То ли ветер дует северный

– Возможно это преувеличение, – ответила я.

– Хорошо, другой пример, многие об этом знают, но не придают значение.

– Вот вы опять, о чем, – подал голос Творк, – это влияние Рощи, не более того.

– Не сомневаюсь, все что происходит здесь с этими людьми – связано ее влиянием. Но этот факт важен для нас. Все мы знаем, что в Роще есть единороги, их не много, вблизи я никогда его не видел. Но саландорам везет, один из них, заблудившись в лесу, увидел единорога, и, недолго думая, убил, бросил острую палку как копье. Ходил по лесу видимо он долго, устал, изранился, проголодался. Единорога он съел, кровь собрал во флягу, еще ему приглянулся рог – стрелы кончились, он сделал из него копье. Все мы знаем, что кровь единорога исцеляет, а копье из его рога всегда бьет в цель.

– В этом нет ничего странного, – заметила Гало, – только никто не убивает единорогов.

– Кроме саламандор, но и это не то ради чего я рассказываю вам об этом. Человек этот вернулся в деревню, рассказал о том, что случилось, кровью волшебной, они конечно же исцелили кого-то. На следующий год человек этот сильно заболел. Рассказал своим, что волшебный зверь этот с одним рогом, чтобы взяли его копье, которое мимо не бьет и принесли ему целебную кровь. Что важно, к этому моменту охотников в деревни поколения три как не было, этот в лесу за хворостом ходил. Ну вот пошли они в лес, ходят-ходят. Видят лось, а они уж давно никакой лесной зверюги не видели, да и учесть то что лоси в той половине леса редкость – бросили волшебное копье – убили. Решили – что рог у него один, просто ветвистый. Но пока в деревню шли, человек видевший единорога умер. Но кровь они добыли, и к нашему всеобщему удивлению, она оказалась волшебной – лечит, как кровь единорога, раны затягивает. Кроме того, они из рогов вытачивать стали копья – по форме в подражание форме первого копья. им даже в голову не пришло, как он там, в лесу, копья вытачивал. И копья получились волшебные – что не кинут, так в цель. Благодаря этому мы снова имеем охотников-саландорон.

– Да, – добавил Юр, – это так, я часто лосем прикидываюсь и голову им морочу. Как увидят лося -давай догонять, прибегут нет – лося. Я про однорогов от них часто слышал. Очень мне нравиться сними в однорогов играть.

– Смотри кинут в тебя волшебным копьем, – пролаял Клац, – лучше съесть их и все. Величайший Скрон у вас там, я смотрю барашек остался, не передадите, – добавил Кон и преданно завилял хвостом.

– Почему их магические способности, если они есть, должны нас огорчать? Если они и есть, в чем я не уверен, правильно говорят, Роща влияет, они про них не знают, – заметил Снежный.

– Потому что у меня подозрение что они антимагические, – немного неуверенно сказал Темный.

– Что вы имеете ввиду, Величайший Элкон? – удивленно спросил Скрон, разве есть такая сила? Антимагия? Новое слово в естествознании, что позвольте это такое?

– Пока не скажу, думаю, что когда Гало вернется будет понятно, что и как, – ответил Темный, – но Величайший, вы говорите, как какой-нибудь саламандор – если вы о чем-то не знается, значит этого нет?

– Если Я что-то отрицаю, значит этого нет! А ваши саландоры, они как раз верят во все подряд, и всего опасаются, на всякий случай.

– Вот! «Точно, вы мне подсказали мысль», – сказал Темный, – я вижу, мы все сказали друг другу. Величайший Скрон, обсудим, когда будет что. Гало – вы наша надежда и мое очарование, – поклонился Темный, кивнул мне, встал и ушел. Клац побежал за ним, волоча за собой недоеденную кость.

– Пожалуй, я услышала все что нужно, – подытожила Гало и собрание было завершено.

Гало.

Великая Роща! Этот день пролетел как один миг. Гало ушла. Пересмешники, дриады и русалки взялись следить за происходящем.

Маги– Скрон, Творк и Снежный, решили организовать волшебное зеркало, я, презрительно фыркающая Кассандра (она за без инструментальные пророчества и за магию без обряда) и Лэрэроктр присоединилась к ним.

Вот что мы увидели.

Гала шла в деревню со стороны гор, с той стороны с какой когда-то и сами саландоры вошли в долину. Она была одета, как саландорская девушка и вела в поводу серого в яблоках коня, запряженного в сани. В санях лежал какой-то скарб, призванный символизировать имущество девушки. Шла Гало долго почти от самых гор, чтобы, если кто из людей был в лесу, то увидел бы, что она и правду шла к ним, а не возникла, вот так не откуда.

Маги следили, не отрываясь, я же решила сделать небольшой перерыв на сон. Когда я вернулась, Гало дошла до поселения, все так же ведя своего коня в поводу. Она перешла мост, и оказалась, как я понимаю, на главной улице. Она огляделась, начинало темнеть, на улице не было видно людей, во дворах лаяли собаки. Девушка подошла к калитке ближайшего к ней двора, и, очевидно, окликнула хозяев. Слышно не было, мы могли только видеть происходящее. Я Изумруд, дракон, мне важно полное понимание, но напрягая свой внутренний слух, я могла слышать голос ветра в снежных вершинах дерев, реку подо льдом, но в деревне я только слышала, да и то как-то еле слышно, как лают собаки и горит огонь, словно, она, деревня, меня не пускала, стало тревожно, и я внимательней присмотрелась к нашему зеркалу. Отражение деревни было мутное, словно сквозь пелену, раньше я относила это на умение магов, но теперь, когда я не смогла услышать ни слова.

– Творк, – беззвучно позвала я мага, который сидел ближе ко мне.

– Да, Дракон? – ответил он мне вслух обернувшись.

– Вас ни что не смущает? – спросила я.

– Плоховато видно, – кивнул маг, можно лучше, мне думается, но сейчас некогда подстраивать, с утра вроде лучше было.

– Вот и я об этом же думаю, – ответила я.

Творк изумленно поднял бровь.

– О чем это вы? – спросил он хором со Скроном, который нервно обернулся, зеркало было большей часть его работой.

– Кто-нибудь из вас может что-то услышать, – спросила я, кивнув на зеркало.

– Так пока вроде нечего, – вступил в разговор Снежный, отвлекшись от подернутой пеленой поверхности зеркала. Там Гало пыталась достучаться до саландорон, вечерний снегопад завалил калитку, и Гало пыталась ее откопать, чтобы попасть на двор. Маги замерли, вслушиваясь в далекое поселение, Кася подперев кудрявую голову, не отрываясь, смотрела, как она говорит, в экран. Точно экран, глупое слово, вечно она выдумывает. Лэрэроктр уснул в своем кресле, на долгое время воцарилась полная тишина. За это время Гало кое-как откопала калитку, всем своим видом показывая, как ей тяжело и холодно, но пока хозяева ее не заметили, возможно, ветер не дает им услышать ее.

– Ну так ведь она пока молчит, – сдался первым Снежный, – ну или ветер.

– Вы слышите ветер? – спросила я.

– Признаюсь, что нечетко, но слышу и еще собак иногда, – ответил маг и остальные кивнули.

– И что? Что с того? Вроде там ничего больше не происходит – ветер да собаки, – спросил Творк.

– А все люди уже спят? А Гало молча ломится в чью-то дверь?

– Странновато, но в Роще всегда немного не так все происходит,– наконец изрек Снежный.

–Да – обычно здесь лучше видно и слышно, – кивнула услышавшая последнюю фразу Кассандра. И снова воцарилось гробовое молчание, только дрова потрескивали в камине и где-то далеко на границе моего магического чутья чуть слышно лаяли собаки. Мы замерли в ожидании, Гало боролась с дверью, метель замела ее скромный скарб на санях, лошадь стояла грустно понурив голову. Северная волшебница металась от двора ко двору, между тем становилось темнее. Она на секунду замерла и посмотрела куда-то вверх, на лице отразилась досада, потом решимость, потом она снова стала деревенской дурочкой благодушного, хоть и весьма замершего вида. Снег перестал, стало чуть светлее, и калитка наконец-то отворилась. Дверь дома также и хозяева наконец-то заспешили к замерзающей путнице. Нашу посланницу, хоть и весьма удивившись, все же приняли и пустили в свой дом обогреться. Она вошла в дом, лошадку распрягли и завели в конюшню. К слову это была настоящая лошадь, а вовсе не пересмешник, для надежности. Так вот она вошла в дом, и мы перестали что-либо видеть в зеркале. Теперь надо было ждать утра. Если что, вурдалаки заметят неладное, Темный направил их приглядывать что да как. Сон крепкий сон, вот что нам всем нужно, и Гало не исключение..

Темный.

Попрощавшись с магами и провидцами, я отправилась в свой дом. Подходя к двери нашего убежища, я протянула руку к дверной ручке, и дверь распахнулась, передо мной возник Темный.

–Элкон! – воскликнула я, следует признаться, что к двери подходила я в задумчивом настроении и, его внезапное появление слегка вывело меня из равновесия, так что изумление вполне отразилось на моем лице.

– Будь, ты сейчас драконом, а не человеком, я бы был сейчас немного э… заморожен? – шутливо спросил он, приветственно кивая.

– Я бы сказала не так, немедленно заморожен, – кивнула я. Темный несносная личность, уже хотя бы потому, что он упырь, в смысле возомнивший о себе невесть что пересмешник да еще и с магическими данными.

– Ну что вы тоже это видели? – торжествующе спросил он, проходя и садясь в бывшее мое кресло, совершено без приглашения, – точнее не видели и не слышали, не так ли? – торжеству его не было предела, -упырь, одним словом,– я это предвидел, это доказывает мою теорию!

– Это про антимагию, что ли? – фыркнул Снежный.

– Про деревню, дорожайший старец, про деревню. Магия или анти она же, но что-то им помогает, такое жалкое поселение вне Рощи, я бы и не заметил, как присоединил к своему княжеству.

– Вот, вот из-за такого безответственного поведения они нас и боятся! – гневно возопил Лэрэроктр.

Темный. Темный это явление, что-то по типу смерча, я думаю, умный, сильный и нет, не беспощадный, скажем так не замечающий препятствий. Ну что ж признаемся себе – очень похоже, что он прав и Роща покровительствует всем, как нам, так и саландорам, здесь все маги, или антимаги, как угодно. Тем более правы все кроме него, битва будет тяжелой, лучше договориться, вся надежда на Гало, если она не сможет, других они уже не подпустят. Я попыталась объяснить им свои мысли, маги слушали, но что мы теперь можем, они говорили Темный – варвар. Но Темный – властелин, правитель, я правила, я понимаю, он полководец. Если бы не давняя обида…

Темный восседал в моем кресле с самодовольным видом, победно кивая пока я высказывалась в том смысле, что где-то он прав.

Элкон Темный. Без сомнений это личность значительная, приходиться это признать. Его княжество довольно сильно, но новых территорий он давно не присоединяет, говорит тяжело будет контролировать, в этом по мне чудится некая трусость и отсутствие азарта, вот в мое правление, вокруг моей территории мало кто селился, точнее не долго длилась их ээ. автономия. Так вот расчетливость Темного во многом способствовала тому, что его вызвали в совет.

– Ночь коротка, я ухожу спать, решительно заявила я, – Элкон, маги, – слегка поклонилась, пожелала доброй ночи и ушла.

Дверь за мной закрылась, и мне показалось, что скрип двери доносился с другого края леса, таким приглушенным он был. Лес передо мной стоял, недвижим, ни ветерка, ни шорохов, лишь снег где-то чуть слышно падал с ветвей вниз, в сугробы.

Я вдохнула холодный звенящий морозом воздух, взглянула на небо, яркие звезды и ослепительно белая луна открылись моему взору. Роща внушала покой, но что-то неустанно тревожное не уходило из моего сердца. Где-то второй дракон подумала я. В ответ на мои мысли серебристый от света луны дракон Сапфир описала круг над сердцем Рощи и скрылась вдали. Не спится, а ведь она не любит ночь, ну то есть предпочитает бодрствовать днем. Я зашагала к своему убежищу, вслушиваясь в скрип снега. Завтра утром будет видно, приняли посланницу или нет. Темный так радуется своей правоте, как будто съел что-то отравленное, и рад, что распознал вкус редкого яда, будто бы знает к нему антидот, почему только мне кажется, победа наша будет трудной, надо будет спросить Кассандру, вдруг ей привиделось не много веков вперед, а хотя бы на год или десяток лет.

Свернувшись клубком, в своем логове, я, Изумруд, ледяной дракон, видела сны, спокойные, как зимний лес вокруг меня.

Разговоры

Утро было морозным, свежим и ясным, как глаза дракона, и как-то слишком, по-вурдолачьи жизнерадостным. Казалось, хорошее настроение выплескивалось из меня обратно в Рощу, снег и утро. Хотелось крикнуть что-нибудь громкое, поймать кого-нибудь проворного, соревнуясь с ним в ловкости и съесть его, пока теплая кровь не застыла на морозном снегу. Хотелось сделать, что-то веселое, правильное, расправить крылья, бросить думать о вещах не драконьих, о глупых людях и безумных магах, просто… просто съесть их всех и всё. Пришло вдруг в голову такое, магов и так мало, если и получиться их всех съесть, будет скучно, а как хочется размять крылья в полную мощь. Всё стало каким-то хрупким и не настоящем, это не делай, то уже тоже нельзя, осудят, посмотрят косо, из Рощи выгонят или еще чего. И еще, еще голод, вот что проснулось во мне этим утром, голодный дракон.

Я взмахнула крылами и полетела высоко, прямо к солнцу, зажмурив глаза, скоро стало тяжело подыматься выше, я глянула вниз, какое все маленькое, внизу, словно маленькая хищная птица кружил второй дракон. Я снизилась, описала несколько кругов, постепенно набирая высоту вновь. Наконец я увидела, что хотела. Оленя. Главное, чтобы не пересмешник, не хочу есть пересмешника, да и потом… не хорошо, наверное.

Олень оказался, оленем. Но не таким уж сообразительным и проворным, как от него ожидалось, поймать его не составило особого труда. Наевшись, я повернула к Роще, где наши доблестные полководцы, я не Кассандра, но знаю, что говорю, наверняка прилипли к зеркалу своими вошебноумными лбами, наблюдая за Гало.

Гало, Гало сильна, помериться бы силами с ней, может ли людской маг одолеть драконьего, забавно, правда ли, если съесть мага, его сила передается победителю? Когда-то я победила мага, но он был слаб, заносчив и глуп, не уверена, что он мог называться магом.

Так за размышлениями, я подлетала к поселению, Совет назначили на вечер, а сейчас, Гало решает все, всё, возможно проблема уже решена, и деревня мирно дымиться свежими руинами.

Три кварка мило машут мне лапками, пожалуй, надо наколдовать им орешков, они снова белки, такие милые и пушистые зверьки, вообще всё будет отлично не надо поддаваться панике, которую развел Темный маг.

Я снизилась, обернулась человеком, достала из сумы, весящей через плечо, орешки и позвала оборотней.

–Юр, и.. э.. остальные, не помню ваших имен братцы, я вам орешков принесла.

– Орешки, орешки, спасибо Дракон Изумруд, – хором пропели они.

– Что слышно нового? – поинтересовалась я, мое безупречное настроение слегка потускнело – накатились воспоминания о суете с саламандорами, жуткая деревня в ночи и мутное зеркало в котором Гало беззвучно ломиться в чей-то дом. Я невольно вздохнула, не драконьего ума все это.

– Нас выгнали, – дружно и гордо высказалась троица, – потому как мы сольно шумели и отвлекали всех, а там так тепло, – добавил один из них, не знаю кто.

– Тебе хорошо, добавил другой, – ты Ледяной дракон!

– Откуда тебе известно? – удивилась я. Мы с Сапфир, драконы, драконы не привыкли делиться такими переменами с не драконами, и не потому, что это секрет, а потому что никто не спрашивал, драконы ненавязчивые существа и гордятся этим.

–Мы чувствуем, – закивали головами белочки, от тебя веет холодом, даже в доме, – и они снова закивали головами своим мыслям, -спасибо за орешки, – еще раз поблагодарил кто-то из них.

Увиливать больше не было возможности, я предложила зверькам погреться в моем доме, а сама отправилась к магам, смотреть в мутное зеркало.

Я приземлилась достаточно далеко от дома Скрона, где был наблюдательные пункт с зеркалом, по пути в поселении я увидела темно коней, они шатались между домов и деревьев, выгребая что-то лапами из-под снега, подозреваю что мышей. Я не думала, что темнокони могут вот так пастись в лесу. Видимо Темный объезжал лес ночью, а сейчас со всеми следит за Гало, легкий укол совести поразил мое драконье сердце, только я позволила себе веселиться и свободно летать над лесом, в то время как все напряжены, как тетива лука перед выстрелом. Я невольно содрогнулась – не люблю луки и острые стрелы.

Темнокони навели меня на мысли об их владельце. Когда-то я считала Темного своим другом, но маг не может быть другом дракону, маг хитер и бесчестен, в то время как дракон открыт и смел, не позволю морочить себе голову. Как бы ни был силен маг людскую хитрость ему не изжить.

А между тем маги вели мирную ни о чем беседу, когда я вошла, речь у них как раз зашла о золоте и о том, как бы его по лучше выделить. Развалившись в уютных креслах, здесь собрались все маги совета, включая Темного. Лэрэрокр и Скрон курили трубки с выражением степенной солидности на умных довольных физиономиях. Я поздоровалась, спросила, где Кася и уселась в кресло, которое спешно наколдовал мне Снежный.

–Спасибо, – поблагодарила я.

Снежный кивнул, продолжая развивать какую-то мысль об очистке золота.

– Как Гало? – спросила я Творка, он сидел ближе всех и сиял, как медный таз поскольку какую-то из его мыслей старшие маги активно одобряли практически всю беседу о золоте.

– Пока хорошо, – вполголоса ответил Творк, пододвинувшись поближе, – она ходит по деревне что-то рассказывает, кажется, собирают совет старейшин, или как у них называется, что конкретно говорят, не слышно, пересмешники, тоже толком ничего разнюхать не могут, боимся навредить.

Я согласно кивнула и задумалась, конечно не за день, но может быть хитроумная Гало, сможет как-нибудь вразумить саландор? Подойти к зеркалу, посмотреть. Ничего примечательного в зеркале не было, Гало что-то вещающая народу, упорно показывающая в сторону откуда пришла день назад и саландоры с каменно-непробиваемыми лицами слушающие ее слова. А что я надеялась увидеть? Ну да пылающие руины, похоже на то, нет вы не подумайте, поджигать поселения вовсе не так весело, как может показаться, да и вообще, что проку с пепелища, но больше не думать об этом, ни каких дум о саландорах, просто жить своей драконьей жизнью, за это сама сожгу этот городишко, есть что-то глупое в том, что могучие маги носятся с деревней мягко говоря не очень сообразительных людей, как курица с яйцом: «они люди, с ними можно договориться, объединиться и жить вместе долго и счастливо». РАЗГОВОРЫ. Вот и Гало сейчас их ведет, ну да у нее это хорошо получается ее сладкий голосок и льстивые речи победили многих врагов и друзей. Северная Гало может навести мороку полную голову, драконы не любят долго рассуждать, это иссушает мозг и убивает сердце. Долгие разговоры удел магов, поэтому мы, драконы, находим магов многословными. Драконы просто знают, к чему говорить. И всё же в этот раз нужно договориться.

Кассандра говорит, в спорах рождается истина, она человек, она не права. В спорах ничего не рождается, только умирает – дружба, честь, самоуважение этих напыщенных болванов, разговоры, это просто слова, не имеющие силы. Для дракона это так, но возможно не для саландор, они все еще слушают Гало, кажется их лица более приветливы чем в начале, она ни в чем их не переубеждает, да, пожалуй, она что-то им рассказывает, что-то важное для них, умница Гало. Не хочу, чтобы в меня летели острые стрелы, заговори этот народ от сражений, глупости и страхов.

Разговоры, от этих пространных дум тяжело, они как головная боль заполняют всю душу сердце и мысли, словно безумная словесная река протекает в голове, она неостановимо нарастает, мешает спать, охотиться, существовать. Не расслабиться, не отступиться, священный долг дракона охранять Рощу. Среди людей тяжело оставаться драконом. Вечером, если ничего не случиться, полечу с Сапфир оглядывать лес. И Пегас поскорее бы вернулся, разумное существо, почти дракон. Я опять разговариваю с собой, как человек, надо, надо выйти, хотя бы с Элконом, он успокоит мои мысли, он тоже почти дракон.

– Темный, – зову я самодовольно ухмыляющегося субъекта в темных одеждах, с черными как ночь глазами, – Темный, не выйдешь со мной, – в моем голосе почти мольба, я стараюсь скрыть, голова ломиться, от быстро проносящихся мыслей, -мне… мне нужно. поговорить, да поговорить с тобой, – говорю я, – мне нужно срочно помолчать, внутри с наружи, хочу тихих мыслей по делу, а не человеческой суеты в мозгу, – думаю я.

Интересное слово-мозг, продолжаю думать я, его придумала Кассандра и,, и боже я одновременно думаю про Гало, которая вещает, там в замершей деревеньке на другом берегу реки. Темный смотрит на меня, пристально и как-то обеспокоенно, отвечает, соглашается и мы выходим в лес. Мороз, солнце, тишина. Из сердца спасительный холод течет во все человеческое тело, я прихожу в себя.

– Спасибо, – киваю Темному, – мне стало не хорошо.

– Ты ледяной дракон, там очень жарко для ледяного существа, должно быть мысли путаются и очень быстро возникают в голове, тебе бы следовало снова становиться огненной в доме или не заходить так надолго в тепло, -пожурил, мня Темный, – признаюсь, я перепугался, когда ты позвала меня, я боялся, как бы не было поздно.

– Спасибо, – снова согласилась я, он достаточно оперативно вытянул меня наружу, я пыталась завязать с ним какой-то диспут по пути к двери, очень сообразительный юноша, вынуждена признать.

–Я наверно могу стать огнедышащей, когда будет нужно, – добавила я и задумалась медленной и бессловесной мыслью драконов.

Однороги

Я взяла Темного с собой – полетать над лесом, моей благодарности не было предела, и я интересовалась периодически, не замерз ли он. Темный не мог стать настоящим драконом, однако вполне сносная химера у него получилась.

– Великий дракон, рядом с вами мне нет погибели, – шутливо отвечал он. Иногда мне кажется, что у него тоже ледяное сердце.

Под нами простирался лес до самых гор, словно ничего больше и не было. На одной полянки стадо лосей обдирало тонкие веточки. Большие, несколько бессмысленные животные. Полянка находилась с нашей стороны реки, но достаточно близко к деревне, я еще подумала, хорошо саламандорам не до них, а то точно перебьют. Темный поймал мой взгляд, и спикировал вниз, к стае, вот и обед, подумала я.

–Смотри! – прокричал Элкон, камнем кинувшись вниз, его темная тень закрыла стаю, уменьшаясь, по мере его приближения к цели.

Лоси подняли головы, увенчанные тяжелыми рогами, и бросились бежать в разные стороны, как волна от брошенного в воду камня, и пробежав довольно долго, исчезли в лесу.

– Оборотни? – спросила я Темного, снижаясь над полянкой.

– Морок, – ответил он, – здесь морок, слишком близко к деревне, могут попасть в оборотня, дальше, да есть второй фронт, там оборотни.

–Однороги, да? Ловко! -одобрительно кивнула я, – Летим дальше.

Роща

Вечером был Мировой костер, темнело, огонь горел высоко и жарко, так что растопил лед в моем сердце, кажется я начинаю понимать, как сменить стихию одну на другую, это дает уверенность, мы, драконы, сильнее, чем я сама знала. Собрание было во многом бессмысленно, хоть и полно, ибо Гало до сих пор была в деревне. Нашего вестника приняли, еще ни разу не пытались убить, зачем-то водила она их в лес недалеко от деревни, что-то им говорила, но что для нас было не ведомо. Общее настроение было – ожидание удачи и чуда, кажется все опасения в прошлом, Роща снова будет Рощей, самым безопасным магическим местом Земли. Земля – так Кассандра называла планету, прямо как саландоры, все маги знают, настоящее имя планеты – Сфера Драконов – из уважения к драконам, мы не возражаем.

Сегодня все были спокойны, не пререкались, маги были сдержанно дружелюбны       по отношению к друг другу и магическим сущностям, в общем это была идиллия первых дней Рощи, да и недавнего прошлого, да что там всё началось кажется 400 лет назад, какой в сущности пустяк, а словно другая эпоха.

Все было чудесно, сказочно правильно, что ли. Делия строила глазки звездочету, звездочет, опять блестяще шутил о космическом. Кассандра рассказывала мне и Ярзи, какие-то небылицы из будущего, осыпая нас странными словечками, Ярзи – доверчива, даже что-то записывала, но потом я рассказала ей, что сбудется все не через одну сотню лет и интерес ее стал менее живым. Удивительно, но в нашу беседу периодически, влезал Темный. Беседа лилась хорошо и не принужденно, девчонки хихикали над его шутками, кивали его суждениям, он может быть обаятельным, хитрый Элкон. Что-то хочет выведать, что они ему так не скажут, не знаю, не вижу смысла.

На следующий день я решила осмотреть Рощу – пять магических дерев, то, что должно охранять дракону. Они были огромны, даже по сравнению со мной. Не скажу, что я была кошкой на фоне этих исполинов, но не крупнее медведя точно. Глядя на них мне сомнительно, чтобы саламандоры, как-то смогли бы их убить. Зима заставила исполинов замереть, их листья высоко над кронами других деревьев были покрыты снегом, в стволах их пульсировала жизнь, я побоялась коснуться ствола, вспоминая свой сон. Тихонько, я разбудила огонь в своем сердце, и только после этого слегка коснулась коры. Меня словно унесло вместе с соком вверх, к кроне Дерева, живое и сильное оно защитит магию, как могут возникать сомнения. И все же драконы испокон веков защищают их, от кого? От волшебников? Хватит ли всего волшебства, чтоб убить Дерево? От людей? Но чем они навредят ему. Я стояла – маленький человек под огромным деревом, его могущество утешало меня, но князь сильнее стражника, а тот его охраняет. И я поняла вдруг, мне показалась поняла, от чего нельзя сюда саландорам. Видно Дерево подсказало ответ. Я обошла все пять дерев – между ними была густая тень, их кроны плотно смыкались надо мною, я проверила каждое дерево, живо и сок течет к его кроне даже во сне.