Легенда из Будущего

– Если ты столько знаешь об этом, почему тебе не перенести свою музыку из телефона, на какой-нибудь другой прибор для воспроизведения?

– Первые пластинки появятся лет через десять, к тому же когда я родился их уже почти никто не использовал и я понятия не имею, как они устроены.

В отличии от электрогенератора Люциус не мог нарисовать даже приблизительную схему работы фонографа, а о том, как вложить звук в виниловую пластинку он тем более не знал. Идея Дока была очень даже интересной, если бы только были хоть какие то наработки в области передачи звуков, то он мог бы попробовать, но легче было собрать генератор и зарядить телефон. До вечера Люциус рассказывал ему о музыке и любимых исполнителях. Жанры музыки которые появятся только в следующем столетии, конечно не о чем не говорили старому врачу, а на словах описать в чем отличие рок-н-ролла от хип-хопа, так что Люциус в основном рассказывал истории жизни музыкантов, где они брали вдохновение, как пробивали путь и прочее. Люциусу очень не хватало радио в дороге, но он сам стал радио, которое без умолку болтало всю дорогу до самого вечера.

На следующую ночевку путники остановились возле огромной груды валунов. После всех рассказанных историй Док решил дать Люциусу совет:

– Люциус ты говоришь, что был совершенно обычным и ничем не примечательным парнем в своем времени, но ты знаешь столько историй людей, которые чего то смогли добиться в жизни и стать знаменитыми и увековечить свои имена в истории, что же мешает тебе?

– У меня нет таланта, что бы увековечить его в истории.

– Талант это не только умение петь, сочинять красивую музыку или быть актером. Я уверен, что ученые, которые изобрели все эти удивительные машины тоже стали известными, благодаря своему уму, а сейчас ты наверное самый умный человек на свете, потому что ты знаешь то, чего люди еще сотню лет знать не будут, подумай, может в этом и есть твой талант?

С этими мыслями Люциус лег спать, но в этот раз он даже не успел увидеть какой либо сон, потому что ему показалось, что Док разбудил его буквально через пять минут. Сверившись с наручными часами он с грустью признал, что четыре часа его сна пролетели как пять минут. К сожалению четыре часа его дежурства тянулись так долго, словно все восемь. Этой ночью Люциус размышлял о том, чего бы он мог достичь используя свои знания, вот только Док забывает о важном моменте. Одного таланта или знаний не достаточно, что бы стать чем-то большим, чем простой обыватель. У кого то есть амбиции, у кого то связи, а кто-то просто чертовски пробивной и упрямый. Люциус был упрямым, но вряд ли достаточно, что бы после пары неудач продолжать путь, который кажется ему непреодолимым.

Следующий день прошел без происшествий и как и предполагал Люциус они постепенно добрались до лесостепей, где бескрайние просторы разбавляли небольшие леса и чем дальше они ехали, тем больше таких лесов появлялось на пути. Вечером третьего дня они наконец достигли деревянных ворот с надписью "Ранчо МакГиллан". Ранчо выглядело не совсем так, как его представлял себе Люциус. По мимо большого двух этажного дома, где жили хозяева, было несколько построек, где жили рабочие, был небольшой магазин и клуб, для отдыха, конюшня, коровник, курятник. Всюду сновали люди, которые трудились на ранчо и создавалось впечатление, что это целый небольшой городок. Рабочие мужчины и женщины были рады увидеть владельца ранчо, на Люциуса в свою очередь никто не обратил особого внимания. Ужинали путешественники уже в большом доме, который был обставлен более богато и уютно, чем контора доктора в Армадилло. На законный вопрос Люциуса: "Почему Док променял ранчо, на работу врача", был вполне логичный ответ мужчины:

– Это то, что я умею. Я был военным врачом и на многие мили вокруг, я лучший врач, который у них есть, так что я использую свой талант на благо других людей.

После ужина Люциус наконец принял ванну, ему было непривычно, что от него так плохо пахнет, но дезодорантов пока к сожалению еще не изобрели. Расслабленный теплой ванной, он лег в уютную кровать в гостевой спальне. После двух ночей, которые он спал в деревянной телеге, в теплой и уютной кровати он провалился в сон мгновенно, не опасаясь, что через пять минут его разбудит Док.

Люциус впервые за последние несколько дней хорошо выспался, хотя проснувшись где то в районе полудня он опять наивно подумал, что проснулся в своей постели дома в Лос-Анджелесе. Не смотря на то, что он обнаружил себя в гостевой спальне дома доктора МакГиллана, он уже не так сильно расстроился, как проснувшись в первый раз в комнате его дома в Армадилло. Узрев себя в зеркало, он грустно ухмыльнулся, потому что выглядел он не очень уж презентабельно. Что действительно очень радовало Люциуса, что он все таки попал на Дикий запад, а не в средневековую Европу. В ванной комнате были и примитивные зубные щетки и зубной порошок, о котором Люциус лишь читал когда то, но в общем и целом порошок оказался не хуже зубной пасты, потому что в него добавляли мятное масло. Куда больше проблем у Люциуса вызвала жуткая на вид опасная бритва. Он слыхал про турецкую банду, которая очень любила разбираться с конкурентами с помощью этого приспособления, но вот как им правильно бриться это было той еще задачей. Провозившись какое то время Люциус все же смог сбрить щетину, сохранив при этом свою бородку, но с непривычки пару раз хорошо полоснул себя. К величайшему удивлению Люциуса в дома врача не оказалось банальной перекиси водорода, хотя ее вывели еще в 1818м году. К несчастью по химии у Люциуса были не самые хорошие оценки и создать раствор перекиси водорода самолично ему вряд ли было бы под силу, хотя можно было спросить у Дока, он вроде интересовался химией и биологией.

Когда Люциус спустился в гостиную, чернокожая служанка накрывала стол к обеду. В комнату зашел Док, который видимо на ногах был с самого утра, однако вместо приветствия или укора в адрес того, что Люциус проспал до обеда, мужчина сразу спросил:

– Люциус, что с твоим лицом? Ты брился топором?

У Люциуса вырвался смешок.

– Я не привык к такой бритве, но еще больше меня впечатляет, что в доме врача даже нет перекиси водорода.

– Ну извините.

С улыбкой сказал Док, разводя руками. После обеда, который для Люциуса был завтраком, Док отвел его в конюшню, что бы парень выбрал себе коня. Лошадь это не автомобиль, так что Люциусу было трудно выбрать себе "транспортное средство". После долгих раздумий он доверил этот выбор Доку, который выделил ему бурого молодого коня, после чего провел краткий вводный курс по уходу за этим животным. Седло, которое досталось Люциусу было наверное вдвое старше самого коня, но не смотря на то что оно было старое и потрепанное, Люциус был благодарен и этому подарку. Еще со вчерашнего дня Люциусу ужасно хотелось курить, потому что его сигареты закончились, по этому он попросил у Дока денег, что бы прикупить себе что-нибудь в местной лавке. Единственное, чем могла похвастать лавка на ранчо МакГиллана это табак и специальная бумага. Люциус осознавал насколько должно быть крепкой получиться самокрутка, но если можно привыкнуть к острой пище и горькому кофе, то и к крепкому табаку он как-нибудь привыкнет. Небольшой опыт в самокрутках у Люциуса уже имелся, когда им с Васко было лет по 16 они пробовали курить марихуану, но очень быстро пришли к выводу, что это удовольствие не стоит потраченных денег. Кое как закрутив самокрутку Люциус прикурил ее зажигалкой и сперва закашлялся от тяжелого дыма чистого табака без каких то современных примесей.

– Это все равно, что заново учиться курить.

Сказал он себе, смоля самокрутку на подвесных качелях, расположенных на крыльце дома доктора. По всему телу расползлась приятная слабость и начала кружиться голова. После пары затяжек, он затушил самокрутку, решив, что докурит ее позже и просто остался сидеть на качелях. Оставшуюся часть дня, он почти не видел доктора МакГиллана, который ходил по всей территории ранчо, решая насущные проблемы. Во второй половине дня он скрылся в доме для рабочих, где проводил врачебную консультацию для больных, а Люциус тем временем гулял по территории ранчо и наблюдал за жизнью простых работяг. Люди суетились по своим делам и не обращали на него особого внимания, пока возле местного клуба кто то не окликнул Люциуса.

– Эй!

Он обернулся и увидел Эрла, того самого бородатого мужчину, который стукнул его прикладом. Люциус поприветствовал его, слегка опустив козырек шляпы.

– Ну ты как все еще в 2018м году? – С усмешкой сказал мужчина.

Люциус в свою очередь решил играть в игру, которую придумал для него Док.

– Ну перегреешься на солнце и не такое привидится.

– Прости, что пришлось стукнуть тебя по голове.

– Поверь, ты не первый. – С улыбкой сказал Люциус.

Эрл оглянулся на одноэтажное деревянное строение местного клуба.

– Не хочешь сыграть партию в покер?

– Я люблю покер, но сейчас я не при деньгах, как-нибудь в другой раз, но учти тебе будет обидно, что тебя обыграл "парень из будущего". – Самоиронично заявил Люциус, чем рассмешил Эрла.

– У вас тут только в покер играют? Может есть боулинг, бильярд или дартс?

– Дартс?

– А это у нас в Англии игра такая, надо кидать дротики в мишень на очки.

– Не слыхал про такое, а боулинг и бильярд, это слишком для небольшого ранчо.

Для себя Люциус отметил, что по видимому дартс еще не прижился, или его попросту еще не изобрели. Он вполне себе мог раздобыть дно от какого-нибудь деревянного бочонка, раскрасить его и сделать дротики и научить жителей Армадилло этой игре. Сейчас его совершенно не беспокоило то, что он может изменить историю. На работе он частенько рассуждал с Винсем о возможных последствиях изменения истории, но попав в прошлое, он решил, что раз уж ему случилось тут оказаться, значит на то была какая то причина. Возможно он не будет менять историю, а создаст ее. Насколько ему было известно это явление называлось "Принцип самосогласованности Новикова", когда кто-то попав в прошлое совершает поступки, которые приводят к тому, что он видел и знал в настоящем.

После ужина все рано разошлись по спальням, потому что предстояло рано вставать, что бы отправиться обратно в Армадилло. Док наконец предоставил Люциусу черную бандану, которую нашел среди прочего в шкафу. Телегу загрузили провизией, а так же кое какими вещами, которые могли пригодиться Люциусу. Утром после завтрака они отправились обратно в путь, только теперь Люциус восседал на собственном коне, которого звали просто Джек. Конечно удобнее было ехать в телеге, но им с Джеком надо было привыкнуть друг к другу, особенно Люциусу, для которого езда верхом все еще была чем то новым. По началу Джек плохо слушался нового владельца и то и дело норовил отойти, когда Люциус взбирался на него, но молодой человек, не смотря на недружелюбие коня, все равно старался проявить к нему ласку и заботу. Постепенно Джек начал привыкать к нему и вел себя более покладисто.

Обратный путь заставил путешественников переживать чуть больше, потому что теперь у них была целая телега добычи, на которую мог кто-нибудь покуситься, но к счастью путешествие прошло без особых происшествий. Люциус продолжал говорить Доку о искусстве, о людях и не забыл рассказать ему про дартс, в который обещал научить его играть, когда они вернуться в город. Спустя два дня, когда путники уже достигли горной дороги, что бы спуститься вниз в долину, они заметили женщину лет сорока. Она сразу бросилась им в глаза, потому что шла пешком и судя по ее внешнему виду прошла она не мало. Пологи ее платья запылились и изодрались, шла она медленно иногда спотыкаясь. Люциус на всякий случай положил руку на рукоятку пистолета, потому что нельзя было сказать, что ожидать от путницы. Док решил окликнуть ее:

– Что то случилось, мэм?

Дама обернулась. У нее было приятное лицо, не смотря на то, что она была измождена и немного обгорела на солнце. Люциус подумал, что у него вид был не лучше, когда он бродил по равнине, очнувшись здесь в первый раз. Ее пышные каштановые волосы были растрепанны, что придавало ей немного безумный вид. Она испугано отступила назад, но оценив ситуацию пошевелила иссушенными губами. Они не услышали, что она сказала, но Люциус догадался, чего может хотеть человек в такой ситуации и поспешил дать ей флягу с водой. Женщина жадно припала к ней и начала неистово пить воду, утолив жажду она тихо сказала:

– Я направлялась в Армадилло, что бы успеть на поезд, но на наш дилижанс напали какие то люди, мне с трудом удалось убежать. Меня зовут Келли Обернати

– Доктор Джонатан МакГиллан, а это мой друг Люциус Лайон. Мы как раз направляемся в город и могли бы подвезти вас.

– Спасибо, но боюсь, что я все равно уже не успею на поезд, он приходит сегодня в четыре часа.

Люциус посмотрел на груженную телегу Дока и для него было очевидно, что до города они доберутся не раньше, чем к семи или восьми вечера.

– Док, я могу успеть в город к четырем часам, я помню дорогу, но как ты доедешь один?

– Ну раньше я не плохо с этим справлялся и один, вот возьми ключи от дома

Док кинул Люциусу ключи. Молодой человек подал руку Келли и помог ей забраться на коня, она обняла его за талию худыми и ослабевшими руками.

– Док береги себя, увидимся в городе. Мисс Обернати держитесь крепче.

Он погладил коня по шее и нагнувшись шепнул ему на ухо:

– Вся надежда на тебя приятель, не подведи нас Джек.

Стукнув Джека ногами по бокам, он сорвался в путь, искренне надеясь, что на такой скорости они не упадут на извилистой горной тропе. Несмотря на тряску, Люциус стал увереннее чувствовать себя верхом на коне, хотя не был уверен в том, уверенно ли себя конь чувствует на таком опасном участке дороге. Не смотря на желание успеть во время, Люциусу пришлось сбавить скорость на крутой горной дороге, что бы не устроить Келли путешествие на тот свет. Воспользовавшись тем, что они сбавили скорость Люциус решил узнать по подробнее, что произошло с женщиной.

– Мисс Обернати, так что с вами случилось?

– Мы ехали из форта Хейден, что бы успеть на поезд до Блэквотера. Ночью меня разбудила стрельба и неразбериха. Группа людей напала на дилижанс, они убили кучера и принялись стрелять по пассажирам. Я успела выхватить из сумки немного денег и бросилась к деревьям. К счастью было достаточно темно и эти животные не заметили меня.

– Это была банда Клэйна?

– Простите, я не местная, не знаю о ком вы говорите.

– Вам повезло, те еще мерзавцы. Хорошо, что вам удалось спастись.

– Да, а еще повезло, что по дороге меня не съели койоты и я встретила вас с мистером МакГилланом, иначе просто умерла бы от обезвоживания.

Люциус видел, что женщина говорит с трудом, по этому решил больше не засыпать ее вопросами. Все это место, не давало расслабиться. Только Люциус нашел для себя что то прекрасное, как Дикий запад тут же напомнил ему о своей темной стороне. Лично ему банда Клэйна ничего не сделала, но он начинал их искренне ненавидеть. Он то и дело сверялся с наручными часами, что бы знать, сколько у них еще есть времени. Где то вдали с высоты горной тропы виднелась тонкая струйка дыма от паровоза, который не спеша приближался к городу. Времени оставалось все меньше.

Как только они спустились в долину, Люциус еще раз попросил женщину держаться крепче, потому что теперь можно было дать коню разогнаться. Парень снова ощутил это пьянящее чувство, от теплого ветра бьющего тебе в лицо, когда мчишься по равнине на резвом скакуне. Чем ближе стрелки часов приближались к отметки в четыре часа, тем быстрее начинало биться его сердце. Этот адреналин было не сравнить с адреналином, который он испытывал играя в гонки на видеоприставке у себя дома, тут все было по настоящему, гонка с поездом, гонка со временем. Он надел на лицо бандану, потому что дорожная пыль клубами поднималась под копытами Джека. Люциус не отдавал себе отчета, почему ему так важно успеть на этот поезд, ведь он не был обязан Келли, но что то внутри его сознания говорило, что он должен ей помочь. Помочь ей убраться подальше, от этих смертельно опасных мест и жутких воспоминаний. Вдали послышался свист паровоза, сбавляющего ход перед станцией. Очертания города появились на горизонте и столб дыма медленно приближался к ним. Для Люциуса вдруг перестала существовать окружающая красота прерии, все вокруг словно померкло, был лишь город впереди, город в который ему нужно было успеть, во что бы то не стало.

Армадилло был все ближе, а столб дыма был уже в черте города. Люциус не смотрел на время, но пытался просчитать, сколько примерно времени у поезда уйдет на стоянку. Вот они промчались мимо прибитой к деревянному столбу вывеске "Добро пожаловать в Армадилло" и Люциус стал сбавлять скорость, что бы ненароком не задавить кого-нибудь из жителей. На станции было оживленно, некоторые пассажиры сходили с поезда, другие, купив билет, стремились занять свои места. Он остановился возле станции и помог Келли спуститься с коня. Она купила билет в старой будке и направилась к небольшому деревянному вагону, покрашенному в зеленый цвет. Люциус с некой улыбкой смотрел на массивный локомотив, который пыхтя изрыгал из трубы клубы дыма. Ему нравилось путешествовать по железной дороге, но он еще никогда не видел настоящий паровоз. Как любитель вестернов он не скрывал любви к паровым машинам и всему, что связано со стилем стимпанка. От любованием могучей паровой машиной, его отвлекла Келли.

– Я не знаю, как мне вас отблагодарить, мистер Лайон.

Она начала было копошиться, отсчитывая деньги, но Люциус взял ее за руки и отодвинул их к ней.

– Не нужно, я это сделал не ради денег. Не все на Диком западе дикие, мэм.

– Вы спасли мне жизнь, я всегда буду вам за это благодарна.

Она обняла его, чем немного смутила парня, все таки она была вдвое старше него.

– Не стоит благодарности.

Он смущенно похлопал ее по спине и она все таки всучила ему в руку купюру.

– Выпейте за то, что бы я благополучно добралась до цивилизации.

И теперь уже она отстранила его руку, что бы он оставил себе деньги.

– Прощайте, храни вас Господь.

– В добрый путь, мисс Обернати.

Паровоз издал громогласный свист и женщина поспешила занять место в вагоне. Люциус провожал ее с легкой улыбкой. Тяжело запыхтев, состав тронулся по рельсам, а Люциус продолжал провожать его взглядом. Когда поезд отъехал достаточно далеко, он убрал в карман пять долларов, которые ему дала Келли и пошел к своему коню. Он погладил, животное с улыбкой и благодарностью смотря ему в глаза.

– Ты молодчина Джек.

Вдруг он услышал, какое то презрительное "хм" и обернулся на источник звука. Этим источником был высокий мужчина с черными волосами и тонкими усами. У него была смуглая кожа, но отнюдь не потому, что он пахал в полях. Это был латиноамериканец, скорее всего мексиканец, который почему то напомнил Люциусу испанского актера Антонио Бандероса, только с отталкивающей надменностью и холодностью, буквально прописанной в каждой черте его лица. Одежда этого мексиканца разительно отличалась от одежды местных жителей, на нем был черный костюм с иголочки, на котором не было ни пылинки. Люциус нахмурился.

– Это что еще за "хм"!? – Недовольно окликнул он прошедшего мимо пижона.

Мужчина обернулся и удивленно посмотрел на Люциуса. Люциус в свою очередь смог разглядеть красивый серебристый револьвер с ручкой из слоновьей кости, но количество денег у этого сеньора несколько не интересовало Люциуса, он терпеть не мог снобов, которые считают, что раз у них мешок денег, то все остальные для них просто биомусор.

– Это ты мне? – С акцентом спросил мексиканец.

– Ну раз ты обернулся, то получается что тебе.

– Какая невоспитанная деревенщина тут обитает. – Сказал он низкорослому мужчине с залысиной, в пенсне с полукруглыми лезвиями, который по видимому был его секретарем или личным слугой и сжимал в руках какие то бумаги.

– Ты кого деревенщиной назвал, щеголь?

– Ты хоть представляешь с кем разговариваешь!? – Пропищал прихвостень мексиканца, но тот лишь поднял руку.

– Не надо Пабло, ты только посмотри на него. Пиджак из кожи бизона, как примитивно, а что у него на ногах, нелепые мокасины, как у какого-то китайца или индейца.

– Да что вы все заладили про бизонов. – Всплеснув руками, сказал Люциус.

– Слыш Бандерос, ты тут ходишь разряженный в пух и прах, а попробуй в своем Версаче поработать как мужик, штанцы сразу по шву разойдутся.

Мексиканец выглядел так, словно ему дали пощечину, но внезапно он рассмеялся и похлопал в ладоши.

– О это было очень прозаично, мистер…

– Лайон.

– Мое имя Алехандро Дельгадо.

Мужчина подошел вплотную к Люциусу и его улыбка моментально испарилась, превратившись в холодную усмешку.

– Мистер Лайон, я даю добрым людям этого города свет, он есть благодаря моему керосину и не стану отрицать, что если я стал бы работать в поле или кузнице, то как вы выразились "мои штанцы сразу разойдутся по шву". Именно по этому работают такие, как вы.

Говорил он настолько холодно, что Люциусу стало не по себе, а в конце своего леденящего монолога он ткнул пальцем парня в плечо, после чего с наигранной неприязнью посмотрел на пыль попавшую на его палец и демонстративно вытер его белым шелковым платком и бросил под ноги Люциусу

– Такие как я? Что ты этим хочешь сказать, сеньор?

– Я уже все сказал, приятного дня мистер Лайон, мне пора заняться более важными делами.

С недружелюбной ухмылкой и холодным взглядом, он демонстративно коснулся лишь пальцем козырька своей красивой черной шляпы и отправился к мужчинам, которые грузили бочки в телегу. Люциус вопросительно изогнул бровь, и обругав его в мыслях, он отправился к дому Дока, что бы покормить коня, который выручил его и Келли сегодня.