- -
- 100%
- +
— От меня? А я что? Нет, я, конечно, зла — меня лишили работоспособности, но в суд на неё подавать не собираюсь. У меня нет времени по судам ходить. А теперь и с такой ногой!!!
— Только это публично услышать должны. Ты же знаешь журналистов — неверующие люди! Я Софи давно знаю, она очень милая девушка.
Я удивлённо округлила глаза.
— Журналисты! Да вы что, я двух слов не свяжу.
Медсестра, улыбнувшись, посмотрела на меня. Морщины вокруг её глаз стали особенно заметными.
— Поверь мне, ты не первая, кто попадает ей под колёса, да и так. За тебя всё сами сделают. Отдыхай. Если что нужно — сбоку кровати кнопочка, нажимай, не стесняйся.
Доброжелательно кивнув, медсестра вышла. Я раздражённо ударила рукой по простыне.
— Плюс в том, что простуду как рукой сняло. Так, думай. Позвонить боссу обязательно. Маме лучше не стоит — на придумывает чего попало, ещё плохо станет. Юлька — эта вообще фанатка Софи. Только бы я вышла отсюда до того, как ко мне заявится звезда.
Схватившись руками за голову, я нервно прикусила губу.
«Кто-нибудь, заберите меня отсюда!»
Внезапно дверь распахнулась. Я инстинктивно натянула простыню на лицо.
Тут же раздался звук затворов фотокамер. Стук тонких каблуков наполнил палату. Тонкий аромат яблочных духов мгновенно заполнил пространство.
Я слегка опустила простыню на уровне глаз.
— Ну как ты тут, дорогая?
Элегантно положив руку мне на кровать, передо мной стояла сама Софи. Гладкое, нежное лицо, большие глаза, пухлые губы. Ручаюсь, что это не только естественная красота, но и работа профессиональных пластических хирургов. Прекрасная фигура, одежда от известных дизайнеров. Длинные, блестящие, словно шёлк, волосы плавно спускались по хрупким плечам. Казалось, передо мной была не человек, а скульптура эпохи Ренессанса.
Я сглотнула. Во рту предательски пересохло. Впервые встречаюсь с людьми её уровня.
— Я так сожалею, была не в себе. Кроме того, экспертиза подтвердила, что тормоза в моей машине были не в порядке. И хотя это не моя вина, что с тобой произошло, я не смогла просто так бросить девушку на дороге. Все ведь знают, какое сейчас медицинское обслуживание в больницах. А если бы со мной случилась такая беда…
Каждое её слово буквально растворялось в воздухе. Хотя она светский человек, а в палате несколько журналистов из известных журналов. Явно играет.
— Ничего. Жива. Чувствую себя хорошо. Вас не виню. — произнесла я с дрожью в голосе, не опуская простыни с лица.
Софи лучезарно улыбнулась.
— Эй, — обернулась она к журналистам, — всё, по-моему, достаточно информации для статьи, уходите, вы её смущаете.
Высокий мужчина с внешностью бандита, стоявший всё это время за спиной дивы, поспешил выпроводить всех из палаты. Софи грациозно подвинула стул к моей больничной кровати и села. Как только дверь в палату захлопнулась, она заговорила:
— Прости.
Я наконец сдёрнула простыню с лица.
— Я сказала, что не виню вас. У вас ведь отказали тормоза.
— Тормоза были в порядке.
Она только что призналась во лжи.
— А… — протянула я.
— Во всём этот гад виноват. Спал за моей спиной с этой стервой, а я, может, впервые в жизни полюбила. Сволочь, я психанула, дала по газам, ладони вспотели, руль предательски вывернулся… и вот… на тебя наехала.
Она схватила меня за руку, дружески сжав её.
— Послушай. Когда ты шла по переходу, я видела отрешённость в твоих глазах. Тебя тоже бросили?
От её прикосновения я смутилась. Всё-таки как ни крути, не обычный человек сейчас со мной рядом.
— Нет… я… у меня жар был… плохо было… простудилась… в аптеку шла за лекарством.
— Нет. В этих глазах я определённо видела любовь.
Она приняла воинственную позу. Я слегка замялась. Общаться с Софи проще, чем я думала. И откуда такая наивность.
— Мне просто было плохо, — настаивала я.
Дива, как мне показалось, надула губы.
— Опять ошиблась. Знаешь, в прошлом хотела стать писателем. Писать любовные романы. Как мне казалось, я чувствую людей, их характеры и эмоции. Но это сложнее, чем я ожидала. Вот и ты…
— Ну, может, немного всё-таки вы правы.
Софи тут же оживилась:
— Правда?
— Накануне встретила парня… очень понравился… когда шла, думала о нём… немного… — я пальцами обозначила диапазон своего «немного».
— Ах, так я и думала! Интуиция меня не подводит, — Софи плавно поправила ворот своей роскошной шёлковой рубашки. — Ну ладно, перейдём к делу. Я чуть не убила тебя. Дело замяли, но всё же чувствую за собой вину. Так, давать взятки я терпеть не могу. Я богата в данный период моей жизни, так что давай загадывай желание. Исполню. Чего бы тебе хотелось? Ну, в пределах разумного, конечно. Там машину, квартиру, и то и другое вместе, путешествовать, может, из звёзд с кем встретиться хочешь?
Я непонимающе улыбнулась:
— Вы так для всех делаете?
— Что?
Кашлянув, я поняла, что не следовало говорить то, что мне ранее сообщила медсестра.
— Нет, не для всех. Ты мне понравилась. Есть в тебе какая-то индивидуальность и неповторимость.
— Во мне?
— Ага.
Софи раскрыла на меня свои огромные глаза:
— Буду твоим джином. Загадывай!
— Полежу у вас в больнице. Полечусь, да, и хватит с меня. Хотя…
— Вот… говорю же, есть в тебе что-то… справедливость и честность… неподкупность…
Дверь снова распахнулась. Софи тут же обернулась. Шёлковые кудри рассыпались на плечах.
— Софи. Время, — произнёс мужчина, тот, что был сзади ранее, немного протиснувшись в дверь.
— Иду. Ладно, — она повернулась ко мне, — подумай. Хорошо? Пока.
Развернувшись, она воздушно прошагала за дверь. Аромат её духов снова ударил мне в нос.
«Джин! Тоже мне…» — подумала я.
Я снова приняла горизонтальное положение. А если посудить, чего бы я хотела? Чего-то материального? Быстро надоест. Чего бы я действительно хотела? И надо было же такому случиться, значит, всё-таки бывают в жизни чудеса.
В палату снова вошла медсестра. В руках она держала мой телефон:
— Держи, — протянула она его мне в руки, — весь день разрывается.
— Спасибо.
Медсестра поменяла воду в вазе с цветами и поспешила удалиться.
Я стала просматривать пропущенные звонки. Пятнадцать раз звонила Юлька. Я нажала кнопку вызова. На другом конце послышались истеричные крики:
— Ал! Я думала, ты померла. Где ты, почему не открываешь дверь? Я места себе не нахожу. Ещё бы чуть-чуть, и я позвонила бы в полицию.
— Успокойся. Не ори. Я в больнице. Вернее, в медицинском центре.
— ЧТО?! Где?! — не утихомирилась подруга.
— Я попала под машину. Ногу сломала. Спину повредила.
— Попала под машину? Как? В какой ты больнице?
— В медицинском центре «Саркис».
— Где это? Я сейчас же приеду! Как ты там оказалась? Тебя должны были отвезти в местную больницу, почему там?
— Потому что меня сбила Софи!
— Кто? Софи? Какая Софи? Ты что, уже подружилась с тем, кто чуть тебя не убил?
— Софи — певица такая!
— Ал, сейчас не время шутить.
— Не шучу. Я попала ей под колёса. Она обещала возместить мне причинённый ущерб. Первое — это уход за мной в частной клинике.
— Ты, видно, и головой ударилась.
— Юль, придётся поверить. Лучше приезжай. А вообще хочу домой. Забери меня!
— Хорошо. Через пару часов буду.
Подруга повесила трубку. Я посмотрела в окно — на улице смеркалось. Тело снова окутала слабость и боль. Я закрыла глаза. В палате стало тихо. Только мерное пиканье медицинских приборов нарушало эту тишину. Мысли кружились в голове, словно осенние листья на ветру.
Что со мной произошло? Всего одно утро перевернуло всю жизнь с ног на голову. От простой простуды до попадания в автокатастрофу, от обычной больничной палаты до роскошного медицинского центра. И теперь я лежу здесь, глядя в потолок, пытаясь осознать всё случившееся.
Софи… Кто бы мог подумать, что столкнусь с настоящей звездой? И не просто столкнусь, а буквально попаду под её колёса. А её предложение загадать желание… Звучит как сказка, но в то же время пугает своей нереальностью.
Прикрыла глаза, пытаясь представить, чего же я действительно хочу. Ни машины, ни квартиры, ни путешествий… Чего-то настоящего, искреннего. Может, просто здоровья? Или чтобы мама не волновалась? А может…
Мысли прервал тихий стук в дверь. В палату вошла медсестра с подносом.
— Время ужина. Надо поесть, вам нужны силы для выздоровления.
— Спасибо, — слабо улыбнулась я.
Пока ела, думала о завтрашнем дне. О том, как сообщить на работу. О том, как объяснить всё маме. О том, что ждёт меня впереди…
За окном окончательно стемнело. В палате зажгли приглушённый свет. Я снова закрыла глаза, чувствуя, как усталость накатывает волнами.
«Может, это и к лучшему», — промелькнула мысль перед тем, как сон окончательно поглотил сознание. — «По крайней мере, теперь у меня есть время всё обдумать».
Неприятное чувство
Проспав пару часов, я очнулась от хлопнувшей двери.
— Ал, и как тебя угораздило? Зачем ты вообще вышла из дома с температурой? — взволнованно заговорила Юлька.
— Во-первых, привет, — улыбнулась я, постепенно приходя в себя.
Юлька с любопытством осматривала палату:
— Ну, тут, конечно, шикарно. А персонал… Все такие обходительные. Меня сюда проводили, чай, кофе предложили. Похоже на правду, что тебя сбила богачка.
— Софи. Певица. Я говорила.
— А, забыла. Хотя до конца и не верю. Ты видела её?
— Да. Она была здесь.
— Автограф взяла?
— Нет.
— Эх, ты! Такой шанс! И как она вблизи, красивая?
— Да.
— Так и знала. Вредная и заносчивая, небось?
— Совсем нет. Когда разговаривала с ней, казалось, она простая.
— Неужели? Значит, неправда, что о ней говорят.
— Не знаю, это только первое впечатление.
— Да, повезло тебе!
— Эй… — я указала пальцем на сломанную ногу.
— Это мелочи. По сравнению с тем, что ты встретила звезду такого масштаба. Софи! А как она поёт!
— Юлька, ты, как всегда. Разве это сейчас важно? А кстати, — вдруг вспомнила я, — как вы тогда с Юным посидели?
Подруга взяла яблоко из вазы, надкусила его и удивлённо посмотрела на меня:
— С чего бы вдруг интересуешься? На других парней, с которыми я встречалась раньше, тебе было наплевать!
— Просто интересно.
— А… Это потому, что он друг Руслана. Понятно. А вы как погуляли под дождём? Вот где ты простуду подцепила.
— Мы отвозили флешку, забыла? Пошёл дождь, и мы спрятались под крышей. Пришлось ждать, пока он закончится, потом он проводил меня домой, вот и всё.
— Всё? — протянула подруга с недоверием.
— Да.
— Просто не обменялись номерами. Он знает, где я живу. Если нужно придёт в гости.
Подруга резко изменилась в лице, приняв напряжённо-серьёзный вид.
— Алка, послушай. С Юным после твоей квартиры мы отправились в клуб, где безудержно напились. Потом, конечно, сыграли гормоны — он парень, я девушка. Страстно пообжимались, горячо поцеловались. Может быть, и до секса бы дело дошло, но в тот вечер мне приспичило в туалет — неожиданно прихватило живот. Вернулась я спустя какое-то время, а Юный уже сидел с другой девицей, полностью забыв про меня. Он даже не придал значения тому, что я была рядом. Нет, мне не обидно — он хороший парень, добрый, с ним весело, но девушек он совсем не ценит. Это для него что-то вроде развлечения. Если бы я не была пьяная, я бы просто ушла, но алкоголь творит чудеса. Наговорив ему оскорбительных слов, я гневно облила его коктейлем и с гордо поднятой головой отправилась домой. Дома я удалила его номер. Думаю, я больше не увижу его. Я знаю, мне везёт вот на таких парней, но ты… Руслан даже не удосужился поддержать контакт с девушкой, которая ему понравилась. Тебе не кажется это странным? Он ведь совсем другой, нежели Юн. Почему? Ал, если они подпишут контракт со студией, так просто он к тебе больше не придёт. Да и увидеть его в ближайшее время не представится возможным. Он будет усердно репетировать, активно продвигаться в музыке. А ты тут со сломанной ногой.
Я, тяжело вздохнув, посмотрела в окно.
— Юль, не делай из этого трагедию. Я не понимаю, почему ты мне всё это говоришь?
— Он такой же бесчестный гад, как и Юный! Так что забудь! — сделала категорический вывод подруга.
— Не думаю. Но всё же увидеть его мне бы хотелось.
— Девочка моя, он скоро станет звездой, и таких, как ты, у него будет сотни, — без лишней скромности выпалила Юлька.
— Таких, как я? — во мне бурно взыграла злость. — Что значит это выражение?
— Фанаток. Где ты и где будет он!
— Значит, я буду не фанаткой!
— А кем же?
— Встану наравне с ним! Или я настолько ничтожная?
— И как ты себе это представляешь? Ты даже в театральное не смогла поступить! Работаешь обычной танцовщицей…
— Юля, если ты сейчас скажешь ещё хоть одно слово — нашей дружбе конец. И чего ты так взъелась? У тебя плохое настроение, а выливаешь всё на меня, зачем?
Я настороженно скрестила руки на груди.
— Иди домой. Не думала, что тебя так глубоко зацепит этот парень! Хотя мне кажется, дело не только в нём!
Подруга, тревожно вздохнув, положила руку мне на плечо и искренне виновато посмотрела.
— Прости, — тихо протянула она, — я и правда не в себе. Не знаю, что со мной. На работе настоящий завал! Новый администратор меня откровенно ненавидит. Вообще всё вверх тормашками.
— Эй, — спокойно проговорила я, — я тоже тут не на курорте лежу. У меня ужасно болит спина и нога, и голова, я более месяца не смогу работать, даже не знаю, на что буду жить!
— О тебе Софи позаботится.
Я снова возмущённо посмотрела на подругу. Будто она сейчас тайно завидовала мне, что я попала под колёса звезде и лежу здесь в роскошной элитной клинике.
— Юль, — процедила я сквозь зубы, — иди домой.
Я нажала кнопку вызова персонала. Через пару минут в палату зашла медсестра.
— Я хочу в туалет, не могли бы вы принести мне утку, — вежливо обратилась я к медсестре.
— Сейчас.
Подруга, неуверенно помявшись на месте, наконец, медленно направилась к двери.
— Пока. Я пошла.
Было в её голосе что-то зловещее.
— Пока, — холодно подхватила я.
Она вышла.
— Вам помочь? — медсестра протянула мне утку.
— А, поставьте вот тут на стол, я потом.
— Хорошо.
Не предлагая больше никакой помощи, женщина просто вышла.
Но я всё думала о подруге. Юлькина зависть и злость были почти осязаемы в воздухе палаты. Она говорила вещи, которые ранили глубже физической боли от перелома. Словно специально тыкала в мои слабости, в то, чего я не смогла достичь.
Но что-то внутри меня изменилось. То, как она говорила о Руслане, её настойчивость в том, чтобы я забыла о нём… Это было больше, чем просто забота. Это было похоже на собственничество, на желание оградить то, что она считала своим.
«Может быть, она сама влюблена в него?» — промелькнула мысль. А подвернулся Юн. Но нет, это не объясняло её агрессии.
Я смотрела в окно, за которым сгущались сумерки, и понимала, что наша дружба никогда не будет прежней. Не потому, что я обижена — хотя боль от её слов ещё долго будет жить во мне — а потому что она показала своё истинное лицо.
В этот момент я приняла решение: да, она мой друг, но её мнение больше не будет определять мою жизнь. Я не позволю никому, даже близкому человеку, решать, чего я стою и на что способна.
Медленно, преодолевая боль в сломанной ноге, я повернулась к двери. Юлька уже ушла, оставив после себя горький осадок. Но вместе с тем во мне проснулась новая решимость.
«Встану наравне с ним», — повторила я про себя. И на этот раз это была не просто бравада. Это было твёрдое решение доказать — прежде всего себе — что я способна на большее.
Чтобы ни случилось дальше, я знала одно: этот разговор стал поворотным моментом не только в моих отношениях с Юлькой, но и в моей жизни в целом.
Решение
Я проспала всю ночь. Проснувшись, я немного «посидела» в телефоне, позже мне принесли завтрак. На изысканном блестящем подносе, украшенном идеально белоснежной салфеткой, стояла аппетитная фруктовая каша с кусочком свежего белого хлеба, стакан свежевыжатого сока, в маленькой тарелочке были аккуратно нарезаны сыр и ветчина, возле тарелки лежали воздушные творожные кексы.
Было невероятно вкусно. Впервые за два дня я почувствовала настоящий прилив счастья.
В полдень попросила медсестру принести мне что-нибудь почитать.
Я была не удивлена, когда она принесла мне целую огромную кучу глянцевых журналов.
Пролистав их, поняла, что большую часть в них занимает реклама и истории, включающие рекламу всё тех же товаров. На обложке одного из самых известных журналов величественно красовалась Софи. Он привлёк моё внимание.
Более 15 страниц в нём было посвящено рассказу о её жизни. Раньше я не интересовалась, как она стала знаменитой, из богатой ли она семьи и добилась ли всего сама? Но теперь, встретившись с ней, меня охватывал непреодолимый интерес по отношению к её личности. В самом начале статьи было сказано, что выросла она в пригороде. Росла в обычной семье среднего достатка. Ходила в среднюю общеобразовательную школу, затем училась в художественном училище. Никакого намёка на пение. Мама её была учителем в школе, где она, собственно, и училась. Отец — рабочий на заводе. Один ребёнок в семье. Талант к пению у неё проявился в 22 года.
С тех пор 8 лет она поёт на сцене. Став такой же знаменитой, как Бритни Спирс.
Что? Я удивлённо перечитала про 8 лет. Ей 30 лет?
Я вообще думала, что она моложе меня лет на 5. Вот это да! Вот это внешность! Не зря у неё столько ухажёров! А ещё и такой талант!
В 22 года, оказавшись на прослушивании, она очаровала своим голосом несколько влиятельных человек в сфере шоу-бизнеса. И уже через пару месяцев стояла на сцене.
Поднявшись с нижних строчек хит-парадов на верхние, никто уже не мог соревноваться с ней. Затем почти два листа были про её парней: актёры, спортсмены, певцы, бизнесмены.
Все молодые и красивые! Упоминалось также о сотрудничестве со многими известными компаниями, продюсерами, фотографами и модельерами.
— Да, бурная у неё жизнь, — произнесла я вслух.
Почувствовав острую усталость, я захлопнула журнал и кинула его на кровать. Немного подремав, в полдень в моей палате снова появилась медсестра.
— Не хотите прогуляться?
Я посмотрела на свою ногу.
— Как?
— Подкачу коляску, на костылях вам ещё рано.
— А, коляска! Да. Было бы неплохо подышать свежим воздухом.
Медсестра бережно помогла мне переползти на инвалидную коляску. Пересаживаясь, я почувствовала острую боль в спине, но не подала виду. Как только мы очутились во дворе, в лёгкие ворвался прохладный свежий воздух. Он пах пьянящими душистыми цветами и только что скошенной травой. Глаза немного резал яркий дневной свет.
Парк возле медицинского центра поражал своим невероятным великолепием. Мощёные каменные дорожки, аккуратно подстриженные кусты и газон. Возле бордюров, отделяющих пешеходные дорожки от зелёной зоны, стояло множество уютных деревянных лавочек.
К одной из них меня подвезла медсестра.
— Оставлю вас тут на час. Телефон у вас есть. Номер мой вот этот.
Женщина протянула бумажку с цифрами.
— Надоест, просто позвоните мне. Хорошо?
— Ладно, — согласилась я.
Так внимательно относятся ко мне, словно я дочь президента. Что за чувство беспомощности, даже не могу самостоятельно передвигаться. Я вздохнула.
Слева от меня присела девушка. Каре почти такое же, как у меня, кепка и очки, закрывающие пол-лица. Джинсы, кофта и кожаная через плечо сумка — истинно мой повседневный стиль. Она тихо сидела, закинув ногу на ногу.
Через минуту она огляделась по сторонам и чуть наклонилась ко мне. Я, не обратив на неё внимание, копалась в телефоне.
— Пш., — шепнула она.
Я обернулась.
— Это вы мне?
— Ну, подумала, чего хочешь? — шёпотом протянула она.
— А?! — удивлённо воскликнула я.
— Тихо только, а то узнает кто. Скажут, зачистила к тебе. Вымаливаю прощение.
Девушка незаметно сдвинула с глаз очки.
— Софи?! — возбуждённо произнесла я.
— А кто ещё? Дел по горло. Давай живей. Мой менеджер не очень любит, когда я занимаюсь такими делами. Не понимает, что мне это в кайф. Как здоровье?
— Нормально, — торопливо ответила я.
— Наверное, паршиво в этом?
Софи укоризненно ткнула пальцем в колёса инвалидного кресла.
— Да, непривычно! Впервые ногу ломаю.
— Ну, прости. Не хотела, чтобы ты была прикована к коляске.
Дива снова игриво надула свои и без того пухлые губы. Смотря на неё, я не верила, что ей за 30.
Этот искренний наивный взгляд, детские милые жесты и поведение. Словно в детстве она потеряла время, когда могла вот так вот себя вести.
— Не переживайте, я в порядке.
— Таким ответом ты мне ещё больше сердце рвёшь. Ну чего ты хочешь?
Софи снова осторожно огляделась по сторонам.
— О тебе, наверное, родственники волнуются, меня винят. Может, хочешь дом где-нибудь в центре города или в элитном районе? А может всем по машине купить, водить умеешь? А или может в кругосветное путешествие, в самые классные и экзотические места, лучшие отели и пляжи? Давай же говори!!! Я уверена, ты придумаешь что-то интересненькое!
— Нет, мои родственники вообще об этом случае ничего не знают.
Софи напряжённо смотрела на меня. Кожа её лица была фарфоровой.
Ресницы сияли на солнце.
Я знала, что хочу, но нормально ли это — просить у кого-то?
— Ммм… Я вообще не местная… Жила в другом городе… Сюда приехала учиться… Ну, или как там говорится — за мечтой!
— О, — оживилась певица, — я тоже приехала из «деревни»! Из какого ты города?
— Неважно, — не остановилась я, — я поступала в театральное — не поступила. Я неплохо танцую и пою. Всегда думала, что какие-никакие, а способности у меня имеются. Но оказалось, люди в сфере шоу-бизнеса думают по-другому. Ну, или я просто полностью не раскрыла свой талант, я не говорю, что он у меня есть, но и не убедилась, что у меня его нет. Я должна понять это. Раз мне подвернулся такой шанс… думаю…
Я немного колебалась. Софи с живым интересом смотрела на меня.
— Мне немного неловко просить такое, тем более у человека вашего уровня. Но раз уж вы сбили меня, чуть не лишив жизни, хоть, конечно, и сделали это не специально, вы пообещали мне исполнить, что я хочу…
— Ну… — поощряла меня певица.
— Хочу, чтобы вы протолкнули меня в сфере шоу-бизнеса, как певицу. А потом, возможно, и как актрису. Меня лишь нужно порекомендовать людям влиятельным в этой сфере!
Я подняла глаза и посмотрела на Софи, пытаясь понять её реакцию.
Она радостно расплылась в улыбке.
— Во! — восхищённо выдохнула она, — так и знала, что выдашь что-то эдакое. Никаких машин, денег, домов. Хочешь славы?
— Нет, нет, — стала энергично отмахиваться я, — я лишь прошу помочь мне попасть на сцену. Набирать популярность буду сама!
— Даже так.
Софи аккуратно поправила очки на переносице.
— Думаешь, справишься?
— Пою неплохо, — стала уверенно перечислять я, — мне, кстати, участник одной перспективной группы сказал, что даже очень хорошо, ещё на гитаре играю. Танцую четыре года — профессионально! Да и не урод вроде!