Коронавирус. Хроники скупщика

Глава 9 Рубль с Лениным

Ну, вроде угомонил я немного своего попаданца, успокоил. Может до завтра и надоедать не будет. Втемяшился ему в голову этот коронавирус. Озабочен он, видите ли, эпидемией.

Сейчас можно спокойно и поработать.

О, вроде и первый на сегодня клиент. Лиха, как говорят, беда начало.

– Здравствуйте. Вам что-то подсказать?

– Нет, я сам посмотрю.

Ходит, смотрит. У витринки с монетами остановился. И как залип. Что-то рассматривает. Себе под нос невнятно шепчет. Бумажку из кармана достал – посмотрит на монетки, а затем в бумажку, снова на монетки, снова в бумажку… Умный какой, читать умеет… Сейчас учить чему-то будет… Точно. Накаркал, называется.

– А, вот тут у Вас ошибочка.

– Что за ошибочка?

– А, вот монетки с Лениным Вы очень дешево продаете. Они гораздо дороже стоят. У Вас по десять рублей, а стоят они гораздо больше.

Ага, дороже. И по десять то рублей никто их не берет. В свое время этих юбилейных рублей к столетию Ильича сто миллионов отчеканили, чтобы всему прогрессивному человечеству хватило. Каждому негру преклонных годов…

– Ну, просветите, нас темных. Сколько она стоит, такая монетка. Ценник то не долго переписать.

– Ну, не каждая, вроде, а некоторые…

Вот уже не каждая… Надо послушать – какая.

– … в семидесятом году правительство СССР решило сделать своим гражданам подарок. В каждую стотысячную такую монету заложили изумруд весом в один карат…

– Может бриллиант?

– Да нет, мне точно говорили – именно изумруд.

– Хорошо, изумруд. А как узнать, в какую?

– Надо на голову Ленина сильно нажать, он рот и раскроет. Тут изумруд и выпадет. Сам слышал – находили. Одна женщина в Свердловске даже два нашла.

–А, ну, давайте понажимаем. У меня вон их целая коробочка, штук сто, наверное. Может чего и выпадет.

– Он не сразу выпадает. Сначала Ленин должен рот открыть…

– Так…

– … изумруд то он в зубах держит. Крепко. Надо подождать немного, пока он изумруд изо рта выпустит.

– Какие проблемы – давайте попробуем. Если найдем изумруд – продадим и деньги пополам.

Коробку из витрины достали. На голову вождя мирового пролетариата понажимали. На каждой монетке. Ничего не выпало. Не счастливые монетки попались. Без изумруда.

Снова походил по лавочке моей данный гражданин. Посмотрел, повздыхал. Опять подходит. Неймется ему.

– А, Вы, знаете, что рубль с Владимиром Ильичом очень ценится в африканском государстве Лесото.

– Ну откуда мне знать, я только в Египте один раз и бывал. Про Лесото таких тонкостей не ведаю.

– А, вот знать бы надо. Одна из их наград в точности повторяет наш рубль с Лениным.

– Может не этот. В СССР на пяти разных рублях Ленин изображен.

– Нет, именно как этот рубль.

– Ну и как же там наш рубль с Лениным ценится?

– Стоит он там не меньше тысячи американских долларов. А если где – то в глубине страны, то еще дороже.

– Вот не знал. Пожалуй, снимаю их с продажи. Надо их в Лесото везти, а мы то тут за копейки продаем…

– Вот, правильно. Да у Вас их всего-то сотня. Это мало. Послушайте, у меня с собой более трехсот таких рублей. Отдам недорого – по триста рублей за штуку. Вы там, в Лесото, продадите – по тысяче долларов. Смотрите, какой навар. Разбогатеете.

– А, сами почему в Лесото то не поедете?

– Секретный физик я. С советских времен и до конца жизни не выездной. У меня даже паспорт секретные службы давно отобрали, чтобы секреты за границу не вывез…

– Я может бы и купил, да касса пустая. Недавно открылся. Ничего еще не наторговал…

– Хорошо, пойду в другое место. Антикварок то у нас в городе много, может где и возьмут.

– Всего Вам доброго. Успехов.

– До свидания. А может купите? Рублей по тридцать.

– Нет, спасибо, совсем в кассе пусто. До свидания.

Ушел. Во – сказочник. Хотя в свое время такие рубли и скупали. Китайцы. Ну куда же без них. Правда, давно это было. В девяностые. По весу и размеру, говорят, подходили они к автоматам в Макао. Мешками вывозили. Только быстро эта халява закончилась и никому особо они стали не нужны. Так, как сувенир, возьмет иногда интурист. Для прикола.

Еще как-то был слух, что на монетном дворе перепутали и несколько дней чеканили эти рубли из платины. Байка еще какая-то про Швейцарию была, и про Японию, и про Штаты…

Не стал я менять ценник на этот рубль. Так и оставил по десять рублей. Может хоть так кто купит. В поисках изумрудов.

Когда домой уже ехал, по радио передали, что тысяча семьсот шестнадцать медицинских работников в Китае заражены коронавирусом. Шестеро из них умерло. В прямом смысле – сгорели на работе. Жалко.

Глава 10 Шиповские раритеты

Вот и 15 февраля наступило – всего две недели зимы только осталось, а там и весна… Хорошее время – самое любимое. Почему? А потому, что за ней – лето.

Пока вода в чайнике кипятится, включим телевизор. Новости с Совом посмотрим, а то он уже пятнадцать минут покоя не дает. Что там с вирусом? Что там с вирусом? Микробиолог, нет – вирусолог, новоявленный.

Так, РБК. Бегущую строку смотрим. О, как раз то что надо. Число умерших за сутки сто сорок три человека. Ну что, бывало и больше. Но и это не сильно хорошо. Всего с начала эпидемии уже тысяча пятьсот двадцать три смерти. Общее количество подтвержденных случаев заболевания почти шестьдесят шесть с половиной тысяч. Восемь тысяч девяносто шесть пациентов вылечилось и выписано из больницы.

Так, но не все ведь китайцы, заболев, в больницу обращаются. Сильна у них до сих пор народная и традиционная медицина. По заветам предков многие начинают лечиться. А уже потом, когда данное лечение не помогло, к научной медицине обращаются. Такая у них своеобразная, медицина с узкими глазами.

Под наблюдением находится сто шестьдесят девять тысяч человек, контактировавших с заболевшими. А кто знает, болен идущий тебе навстречу по улице или нет? Или в магазине, рядом с тобой, яблоки выбирающий. Под маской не видно. Да и инкубационный период большой. Ох, грехи наши тяжкие… У нас бы как такое не началось.

А вот и что-то новенькое – жителям Уханя ограничили выход из своих микрорайонов – ужесточают карантинный режим. КПП организовали. Теперь выйти из своего микрорайона можно только имея веские основания – например указания врачей.

Вот еще. В провинцию Хубей направили двадцать семь медицинских бригад, в составе которых насчитывается двадцать пять тысяч шестьсот тридцать три врача. Это только еще гражданские врачи. В это число не входят военные врачи, которых направила армия.

Все – выключаю источник знаний. Бегом, бегом на работу.

О, а тут уже клиенты ожидают. Причем двое. Нетерпеливые какие. До открытия магазинчика еще почти пятнадцать минут, а они уже здесь. Ну что, клиент всегда прав, запускаем торопыг в торговый зал.

– Добрый день. Самому первому посетителю – все наше внимание.

Ноль внимания. Сами по себе ходят, смотрят…

Интересное зрелище.

Гуськом таким передвигаются.

Впереди дама высокая, крупная, пальто моды нулевых, аж в обтяжечьку, вот-вот лопнет или рукава отвалятся. Вся плотная такая – хорошо, наверное, кушает, да и наследственность не подвела. Гренадер просто, косая сажень в плечах. Взгляд суровый, хмурый, ну как у Урфина Джюса с иллюстраций в соответствующей книге…

За ней, как ялик за баржой, мужичок мелкий семенит. Он, по виду, в данной паре – никто, и звать его ни как. Худенький, потертый какой-то. Замухрышка.

– Деньги берете?

Вот так сразу. В лоб. Суровым таким голосом. Без каких-либо прелюдий.

В другой бы ситуации может и пошутил. Мол, кто в наше время от денег отказывается. Но тут вижу – не прокатит. Не тот случай. Могут не понять.

– Выборочно. Только то, что пользуется спросом.

– Доставай.

И на мужичка даже не сморит. Так, бросила слово в пространство. Кто обязан услышать – услышит.

Засуетился мужичок. Зашуршал старой газеткой, где они их только берут такие. Похоже, газетка чуть ли не со стенограммой выступления Молотова… Вся желтая такая, ломкая… С коричневыми пятнами.

– Вот, императорские бумажные денежные знаки. Дошли до нас из прошлого, сквозь время и пространство… Мы, как интеллигенты, хотим передать в хорошие руки… За достойное вознаграждение, соответственно…

О загнул, мне бы так уметь… Сквозь время и пространство… Жаль, я интеллигент от слова телега, то есть в первом поколении, а тут порода чувствуется…

Это Сов Арт мне в голову сквозь время и пространство чудесным образом подселился… Попаданец, ети его…

А тем временем мужичок, под пристально-суровым взглядом дамы, выкладывает пачку бон. Весьма потрепанных и замусоленных, рваненьких таких… Тесемочкой перевязаны. Розовенькой. Выцветшей.

– Вот. В семье несколько поколений от отца к сыну передаются. Мне от покойного папеньки остались. В наследство, так сказать. Боны девятнадцатого века. Раритеты. Дорогие очень.

Ну, посмотрим, что за наследство. Раритеты. Папенькины.

Так, пачка рублей образца 1898 года. Смотрим серии.

Все с вами, потомственные интеллигенты, понятно.

Серии от НБ-311 до НБ-400, и от НВ-401 до НВ-524.

Это уже все выпуски советского правительства октября – декабря 1917 года. Попалось еще несколько штучек эпохи Керенского, но все рвань такая… Императорских, если по сериям судить, ни одной. Все шиповки, других управляющих нет.

Хоть бы одна рублевая бона с подписью управляющего Плеске попалась, или Тимашева, или Коншина. Один Шипов сплошной. А Иван Петрович Шипов управляющим с четырнадцатого года только был… Вот, печалька… Такие бумажки почти в каждой семье имеются. Ну не в каждой, конечно, но много их.

Как-то надо аккуратно от этих сдатчиков отбояриться. Мусор, ими принесенный, никому не интересен. Разубеждать их, что данные боны не девятнадцатого века, а банальный семнадцатый год века двадцатого, выпускавшийся в колоссальном количестве большевиками и Временным правительством, нет смысла. Там ведь написано – 1898. Значит – девятнашка.

Если уж за многие поколения в семье не разобрались, чем владеют… Это уже не лечится. Да и я – не доктор.

А тетка, еще и в лоб даст, в ярости от несбывшейся мечты реализовать за хорошие деньги раритетное наследство. Были случаи. Не со мной. Правда, мужики рассказывали.

– Извините, бонами наш магазин не торгует. На данном товаре не специализируемся. Тут огромные специальные знания нужны. А я – увы и ах. Вы на центральный рынок сходите. Там в павильончиках специалисты имеются. Оценят и выкупят достойно.

Да и правда. Альбомы с бонами у меня на виду не лежат. Не так часто их и спрашивают.

Тетка взглядом замухрышке дала понять – пакуемся и уходим.

Ни спасибо, ни до свидания. Сложили раритеты свои в газетку, повернулись и ушли. Интеллигенты все ж. Чего с мелкотой лавочной беседовать. С убогими.

Мужичонка, правда, уходя, в дверях уже – подмигнул.

Ну, вероятно, не просчитал я его до конца, не понял… Ох, и жук…

– Сергей, что это было?

Это опять космодесантник мой о себе дал знать.

– Люди заходили, Сов, с раритетами… Шиповскими.

Отработал еще день. Немного продал, по мелочи купил. Не шатко, не валко.

Домой приехал. У подъезда две старушки стоят. Беседуют. Прислушался – про Китай, про коронавирус, про круизные лайнеры, где все скоро уже заболеют и которые никуда не пускают… А может они тоже, как Сов Арт – попаданцы, эпидемией интересующиеся…

Глава 11 Воскресенье

Вышел утром покурить к подъезду – дома и на лоджии не курю, только на улице. Привык. В помещении даже не курится. Около урны маски разовые медицинские валяются и бахилы синенькие рядом с ними лежат. Кто-то от коронавируса, вероятно, спасается.

Хотя, в средствах массовой информации сообщают, что маски не особо от коронавируса и защищают, да и менять их надо через каждые два часа… Говорят, что только уже больные их должны носить, для того чтобы не распространять вокруг себя инфекцию.

За завтраком – новости. Скоро уже как у павловской собаки рефлекс выработается – что там с эпидемией происходит, какова динамика заболевших, умерших, поправившихся?

Так, за сутки в Китае от коронавируса погибли сто сорок два человека, тысяча триста двадцать три человека выздоровели и выписались из больниц. Общее количество жертв коронавируса в КНР составило одну тысячу шестьсот шестьдесят пять человек. Вылечить с момента начала эпидемии удалось девять тысяч четыреста девятнадцать человек.

По всему миру вирус обнаружен у более чем шестидесяти девяти тысяч человек. Большинство зараженных за пределами Китая к 16 февраля выявили в Японии – триста тридцать восемь…

Лайнер еще стоит у берегов Японии, выявленных заболевших на нем триста пятьдесят пять… Во покатались туристы, мир посмотрели. Не хотелось бы мне оказаться на таком лайнере, даже бесплатно…

Дальше смотрим. Так, больницы в провинции Хубей. Лечатся в этих больницах тридцать девять тысяч четыреста сорок семь пациентов, в критическом состоянии тысяча девятьсот пятьдесят семь человек… Чума двадцать первого века какая-то.

В России все хорошо и прекрасно. Что и радует.

Паника на Гавайях…

Всемирная Организация Здравоохранения затрудняется с оценкой дальнейшего развития эпидемии…

За сутки в Китае выявлено две тысячи девять новых заболевших… Ну, это уже не как несколько дней назад, когда сразу по пятнадцать тысяч выявляли… Динамика положительная… Не даром такие меры принимают. Молодцы китайцы.

Первый в Африке пациент с коронавирусом оказался гражданином КНР…

Китай вводит смертную казнь за сокрытие симптомов коронавируса…

Запрет властей Китая пользоваться общественным транспортом людям с кашлем и температурой… А что, очень правильный запрет, у нас тоже такой надо ввести. Весьма полезно будет.

Власти США распорядились подготовить армию к пандемии короновируса…

Ну вот, пока завтракал, все новости про коронавирус узнал.

Снова пошел покурить. Воскресенье сегодня – лавка моя на клюшке. Смотрю – мужик из соседнего подъезда бежит, в обеих руках пластиковые мешки с чем-то легким. Мешки большие, а тащит без труда, даже не запыхался.

– Ну, чем затарился, сосед, с утра пораньше?

– В Гонконге, сообщают, из-за коронавируса туалетная бумага закончилась. Вот, сходил, купил, пока у нас есть. А то потом не будет. Пусть лежит, что ей сделается.

Да, смекалист и запаслив у нас народ. Самому что ли сходить купить? А то вдруг, все раскупят. Вещь и правда нужная. Не, лениво. Специально идти не хочется. Надо сегодня отдохнуть. Кто хорошо отдыхает, тот хорошо и работает.

Ага, отдохнул.

Константин, скупщик мобильный, беспокоит по сотовому. Предложили статуэтки, как говорит, советского периода… Сомневается в их подлинности. А что – правильно делает, что сомневается. Сегодня, что в магазинчиках антикварных, что с рук – подделок масса. Причем подделывают не только редкие и дорогие статуэтки, но и рядовые. Есть, наверное, в этом какой-то смысл, нам пока не понятный…

– Привет, Константин. Даже в выходной день от тебя покоя нет. Что узнать то хотел?

– Сергей, по каким ты признакам новоделы определяешь? Вроде и не редкие статуэтки, но что-то смущает. Сам не пойму, что. Просто не нравится что-то.

– Не нравится – не бери.

– Цена нравится, денежки надо зарабатывать. Трудно это в последнее время стало. Кризис.

– Так, ладно. Проконсультирую. Учишь вас, учишь… Только толку от этого немного. Помнишь, пионерку приволок на позапрошлой неделе… Фантазийная статуэтка, такой в природе не было, а ты – старый ЛФЗ, старый ЛФЗ… Правда там на донышке ЛФЗ в гараже каком-то действительно нарисовали…

– Ладно тебе, сам что ли не ошибался.

– Согласен, все время от времени маху дают.

– Во-во.

– Хорошо. Первое – раскраска. Старую школу сымитировать практически невозможно. Сейчас мазок не так как раньше делают. Да и на лицо посмотри, какие лица рисовали в СССР и сейчас. Небо и земля. Тогда были лица, а сейчас… Даже слов не найду. Ну и яркость красок. Со временем краска тускнеет. Да и картинку из каталога посмотри. Интернет то, есть у тебя там? Сравни, как раскрашена фигурка в оригинале.

– Есть, сейчас электронный каталог гляну.

– Ну, сам ведь все знаешь…

– Одна голова – хорошо…

– Второе – форма и деталировка статуэтки. Размер. В каталоге размер, как правило, указан. Возьми линеечку, не поленись измерить. Проработка деталей, особенно пальчики и прочая мелочь. Новые чаще всего как обмылки. Ручка вроде на месте, а пальчиков нет… Все как-то сглажено, зализано. Нет проработки.

– Хорошо.

– Ну и клеймо глянь – форма, размер, цвет, над или подглазурно. Да и само донышко. Не отличается ли от оригинала. Вот вроде и все основное. Но сам понимаешь, не подержав в руках – сказать трудно. Что хоть предлагают, если не секрет?

– Филипка и зайчиху, ну ту, которая с платочком танцует.

– Одни из самых подделываемых. Смотри внимательно. Сейчас так делают – коллекционер не отличит.

– Во, и я о том.

– Все, у меня выходной. Сам умный, не первый год при комбайне. Разберешься. Давай, пока.

– Пока.

А ведь и не откажешь в консультации. Как уже говорилось – Константин – человек нужный.

Тот же день. Вечер. Ужин. Телевизор. Интернет.

Несколько регионов Китая объявили военное положение из-за коронавируса…

Китай объявил коронавирусу народную войну…

… момент, когда распространение болезни можно было подавить в зародыше, был безнадежно упущен…

… приостановлено автобусное сообщение между шестнадцатью провинциями страны…

… массовое возвращение трудящихся на предприятия может ухудшить и так не простую ситуацию…

… вероятность повторно заразиться короновирусом очень высока… при этом пациенты умирают от сердечного приступа… когда они заболевают повторно, выработанные организмом антитела не только не помогают, но даже ухудшают ситуацию…

… вирус увеличил инкубационный период до двадцати четырех дней…

… сто евро на борьбу с коронавирусом передал послу Китая на Коморских островах президент общества коморско-китайской дружбы… на приобретение медицинских масок… … этим жестом наша ассоциация хочет показать китайскому народу, как сильно жители Коморских островов им сопереживают…

И вот так на многих каналах, сайтах, блогах…

Пойду ка я спать. Ну его. Завтра работать.

Глава 12 Вилки-ложки

Что-то затихарился мой попаданец, сидит себе, чем – то занят, для себя интересным… Ну, слава Богу, хоть от дел не отвлекает.

А может с ним что-то случилось? Распадаться вдруг начал в моей голове или еще что. Спрошу.

– Сов, у тебя все нормально? Что-то тебя давно не слышно.

– Все хорошо.

– Чем занят?

– Твои институтские лекции и учебники просматриваю.

– Опа-на. И где ж ты их нашел?

– В памяти твоей, Сергей, все хранится, все что видел, слышал, ощущал… Я же учится после службы хотел. Но видно не получится. Вот и компенсирую. Решил пройти курс вашей высшей школы. Кстати, довольно интересно. И много нужного вам читали. А применял ты на практике, ну, когда работал, едва ли несколько процентов всего…

– Учись, не жалко. Лишь бы в радость. А про эпидемию что больше не спрашиваешь?

– Все что ты читаешь в вашей глобальной сети или смотришь по телевидению, мне сразу становится известным. Ты сам уже, без моих напоминаний, данной проблемой заинтересовался.

– Это точно. Эпидемия сейчас в топе новостей. Ну хорошо, учись. Мне при случае чего подскажешь для дела. Из основных или вспомогательных дисциплин.

Ну, с попаданцем своим поговорил, сейчас завтракаем и смотрим новости…

В Гонконге вооруженные грабители похитили шестьсот рулонов туалетной бумаги. В шесть часов утра, трое в масках. Ну там они сейчас все в масках. Рвутся, видимо, из-за эпидемии логистические цепочки в снабжении, по ряду товарных групп формируется дефицит… Вот и грабят для себя нужное. То ли еще можем увидеть.

Так, есть и позитив – по официальным китайским данным сокращается доля тяжелобольных, было шестнадцать процентов, а на сегодняшнее утро стало семь и две десятых. Кто ж экстенсивные показатели в динамике сравнивает, это то же самое, как сравнить половинку маленького яблочка в начале лета и половинку большого яблока в начале осени. Вроде на бумаге одинаково, а на самом деле – большая разница. Для анализа динамики явления применяют сравнение интенсивных показателей, ой темнота… На семинаре по математическому моделированию процессов дремал видно сей автор официальных данных…

Еще одна вроде хорошая новость – Китай нашел лекарство, которое, возможно, сможет победить коронавирус. Мне кажется, что ключевое слово здесь – возможно. Или они большие молодцы.

На сегодня – инфицированных в мире всего – семьдесят одна тысяча триста двадцать семь, из них в КНР – семьдесят тысяч пятьсот сорок восемь. Получается, что почти все больные в Китае сконцентрировались. Умерших от коронавируса, опять же всего – одна тысяча семьсот семьдесят пять, за прошедшие сутки в провинции Хубей умерло сто человек. Новых случаев заражения коронавирусом тысяча девятьсот тридцать три, девяносто процентов – Ухань. Ой не надо вирус из Китая выпускать, а то наделает он дел в мире… А если эпидемия в Африку перекинется, совсем там будет не радостно – здравоохранение африканское сегодня лучшего желает. Это еще мягко сказано.

Дальше смотрим. Опять успокоительная новость – выписано из больниц в течение суток тысяча четыреста девяносто пять пациентов, а всего выздоровевших на 17 февраля – десять тысяч восемьсот сорок четыре.

Вроде официальные китайские данные говорят о стабилизации процесса. Но это только официальные данные. Что-то им аналитики из других стран не очень верят.

Так, еще чего сообщают. В Китае на настоящий момент изолировано не менее семисот шестидесяти миллионов человек, помимо армии и полиции в ликвидации эпидемии участвуют еще не менее одного миллиона в качестве добровольцев… Это уже американцы пишут. Во масштабы работы, вызывает уважение…

А вот это надо запомнить. Вдруг пригодится. Китайский коронавирус живет на зараженных поверхностях до девяти дней… Ага, а умники то фурами из Китая помидоры и огурцы к нам везут…

Все, хватит на утро новостей. Работать. Работать. И еще раз работать.

А от работы сегодня, все сплошные отвлечения.

Только лавочку открыл, скупщики заявились. Вроде и не холодно сегодня, а погреться, с их слов, зашли. Стоят, байки травят. Кто где что ломанул у лоха педального. Между делом прислушиваюсь – информация, она никогда лишней не бывает.

О, еще один заявился. Из того же племени. Николай. Сияет, как самовар начищенный. Довольный. Счастливый. Поимел, никак, что-то на халяву.

– Привет, Коля. Что такой счастливый? Аж светишься.

– Бомжи вилочки с ложечками подогнали. Восемьдесят четверочку. Не сильно и поеденную.

– Ну, красавец. Дорого?

– Не. Прикормил тут я немного бомжиков, ну что по бакам окрестным шарятся. Что старенькое найдут, что б мне все несли. Так, сформировал некоторый поток. То стульчик венский, то книги дореволюционные подгонят… То еще что. Народ у нас сегодня богато зажил, много чего к баку несут. Я, понятно не все беру – только нужное, что продать можно.

– С темы то не сходи, дорого вял? Сколько за грамм получилось?

– Какой за грамм. Как мельхиоровые взял. Они ж не шарят. Шесть ложек и шесть вилок взял за триста рублей. На бутылку дал, короче.

– Бога не боишься, Коля. Обманул бедных. Карму себе испортил.

– Хлебниковские ложечки и вилочки. Как уже говорил – почти не еденные. Патинка приятная.

– Поди еще с эмалями? У меня как-то солоночка Хлебникова проходила, с эмалями, вот где красота то…

– Не, без эмалей. Но работа хорошая. Не простые весла.