- -
- 100%
- +
Немезис успел только взреветь, когда огонь захлестнул его с головой. Истошный вопль прорвался сквозь свет, и запах горелой плоти наполнил воздух.
Взгляд Авеля вдруг помутился, и юноша упал на колени. Бьющий из спины гейзер иссяк, и белое пламя тут же погасло, оставив на краю котлована дымящееся черное тело немезиса.
Палач смотрел на широко раскрытую пасть монстра. В пустых глазницах чудовища кипели глаза и бурой жижей вытекали наружу.
«Прошу тебя, умри… Не вставай».
Но чудовище не собиралось сдаваться. Обгоревшая плоть зашевелилась, разрывая корку, в которую превратилась кожа. Сквозь разломы сочилась черная кровь. Из открытого рта начали вырываться сиплые хрипы и свист. Не до конца отросшие руки вцепились в обломки стен, и монстр медленно пополз прочь, постепенно набирая скорость.
– Авель! Вставай! Вставай, Авель! – кричал священник, провожая взглядом убегающее чудовище.
Юноша, пошатываясь, поднялся на ноги. Голова была опущена, а в глазах горел лихорадочный огонь. Рука как можно крепче сжала медный посох, и из его края вырвался светящийся клинок, но уже куда меньшего размера, чем предыдущий.
Авель тут же очутился возле обгоревшего монстра. Немезис начал оборачиваться, но сияющее лезвие тут же вонзилось в его плоть. Юноша изо всех сил махнул посохом, и тело монстра поделилось пополам. Чудовище истошно взревело. Огромные ноги трепыхнулись, разбрасывая камни и остановились.
Точно не замечая пропажи, гигант быстро продолжил ползти вперед, минуя разбитые бетонные стены. За изувеченным телом тянулся густой след крови.
Ноги Авеля снова подкосились, и юноша оперся на посох, схватившись за грудь. Он задыхался. Лезвие тут же рассеялось в воздухе.
Каин знал, каких усилий требовало высвобождение ангельской жидкости. В первый раз, когда Авель смог использовать «крыло», он впал в кому. С тех пор прошло множество тренировок, но юноша все еще мог удерживать жидкость не больше половины минуты, однако палач надеялся, что этого будет достаточно.
– Я еще не закончил, – прохрипел Авель и вытащил из-за пазухи антикварный пистолет.
Внезапно под кожей на спине немезиса что-то зашевелилось. Черная корка лопнула, и наружу вырвались огромные перепончатые крылья. Руки монстра вцепились в стены и подбросили тело в воздух. Крылья мощно затрепыхались, быстро поднимая гиганта над землей.
Волосы юноши растрепались и облепили мокрое от пота лицо. Авель прищурил глаза, поднимая пистолет вверх за монстром. Тело замерло, готовое к одному единственному движению – спуску курка.
Палач следил за удаляющимся немезисом и, задержав дыхание, ждал. Он знал, что Авель не промажет, юноше нужно было время, чтобы собрать энергию благодати в пуле, из-за чего священник нервничал и бросал взгляд то на воспитанника, то на улетающего монстра. Он крепко сжал зубы.
Авель слегка расслабил палец на спусковом крючке и пошевелим им, готовясь к выстрелу. Половина туловища монстра качалась в воздухе, точно лодка в шторм. Темнота поглощала обгорелое существо, и оно постепенно начинало исчезать.
– Стреляй! – не выдержал палач.
Авель резко сжал крючок, как вдруг что-то огромное сбило его с ног. Огромный столб света вырвался из антикварного пистолета и моментально пронзил небо, но слишком далеко от монстра.
Каин с ужасом смотрел, как отрубленные ноги чудища пинком отбросили Авеля назад и начали ползти за улетающей половиной немезиса. Рот палача бессмысленно раскрылся, пытаясь что-то закричать.
Серафим лежал на спине, крепко сжимая пистолет. Взгляд голубых глаз бессмысленно блуждал по небу. Юноша постарался встать, но руки и ноги будто не понимали, чего от них хотят, и просто шаркали по бетону.
– Авель! Вставай! Вставай! – палач попытался выбраться из завала, но у него все еще не хватало сил. Силуэт монстра почти растворился в темноте, и только звук хлопающих крыльев был еще различим.
Авель смог сесть и крепко зажмурил глаза. Когда они открылись, то их взгляд устремился точно в то место неба, откуда доносились хлопки. Каин не видел монстра, но знал, что юноша его видит.
Рука с пистолетом потянулась в сторону звука. Авель вновь прищурился. Оружие в руке подрагивало. По лицу юноши скатилась капля пота.
– Стреляй! – крикнул палач, чуть не сорвав голос.
Авель спустил курок. Из пистолета вырвался луч света, но не преодолев из десяти метров исчез, точно и не существовал. Серафиму не хватило сил.
Палач, что с отчаянием смотрел, как яркая вспышка исчезает в небе, закрыл глаза и опустил голову. Губы растянулись в злобном оскале.
Пистолет выпал из рук юноши и звонко ударился о камень. Ослабевшая рука осталась висеть в воздухе, будто Авель показывал в сторону, куда улетел немезис. Широко раскрытые глаза бессмысленно смотрели туда, где только что перед его взором была мушка.
– Не думал, что мы встретимся девочка. Видимо, судьба и вправду, как бумеранг, – Джаггернаут слегка улыбнулся. Под гнилыми губами показались такие же гнилые, желтые зубы.
Аша потянулась к винтовке, но ботинок мутанта опустился на оружие, чуть не раздавив девушке пальцы. Не успела она убрать руку, как вторая нога Джаггернаута лениво пнула ее в бок. Кажущийся со стороны слабый удар, отбросил Ашу на несколько метров назад, и девушка несколько раз перевернувшись, распласталась на земле.
Из пульсирующей болью груди вырвались редкие хрипы. Аша таращила глаза, пытаясь вдохнуть воздух.
– Судьба жестока. Она воскресила меня ради возмездия, – ботинок мертвеца раздавил прицел, – Она думает, что твоя смерть оправдает то, что последует далее. Нет, не оправдает.
Он сделал шаг вперед, но тут же остановился. Справа, точно мираж, возник силуэт огромного человека в черном плаще. Кулак с громким хлопком обрушился на челюсть старика, и тот повалился на землю. Немезис, тяжело дыша, поднял с земли пулемет. Джаггернаут начал подниматься, но стальное дуло орудия ударило его в скулу и прижало лицом к земле. Исполин зажал спусковой крючок, и громадный пулемет обдал голову мутанта облаком огня и пыли.
Аша держалась за ушибленные ребра. Испуганные глаза следили за концом пулеметной ленты, что все ближе подбиралась к оружию мужчины.
Прогремели последние выстрелы. Немезис тут же поднял пулемет над собой и бросил в лицо мертвеца. Дрожащие руки потянулись ко второму, но не успели еще коснуться приклада, как Джаггернаут тут же поднялся на ноги.
На лишенном кожи лице, точно пеньки, торчали сверкающие пули. Из пустой глазницы вытекал глаз, а нижняя челюсть болталась возле шеи мешком кожи с раздробленными внутри костями.
– Осторожно! – крикнула Аша. Она постаралась встать, но вывихнутую при падении ногу скрутило болью. Взгляд зеленых глаз упал на винтовку.
Немезис начал оборачиваться, но было поздно. Ладонь Джаггернаута вошла ему в грудь и вышла через спину, порвав плащ.
Голубой глаз исполина широко раскрылся, а изо рта ударила струя крови. Его большие ноги подкосились, и мужчина повис на предплечье разрушителя.
Не долго церемонясь, Джаггернаут опустил руку, и грузное тело немезиса соскользнуло с нее на землю. Под мужчиной тут же начала растекаться лужа крови. Старик поднял над его головой ногу.
Аша доползла до винтовки. Руки в последний момент подхватили оружие, и девушка выстрелила, почти не целясь. Пуля попала Джаггернаута в глаз и пробила насквозь череп. Его занесенная для удара нога раскрошила камень в паре сантиметров от лица немезиса, и тело мертвеца с огромной дырой в затылке рухнуло на колени, и повалилось на бок. Содержимое черепа тут же вывалилось наружу.
Аша, тяжело дыша, опустила винтовку. У нее было так мало сил, что в последний момент оружие просто выпало из трясущихся рук. Девушка сама поражалась тому, как сумела попасть.
Она подползла к неподвижно лежащему немезису. Могучая грудь мужчины трепыхалась, а из горла вырывался свист. Аша коленями встала в его кровь и постаралась поднять исполина, но не сумев этого сделать, перевернула его на спину.
– Эй, ты в порядке? – спросила она. Огромная дыра в груди великана делала этот вопрос риторическим.
Голубой глаз немезиса взглянул на девушку.
– Не совсем, – его голос больше напоминал хрип. По губам струилась кровь. – Еще несколько часов и… – он вдруг замолчал.
– И что?
– И вам придется меня убить, – дрожащей рукой он указал на грудь. Аша пригляделась и только сейчас поняла, что Джаггернаут ударил его точно в центр какой-то металлической коробки, из которой торчали покрытые кровью провода.
– Что это? – спросила девушка, разглядывая сломанный прибор.
– Это сдерживающий генератор… Он не дает клеткам демона делиться, чтобы я не мутировал…
Он громко закашлял, и черные сгустки потекли по его квадратному подбородку.
– Без него я превращусь… – взгляд немезиса блуждал по лицу девушки. – Сначала мои раны полностью заживут, а после начнутся изменения.
– Этого можно как-то избежать? – спросила Аша и вдруг замерла. За спиной раздавались едва различимые шорохи.
Девушка обернулась и в ужасе широко раскрыла глаза.
Недавно убитые немезисом мутанты, словно марионетки, которых кукловод тянет за веревочки, вставали с земли и поднимали свое оружие. Их жуткий вид заставил Ашу попятиться назад. Это были уже не мутанты, они были ожившими мертвецами, такими же, как и Джаггернаут. У некоторых недоставало оторванной руки, у кого-то из разорванного живота свисали кишки, и они, наступая на них, падали на землю. Те, у кого голова напоминала разбитое яйцо, бессмысленно дергались на земле. Оставшиеся без ног медленно ползли к Аше и немезису.
Среди мертвецов сидел юноша в ядовито-желтом плаще. Черные руки лежали на коленях, а из свежих порезов сочилась яркая, как рубин, кровь. Губы растягивались в сумасшедшей улыбке.
– Кто теперь тебя защитит, девочка? – он громко засмеялся, покачиваясь на земле взад-вперед.
«Черт! Черт тебя подери!» – Аша перебралась через немезиса и схватилась за второй пулемет. Тяжелая сталь не поднималась, а лишь тащилась по земле туда, куда его тянула девушка.
Девушка крепко сжимала зубы и тянула оружие изо всех сил. Вывихнутая нога стонала, но в порыве страха Аша совсем забыла о ней. Рывками, она подтащила стального монстра к немезису. Мужчина смотрел на нее, но ничем не мог помочь.
– Что ты… – прохрипел он и вдруг застонал, когда тяжелое дуло пулемета надавило на изувеченную грудь.
Аша, краснея, воздвигала орудие на тело мужчины. Подставки у пулемета не было, поэтому нужно было что-то более или менее высокое под ним, чтобы вести прицельный огонь.
– Прости, но если хочешь выжить, нужно потерпеть, – девушка дернула ручку и, придерживая пулемет за приклад, направила дуло на ближайших мутантов.
– Девочка… – прохрипел исполин, и Аша посмотрела на него недоверчивым взглядом, точно ожидая возражений. – Не думай обо мне. Стреляй.
Аша улыбнулась. Иначе она и не умела.
Палец сжал спусковой крючок, и девушку затрясло из стороны в сторону. Немезис громко завыл. Пулемет, словно не принимая нового хозяина, стремился вырваться из рук, но Аша не уступала. Она изо всех сил держала стальное чудовище, направляя его гнев в толпу мертвецов.
Десятки светящихся копий косили толпу. Пыль взлетала в небо, а мертвецы один за другим валились на землю. Пули отрывали им вторые руки, взрывали головы или перерезали тела пополам.
Аша ничего не слышала. Все звуки поглотил грохот пулемета.
Немезис, превозмогая боль, повернулся под оружием на бок, став для девушки щитом. Сделал он это как раз вовремя. Первые пули мертвецов уже летели в Ашу, но останавливались в теле мужчины, заставляя того вздрагивать от боли.
– Дохните, гниды! – девушка скалилась и щурила глаза. Каждый мускул на руках был напряжен до предела, стараясь удержать стальное чудовище.
Внезапно что-то до боли стиснуло ей ногу. Аша закричала. Одна из рук выпустила пулемет, и тот, точно шланг под напором воды, слетел с тела немезиса. Девушка обернулась и в ужасе вскрикнула.
Жилистая и высохшая рука Джаггернаута держала ее за лодыжку. Гнилое тело медленно подползало к Аше и тянулось второй конечностью. Из простреленной головы вытекали остатки мозга вместе с тухлой кровью. Лицо, скорченное в гримасе безумия, улыбалось беззубым ртом.
– Я все гравно убрю тебя, гдура-а-а!
Девушка, крича от боли, потянулась к своей винтовке. Сдавленная нога горела огнем. Она подтащила к себе оружие, но вторая ладонь мертвеца обхватила дуло орудия, и сталь лопнула, переломившись у самого затвора. Джаггернаут дернул обломок на себя, вырвав приклад из рук девушки, но тут же получил от нее каблуком в глаз. Из-под ее сапога брызнула кровь.
– Не собродивляйся! – взревел мертвец и, дернув девушку за ногу, подмял ее по себя.
Аша вонзила большие пальцы в глазницы мертвеца и что есть всех постаралась его оттолкнуть. Бурая тухлая кровь капала ей на лицо, а зловонное дыхание старика щипало глаза. Ноги Джаггернаута прижали ее колени к земле.
– Отвали! – закричала Аша. Голова разрушителя, точно не встречая сопротивления, опускалась ниже.
Старик резко замахнулся рукой. Девушка тут же отпустила его лицо и дернулась в сторону. Кулак Джаггернаута раскрошил бетон в двух сантиметрах от ее носа.
– Хгватит!
Он схватил Ашу за горло и вдавил ее в землю.
Глаза девушки тут же закатились. Перед взором все стало красным, точно мир виделся сквозь кровавую пленку. Аша бессмысленно зашевелила ртом, пытаясь глотнуть воздуха, но сквозь гортань не прорывался даже хрип. Она изо всех сил вцепилась в руку мертвеца, но та не двигалась, точно стальная свая. Шея стонала, готовая в любой момент переломиться.
«Нет! Не засыпай! Держись!» – Аша царапала гнилую плоть, пока несколько ногтей не сорвались с пальцев. Она даже не ощутила боли. Ее сознание покрывалось пеленой. Ноги немели, а боль, терзавшая шею, потихоньку исчезала, растворялась в безразличии.
Руки еще раз, но уже слабо, стукнули по мертвецу и бессильно съехали по его руке вниз к шее.
«Нет… Пожалуйста… Я должна… Должна. Мама… Папа…» – Аша проваливалась в темноту, и нужда в воздухе пропала.
Джаггернаут расплылся в улыбке и занес кулак, готовый разнести девушке голову, как вдруг, услышав странный хлопающий звук, обернулся.
Он успел только широко раскрыть глаза, когда что-то огромное рухнуло рядом. Чудовищная рука появилась из поднявшихся клубов пыли и обхватила его тело. Пальцы Джаггернаута сорвались с шеи девушки.
Аша тут же очнулась. Она жадно глотнула пыльный воздух и закашлялась, схватившись за сдавленное горло. Из глаз брызнули слезы.
– Нгет! Не надо! Не-е-ет! – вопил Джаггернаут. Огромные пальцы чудища зажали его руки, и он бессмысленно болтал ногами, пытаясь вырваться.
«Жива! Жива!» – думала Аша, вдыхая хоть и пыльный, но все же спасительный воздух. Слезы бежали по грязным щекам. До нее вновь стали доноситься звуки, а красная пелена перед глазами начала растворяться, и тогда девушка поняла, что не одна.
Аша медленно обернулась, и ее лицо покрылось ужасом.
Мимо нее, сдирая об камень кровавую корку с живота, полз огромный торс обгоревшего чудовища. Безгубая черная голова склонилась над немезисом Ворденклифа, но вдруг повернулась к девушке.
Аша попятилась назад, беспомощно елозя по земле ногами. Руки поскользнулась на какой-то глыбе, и девушка упала на спину. Испуганный взгляд не отрывался от двух исполинских золотых глаз, смотревших на нее.
Чудище, точно не питая к Аше интереса, обернулось вновь к немезису. Мужчина постарался прикрыться рукой, но большие зубы монстра мягко, точно не желая ему навредить, сомкнулись на исполине и оторвали его от земли.
– Нет! Умоляю! – кричал Джаггернаут, пытаясь вырваться из мертвой хватки чудовища.
Монстр развернулся к девушке спиной.
«Отец Каин? Авель? – Аша раскрыла рот. – Мертвы?»
– Подождите меня! – кричал юноша в ядовито-зеленом плаще, мчась навстречу чудовищу. По кончикам его пальцев струилась черная кровь.
Только он приблизился к монстру, как огромная рука крепко схватила его, отчего юноша выпучил глаза и громко выдохнул.
Громадные перепончатые крылья существа затрепыхались, отрывая обгоревший торс гиганта от земли. Облако мелких обломков и пыли захлестнуло Ашу, и девушка крепко зажмурилась, прикрывшись рукой. Как только они рассеялись, она взглянула в небо. Среди мрака порхали огромные крылья, постепенно растворяясь в темноте.
Девушка продолжала смотреть вслед, как вдруг внезапный шорох напомнил ей, что рядом еще были враги. Аша опустила глаза и с ужасом осознала, что окружена. Воскресшие мертвецы приближались, метя автоматами в голову.
– Нет! Не-е-ет! – она осталась совсем одна. Девушка попятилась назад, как вдруг рука провалилась в траншею, оставленную упавшим на форт монстром. Внизу горели останки твари.
Видя, что позади ничего нет, Аша жалобно заскулила. Она отвернулась и закрыла глаза, боясь увидеть, как в нее начнут стрелять. Сердце спряталось в груди и замолчало. Девушка крепко сжала зубы, пытаясь вспомнить все, что было хорошего в ее жизни. К несчастью, таких вещей оказалось мало. На ум приходила только встреча с отцом Каином и Авелем, знакомство с Железной Девой и последующее обучение. Священника она вспоминала больше всего. Высокого юношу в черной форме залитого светом. На губах у него как всегда играла легкая улыбка, а глаза источали грусть. Ашу всегда интересовало, почему он вечно ходит с отрешенным взглядом и молчит, глядя в одну точку. Она чувствовала, что за плечами палача что-то лежало, давила какая-то ноша, которую он никому не показывал. Теперь, если бы ей дали время, она обязательно спросила бы у него, почему он такой грустный. Но времени не было.
Вдруг за спиной стали раздаваться звуки, похожие на падение клубней картофеля. Девушка обернулась и не поверила увиденному. Мертвецы точно куклы падали на землю и разваливались на куски. Голова одного мутанта подпрыгнула, ударившись о камень, и прикатилась к ее ногам. В стеклянных глазах медленно гасло зеленое свечение.
Девушка пнула отпавшую голову. Челюсть отвалилась, а верхушка, точно пустая, застучала по камню, укатываясь вдаль. Тела мертвецов сгнивали на глазах, превращаясь в тряпье и кости. Зеленый туман выползал из трупов и стелился по земле.
– Аша! – раздался знакомый голос за спиной.
Девушка обернулась. Позади, еле-еле перебирая ногами, шли Авель и отец Каин. Юноша был цел, хотя все его белое одеяние перепачкалось, а на изможденном лице застыла мрачная и болезненная гримаса. Голубые глаза как будто потускнели. Палач выглядел куда хуже. Весь серый от пыли, с многочисленными кровоподтеками и рассечениями на лице, он едва волочил ноги, опираясь на плечо Авеля. Одежда свисала с него обрывками ткани. Серые глаза не отрывались от земли.
– Ты цела? – тихо спросил он, когда они оказались рядом. Из разбитой головы все еще текла кровь и падала на воротник.
Девушка кивнула, хотя свое состояние она вряд ли могла назвать даже удовлетворительным. Горло стонало, а грудная клетка вздрагивала при каждом вдохе от боли. Сдавленная Джаггернаутом нога горела. Однако, увидев Авеля и отца Каина живыми, девушка почувствовала себя лучше.
– Он полетел туда? – спросил палач, указывая пальцем на восток.
– Да.
Его лицо нахмурилось.
– Значит он летит в Муравейник, – отец Каин посмотрел на развалившиеся трупы вокруг форта. – Нам надо спешить.
Палач убрал руку с плеча юноши и было начал идти, как вдруг железная хватка Авеля заставила его остановиться. Палач обернулся и заметил на себе злой взгляд парня. Аша прижала руки к груди, чувствуя, что, возможно, самое плохое еще впереди.
– Не хотите нам что-то сказать, святой отец? – с вызовом в голосе спросил Авель. Пальцы крепче сжали плечо наставника.
– Что я должен вам рассказать?
Лицо Авеля стало еще раздраженнее. Аша даже и не помнила, когда юноша так себя вел. Образ робкого и спокойного Авеля, каким его помнила девушка, никак не вязался с тем, что она видела сейчас. На секунду ей показалось, что она наконец увидела на нем влияние Рима.
– Что должны рассказать? Странный вопрос. Что среди нас делал немезис? Почему церковь прятала его и зачем она отправила его с нами?
– Я не знал, кто он, – ответил палач.
– Не врите нам, – отрезал Авель. – Железная Дева не могла утаить это от вас. Почему церковь сохранила немезиса?
Священник дернулся, сбрасывая с себя руку. Он отошел к развалившейся телеге, где среди черных сумок лежало оружие, опустился на корточки и начал что-то перебирать в сумках.
«Он не знает, что сказать», – подумала Аша. Девушка видела, как Авель продолжал сверлить взглядом спину палача.
Священник гремел чем-то железным, но вдруг остановился на секунду, точно вслушиваясь в тишину, и с громким вздохом опустил голову.
– Я скажу правду.
У Аши внутри все сжалось.
Отец Каин развернулся к Авелю, и в его взгляде девушка уловила чувство вины, от которого ей стало не по себе.
– Про командира разведки я не соврал. Он заключил сделку с демоном, и тот доставил его к краю купола. Охрана стены открыла огонь, но глупо думать, что от массового обстрела пострадал только демон. Капитан погиб. Его тело отдали доктору Ворденклифу, на тот момент еще работавшего в соборе. Он сказал, что хочет изучить тело на воздействие радиации из Ада и что-то там еще, связанное с воздействием крови демона на человеческие ткани. А потом он пропал. Дальше историю вы знаете: доктора нашли в тот момент, когда он из частей демона и человека создавал немезиса. Священники, что штурмовали лабораторию, говорили, что на момент убийства доктора, немезис был жив. Как потом сказали, монстра сожгли вместе с лабораторией и трупом доктора. Но на самом деле немезиса доставили в собор для изучения.
Священник замолчал и потупил взгляд в землю. Аша видела, как тот крепко сжимает кулаки и что-то шепчет, едва двигая губами.
– Его должны были сжечь! – Авель злился все сильнее. – Он порождение зла!
– Знание природы этого существа могло бы послужить собору для уничтожения демонов. Ты думаешь, как ребенок, – возразил палач.
Юноша весь вспыхнул и залился краской.
– Капитан забыл всю свою предыдущую жизнь, – продолжил отец Каин. – Он заново родился в лаборатории доктора, и он не виноват, что родился таким.
– Такие компромиссы и приводят к тому, что Бог не возвращается на Землю! Если бы собору хватало мужества честно бороться с нечистью, мы бы смогли его вернуть!
Теперь замолчал палач. Аша увидела, как тот отвел взгляд, точно пытаясь найти, что противопоставить Авелю, однако девушка заметила в его глаза что-то еще.
– Да, возможно это так, – прошептал священник, – но представь, что однажды ты проснешься утром, не помня, кто ты есть, и обнаружишь, что из тебя сделали монстра. Скажи, ты бы подставил голову под гильотину?
– Я бы сам дернул рычаг, – процедил сквозь зубы Авель.
– Значит, ты дурак.
Кулаки Авеля крепко сжались. Перчатка, растянувшаяся на костяшках заскрипела. Аша видела это и в ужасе раскрыла глаза.
«Неужели он его ударит?» – не дожидаясь ответа на свой вопрос, она встала между ними, разведя в стороны руки.
Возможно Авель и не собирался бить отца Каина, ибо когда ладонь Аши ткнулась ему в грудь, на лице юноши показалось искреннее недоумение.
– Ты чего? – спросил он сдавленно.
– Вы что, хотите переубивать друг друга? – девушка чуть ли не рычала, пытаясь изобразить злость, но внутри у нее все сжималось. – Мутанты убивают людей, а вы собрались поубивать друг друга?
Палач тоже застыл в изумлении. Он даже слегка приоткрыл рот, вытаращившись на Ашу.
«Это хорошо», – подумала девушка.
– Посмотрите на себя, черт возьми! – она оглядела их обоих. – Вы же всегда были неразлучны! А теперь? Грызетесь как упыри за кость! Мне противно на это смотреть. Неужели вашу дружбу так легко порушить какой-то глупой идеологией?
Аша посмотрела на Авеля и поняла, что своего добилась. Юноша виновато отвел взгляд и залился краской. Даже священник стыдливо смотрел на нее и поджимал губы.
«Получилось?» – у Аши замерло сердце. Она боялась, что за этим коротким смущением, наполнившим обоих парней, вновь последует слепая ярость.
Неожиданно Авель протянул ладонь к священнику. Голубые глаза не поднимались, однако в них читался стыд.
– Простите меня. Я не знаю, что на меня нашло.
Отец Каин резко шагнул вперед, но вместо того, чтобы пожать руку в ответ, обнял юношу.
– И ты меня прости, – тихо сказал священник.
– Вы не виноваты. Виновата церковь. Они заставили вас скрывать.
Чувство стыда, что виднелось на лице палача, сменилось настороженностью, но он промолчал. Юноши отпрянули друг от друга и пожали руки.
Аша была довольна, однако последние слова Авеля занозой засели в душе.
«Ну почему нельзя просто прекратить?» – жалобно подумала она, глядя на хмурого отца Каина.