Жила-была старуха
- -
- 100%
- +
– Жила-была старуха в башмаке,
У нее было так много детей,
Что она не знала, что с ними делать.
Она начала убивать их одного за другим.
Только смерть остановила ее.
Какие-то типы бродили по Риверсайд-Драйв и кидали через забор особняка Поттсов газеты с признанием Корнелии Поттс. Брошенный кем-то камень разбил окно в комнате Тэрлоу Поттса.
Обычно после успешного завершения дела у инспектора появлялся волчий аппетит. Теперь же аппетит у него отсутствовал, хотя официально дело было прекращено.
Эллери вернулся к своему детективному роману, который не успел дописать, так как втянулся в дело Поттсов. Но тень этого дела не давала ему покоя. Он часто возвращался к нему, строя различные умозаключения.
Шли дни за днями. Дом на Риверсайд-Драйв постепенно перестал привлекать к себе внимание.
* * *
Однажды утром три недели спустя после описанных событий инспектор, по обыкновению поворчав на сына за завтраком, неожиданно сказал:
– Да, кстати, Эллери, вчера я получил телеграмму от «Датч Ист Индис».
– Датч Ист Индис? – Эллери поднял голову.
– Да. Из Батавии. Префект или комиссар полиции, не знаю, как их там называют, ответил на мой запрос относительно майора Гоча.
– О! – Эллери отложил ложку.
– В телеграмме сказано, что майор Гоч не зарегистрирован у них.
– Не зарегистрирован? Ты хочешь сказать, что у них нет на него материалов?
– Не только. Там никогда не слышали об этом человеке, – инспектор задумчиво покрутил свои усы. – Это, конечно, не слишком много. Все, что я мог им сообщить – это имя и приметы. А был ли он там под этим именем?
Эллери нахмурился.
Инспектор, поколебавшись, продолжал:
– Дело Поттсов закрыто, но все же я хочу спросить у тебя…
– О чем, отец?
– Когда мы разговаривали о мотивах убийства, ты упомянул майора Гоча. Не то, чтобы теперь это оказалось важным… Но все-таки, что ты тогда имел в виду?
Эллери пожал плечами.
– Вспомни тот день, когда мы пришли к миссис Поттс, намереваясь попросить ее воспользоваться своим авторитетом и предотвратить убийство, и нашли ее мертвой в постели.
– Да?
– Помнишь, поднимаясь по лестнице, я сказал доктору Иннису, что у меня есть только один вопрос к миссис Поттс?
– Помню.
– Так вот, я хотел спросить, видела ли она своего первого мужа после его исчезновения, – сказал Эллери.
Инспектор растерялся.
– Своего первого мужа? Бахуса Поттса?
– Именно его.
– Но он же умер!
– Его только признали умершим, отец. Умереть для закона и умереть фактически – это разные вещи. Мне пришла в голову мысль, что Бахус Поттс может быть жив.
– Гм, – произнес инспектор. – Мне это и в голову не приходило. Но ты не ответил на мой вопрос. Что ты имел в виду, когда говорил о мотиве убийства, который мог быть у майора Гоча?
– Но я ответил на твой вопрос, отец.
– Ты… ты имеешь в виду, что… Бахус… Поттс – майор Гоч…
Инспектор начал смеяться. Он смеялся так долго, что из его глаз потекли слезы.
– Ну и фантазер же ты! – сказал он сквозь слезы.
– Смейся, смейся, – пожал плечами Эллери. – Только я не понимаю, почему это не может оказаться правдой. Почему Гоч не может быть Поттсом?
– Тогда я могу быть Ричардом Вторым.
– Очаровательно, – пробормотал Эллери. – Корнелия Поттс объявила своего мужа умершим через семь лет после его исчезновения. Вскоре она вышла замуж за Стефена Брента, у которого был друг – майор Гоч. Многолетние странствия наложили отпечаток на лицо майора, но все же миссис Поттс догадалась, что майор Гоч – не кто иной, как Бахус Поттс. Не обвинять же ее в двоемужестве? Необыкновенная ситуация.
– Ты бредишь.
– И майор Гоч свил себе неплохое гнездо. Церковь не прощает подобных вещей и общество – тоже. Корнелия Поттс оказалась в ловушке… Эта версия поначалу и мне показалась дикой. Чарли Пакстон, рассказывая мне о жизни старухи, не очень внятно объяснил, почему она терпела в доме майора. Моя версия это объясняет. Иначе к чему ей было терпеть присутствие Гоча? Она – официальная жена Брента, у них дети… ее репутация… ее дело…
– Я как идиот слушаю твою красивую сказку, – раздраженно сказал инспектор. – Зачем же ему в таком случае убивать близнецов?
– Два мужа, неразлучные друзья, целыми днями играют в шашки… О, у Гоча был мотив. Убиты два сына Стефена Брента. Кто следующий? Шейла ответила на этот вопрос: Стефен Брент и его дочь должны умереть.
– Итак?
– Итак, предположим, что Бахус Поттс вернулся домой под именем майора Гоча. Возможно, он возненавидел своего преемника…
– А-а-а, – протянул инспектор.
– Может, он возненавидел детей, которые родились у Стефена и Корнелии. Может он примириться, что миллионы достанутся Роберту, Маку и Шейле? Может он обдумать план уничтожения соперников? Сначала Роберт и Мак, потом Шейла и, наконец, сам Брент. Не забудь, отец, что если Гоч – это Поттс, то он не совсем в своем уме. Трое Поттсов – доказательство этому.
Инспектор покачал головой.
– Но признание старухи разбивает твою теорию.
– Признание старухи… – странным тоном повторил Эллери.
– А чем тебе не нравится ее признание?
– Разве я что-нибудь сказал?
– Но твой тон…
– О, я подумал о своем романе! – Эллери улыбнулся.
Инспектор швырнул в него подушку.
– Я должен вернуть Пакстону завещание и признание старухи, – он встал. – Пойду сделаю фотокопии. Тэрлоу хочет иметь эти бумаги у себя. Обещаю тебе, сын мой, что никому не скажу о твоей теории «Гоч – Поттс».
* * *
После ухода отца Эллери уселся за роман. Однако работа шла с трудом. Он напечатал лишь одно предложение: «На бровях Лека остался след крови», умудрившись сделать пять опечаток, когда раздался звонок в дверь.
Это был Пакстон.
– Хелло! – мрачно сказал он, входя. – У вас найдется что-нибудь выпить?
– Конечно, – улыбнулся Эллери.
Адвокат выглядел несчастным.
– Что-то случилось, Чарли?
Тот вздрогнул.
– Нет, нет.
– Пейте, – Эллери протянул ему стакан. – Мы не виделись со дня чтения завещания.
– Ах, да, – Пакстон взял стакан.
– Как Шейла?
Адвокат ответил не сразу. Потом поднял на Эллери грустные глаза.
– Потому-то я и пришел к вам.
– Надеюсь, с Шейлой ничего не случилось?
– Плохого ничего.
Пакстон прошелся по комнате.
– Значит, что-то произошло между вами?
– В некотором роде…
– А я думал, что вы пришли пригласить меня на свадьбу.
– Свадьба! – с горечью воскликнул Пакстон. – Каждый день я спрашиваю Шейлу об этом. Она отвечает, что мне нельзя жениться на дочери убийцы. Я не могу заставить ее уйти из этого проклятого дома. Она не хочет оставлять отца, а тот говорит, что слишком стар, чтобы начинать все сначала. Что мне делать, Эллери?
– Я не могу понять эту девушку, – задумчиво сказал Эллери.
– Ее необходимо забрать оттуда, и как можно скорее. Луэлла продолжает свои опыты. Я не удивлюсь, если однажды дом взлетит на воздух. Она накупила кучу аппаратуры…
– А Тэрлоу?
– О, Тэрлоу чувствует себя хозяином. Как петух на насесте.
– Шейла удивляет меня, – пробормотал Эллери. – Нет, Чарли, здесь что-то не то.
– Конечно, здесь что-то не то. И она не хочет за меня замуж.
– Не в этом дело, Чарли. Тут что-то другое. Хотел бы я знать… Может быть… – Эллери замолчал, но тут же живо добавил: – Мой вам совет, дорогой Чарли, будьте рядом с ней. Шейла стоит того, чтобы за нее сражаться. – Он вздохнул. – Я завидую вам.
Адвокат удивленно посмотрел на него. Эллери печально улыбнулся.
– Не бойтесь, я не буду драться с вами на дуэли.
– А я-то пришел к вам за советом!
– Чарли, Шейла любит вас. Все, что вам нужно, – это терпение.
Пакстон взял Эллери за руку.
– Эллери, есть еще одна причина, по которой я пришел к вам.
– И что это за причина?
Адвокат понизил голос.
– Я не думаю, что это дело закончено.
– Ага! – Эллери неспеша наполнил стакан и сказал: – Садитесь, Чарли, и спокойно расскажите обо всем.
– Я думаю…
– Это всегда полезно.
– Две вещи беспокоят меня. Так, что я не могу спать…
– Что же вас беспокоит?
– Вы помните признание миссис Поттс?
– Да.
– Один пункт приводит меня в сомнение.
– Какой?
– Относительно пистолета. Она написала, что взяла «Харрингтон и Ричардсон» у Тэрлоу, когда разгоняла репортеров…
– Да, да.
– В записке сказано: «Позднее я взяла другой пистолет у Тэрлоу и застрелила в спальне своего сына Мака».
– И что же?
– Один из пистолетов Тэрлоу! – воскликнул Пакстон. – Но ведь пропали-то два пистолета!
– Возможно, – сказал Эллери спокойно, как будто он никогда не думал об этом. – И что вы из этого заключаете?
– Неужели вы не понимаете? – закричал адвокат. – Куда делся второй пистолет? Где он? Кто взял его? Если он в доме, разве Шейла не в опасности?
– Почему?
– Тэрлоу, Луэлла, Гораций! Разве они не могут продолжить злодеяния своей матери? Они ненавидят Шейлу и ее отца не меньше, чем миссис Поттс, если не больше. Что вы об этом думаете?
Эллери усмехнулся.
– У меня есть более фантастическая версия на этот счет. Продолжайте, Чарли.
– Я ни о чем другом не могу думать. Я подозреваю каждого. Старуха знала, что умирает, она так и написала в записке. Не так ли?
– Так.
– Тогда зачем она призналась в убийстве? Только не говорите мне об угрызениях совести, раскаянии и тому подобной чепухе.
– Вы хотите сказать…
– Я хочу сказать, что признание миссис Поттс фальшивое. Может быть, кому-то нужно было свалить всю вину на нее.
– Дорогой мой! – Эллери тяжело вздохнул. – Это первое, что я подумал, когда вы прочитали ее записку.
– Значит, вы согласны, что это возможно?
– Конечно, возможно, очень даже возможно. У меня не укладывается в голове, что миссис Поттс, какой бы плохой матерью она не была, могла убить двух своих сыновей. Но… Эллери пожал плечами. – Мои и ваши сомнения, Чарли, ничего не стоят перед признанием, сделанным Корнелией Поттс и ею подписанным…
– Что же делать?
– Слушайте, Чарли. Старуха умерла примерно за час до нашего приезда. Кто мог в течение этого времени находиться у нее в спальне? Дверь не была заперта. И этот кто-то мог напечатать признание, благо машинка стояла возле кровати.
– Вы считаете, что настоящий убийца сфабриковал ее признание? – с волнением спросил Пакстон.
– Я считаю, что это возможно. Почему вы качаете головой?
– А подпись? Вы же сами сравнивали подписи на завещании и на конверте. И объявили подписи подлинными.
– На первый взгляд они мне такими показались, – пробормотал Эллери. – Но ведь я не эксперт. К тому же при поверхностном осмотре крайне трудно распознать подделку. Так что подождите немного, Пакстон.
– Вы хотите снова проверить подлинность подписей?
– А что же еще делать? – Эллери обнял адвоката за плечи. – Чарли, помните во время посещения старухи наш вопрос об условиях завещания? Помните, что она передала вам записку, подписанную карандашом? Где она?
– Она в доме Поттсов, в столе, в кабинете.
– На этой записке подлинная подпись миссис Поттс. Пошли!
– К Поттсам?
– Да. Но сначала зайдем в управление полиции и захватим подлинник ее признания. Может быть, наша догадка подтвердится.
Глава 2
МЕНЕ, ТЕКЕЛ, ФАРЕС
Войдя в особняк Поттсов, Эллери и адвокат поспешили в кабинет. Эллери закрыл дверь, потер руки и сказал:
– Работайте, Чарли. Ищите записку.
Пакстон начал выдвигать ящики письменного стола.
– Если только… – бормотал он. – Вот она!
Эллери оторвался от пачки бумаг, которые с интересом просматривал.
– Сегодня отличный солнечный денек, не правда ли? – спросил он.
– Что?
– Молчите, молчите и собирайте «урожай с закрытыми глазами», как советовал Вудсвортс.
– Мне кажется, у вас какое-то странное чувство юмора, – проворчал Пакстон.
– Простите меня. Просто сегодня я чувствую себя как человек, который три недели просидел в темнице и неожиданно вдохнул лесной воздух. Надеюсь. Чарли, это все.
– На что надеетесь? А опасность для Шейлы?
Эллери не ответил. Он подошел к окну, освещенному солнцем. Взяв записку, Эллери приложил ее к стеклу.
– Чарли, давайте признание старухи.
Он наложил второй лист бумаги на первый таким образом, чтобы обе подписи – на записке и на признании – совпали, и внимательно всмотрелся.
Подписи явно были сделаны одной рукой, но некоторая разница в начертании букв все же была. Эллери вернул записку Пакстону.
– Дайте еще какой-нибудь документ, Чарли.
– Зачем? Что вы делаете?
– Неважно, – сказал Эллери.
Таким же образом он сравнил все подписи на имеющихся документах.
– Вы не можете дать мне инструкции миссис Поттс относительно «Поттс Шу компани»? обратился Эллери к адвокату.
– Но вы уже смотрели их.
– Давайте, давайте.
Пакстон порылся в бумагах и протянул ему документ. Эллери приложил его к признанию миссис Поттс.
– Посмотрите… Видите?
– Подпись?
– Да.
Адвокат присмотрелся и удивленно воскликнул:
– Не совпадают!
– Точно! – Эллери сложил бумаги. Подпись Корнелии Поттс на этом документе и ее же подпись на признании не совпадают. Они похожи, как близнецы, но не совпадают.
– Подпись на инструкции подлинная, за это я ручаюсь.
– Поэтому я и взял ее для сравнения. Да, она единственно верная подпись.
– Значит, одна из двух последних подписей фальшивая?
– Да.
– Но какая?
– Миссис Поттс подписала эту записку в нашем присутствии, следовательно, она подлинная. Значит, подпись на признании подделана.
– Кто-то сфабриковал признание, а потом перенес на него подпись с записки?
– Да. Кто-то был в спальне миссис Поттс и воспользовался ее пишущей машинкой. Несомненно, он проделал это после ее смерти, до того, как мы пришли.
Эллери подошел к телефону.
– Что вы хотите делать?
– Обрадовать отца, – ответил Эллери, набирая номер управления полиции.
– Что? – спросил инспектор.
Эллери повторил еще раз.
– Значит, – проворчал инспектор после паузы, – все сначала?
– А что же еще это может означать? Корнелия Поттс не писала признания. Ей не в чем было признаваться. По-прежнему неизвестно, кто убил близнецов. Да, боюсь, что дело придется начинать сначала.
– Ну что ж, – вздохнул инспектор. – Сержант Белли и я немедленно приедем.
Пока Эллери разговаривал, в кабинет вошла Шейла.
– Я все слышала, – сказала она, когда Эллери положил трубку.
Адвокат сделал неопределенный жест.
– Шейла!
– Одну минуту, Чарли!
Эллери взял девушку за руку. Она была холодна, как лед.
– Я думаю, Шейла, вы знаете, что я…
– Благодарю вас, – она была спокойна. – Не бойтесь, Эллери, истерики не будет. Я к этому была готова.
– Вы догадывались?
– Да, – Шейла слабо улыбнулась.
Повернувшись к Пакстону, она сказала:
– Поэтому я отказывалась покинуть этот дом, дорогой. Теперь ты понял?
– Нет, – пробормотал адвокат, – я ничего не понимаю.
– Бедный Чарли! – Шейла поцеловала своего жениха. – Ты многого не понимаешь. Я была трусихой, но теперь я не боюсь никого. Кто-то хочет моей смерти… Что ж! Я не убегу. Я еще увижу конец этого дела.
Глава 3
ПЛОДЫ ДЕРЕВА
Молодые люди вышли на террасу, уселись в кресла и стали ждать прибытия инспектора и сержанта. Шейла устроилась возле Пакстона, опустив голову на его плечо. Их руки были сплетены.
В конце аллеи стоял домик Горация, окруженный деревьями. Сюда же, в парк, выходили окна Луэллы.
В глубине парка под большим тентом Стефен Брент и майор Гоч с увлечением играли в шашки. Они даже не заметили присутствия Шейлы и ее спутников.
Было тихо и тепло. Эллери закрыл глаза и не заметил, как задремал.
– Спит! – раздался у него над ухом чей-то голос.
Эллери открыл глаза. Возле него стоял отец, хмурый и недовольный. Рядом топтался сержант Белли. Соседние кресла были пусты. Стефен Брент и майор Гоч тоже исчезли. Неподалеку от того места, где они играли в шашки, прогуливались Шейла с Пакстоном.
– Скучаете, мистер Квин? – спросил инспектор.
Эллери зевнул.
– Здесь так приятно.
– Приятно! – инспектор покраснел. – Куда уж приятнее!
– Теперь, я думаю, вы будете искать исчезнувший пистолет, – пробурчал сержант.
– Да, да, пистолет.
Эллери все еще не мог справиться с дремотой.
– Я обыскал весь дом и перекопал всю землю в парке, – продолжал сержант. – Теперь, если хотите, ищите сами.
Инспектор уселся в кресло.
– Подождите, Белли. Где записка и признание?
Проделав то же, что и Эллери час назад, он сказал:
– Да, сомнений нет, это подделка. – Инспектор сунул бумаги в карман. – Я сохраню их. Теперь они являются уликами.
– Против кого? – спросил сержант.
В этот момент у стола, где сидели Стефен Брент и майор Гоч, появился Гораций.
– Что это он делает? – заинтересовался инспектор.
– Будет запускать змея, – мрачно пояснила Шейла, поднимаясь на террасу. – Здравствуйте, мистер Квин.
Они с Пакстоном все еще держались за руки.
– Гораций теперь каждый день запускает змея, – подтвердил адвокат.
Лестница, по которой Гораций взбирался на дерево, прогибалась под его тяжестью.
– Гораций когда-нибудь грохнется оттуда, – усмехнулся Пакстон. – Если только…
– Стойте, Гораций! – закричал Эллери и помчался к дереву. – Стойте!
Инспектор поспешил за сыном.
– Эллери, какого черта ты орешь? – спросил он, запыхавшись.
– Матушка-гусыня! – Эллери пожал плечами, не спуская глаз с Горация.
– Что? – инспектор вытаращил глаза. – Кажется, ты тоже рехнулся.
– Почему прогибается лестница? Гораций толстый… он высокий… Коротышка…
Инспектор ничего не понимал. Эллери продолжал кричать Горацию, а тот будто и не слышал. Скоро он забрался довольно высоко и почти скрылся в густой листве.
– Будьте осторожны, мистер Поттс!
К ним подошли Шейла с Пакстоном и сержант.
– Мистер Поттс! – снова крикнул Эллери. – Будьте осторожны!
– В чем дело? – спросил Гораций, раздвигая ветви. – О, вас много! – воскликнул он. – Я собираюсь снять змея с дерева, а потом спущусь.
– Только осторожней, – предупредил Эллери. – Сначала пощупайте каждый сук.
– Ерунда, – ответил Гораций. – Как будто я в первый раз залезаю на дерево.
– Чувствую, что он сломает себе шею, – сердито сказал Эллери. – Не знаю, почему, но я беспокоюсь.
– Он остановился, – констатировал сержант. – Что, там лучше, чем здесь, мистер Поттс?
Наконец Гораций раздвинул листву и начал спускаться. Лестница угрожающе заскрипела.
– Птичье гнездо, – смущенно сказал Гораций, спустившись на землю.
В одной руке он держал воздушного змея, в другой – гнездо.
– Нет ничего лучше, чем старое птичье гнездо, джентльмены, – изрек он с довольным видом.
Шейла отвернулась.
– Сэр, – Гораций повернулся к Эллери, – вы что-то говорили об осторожности?
Эллери не ответил. Опустив на землю лестницу, он вместе с сержантом внимательно осматривал ее.
– Не вижу ничего необычного, – сказал сержант, выпрямляясь.
– Матушка-гусыня… Коротышка! – рявкнул на Эллери его отец. – Тебе лучше пойти домой и позвать врача.
Эллери виновато улыбнулся.
– В чем дело, Гораций? – спросил Пакстон.
Гораций с удивленным выражением на лице ощупывал гнездо.
– Что такое, мистер Поттс? – заинтересовался Эллери.
– Странно, – пробормотал Гораций, протягивая ему покрытый птичьим пометом кольт.
– Да это же пистолет, из которого убили Роберта Поттса! – воскликнул сержант.
– Не будьте болваном, Белли! – закричал инспектор, хватая кольт.
Эллери прошептал:
– Тот самый пропавший пистолет…
Позже, когда все разошлись, Эллери взял отца за руку и подвел к столу.
– Сядь, отец. Надо кое-что обсудить.
– Обсудить?
Инспектор осмотрел кольт. Он был заряжен.
– Наверное, там же лежал и «смит-вессон». Поэтому Белли ничего не нашел. Но кто его там спрятал?
– Сядь, отец.
Инспектор опустился в кресло. Эллери осмотрел кольт. После паузы он улыбнулся и сказал:
– О, да, это так.
– О чем ты? – раздраженно спросил инспектор.
Эллери будто не слышал вопроса.
– Что ты собираешься делать дальше, отец?
Инспектор резко встал. Пистолет упал на траву. Он нагнулся и поднял его.
– Эти Поттсы мне до смерти надоели, – пробурчал он.
– Можешь не сомневаться, они понимают, что я знаю, кто убил двух сыновей Корнелии Поттс.
– Ты… ты действительно это знаешь?
– По крайней мере, хочу думать, что знаю.
Глава 4
В КАБИНЕТЕ
Эллери расположился в кабинете. Уже стемнело, но в комнате горела только настольная лампа. Эллери в который уже раз осматривал кольт, найденный Горацием в гнезде. Он сидел лицом к двери, которая вела в холл. У окна на террасе шептались Шейла и Пакстон.
– Флинт! – позвал Эллери.
Детектив выглянул из холла.
– Да, мистер Квин?
– Позовите сюда Тэрлоу.
Через минуту наверху хлопнула дверь, послышались шаркающие шаги и в кабинет вошел Тэрлоу. Он молча уселся в кресло напротив Эллери, посмотрел на кольт и равнодушно отвернулся.
– Я слушаю вас, сэр. Детектив сказал…
Он замолчал. Эллери резко поднялся из кресла, обошел стол и, подойдя к Тэрлоу, посмотрел ему в глаза.
– Тэрлоу Поттс!
– Да, мистер Квин?
– Вы знаете, что случилось?
– Вы имеете в виду смерть моей матери?
– Я имею в виду признание вашей матери. Там не все совпадает.
– Мне об этом ничего неизвестно.
– Прекратите, мистер Поттс, вы же не ребенок!
Тэрлоу насупился.
– Ваш отец сказал, что признание матери подделано. Поэтому расследование возобновлено. Это очень неприятно. Во-первых, я убил Роберта на дуэли…
– Глупости, мистер Поттс! В ночь перед дуэлью мы заменили в вашем пистолете боевой патрон холостым, но кто-то сумел сделать обратное, потому-то вам и удалось застрелить Роберта.
– Все так запуталось… – вздохнул Тэрлоу.
Эллери решил сменить тактику.
– Почему вы избегаете смотреть на стол, мистер Поттс?
– Простите?..
– Вы меня не понимаете? Повторяю: почему вы не смотрите на стол? На стол перед вашим носом.
Тэрлоу попытался изобразить негодование.
– Мистер Квин, я не желаю продолжать разговор в таком тоне.
Он встал и направился к двери.
– Сядьте! – резко приказал Эллери.
– Я не хочу оставаться здесь.
– Сядьте, – уже мягче повторил Эллери.
Поколебавшись, Тэрлоу подчинился.
– Посмотрите на этот кольт, мистер Поттс. Вы узнаете его?
Тэрлоу вздрогнул.
– Нет. То есть он похож на пистолет, из которого я стрелял на дуэли…
– Да, вы правы, он только похож на пистолет, которым вы дрались на дуэли с Робертом. Вы купили его в магазине «Корнуэл и Ричи», помните?
Тэрлоу поежился.
– Да, я, кажется, взял два кольта двадцать пятого калибра.
– Неужели?
Эллери взял кольт и щелкнул затвором. Тэрлоу испуганно дернулся.
– Вы знаете, где мы нашли его, мистер Поттс?
– Да, на дереве… Я слышал это от мистера Квина.
– Зачем вы положили его туда?
– Я? – изумился Тэрлоу – Причем здесь я?
Эллери вздохнул.
– Ну хорошо, мистер Поттс. Это все, можете идти.
Тэрлоу нерешительно потоптался у стола, как будто хотел что-то сказать, но передумал и ушел.
– Флинт! – окликнул Эллери детектива, когда за Тэрлоу закрылась дверь. – Теперь давайте сюда Луэллу.
Однако разговор с ней ничего не прояснил.
– Почему вы спрятали этот пистолет в гнезде, мисс Поттс? – задал последний вопрос Эллери.
Луэлла надменно посмотрела на него.
– Не городите чепухи, мистер Квин. Разве вы не знаете, что я провожу важные эксперименты и мне некогда заниматься болтовней с вами? Я никогда не видела этого пистолета и тем более не прятала его.
И негодующая Луэлла вышла из кабинета.
Эллери улыбнулся Шейле и Чарли и пригласил в кабинет Горация.
– Очень интересно, сэр, – снисходительно сказал он. Я никогда не верил, что моя мать убила близнецов. И признание не ее. Вы не находите, мистер Квин?
Эллери с интересом разглядывал Горация.
– И теперь вы знаете, кто это сделал, – неожиданно заключил тот.
Эллери притворился заинтересованным.
– Я хочу, чтобы вы поделились со мной, – сказал Гораций. – Это отличный материал для книги.
– А вы, конечно, не знаете?
– Я? – удивился Гораций.
– А может быть, это вы, мистер Поттс, сунули пистолет в гнездо?
– Я спрятал пистолет в гнездо? – повторил Гораций – Но зачем?