину в этом городе, а выбрал почему-то меня.
Но, с другой стороны, не съест же он меня?
Впрочем, смотрит так, как будто реально съесть хочет...
Но я-то тоже не лыком шита! Тут ещё посмотрим, кто кого!
И я решаюсь:
-Что от меня будет нужно?
-Притвориться, что ты меня любишь...
И всего-то?
Я ненормальная. Повернув его руку, смотрю на часы на его запястье.
Если вот сейчас побежать собираться, и вещи оставить в его машине, то я успеваю ещё на первый урок.
-Уверены, что сегодня свободны?
-Да.
-Ну, тогда держитесь. Будет трудно и скучно, иногда неприятно, но надо будет терпеть.
Усмехается.
-Я готов.
Дергаюсь к двери.
Удерживает за руку. Пожимает её, как деловому партнёру.
-Договор подпишешь?
-Ну, что ты! Какой договор? Я тебе доверяю...
Хотя нет, конечно. Но ещё не хватало - подписи свои ставить под бумажками непонятными!
-Хм... Ла-адно...
Я не успеваю заметить, куда он там нажимает, но замки на дверях щёлкают. И я выхожу из машины.
13 глава. Воспитание Темнейшества
-Вы, пожалуйста, повлияйте на своего мальчика, - доверительно обращается ко мне очень пожилая полная женщина в очках. В них такие линзы огромные, что глаза за ними расплылись на всё лицо.
-На какого ещё мальчика? - с любопытством отвечаю я.
Ксюша отправилась за журналом.
Я сижу в её классе за последней партой.
Жду.
-Ну, вы же отец Джураева? Вот на своего сына и повлияйте! Совсем от рук отбился, - хмурится женщина, припечатывая какими-то тетрадками по Ксюшиному столу.
-Нет у меня никакого мальчика. И я не Джураев.
-Дожились! - всплескивает руками, неверяще глядя на меня. - Родной отец от родного сына отказывается, только чтобы нравоучения учителей не слушать!
Я даже не успеваю ничего ответить.
Она продолжает фирменным учительским тоном. Как будто я - двоечник-пятиклассник, а она по меньшей мере кандидат педагогических наук.
-Сегодня. Ксения Павловна. Должна была. Вызвать Джураева на разговор. И вот! - указует на меня перстом. - Вызвала-таки вас!
-Марья Серафимовна, миленькая, - в кабинет врывается Ксюша, бросает в мою сторону извиняющийся взгляд. - Это не Джураев!
-Как не Джураев?
Ксюша хватает её под руку, и они вместе выходят из класса, который тут же начинает заполняться детьми.
-А чо нам Золотце задавала? - развязно спрашивает малолетний наглец у маленькой девочки с двумя косичками, усевшейся за первую парту.
-Мироненко, возьми и сам в электронном дневнике посмотри! - отвечает она.
-Жалко тебе сказать, Кошкина? - пацан замечает меня. - Ой, здрасте!
Что я тут делаю? Бред... Но! Я почему сижу и сижу, не находя в себе сил взять и уйти хотя бы в свою машину.
Вот звенит звонок на второй урок. И в класс влетает Ксюша.
Золотце, значит... Забавно.
Вижу, что её смущает моё присутствие, но...
Я просто сижу и смотрю.
Стараюсь смотреть не только на неё, а на всё происходящее в классе и даже иногда в окно. Но взгляд, как приклеенный, всё равно к ней возвращается.
На ней узкие брючки и белая блузка с широкими рукавами. Такой себе строгий стиль училки. Даже юбки нет. И каблуков. Но...
Дааа, Руслан, что-то слишком много в твоей жизни стало этих "но"!
Я наблюдаю за ней в её месте, в её реальной жизни. И мне нравится то, что я вижу. Очень нравится.
Видно, что её любят дети. Видно, что и она их очень любит. И рассказывает она так, что правила русского языка легко ложатся и в мою голову. Хотя, помнится, по детству, давались мне с трудом.
Звук в моём телефоне отключён, но он всё равно загорается, когда мне кто-нибудь пишет. А мне постоянно пишут. Проблемы-проблемы-очень-важные-проблемы... Но я не читаю.
Потому что такое ощущение ловлю, будто здесь и сейчас со мной происходит что-то очень важное, хоть и очень странное...
-Итак, план урока у нас таков. Проверяем домашнее задание. Потом я объясняю новую тему и поработаем над закреплением материала. Итак, о том, какие глаголы называют переходными, а какие непереходными, нам расскажет...
Пацан, который спрашивал про домашнее задание, усевшись наискосок от меня, залегает под парту, не дыша, и выпучив от ужаса глаза.
"Хоть бы не его", - думаю я.
-Мироненко! - выдаёт она.
Пацан вздрагивает и встает с таким видом, будто его сейчас приговорили к расстрелу... Глаза опускает в пол. Оттопыренные уши вспыхивают красным.
Одновременно с ним из-за своего стола встает Ксюша.
Идёт мимо меня в направлении несчастного Мироненко.
Но глохну почему-то я. Хотя, может, и он тоже...
Наверное, это детские комплексы. Типа, вот строгая учительница, вот я - нерадивый ученик. Хотя ничего такого из своего детства я не помню, потому что всё, кроме русского языка, давалось мне очень легко, но...
Во мне срабатывает что-то такое... Странное... Мне кажется, что она очень круто смотрится здесь. Она что-то ценное даёт этим детям. И явно сама кайфует от происходящего.