Школа богатырей. Вольные люди

Сказ 4 – Объединённая армия собирается

На краю Запредельного оврага собрались лучшие силы шести княжеств. Шатры правителей раскинулись на вершине заснеженного холма. Князь Александр стоял у входа в свой шатёр и взирал на пёстрый многолюдный лагерь, что раскинулся перед ним.

Богатыри Московии обосновались у самого подножия холма. Привыкшие к дисциплине, они расчистили место от деревьев и выстроились прямоугольником, ровные стороны не сломались даже тогда, когда они расстелили плащи на снегу и уселись для отдыха.

В сравнении с ними казачки напоминали огромное, до неприличия пёстрое, громогласное и вечно бурлящее пятно. Деревья они рубили хаотично, жгли костры и устраивали вокруг них шумные кружки. Из рук в руки переходили баклажки с пенным квасом. Всё это расположилось по правую руку от богатырей. Тарас поднял и привёл с собой всю Сечь. По крайне мере из Малороссии они вышли всем скопом. Это были тяжёлые деньки для тех мест, по которым они двигались. Сюда добралась едва ли половина. Нет, битв и опасностей по дороге не было. Было множество постоялых дворов и городских арен, на которых можно было явить свою доблесть и подзаработать гривен. Князь Александр склонен был радоваться сему, ибо сюда добралась самая управляемая часть воинства.

По левую руку от московитов покачивалось зелёное море елей, подёрнутое снежной пеной. Если богатыри и казаки расчистили место под свою стоянку, минские дивы хоть и явились в большом количестве, предпочли скрыть это в девственном лесу. Множество лесных витязей в темных кожаных одеяниях с капюшонами на головах, они буквально растворились в небольшом куске леса. Князь не поверил бы, что там вообще кто-то есть, коли бы собственными глазами не видел, как туда входят сотни суровых мужчин. Старый волхв на сей раз остался в родных лесах, дивов вёл звероватый Коготь.

Справа от казаков чуть дальше от оврага, чем все остальные стояли новгородцы. Вернее богатыри наймиты, на которых расщедрились главы гильдий. Здесь были богатыри и гридни князя Трувора. Последние держались поодаль, понимая, что когда дело дойдёт до битвы, от них будет мало прока.

После поражения Кречета и падения Михайло в Новгороде вновь в почёте стало нанимать вольных богатырей. Большая часть из них была здесь. Предводительствовал ими сам Добрыня, грузный купчина в соболиных мехах. Молодой купец Ястреб держался особняком.

Тмутараканцы явились со всех концов света. Подобно минчанам они не рубили деревья, но прятаться среди них тоже не стремились. Их пёстрые наряды виднелись среди мохнатой зелени елей.

Нынче даже Тула не осталась в стороне. Богатырей в городе мастеров сыскать трудно, зато явился отряд големов, механических людей, управляемых земной тягой. Они выстроились ровными рядами меж прочих княжеств, чему князь Александр был очень рад. Он сам уговорил на это погонщика големов Клина, который на прошлых богатырских состязаниях был судьёй в поле, дабы разделить воинов разных княжеств от возможных стычек и разногласий.

Князь Александр поднял глаза. По другую сторону оврага колыхалась тьма. Всё пространство от макушек высоченных сосен и елей до самого края обрыва скрывали клубы чёрного, как дым, тумана.

Возрождённый князь демонов был тут. Так свидетельствовали доклады разведки. Здесь же собрались одержимые витязи отряда Полуночи. И это более всего беспокоило московского князя.

– Почему… – проговорил он, потирая губы ладонью. – Почему ты предпочёл сразу выйти нам навстречу? В прошлый раз всеми способами тянул время и копил силы…

Ответить на этот вопрос пытались многие.

– Ильюши нет, вот он и обнаглел, – говорил Буслай. – Считает, что нет ноне достойных. А мы докажем – есть!

– Русь распалась, вот он и думал, что по-отдельности нас легко взять. Только вот просчитался, а на попятнай – поздно! – это говорил Фрол и угодливо поглядывал на князя. Мол это твоими стараниями, батюшка, все княжества вместе собрались…

– В любом случае, нет у нас выбора, – мрачно рокотал Харитон губами Полушки. – Мы должны показать Мраку, что по-прежнему сильны. Ещё проверим, на что они способны…

Князь не разделял оптимизма соратников. Но был согласен с Харитоном. Выбора у них и правда нет.

– Они явились, – сказал Буслай, подходя. Следом за ним вышагивала огромная туша в синих шароварах, расшитой безрукавке и распахнутом тулупе. Атаман Тарас собственной персоной. Каждый шаг поднимал вокруг волну снежной пыли. Гладко выбритый череп отражал белизну снега. Черные, подёрнутые с кончиков сединой, усы и оселедец свисали почти до земли. Изо рта торчала длинная трубка. Следом за Тарасом семенил самый маленький человечек, каких князь когда либо видел – воевода казаков Прокл.

– Явились, не запылились! – грохнул Тарас и захохотал, словно сказал шутку.

Следом вышагивал мрачный и строгий Добрыня, купчина из Новгорода. Такой же огромный, как атаман, но весь закутанный в соболиные меха, с шапкой высотой в целый аршин, длинные меховые рукава волочились по снегу. Борода почти касается загнутых носов сапог. Следом вышагивал немолодой уже витязь в полном доспехе с усталым лицом, щедро посеребрённым опытом. Князь Александр узнал князя Трувора и кивнул ему. Тот дрогнул губами, словно собирался улыбнуться и передумал, вместо кивка только прикрыл глаза.

– Здрав будь, князь московский, – мощным голосом молвил Добрыня. – Шёл я мимо ваших, увидал, что бедна сбройка. Могу продать получше…

Князь Трувор вздохнул и встал в сторонке, чтобы наблюдать за сборищем.

– А казачкам чего ж не предлагаешь? – тут же надулся Тарас.

– У казачка дран зипунок, но оружие такое, что западный король и восточный базилевс позавидуют. Нет у нас столько тавару лучше чем ваше оружие.

Добрыня изобразил печаль во взоре, казачки расхохотались, довольные собой.

– Да! – весело выкрикнул Прокл. – Нам мечи без надобности. Нам снедь да пенный квас подавай! И поболе!

Они переглянулись с Тарасом и загоготали на два голоса.

Следом на холм поднялся суровый и заросший волосами Ермак из Тмутаракани и звероватый Коготь, который горбился с таким видом, словно ему удобнее было бы встать на четвереньки, как зверю. Оба лишь скупо кивнули, ни тот ни другой не любят праздные речи. С Ермаком уныло вышагивал высокий воин в разношёрстной одежде, минский див и вовсе явился один. Не пожелал неволить своих, всяк знает, что для дива покинуть лес – большое испытание.

Последним был Клин, щуплый мужик без доспехов, в одном тулупе. Простоволосый, во рту бегает труда сюда соломинка. Тульский богатырь был без сопровождения, оно и понятно, кроме него в отряде одни големы.

– Добра всем, князья да бояре, – проговорил Клин, пожёвывая соломинку.

– Я рад, что вы все приняли моё приглашение и явились сюда на важную битву, – начал князь Александр. Буслай молчаливо встал по правую руку от него. Пара воронёных отодвинулась назад, чтобы не мешать собранию

– Экой ты, – подкрутил ус Тарас. – На битву мы завсегда первые! Хорошо, что ты не утаил и…

Он оглянулся на чёрный туман.

– …ха-ха! Поделился с нами славой!

– Новгород тоже рад услужить своими богатырями. Надеюсь это зачтётся нам во время дележа добычи…

– Грхм! – кашлянул Коготь. – Не хвались на рать идучи…

И замолчал, словно сам удивился своему многословию.

– Битва битвой, но и жить потом надобно как-то. Коли вас это не интересует, мы готовы сами, стал быть, всю добычу пособрать и поделить. Вам останется только забрать, – Добрыня поймал взгляд атамана казаков и хитро подмигнул ему. Тарас заржал в ответ.

Князь Александр едва унял желание поморщиться. Знал заранее, как все будет. С Добрыней пришёл обоз, где купцов едва ли не больше, чем богатырей. Когда все кончится, они расставят свои телеги. На одних выставят снедь да квас, а на другие будут складываться выкупленная добыча, которую возьмут за полцены у казачков. А те и рады спустить добычу здесь и сейчас. Добычу минских и вовсе растащат без зазрения совести, ибо знают, что те не станут привередничать да пересчитывать.

Но морщиться нельзя, как бы противно не было от такого сребролюбия. Новгородцы пришли и даже привели немало богатырей. Это уже выше всяких даже самых смелых ожиданий. Не зря Харитон сделал ставку на Ястреба и Трувора. После падения Михайло даже Добрыня ведёт себя вполне сносно.

– Если нас ждёт битва, нам необходимо продумать стратегию и довести до всех их место на поле сражения, – сказал Клин.

– Боюсь, у нас нет такой слаженности, как у твоих големов, – подал голос Ермак и с тоской поглядел на покрытый черным туманом лес за оврагом. В княжествах все знали, что он лелеет давнюю мечту отправиться в неприступную доселе Тайгу и пройти её от Запределья и до края мира.

– Чего тут обсуждать, – Тарас раздулся от гордости. – Казачки ударят, а вы все на подхвате будете. Спину прикроете, беглецов догоните…

Он захохотал. Рядом подхихикивал Прокл, но глаза у маленького воеводы серьёзные.

– Я думаю так и поступим, – вмешался князь Александр. – Казаки ударят в центр. Наши богатыри хорошо знают здешние леса, поэтому мы и минские дивы постараемся зайти с тыла. Тмутаракань, новгородские богатыри и големы поддержат казаков слева и справа. Доблести хватит на всех!..

Какое-то время обсуждали детали, чему очень мешали реплики атамана Тараса. Он всегда говорил не к месту, а потом долго и громко хохотал над собственными шутками. Когда закончили и собрались расходиться к своим командам, князь Александр потёр виски. От этого бесконечного зубоскальства у любого разболится голова.

– Беспокоят меня эти казачки… – проговорил Буслай тихо. – Кабы не напортачили…

– Ты заметил, что воевода Прокл был очень внимателен, – ответил князь. – Слушал все и головой кивал. Думаю, он все сделает…

– Да, если кто способен с казачками управиться, так это он…

К ним подошёл Полушка писарь. Лицо суровое, зрачки едва заметно подрагивают. На поясе приторочен небольшой сундучок с походной чернильницей. Из шапки торчат перья.

– Решили атаковать? – скорее утвердительно молвил он.

– Оно не совсем плохо, – отозвался Буслай. – Могли бы обсуждать до бесконечности…

– Тарас понимает, что не удержит своих долго без дела, – молвил Полушка. Зрачки его подрагивали, демонстрируя, что Харитон тоже тут. – Он и сюда-то довёл едва ли половину, казачки по всему пути отставали да терялись. Все корчмы ими полны.

– Остальные тоже не сильно жаждут затягивать дело, – проворчал калика Фёдор. Они с Олегом подошли от ровных рядов выстроившихся витязей. – Я тут потёрся между ними… Настроение – вдарить и зараз решить все вопросы.

Князь мрачно кивнул.

– То, что мы вообще собрались здесь все вместе – большое чудо. Возможно Мрак в это не верил, поэтому и довёл до такого. Но сейчас, даже если единого удара не хватит, все узрят истинное положение дел и расскажут своим…

– Ну что, братушки?! – донёсся до них громовой Тарас. – Сразимся с нечистой силой!

– Да, батько! Сразимся! – ответил нестройный хор голосов. Чем более молодые и безусые лица встречались среди толпы, тем больше восторга и предвкушения было среди них.

– Пойду тоже покомандую… – Буслай скакнул через ряды богатырей и выкрикнул. – Богатыри! Настал момент великих свершений! Мы вместе и в этом наша сила. Ударим по врагу и разом решим эту незадачу!

Со стороны Тульских рядом никто не кричал, раздавался лишь лязг и скрежет големов. Им не нужны слова, а команды Клин передаёт молча с помощью земной тяги.

Минские дивы тоже предпочитали общаться без лишних слов. Разве что из леса несколько раз взвыло по волчьему, что навело князя Александра на мысль о волкодлаках. Он поморщился, делая это так незаметно, что приметил только Полушка стоявший рядом.

– Пущай, – тихо сказал писарь. – Нам недоступна роскошь князя Владимира, когда он объявил старых богов вне закона. Главное, что дивы стоят в наших рядах.

Князь тихо вздохнул. Из минских лесов давно приходят недобрые вести, что старые боги творят несвойственные им дела. Некоторые священники и вовсе гутарят, будто старые боги и демоны полуночи – суть одно.

Среди Тмутараканских прошло оживление.

– Общего командования не будет? – спросил Полушка. Зрачки его подрагивали. Князь мотнул головой.

– Об этом даже не думали. Всяк себе голова. Никто не желает подчиняться чужому правителю. По крайне мере у нас есть хорошая вводная для начала боя.

Шух. Рядом с ними появился маленький человечек с торчащими чубами. Воронёные подались вперёд, закрывая князя. Сверкнули выхваченные кинжалы.

– Тише, – вскинул руку князь. – Свои.

– Да, я свой, – пискнул Прокл. – Пришёл сказать, коли выделите мне кого из этих… – он кивнул в сторону писаря, – готов постараться направить казаков туда, куда потребует бой.

Князь ощутил теплоту благодарности. Надо же, даже среди казаков имеются понимающие стратегию люди…

– Полушка, – вместо этого сказал он. Тот кивнул.

– Пойдёт Топоток. Он уже оделся по-казачьи, будет держаться рядом.

Прокл оскалился, как злобный зверёк, но лишь хмыкнул.

– Все то у тебя прихвачено, Харитоша…

Пуф. И он исчез.

– Хороший человек этот Прокл, – молвил Полушка в пространство. – Надо бы его отблагодарить. Сынка его Наумом кличут? Надобно хорошенько обучить да пристроить…

– С передним флангом ясно, – молвил князь. – Казаки начнут и возьмут на себя основные силы противника. Тмутараканцы много повидали в своих путешествиях, быстро сориентируются коли что. Големы Тулы в полном нашем подчинении. Клин выполнит все, что мы скажем. Их можно придержать и мгновенно бросить туда, где возникнет надобность.

– Все не так уж плохо, – сказал писарь, и князь позволил своим губам немного дрогнуть и тут же спрятал не родившуюся улыбку в ладони.

Как раз в этот момент чёрный туман угрожающе заклубился и надвинулся. Богатыри крепче сжали руки на рукоятях, а князь отступил назад. Из-за него выдвинулись богатыри в воронёных доспехах с лицами, закрытыми темными платами.

Тарас расхохотался и придвинулся, лицо атамана отразило лихое веселие. Буслай, напротив, был суров и собран. Скупыми жестами он отдавал распоряжения богатырям. Его боевые бревна угрожающе подрагивали, частоколом выстроившись за спиной богатыря.

Туман резко подался в стороны. Собравшиеся богатыри дружно ахнули. На противоположной стороне оврага было пусто.

– Это чего творится… – раздался одинокий голос.

– Обмануть удумали!

Тарас начал раздуваться от злости. Было не ясно, кого он имеет ввиду: одержимников или князя Александра.

– Нет, что вы. Никакого обмана, – раздался приятный молодой голос. Пёстрое изображение земли сдвинулось и поплыло, и вот уже прямо посерёдке чистого пространства стоит одинокий человек.

Он был высок ростом и мускулист. Темные шёлковые одежды обтягивали развитые мускулы, румяное, как наливное яблочко, лицо излучало молодость и задор. На груди болтался медальон с тонкой длинной иглой внутри прозрачного камня.

– Здравствуйте, – выкрикнул он и как бы невзначай сменил позу. Сделано это было так, чтобы в движении поучаствовало как можно больше групп мышц. – Меня зовут Кощей. Я очень рад видеть вас всех в добром здравии. Очень приятно, что вы собрались здесь поприветствовать меня.

Сказ 5 – Демоны оплачивают долги

Буслай нахмурился, его глаза обшаривали мускулистую фигуру на той стороне оврага в поисках оружия и не находили его. У нового носителя Мрака не было ни огромной секиры, ни даже маленького ножичка. Одна только игла в медальоне.

– Ступай на нашу сторону – поприветствуем! – гулко бахнул Тарас. По рядам казаков быстро распространялось недоумение.

– Это чего же он один-от?!

– Це выходит драки не будет?!

– Э, брат, нельзя так с казачками!

По пёстрой толпе прокатился грозный ропот. Кощей словно не замечал нарастающего гнева.

– Почему бы и нет, – выкрикнул он. – Буду сей же час!

Он вдруг закружился на месте и стрелой взмыл в небо. Богатыри и казачки подняли взоры, но он уже возник на их краю оврага, вонзившись в землю, как сулица.

– Я безоружен, вы же не станете нападать на безоружного…

Он с улыбкой развёл руки, показывая, что они пусты. Мускулы при этом распахнулись во всей красе. Наверняка Кощей их специально напрягал для пущего эффекта.

Кое-кто из казаков нахмурился и принялся щупать свои мышцы, уж не меньше ли. Даже некоторые богатыри Буслая тайком поглядели на себя в блестящие щиты товарищей.

– И что это значит? – насупился атаман. – Вы трусите драться?

– Что это за тёмные силы такие?! – поддержали его казаки.

– Понятно дело – при виде доброго казака любой одержимник в штаны наделает!

Казаки принялись соревноваться в зубоскальстве. По толпе пошёл гулять гогот.

– Друзья! – воскликнул Кощей с кокетливой улыбкой. – Мы больше не хотим драться. Мы желаем мира!

После этого заявления у оврага повисла тишина. Потом хлынула новая волна зубоскальства.

– Точно, струсили!

– А мы так далече топали!

– Чего нам делать?!

– НЕТ! ТАК ДЕЛО НЕ ПОЙДЕТ! – перекрыл их ропот громовой голос Буслая. Первый богатырь Московии широко шагнул вперёд. Бревна за его спиной угрожающе забрякали. Казаки вновь притихли.

– Ты разжёг самую страшную войну столетия, – каждое слово Буслая падало, как пудовый камень, – уничтожил множество людей, пропали без вести сильнейшие богатыри и всеми любимый князь Владимир. В каждой семье есть люди, которые потеряли близких, а ты говоришь – хочу мира?

– Но ведь это сделал не я, – с невинной улыбкой сообщил Кощей. – Тому негодяю Мраку вы уже отомстили. Он был уничтожен страшно и кроваво. Все обиженные должны быть довольны…

– Обиженные довольны?! – в небе грозно загрохотало.

По рядам пошёл гулять ропот. Казаки не скрывали своего разочарования. Богатыри присоединили к ним грозные голоса.

– Ты нам за прошлое ответь!

– Мира он просит! Ишь!

– Да мы тебя сейчас…

– Остальные где? Они тоже повинны!

Из толпы в перводемона прилетел грязный ком снега. Шлёп, по лицу потекли потоки грязи. Все кругом замолчали, повисла тишина. Кощей поднял руку, богатыри напружинились – сейчас начнётся. Перводемон утёр лицо ладонью, стараясь при этом сыграть мускулатурой.

– Мы не хотим войны, – повторил он. Улыбка вернулась на его губы. – И мы готовы заплатить всем, кто выставит нам счёт.

После этих слов повисла ледяная тишина. Потом кто-то шокировано молвил:

– Как можно жизни людей гривнами мерить…

– А вот здесь поподробнее, – со стороны новгородского крыла спускался Добрыня. Так спешил, что едва не наступал на собственные рукава. – Мы можем и гривнами. Новгород больше денег потерял, чем людишек, можно и сторговаться…

Все разом зашумели. Многие казачки заголосили, что им де тоже гривнами, Буслай казалось, был готов бросится на своих за такие слова.

– Гривнами? Очень жаль, но денег у меня нет, – опечалился Кощей. Добрыня резко встал, словно набежал на стену.

– Как нет?! – воскликнул купчина, наливаясь дурной кровью. – Издеваться удумал! Буслаюшка! Ату его, ирода!..

– Но у нас есть золото и самоцветные каменья, – радостно сообщил Кощей. – И мы готовы щедро с вами поделиться. А вы уж там сами решайте, кому сбывать и какую цену выставлять…

Добрыня в очередной раз преобразился.

– Золото! Каменья! Да мы столько гривен за то выторгуем у западных королей. Буслаюшко, не спеши! Всех твоих воинов в новую зброю оденем…

– Как ты можешь так говорить?! – взревел Буслай, но вокруг Добрыни уже собралась кучка купчин поменьше. Они принялись что-то активно обсуждать, махали руками и азартно записывали результаты в маленькие книжицы. Из кучи неслись слова "все нам, а мы знать, потом цену поставим…"

– Ах ты, хитрая лиса! Купить нас удумал? – вперёд выступил толстенный атаман Тарас. – Нет уж! С нами такое не пройдёт. Мы обиды не спускаем. Смыть их можно только кровью!

– Крови хотелось бы избежать, – сказал Кощей. Казачки презрительно сморщились. – Вернее мы хотим избежать смертей, – поправился перводемон. – А вот в плане поединков мы на все готовы. Вызывайте на бой кого пожелаете и собственными кулаками накажите обидчика. Я не стану этому препятствовать. Выбейте дурь из моих, ха-ха, помощничков!

Казаки притихли от такого предложения. Потом лица их вспыхнули лихим весельем.

– Кречета хочу! Дайте Кречета!

– А я бы Лютому рожу начистил! Чуть не сдох тогда от его плясок…

– Гутарят среди них пёсиглавец есть! Страсть как не люблю псов!

Все эти крики перекрыл громовой крик:

– Поперёк батьки не лезть! Первым в пекло идёт атаман. – Тарас хлопнул себя в широкую жирную грудь, потом ткнул пальцем в Кощея. – Вызываю тебя, перводемон!

Все ахнули и замолчали. Все же перводемона побаивались. Все были наслышаны о поединке, оставившем после себя огромный котлован с выглаженными как зеркало стенами.

– Илюшечке в прошлый раз повезло первым тебя повстречать. А так бы я, а не он, в легендах прогремел, – сказал атаман. Он хлопнул жирными ладонями и быстро растёр. – Ничего! Теперича мы это дело исправим!

– Что ж, – Кощей тяжко вздохнул. – Коли без этого не обойтись, я согласен. Только, чур – как бы не прошёл бой, претензии казачков к нам будут сняты. Если кто ещё желает отомстить – вставай в очередь!

Ряды казачков забурлили возбуждением и лихой радостью. Атаман гулко выкрикнул:

– Я первый с Кошей бьюсь. Если после меня кто-то захочет потыкать тело палкой – не стесняйся, вставай в очередь!

Казаки оживились и начали составлять списки кто с кем и в каком порядке желает драться.

Кощей улыбнулся приятной улыбкой. Грязь с его лица и одежды чудесным образом исчезла.

– Вы пока решайте кто те смелые витязи, что не побоялись бросить вызов самому Мраку, а я хочу погутарить с лесовичками…

Кощей пружинистой походкой молодого человека подошёл к опушке леса, где скрывались дивы. На опушке тут же появился Коготь и сурово бросил:

– Чего тебе?

– Слыхал котик Баюн у вас лютует? Позвольте переговорить с ним, и он станет вам служить. Ну, насколько это будет к лицу настолько древнему существу…

Кощей хихикнул. Коготь нахмурился.

– Так и знал, что она связана с вами. Ничего, мы и сами с усами. Управимся.

– Не думаю, что это будет легко, – мило улыбнулся перводемон. – К тому же, насколько я слышал, ваши волхвы против, хм, силового решения. Не началась бы у вас внутренняя усобица. Брат на брата, сын против отца…

Лицо дива вытянулось, было ясно, что сам уже не раз обдумывал подобный исход.

– Может статься, что ваше царство… Ой, простите, княжество, превратится в страну сна, – хихикнул Кощей и тут же посерьёзнел.

– Но я пришёл с миром. Я помогу вам с Баюном, а вы простите мне прошлые прегрешения…

Коготь всё ещё хмурился, но из леса стали появляться другие дивы. Тихо, беззвучно, ни один листик не зашелестит, сучок не треснет. Рядом с Когтем встали несколько дюжих мужчин. Совещались почти без слов, понимая друг друга по жесту, по скупой мимике, Харитон и вовсе утверждал, что по запаху.

Князь Александр мрачно наблюдал за происходящим со своего места. Видать и правда у дивов с богами не лады, коли готовы ухватиться за посулы врага.

Пока они обсуждали, среди казаков поднялся шум да гам. Кое-где уже начинались драки. "Я достоин с Кречетом встретиться!", "Нет, это буду я!"