Женитьба повесы
- -
- 100%
- +
– Боюсь, у меня срочное дело, Джейн.
– Нет у тебя никакого срочного дела! Ты говорил, что сегодня свободен.
– Тогда я думал, что ты отправишься с Люси, – тихо сказал он сквозь зубы.
– Люси? – поинтересовалась Бренна. Колин действительно выглядел разочарованным, когда увидел, кого привела сестра. Эта женщина, Люси, кем она ему приходится? Может быть, это на ней он собирался жениться?
– Люси, или леди Мэндвилл, моя ближайшая подруга, – объяснила Джейн. – Надеюсь, вы скоро с ней познакомитесь.
Мистер Розмур хмыкнул:
– Ты же понимаешь, что теперь мне не следует оставаться в твоем обществе. Это неблагоразумно.
– Нет, Колин, я ничего не понимаю. Ничегошеньки. Но мне понятно, что ты грубишь моей новой подруге. – Она умоляюще посмотрела на Бренну: – Правда, он грубит? Леди Марг... о, Бренна!
Бренна промолчала. Если ему не терпится от нее избавиться, она не станет его упрашивать. Наверное, он очень любит эту леди Мэндвилл, а вот она симпатична ему гораздо меньше, чем ей представлялось. Почему ее это так задело? Даже, кажется, разозлило. Именно так! Она пожала плечами. С англичанами надо быть осторожнее. Судя по тому, каковы их слуги, англичане крайне сдержанны, ни за что не поймешь, что у них на душе.
«Проклятие», – думал Колин. Почему сестра так упряма? Неужели ей не ясно, что его присутствие бросит тень на репутацию Бренны? Допустим, Бренна не понимает, в чем причина его нежелания быть с ними, но уж сестра-то должна сообразить, черт возьми.
Девушки продолжали сверлить его рассерженными взглядами. Колин поправил галстук. Несомненно, он обидел Бренну. Очень жаль!
– Ну хорошо, – неожиданно смягчился он. – Только побыстрее, ладно?
– Я должна извиниться за брата, – заявила Джейн, бросив на Колина уничтожающий взгляд. – Он не всегда такой медведь.
Она уселась за столик. Колин подвинул стул Бренне.
– В самом деле? Хорошо, я попытаюсь исправиться. Перед тем как сесть за стол, Бренна встретилась с ним глазами. Он мог бы поклясться, что в ее глазах сверкнула веселая искорка.
– Не волнуйтесь из-за этого, мисс Розмур. У меня было полно времени, чтобы составить впечатление о характере вашего брата, когда мы виделись с ним в прошлый раз. Мне показалось, что у него прекрасные манеры. Я подумала – вот настоящий джентльмен. – Тон у нее был веселый. Она добавила: – Но теперь я думаю, что чутье подвело меня.
Колин пробормотал что-то неразборчивое. Что тут ответишь? Возможно, она права. Чутье подвело по крайней мере в том, что касается его, Колина.
– Вы должны рассказать мне поподробнее, леди Бренна, – настаивала Джейн. – Очень интересно послушать, как братец ведет себя в обществе, когда я не вижу.
– Право! Мистер Розмур был очень любезен и заботлив, хотя обстоятельства нашей встречи нельзя назвать благоприятными. Как вам известно, мы налетели друг на друга в саду леди Брэндон. В буквальном смысле слова! Боюсь, я произвела на него не слишком выгодное впечатление.
– Очаровательно! Полагаю, эту часть рассказа о вашей встрече он утаил. Так ведь, Колин?
Он только передернул плечами.
– Но продолжайте. – Джейн покачала головой. – Я хочу послушать дальше.
Колин возвел глаза к небу. Тема беседы ему решительно не нравилась. В конце концов, он не обязан это слушать.
– С вашего позволения, пойду принесу напитки. Он двинулся к прилавку, возле которого толпились посетители. На него бросали любопытные взгляды. Колин старался их не замечать. Лучше всего привыкнуть к ним, уговаривал он себя. Сплетни, гнусные намеки – кажется, отныне они будут сопровождать его, куда бы он ни шел.
Минутой позже он пробивался сквозь толпу назад, к своему столику.
– Вам бы посмотреть, как туман поднимается над Бен-Невисом, – говорила Бренна. Колин облегченно вздохнул. – Это красивейшее зрелище в мире. В детстве я была уверена, что, если взобраться на Бен-Невис сквозь пелену тумана, можно попасть прямиком на небо.
– Как чудесно, – прошептала Джейн.
– О, а в долине между горой и озером стоят расположенные по кругу древние камни-дольмены. Если встать в круг, можно почувствовать, как в воздухе клубятся странные вихри. Если бы феи действительно существовали, они бы наверняка обитали в этом месте.
– Звучит как волшебная сказка, – признала Джейн. – Я никогда не была в горах Шотландии. Мне бы хотелось когда-нибудь туда поехать.
Лицо Бренны просияло от улыбки.
– Если вы отправитесь в Шотландию, вам непременно нужно будет заехать в Гленброх. Это не столь уж величественная постройка, скорее усадьба, чем замок. Но таких прекрасных окрестностей вы не найдете нигде в мире.
– Как бы мне хотелось побывать там! – Джейн заметила брата, который стоял возле стола с подносом в руке, как лакей. – Колин! Спасибо тебе. – Она взяла ватрушку. – Бренна как раз рассказывала о своем доме.
– Я слышал. – Он приподнял фалды фрака и сел. – Звучит заманчиво. Вы как будто считаете дни до возвращения?
– Ну да, я с нетерпением жду, когда в конце сезона можно будет вернуться домой.
Она взяла пирожное и откусила кусочек.
– Так скоро? – удивилась Джейн. – А что думает ваша лондонская семья?
– Я очень благодарна им за заботу и люблю их с каждым днем все больше. Но мой дом – в Шотландии. Надеюсь, они это поймут. Но боюсь, они возлагают на меня слишком большие надежды.
Джейн сказала, нахмурившись:
– Наверное, как всякие родители, у которых есть дочь, они надеются выдать вас замуж за родовитого жениха.
– Так и есть. Они не понимают, что я не хочу оставаться в Англии, отказавшись исполнять свои обязанности владелицы поместья. Для них Гленброх – тяжелая обуза, для меня – радость и гордость.
Джейн с улыбкой повернулась к брату:
– Колин! Ее обязательно нужно познакомить с Люси, правда? – Она положила руку на запястье Бренны. – Вы двое быстро найдете общий язык. Она, как и вы, одержима тем, что считает любимым делом. Поверите ли, для Люси это ветеринарная наука.
– Кажется, Люси – удивительная женщина, – пробормотала Бренна, сделав глоток сливок, смешанных пополам с вином, из своего стакана.
Колин кивнул:
– Люси – само очарование. Джейн согласно кивнула.
– Так вы сама управляете поместьем Гленброх?
– Мне помогает отличный управляющий. Он много лет служит нашей семье. Я полностью доверяю ему.
Колин выпрямился на стуле, стряхивая крошки с лацканов фрака.
– Скажите, как дела у ваших арендаторов? Не подумываете ли вы огородить землю для овец?
Ее глаза вспыхнули. Не стоило затрагивать эту тему, понял Колин.
– Извините, я как-то не подумал...
– Как вы полагаете, какова судьба тех, кого вынуждают покинуть их землю?
– Не знаю. Может быть, они становятся купцами или ремесленниками? Эмигрируют в Америку?
– Покинуть родные края? Оставить землю, которую они возделывали поколение за поколением? Им дают час на сборы, а потом просто поджигают крыши домов у них над головой, со всем, что там находится. Мистер Розмур, неужели вы не слышали о неслыханных жестокостях, творимых в Сазерленде? Стариков и детей сожгли заживо в их собственных домах.
Гримаса отвращения перекосила лицо Колина.
– Боже правый! Я ничего об этом не слышал.
– Не сомневаюсь, что ваши газеты трубили, что насилие совершается во имя прогресса, – продолжала Бренна. Ее грудь в вырезе платья поднялась в судорожном вздохе, а щеки окрасил румянец гнева. Джейн смотрела на брата, приоткрыв рот.
У Колина пересохло в горле.
– Я должен просить прощения, леди Бренна. Я не подозревал, что эта тема так серьезна, иначе не стал бы судить столь легкомысленно.
Он огляделся. Вокруг столпились посетители буфета, напряженно прислушивавшиеся к их беседе. Колин встал и протянул дамам руки:
– Может быть, пройдемся, леди?
– Чудесная мысль, – просияла Джейн. – Леди Бренна?
– Конечно. – Бренна встала и взяла Колина под руку. – Кажется, у меня пропал аппетит.
В полном молчании они покинули буфетную и пошли по одной из аллей парка. Вдали виднелся искусственный пруд, через который был перекинут деревянный мостик. Прекрасное место, вдали от придирчивых глаз и навостренных ушей – неизменных спутников Колина в течение последних дней.
– О нет! – вскричала Джейн, горестно качая головой. – Кажется, я оставила там свою сумочку. Идите вперед, я вас догоню через минуту-другую.
– Джейн, погоди!
Колин выпустил руку Бренны, намереваясь бежать за сестрой. Однако лимонно-желтое платье Джейн развевалось на ветру за ее спиной. Она бежала к буфетной, не обращая внимания на протест брата.
– Погоди, я сам схожу, – крикнул Колин как раз в тот момент, когда сестра скрылась за поворотом аллеи.
– Ну что ж, – он повернулся к Бренне, которая смотрела на него с очевидным любопытством, – значит, никуда я не пойду.
Глава 5
– Мы вернемся за ней? – спросила Бренна.
– Нет, это ни к чему. – Колин натянуто улыбнулся и снова предложил ей руку. – Она скоро нас догонит. Вот упрямица!
– Мистер Розмур, ваша сестра – прелесть, как вы и говорили. Я так рада, что познакомилась с ней. – Бренна взяла своего спутника под руку и задумчиво взглянула в сторону мостика: – Пойдемте дальше? День чудесный. Намного лучше наслаждаться солнцем, чем сидеть в четырех стенах.
Она обернулась и, к своему удивлению, увидела группу дам, которые шли за ними сзади, не спуская с них глаз и перешептываясь. Бренна отчетливо расслышала, как кто-то назвал имя Розмура. Слышал ли Колин? Если да, то он не подал виду. Он смотрел прямо перед собой и не спеша вел Бренну к мостику.
– Я и сам очень люблю гулять, – сказал он. – Должен признаться, я очень рад, что наше столкновение в саду леди Брэндон не причинило вам физических страданий.
– Я девушка крепкая, мистер Розмур.
Он тепло улыбнулся, глядя на нее сверху вниз. Они шагнули на широкие доски мостика.
– Крепкая? Я назвал бы вас по-другому. Крепкая – это наводит на мысль о дереве, могучем дереве. А вы пока что – тоненькое молодое деревце.
– Но на этом ветру я рискую потерять несколько листьев.
Она ухватилась рукой за шляпку. Неожиданно сильный порыв ветра грозил сбросить ее с головы. Ветер стих, Бренна поправила шляпку, и они двинулись дальше, на самый верх арки моста. Выпустив локоть Колина, она облокотилась на кованые перила и стала смотреть вниз, на темную воду пруда, испещренную там и сям широкими листьями водяных лилий. На нее глянуло собственное отражение, слегка искаженное, словно танцующее на подернутой рябью поверхности. Бренна почувствовала, как тонкая шерсть пощекотала ее плечо. В воде возникло отражение Колина, который тоже подошел к перилам. Она смотрела, как он возвышается над ней и солнце играет в его белокурых волосах, придавая им золотой оттенок. Он стоял так близко, что их отражения сливались, не понять было, где граница между ним и ею. Его близость и тревожила, и возбуждала. Бренна чувствовала, как учащается биение сердца, а руки слегка дрожат, сжимая нагретый металл перил. Она глубоко вздохнула, приказывая себе успокоиться.
– Я должна признаться, – сказала она светским тоном, – жизнь в Лондоне мало напоминает ту, к которой я привыкла, и это начинает меня раздражать. – Бренна не могла отвести взгляд от отражения в пруду. – Мне не разрешается принимать участия в забавах, которые я люблю, и навязывают занятия, к которым я не проявляю ни интереса, ни способностей.
– Расскажите, чем бы вы сейчас занимались дома, в Шотландии?
Она подняла глаза от темной воды и посмотрела вдаль.
– О, я бы нашла, чем заняться! Объезжала поля вместе с управляющим, делала записи в счетных книгах. Навещала бы моих арендаторов, смотрела, нет ли в чем у них нужды. День сегодня прекрасный. Я могла бы поскакать в долину, искупаться в речке.
– Я надеюсь, не одна?
– У меня нет братьев и сестер. Я привыкла к одиночеству.
– Но купаться в реке? Одной? – Колин недоверчиво покачал головой. – Это небезопасно для леди.
Она удивилась:
– Отчего же? Я хорошо плаваю. И так прекрасно лежать на нагретых летним солнцем камнях на берегу, слушать щебетание птиц, пока сохнет платье. Это умиротворяет.
Бренна грустно вздохнула. Каким наслаждением было бы снова провести такой денек. Она закрыла глаза и глубоко вдохнула. Тот же золотой свет солнца, что греет ее лицо, сияет сейчас на чистом летнем небе Гленброха. Ветерок, который играет кружевными оборками платья и топорщит ленты шляпки, только что пролетал над озером и горной долиной. Казалось, она чувствует медовое благоухание вереска...
Мысленно она видела, как парит в небе величественный одинокий орел, крылья широко раскинуты, а внизу проносятся темные воды озера. Где-то поблизости щиплет травку ее любимая кобыла вскидывает голову и тихо ржет, наслаждаясь свободой не меньше, чем ее хозяйка. Бренна поежилась, вспоминая ощущение прохладной, чуть влажной ткани, прилипающей к коже, которую почти высушили теплые лучи. Простые домашние радости. Она принимала эти чудесные дни как должное.
Наконец она открыла глаза и поняла, что все это время мистер Розмур не сводил с ее лица внимательного взгляда. Его улыбка показалась ей даже злорадной.
– Вы должны удовлетворить мое любопытство. – Его голос звучал как тихий раскат грома. – Скажите-ка, платье сушится на вашей особе или само по себе?
Бренна возмущенно ахнула, ее щеки вспыхнули.
– Я должен извиниться, – сказал он, и его голос приобрел прежнюю интонацию. – Боюсь, я просто не смог удержаться, мысленно нарисовав себе картину...
– Должно быть, вы считаете меня грубой и вульгарной, если я рассказываю такие вещи джентльмену.
– По правде говоря, я нахожу вас необычной. Кроме того, я, может быть, не совсем джентльмен.
– Вот как, мистер Розмур? – Бренна склонила голову набок, наблюдая, как ползет вверх его бровь. Колин плотно сжал челюсти.
– Общество больше не считает меня джентльменом, – пояснил он холодно. – Надеюсь, вы извините меня за прямоту, леди Бренна. У меня нет привычки рассказывать о своих невзгодах людям, которых я едва знаю. Тем не менее вынужден предупредить вас. Моя репутация поставлена под сомнение. А если выразиться точнее, я впал в немилость.
– Значит, вы не уладили то недоразумение, о котором говорили? Что-то про нечестный выигрыш.
– Нет. Во всяком случае, пока.
– А девушка, на которой вы собирались жениться?
– Мисс Литтл-Браун? – Колин покачал головой. – На это больше нечего и надеяться.
– Мне очень жаль. Наверное, это была очень незаурядная девушка.
– По правде говоря, я начинаю думать, что неверно судил о ее характере. Так что все к лучшему.
Бренна молча кивнула.
– Однако в свете того, как обстоит Дело, вы можете сделать вывод, что мое общество для вас нежелательно. Обещаю, что не стану винить вас за это.
– Нет, мистер Розмур! Я восхищаюсь вашей честностью. Когда мне пришлось несладко, я нашла в вас понимание и поддержку. Мне следует отплатить вам тем же.
Он улыбнулся, глядя на нее сверху вниз, и от уголков его глаз побежали веселые лучики.
– Мне кажется, мы станем большими друзьями, леди Бренна Маклахлан из Гленброха.
– Надеюсь, мистер Розмур. Мне бы этого очень хотелось.
Послышались чьи-то шаги. Мистер Розмур обернулся на тропинку, по которой они только что шли. Яркое солнце слепило глаза, и он сложил козырьком ладонь:
– Вижу, возвращается Джейн. Долго же ее не было! Бренна тоже прикрыла глаза ладонью.
– Надеюсь, она смогла найти сумочку.
Мисс Розмур как будто прочитала ее мысли. Женская фигурка на тропинке вскинула вверх руку. Пропажа висела на тонком запястье. Бренна помахала рукой в ответ, а потом повернулась к Колину:
– А что касается вашего непристойного вопроса, то оно сохнет отдельно.
– Отдельно? – Его брови поползли вверх.
– Платье. Я его снимаю.
Она не могла сдержать торжествующей улыбки – так он был озадачен. Джейн поднялась на мостик и подошла к ним.
– Ну? – Мисс Розмур смотрела то на брата, то на Бренну. Было заметно, что мистеру Розмуру с трудом удается сохранять самообладание. – Я что-то пропустила?
– Совсем немного, – ответила Бренна, выдерживая взгляд его серо-голубых глаз. Внезапно его взгляд потемнел, обегая ее фигуру с головы до пят и снова вверх. Кокетство и женские уловки были совершенно чужды Бренне. Но сейчас она почувствовала себя женственной и привлекательной, как никогда раньше. Несомненно, все дело было в том, как он смотрел на нее. Бренна окинула взглядом свое платье, из тонкой ткани, с богатой вышивкой, и вдруг впервые за все время, проведенное в Лондоне, осталась довольна увиденным. Как хорошо, что она больше не носит практичных шерстяных платьев! Как приятно, что ею восхищаются!
Ее сердце пустилось галопом, ладони сделались влажными. Боже! Он ей нравится. Ужасно нравится. Он достаточно хорош собой и не считает ее глупой или фривольной. И от того, как он смотрит на нее, просто голова идет кругом. Бренна почувствовала, что едва стоит на ногах. Не похоже на девичью влюбленность, которую она испытывала в юности. Земное чувство, идущее из глубин естества.
Бренна яростно старалась прогнать неприличные мысли. Не будь дурой, ругала она себя! Вспомни, с каким легкомыслием он рассуждал об огораживании. Нет, из этого ничего хорошего не выйдет. Англичанин, и этим все сказано.
Колин рассеянно поглаживал бакенбарды, не в силах отогнать видение – Бренна лежит на камнях в одном нижнем белье. Черт возьми, разве она не понимает, какой эффект на мужчин производят подобные заявления? Да, наверное, не понимает. Это же невинная девушка, напомнил он себе, пытаясь отвлечься от игривых мыслей.
– Итак, леди, – наконец сумел выговорить он, – не продолжить ли нам прогулку?
Девушки подхватили его под руку. Шагая между сестрой и Бренной, он повел их к спуску, а затем по широкой извилистой аллее, обсаженной деревьями.
– Не понимаю, как я могла забыть сумочку, – говорила Джейн. – Никогда не отличалась забывчивостью. К счастью, она была именно там, где я ее оставила. Надеюсь, в мое отсутствие Колин не позволил себе ничего лишнего. Ты ведь не повалил ее на траву еще раз?
Только этого не хватало! Колин поморщился.
– На сей раз обошлось, мисс Розмур, – улыбнулась Бренна. – Уверяю вас, он вел себя как безупречный джентльмен.
– Видишь, Колин? Быть джентльменом не так уж трудно.
– Придержите язычок, Джейн Розмур. Мало у меня неприятностей? Так еще собственная сестра намекает на то, что я не джентльмен.
Колин всего лишь дразнил ее, но в душе у него опять заскребли кошки. Он ведь слышал, как сплетничали о нем в буфетной, некоторые даже не считали нужным говорить потише. И у этих сплетниц хватило бесстыдства последовать за ними. В точности как львицы, которых влечет запах крови.
Он-то надеялся, что произошедшее в клубе постепенно забудется и через несколько недель никто ничего не вспомнит. В гостиных будут смаковать новые скандалы. Однако выходило как раз наоборот. По словам Люси, злые языки работали все усерднее. Ему припоминали прошлые прегрешения, украсив их новыми подробностями. Сплетни приобретали просто-таки эпический характер. Теперь он был не просто мошенник. Его заклеймили как распутника, негодяя, даже пьяницу. Наглая ложь!
При встрече на улице старые друзья проходили мимо, едва удостоив Колина парой слов. Дамы воздерживались приглашать его на званые вечера. Гнев и обида стали его постоянными спутниками. Вот и сейчас он ощутил болезненный укол в сердце.
Он должен доказать свою невиновность и разоблачить происки недругов! Иначе жизнь станет невыносимой. Пройдет время, и он защитит свое имя и восстановит честь.
Однако что за игру затеяла Джейн? Она ведь знает, что его репутация погибла и его не принимают в свете. Тем не менее она провоцирует его ухаживания за Бренной, положение которой в обществе тоже не назовешь прочным. Не стоило давать ей повод составить ему компанию. Это Неприлично! Она слишком плохо знает свет, его привычки и обычаи, чтобы судить о последствиях своего опрометчивого решения.
– Мне нужно идти, – выпалил Колин, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Он был очень недоволен собой.
– Не глупи. – Джейн принялась увещевать брата, вцепившись ему в руку. – Я слышала, что они говорят. Неужели ты позволишь им испортить такой чудесный день?
Колин ничего не ответил, щурясь на солнце. Аллея делала крутой поворот, выходя к каналу Лонг-Уотер.
– Пройдемся вдоль канала? – спросил он, пытаясь казаться беспечным, хотя чувство обиды грозило ухудшить его.
– Чудесная мысль, – отозвалась Джейн с явным одобрением. – Посмотрите, там впереди леди Уэллсли. Возможно, мне придется немного задержаться. Я должна кое-что с ней обсудить, но вы можете идти дальше. Встретимся на обратном пути.
– Да уж, ты любишь выражаться прямо, никакой деликатности, так, Джейн? – прошептал Колин, склонившись к уху сестры. Она только усмехнулась в ответ. – Зря стараешься, – добавил он.
Не говорить же сестре, что у него начинает закипать кровь от одной мысли о свидании с Бренной наедине. Черт побери!
Что еще, способное подхлестнуть его игривое воображение, расскажет наивная девушка? Он должен выбросить ее из головы, иначе сойдет с ума. Ни разу в жизни не доводилось Колину испытывать столь нечестивый интерес к невинной девушке. К тому же она скоро, будущей осенью, вернется в Шотландию, напомнил он себе. И ей незачем губить себя, водя с ним знакомство. И это совсем не та женщина, на которой ему следует жениться. Пусть даже она его привлекает, так что с того? Она только и говорит, что о возвращении домой, о жизни в Шотландии.
Проклятие, он теряет рассудок! Совсем недавно Колин полагал, что любит Онорию, думал просить ее руки. И вот не прошло и недели, как он кружит вокруг загадочной шотландской девы, как гончая, вынюхивающая дичь. Может быть, он действительно распутник?
Несколько минут прошло в молчании. Наконец Колин осмелился заглянуть девушке в лицо, затененное оборкой соломенной шляпки. От прогулки ее щеки порозовели, как цветочный лепесток. Сияющие глаза казались огромными под плотной завесой густых ресниц. На губах играла улыбка, и на щеке образовалась восхитительная ямочка. Черты ее лица казались бы вполне заурядными, если бы не сияющие глаза необычного цвета. Разумеется, ревнители моды презрительно поморщились бы при виде веснушек, усеивающих ее нос. Колину, однако, ее лицо казалось восхитительным. Не было смысла это отрицать. Конечно, Бренна не поражала красотой, и свет вряд ли назвал бы ее несравненной. Тем не менее она была прехорошенькой – такая свежая, безыскусная. Ее лицо выдавало ум и чувствительность – он не мог точно определить, в чем тут дело, но не сомневался, что в ней есть и то и другое И ему это нравилось, черт возьми!
– Вы закончили, мистер Розмур? – по-прежнему улыбаясь, спросила она, ни на миг не отрывая взгляда от дорожки.
Колин удивленно вздрогнул, захваченный врасплох:
– Что именно?
– Рассматривать меня, что же еще.
– Не уверен, что понимаю вас.
Неужели он себя выдал? Даже если так, то большинство английских мисс не осмелились бы об этом заговорить.
– Что ж, раз вы не поняли...
– Нет... то есть, я хочу сказать, вы, наверное, оставили в Шотландии немало разбитых сердец?
– Ах нет, сэр! Ни одного, – честно призналась Бренна, ее застенчивость как рукой сняло.
– Едва могу в это поверить!
– Боюсь, это правда. У меня никогда не было желания кокетничать. Да и свободного времени недостаточно. Управлять поместьем – не так легко, знаете ли.
– Но большинство женщин мечтают о замужестве. Судя по разговорам, которые ведет моя сестрица, женщин это занимает намного больше, чем следовало бы.
– Что ж, в один прекрасный день, когда придет время, я выйду замуж. В Лохабере есть мужчины, которых я уважаю, которых знала всю жизнь. Они будут счастливы присоединить Гленброх к своим владениям. Это мужчины, которые работают на своей земле, мистер Розмур, как и я. Мы не можем проводить время в праздности, предаваясь легкомысленным ухаживаниям, до которых англичане большие охотники. – Тон у нее был веселый, шутливый, даже когда она бранила его. – Но когда-нибудь... – Она пожала плечами. – А как вы, мистер Розмур? Уверена, на вашем счету немало побед.
– Проведите день в любой из гостиных Мейфэра, и вам расскажут, что я разбиваю сердца дюжинами. – Колин покачал головой. – Могу только мечтать об этом. Большинство девушек воспринимают меня как брата. Со мной можно танцевать, поверять мне секреты, в то время как их любовь достается тем самым распутникам и повесам, которых они сами же ругают. Вот так!
– Тогда почему о вас рассказывают то, чего нет на самом деле?
– Потому что высший свет предпочитает скандалы правде. Скандалы приводят великосветских особ в восторг. Они изобретают невероятную ложь, чтобы выделиться среди себе подобных. Кстати, в данный момент я – главный герой сплетен, просто фаворит. Я, видимо, должен чувствовать себя польщенным. Бренна покачала головой: