В чужую юность. Хроники скупщика

Глава 14 Барахолка

Постепенно все устаканилось, вошло в режим обыденности. Днем Володя на подготовительные курсы ходил, в качалке местной мышечную массу наращивал. Вечерами с Колей к бетонным блокам выдвигался, с абитурой продвинутой общался. Даже уже в соседнем общежитии на дискотеке побывал. Фармацевтического института та общага была, контингент проживающих на сто процентов женский, так что там ему с Николаем были всемерно рады, а на будущее – приглашали почаще заглядывать. Ну, а кто бы отказывался.

Сегодня с утра и после обеда занятий на подготовительных курсах не было – воскресенье, оно и в СССР выходной день. Решили Володя с Колей местную барахолку посетить для расширения кругозора, а также прикупить что-нибудь, если подвернется. Нет, так-то им вроде и ничего не надо, но было принято совместное решение об именно таком воскресном времяпровождении. Сходим мол, отметимся, галочку поставим.

Постановили – выполняем. А народу то, как на первомайской демонстрации. Влились в поток и пошли по рядам.

Пакеты предлагают с изображениями мужских и женских задниц, плотно импортными джинсами обтянутых. Продавцы все больше цыганской национальности, женского рода в основном. Но рядом и мужички их размещаются, охраняют и контролируют процесс. Вставляешь в такой пакет обыкновенную отечественную пластиковую сумку по размеру и ходи себе такой модный. Можно его даже постирать, если запачкается, но только весьма осторожно, чтобы изображение забугорных синеньких порточек не стерлось.

Дипломаты-мыльницы еще продаются. Удобная вещь для студента. Учебники и конспекты можно в оных чемоданчиках в пространстве перемещать, а также на лекции, положил дипломат на колени – вот, тебе и столешница готовая, на весу то записывать в тетрадь мудрые высказывания профессора не особо удобно. Повертели мы с Николаем эти дипломаты, поприценивались, замочками пощелкали. Решение такое в отношении их приняли – пока покупать не будем, а как только поступим, приобретем себе данные нужные вещи обязательно. Самые большие брать не будем, сильно тонкие – тоже не особо для студента-медика удобные. Сошлись во мнении о мыльницах среднего размера – и книжки войдут, и вторая обувь с белым халатом в такой дипломат уместится.

Обувью здесь тоже торговали, но для нас она пока актуальным товаром не являлась, так что мы ее даже и смотреть не стали. Свои конечки пока еще не сносили.

Ну, и конечно, королем барахолки являлись джинсы. Культовая вещь. Упаковал свои чресла в оный продукт западной цивилизации и человеком себя почувствовал, над толпой возвысился, облаченной в брюки отечественного швейпрома.

Джинсы на барахолке предлагались разные – и мужские, и женские, новые и поношенные, разной степени голубизны и фирменности. Были и явные самостроки, пошитые на просторах любимой Родины, и результат деятельности легкой промышленности стран социалистического лагеря, ну и контрабанда с территории загнивающего капитализма присутствовала.

Бывшими в употреблении штанами и куртками из денима торговали довольно открыто, стояли, перекинув их через руку или набросив на плечи. Про новое изделие, чаще всего, сообщали вербально и приглашали примерить в тихом, укрытом от лишних глаз месте.

Так, а чем это Володя заинтересовался? Куда Николая из тряпочных рядов в сторонку тянет? Мужички какие-то вида подозрительного там кучкуются, что-то мелкое через увеличительные стекла некоторые даже рассматривают.

О, в правильное место сердце Володю привело. Говорил ведь я уже себе как-то, что наш это человек. Уголок этот на барахолке будущие владельцы антикварных салонов и аукционов себе облюбовали, ну а пока с земли или с ящика из-под лимонада торгующие. Но, поднимутся, конечно, далеко не все из здесь присутствующих. У кого-то из них и получится себе первичный капиталец сколотить, а кто-то и на лесоповал не по своей воле отправится.

С высоты двадцать первого века, здесь, конечно, бедненько. Но, кое-что и имеется. Не туда всё, Володя, смотрит. Бросился иностранную мелочь рассматривать. Барахло это, Володя, мусор голимый. Лучше бы ты императорскую Россию посмотрел, имеются здесь интересные экземпляры. Нет, коробочки с алюминием стран народной демократии его привлекли, латунные и железные кругляшки все перебирает, цены спрашивает. Как ворону, цветные стекляшечки, его привлекают. Нуждается парень в постановке на правильный путь, ой нуждается. Ну, хоть не накупил дребедени разной, и то вперед. А, то, что в ценах ориентир получил, это хорошо. Маркетинг, он везде нужен.

А вот это и меня заинтересовало. Мужчинка, вида прохиндейского, ценниками на советы торгует. Изготовлены они в фотолаборатории, переснята табличка машинописная, а потом уже размножена на фотобумаге. Размерчик не большой – как пачка сигарет, экономическая эффективность и здесь рулит, но цены на все монетки с двадцать первого по нынешний семьдесят девятый вполне различимы. Надо Володе ненавязчиво внушить необходимость приобретения сего источника знаний. Внушаю, хотя и с трудом, цена то на ту фитюльку малоразмерную не так и мала по местным меркам – целый рубль, но поддался он моей установке, купил ценник. Верно поступил, информация, она всегда денег стоит.

Коле тут не интересно. Утащил он довольно быстро Вову из данного угла барахолки. Опять ребята к шмоткам двинулись. Но, ничего, Володя сам уже сюда теперь дорогу знает, может и один в следующий раз сходить, а уж я его стопы в данном направлении и направлю.

Глава 15 Про лаборанта-миллионера

Раньше бы сказал, что мысль какая-то в голове у меня бродит, а прийти и четко сформулироваться никак не может. А сегодня то и головы у меня нет, осталась она вместе с моей тушкой в двадцатом году двадцать первого века…

Как там, Константин, еще интересно мне, поживает, сошла на нет уже там у них пандемия или все еще продолжается? Победили уже коронавирус или он нас по всем фронтам бьет? Вопросов в моем сознании возникает много, но ответов на них, я скорее всего уже никогда не получу.

Чем-то меня этот ценник на советы, отпечатанный на фотобумаге зацепил. Ассоциируется он у меня с чем-то или с кем-то. Понять не могу. Что-то вертится, такое из прошлого, а картинка не складывается. Так, помыслим еще раз. Информация по ценам на монеты. Фотобумага. Пермь. Медицинский институт. Мужичек прохиндейского вида. И тут сложился у меня пазл.

Георгий, черти бы его в котел унесли, рассказывал нам с Константином как-то, еще в той жизни, что где-то на рубеже семидесятых-восьмидесятых годков двадцатого века, в моем это сейчас времени как раз, в Перми соответствующими органами был выявлен подпольный миллионер, сколотивший свое состояние на скупке антиквариата и драгоценных металлов. Сей гражданин образ жизни вел весьма скромный, работал лаборантом на одной из кафедр Пермского государственного медицинского института. Не чурался фотодела, вел съемки различных мероприятий кафедры, факультета и вуза. В предосудительном ничём замечен не был, дорогостоящих пороков не имел и долгое время рассматривался окружающими как достойный член советского общества. Как и у многих, имелись у него некоторые прибабахи, но у кого их нет?

Как учит нас история, все тайное когда-то становится явным. Погорел, как Георгий рассказывал, этот мужик на какой-то ерунде. Точно на чем, Георгий не знал, но взяли его плотно за жабры. Причем, так обложили, что ни самому ему скрыться нельзя, ни добро, многолетними комбинациями нажитое, от рук социалистической законности укрыть невозможно. Рисовалась там посадка длительная с полной конфискацией. Жаба мужика того задушила, причем, в полном смысле этого слова. Руки он на себя наложил путем повешения, ушел из жизни через странгуляционную механическую асфиксию. Перед этим, картины, кистей известных, порезал, иконы ценности неимоверной – топором порубил, монеты редкие – напильником попортил… Ну и так далее, по всему списку. Чтобы никому его добро не досталось.

Но суть и поучительность рассказа Георгия не в этом заключалась. Не с того разговор его с нами начался. А вещал он мне и Костику о необходимости иметь каталоги и прочую справочную информацию по антиквариату, черпать из данных источников знания о деле нашем многотрудном. Так ведь и поднялся тот пермский лаборант. Доступ он имел к каталогам свежим по ряду направлений коллекционирования, в антиквариате весьма прилично разбирался. Не воровал, не грабил на большой дороге, а просто за дешево покупал то, что на самом деле дорого стоит. Он то истинную цену редкостям знал и неведением других в своих интересах пользовался. Знание – сила, так нам Георгий глаголил. И ведь прав был, пёс смердячий, голову мою под трубу стальную подведший.

Уж не тот ли лаборант-фотолюбитель Володе сегодня ценник на советы на фотобумаге отпечатанный и продал? Ведь, нужны ему были для своих приобретений хотя бы минимальные финансовые ресурсы, не занимался он производством билетов Госбанка СССР длинными зимними вечерами. Приглядеться бы к этому мужичку с барахолки повнимательнее надо. Варианты, они всякие бывают…

Нет, ничего типа грабь награбленное, Володе я советовать не буду. Не прокатит это со вчерашним советским десятиклассником. Но, как бы поделиться его сподвигнуть, лаборанта-миллионера, это было бы не плохо. Что б сам он килограмм-другой десятирублевок рыжих Вове презентовал, все равно ведь в скором времени он их напильником в лом превращать будет.

Как Константин говорил – мечтать не вредно, вредно не мечтать. Куда-то полет мысли, меня – колобка без рук и ног – далеко сегодня занес. Так и до плохого можно додуматься.

А за мужичком тем, с барахолки, понаблюдать бы надо, не тот ли он лаборант мединститутовский…

Пока то все равно, это выяснить нельзя. У студентов каникулы, сотрудники кафедр отправлены в свой очередной ежегодный отпуск, вот с сентября Володя приступит к занятиям, там и проведем разведку на кафедрах. Лаборант тот, вроде, с какой-то теоретической кафедры был, что на начальных курсах будущие врачи проходят.

Глава 16 Шабашка

СССР – это страна плановой экономики и дефицита. Планировать – это хорошо и правильно, планирование – это подготовка сегодня к завтрашнему дню. Никто и не возражает против планирования, главное – чтобы оно было не с потолка, а имело научную основу.

Большие белые буквы на кумачовых полотнищах в то время гласили, что планы партии – это планы народа, но этот самый народ иногда забывали спрашивать о его нуждах и потребностях, планирование осуществлялось директивно и сверху, то есть чаяния отдельных личностей не учитывались вообще или очень обобщенно. Это и была не единственная, но одна из причин возникновения дефицита чего-либо.

Спустимся с небес на землю, от макроэкономики перейдем к микроэкономическим процессам и явлениям. Вчерашние десятиклассники, а ныне слушатели подготовительных курсов при медицинском институте, всю свою сознательную жизнь проведшие в рамках семьи, где их родители худо-бедно обеспечивали им кров и стол, а также решали финансовые проблемы повседневной жизни, в большинстве своем деньги тратить пока еще не умели. Нет, достать из кармана некоторое количество денежных единиц в магазине – на это их хватало. Но вот распределить траты во времени, чтобы до определенного момента денежек на всё хватило, это умели не все. Дефекты планирования своих расходов приводят к дефициту финансовых ресурсов. Володя ничем от своих сверстников не отличался, на третьей неделе обучения на курсах с деньгами прижало и его. Нет, он не голодал, но финансовая стесненность имела место быть. Причина дефицита денег была проста – подарков он домой накупил, да не соразмерил свои возможности немного…

Занятий после обеда сегодня не было, и мы с ребятами двинули в общагу. Восьмилитровая кастрюля супа была еще на половину полна, хотя, если честно сказать, супец собственного изготовления нам уже порядком поднадоел. Кулинарными талантами у нас в комнате никто не страдал, варили, чтобы было погуще. Иногда еще наше варево подгорало, так как в погоне за калорийностью его консистенция скорее напоминала кашу, чем что-то супообразное.

При прохождении вахты в общежитии, мы были остановлены весьма актуальным на сегодняшний момент предложением – а не нужны ли нам деньги. Ничего себе, заявочка. Риторический, так сказать, вопрос. Оказывается, время от времени хозяйствующие субъекты социалистической экономики, при временном дефиците рабочей силы, обзванивали студенческие общежития и приглашали проживающих в них немного поработать. Если уж сказать по-простому, то на вахту сегодня звонили с одной из баз, где пришли вагоны с яблоками и их надо было разгрузить. Восемь человек, пришедшие раньше нас уже умчались на шабашку, надо еще четверых. Нас как раз четверо, вот нам и поступило предложение. Не долго думая, дружный коллектив нашей комнаты дал свое согласие, вахтер перезвонил работодателю, нам вручили бумажку с адресом и кого спросить.

Быстренько переоделись и вперед, на заработки. На вахте опять же были остановлены еще одним вопросом. Бабушка-вахтерша поинтересовалась, взяли ли мы рукавицы – это раз, а самое главное – где наши сумки, это два. Рукавицами мы не располагали, поэтому получили добрый совет где их на той базе попросить, а то ведь если сам не попросишь – никогда добровольно не дадут, а руки то у нас не казенные. Поблагодарили за наводочку и про сумки спросили. Тут нас просветили на предмет сумки грузчика. Оказывается, что кроме денежного вознаграждения, мы в эти самые сумки еще можем себе положить, хоть тех же яблочек. Но, не сильно много, надо и честь знать. Сумка эта должна быть не прозрачной, приличия то надо все же соблюсти. О как. Но, иногда могут ту сумку и проверить. Ничего страшного. В тюрьму еще никого не посадили. Снова поблагодарили бывалую вахтершу и за сумками в комнату на свой этаж поднялись.

Выгружать яблоки из вагона – здесь ума много не надо. Сила нужна. Бери ящик да на машину грузи, которая к дверям вагона подогнана. Это нам так сначала казалось. Посмотрела работница той базы, как мы выгружаем, обозначила нас придурками и на примере показала, как надо. И, правда, так гораздо легче и удобнее. В любом деле есть свои хитрости и нюансы, даже в разгрузке яблок.

Потом мы эти самые яблоки, грузили-грузили, грузили-грузили… Каждый последующий ящик все тяжелее становился, да и ходить с ним стало дальше – от дверей то вагона до кузова машины рукой подать, а потом то ящики надо было через весь вагон таскать, вернее через пол вагона…

Разгрузили на четверых два вагона. Наработались с непривычки до посинения. Это если каждый день грузить-разгружать, то постепенно втянешься. А у нас то это, можно сказать, разовое мероприятие. В общем – не легко нам те денежки достались и наполненные сумки. А, что – сумка грузчика – это святое. Пригласили и на завтра поработать, но ребятки мои из комнаты что-то особого желания не проявили, а один ведь не пойдешь…

Когда в общагу пришли, я бабушке-вахтерше яблочек отсыпал, сам то в процессе разгрузки я их уже вдоволь наелся, а она пусть тоже даров Молдавии попробует. На будущее еще с ней договорился, что если какие запросы на работу будут, мне говорила. Ну, там погрузить-разгрузить. Оно и два в одном мне будет, и потренировался и финансовое состояние свое немного поправил. Тем более, что рукавицы, на базе выданные, я с собой забрал, есть у меня теперь элемент спецодежды грузчика…

Глава 17 Первый экзамен

Исполнитель с эстрады утверждал, что всё ему напоминает о тебе, а ты в настоящий момент – уже нигде. Но, вместе с тем, мир, который вместе видел этих двух индивидов, никуда не исчез, а продолжает существовать. Он даже не заметил, что кто-то исчез, не провалилась в тартарары, и комната с балконом и окном, а стоит себе такая светленькая…

Третий раз ансамбль уже эту песню играет. А чего бы ему не играть – еле стоящий на ногах старший лейтенант по червончику за исполнение им каждый раз подгоняет. Можно и в четвертый раз, и пятый раз повторно хит этого года сбацать. Пока у старлея денежка не кончится… Может горе у него какое, вот в кабаке и его заливает.

Это у нас радость – мы первый вступительный экзамен сдали. Причем успешно – четверки получили. На пятерки не потянули, хоть и подготовительные курсы посещали. Хотя, как посещали – сначала старательно на все занятия ходили, потом погода хорошая установилась, на пляж один раз сходили, затем второй… Дискотеки в фармобщаге еще одна за одной пошли, с жилицами сего веселого пристанища молодежи перезнакомились, и понеслась душа в рай. Во вторую половину подготовительных курсов мы уже в злостные прогульщики попали, да и не отмечали там присутствие, свободное посещение сих занятий было. На предэкзаменационных консультациях еще немного к источнику знаний поприпадали, а потом уже – вперед и с песней на экзамены.

Ну что, аттестат у меня четыре с половиной балла, если все экзамены на четверки сдам, то по конкурсу на лечфак пройду. В прошлом году, по крайней мере, лица мужского пола с таким баллами проходили. Родине нужны военные врачи-мужчины, делают поэтому нам некоторое послабление. А вот девицам, этих баллов может и не хватить, такая тут дискриминация по половому признаку.

А у корпуса, где сегодня экзамен проходил, кто радуется, а кто-то и в слезах стоит. Причем, не только девочки плачут, парней некоторых тоже на слезу пробивает. Рухнула мечта всей жизни, на первом же экзамене человек срезался. Кто-то отвечал недостаточно хорошо, кого со шпорой поймали. Есть и такие, потом дома они родителям будут заливать, что их злой препод завалил, задавал вопросы, каких в школьной программе не было.

А мне про лягушку досталось. Ну и про строение клетки. Про лягушку все рассказал – когда на подготовительных курсах эту тему разбирали, я еще в прилежных учениках числился. А про клетку что не ответить, вопрос то весьма простой. Повезло, короче.

Дождался ребят из комнаты, они тоже сегодня сдавали. Решили отметить первый экзамен посещением ресторана. В восемнадцать ноль ноль через порог оного и перешагнули.

По причине буднего дня свободных мест в сем заведении было достаточно, это в пятницу и субботу, да и в воскресный день посетителя, как правило, встречала табличка, информирующая, что мест нет. Но места и тогда находились, просто за вход надо было швейцару заплатить. Сегодня, лишенный этого левого заработка, сей работник общепита скучал с газеткой, повышая свой уровень информированности о международном положении, а также о способах угнетения, трудящихся в мире капитала.

По причине возрастной скромности и отсутствия привычки к посещению подобных заведений, заняли столик в углу и начали изучать меню. Читали сей манускрипт внимательно, соотнося свои возможности с прописанными там ценами. Последние не особо пугали, поэтому заказаны были для каждого по мясному салату, бефстроганов с пюре картофельным, хлебушек по четыре кусочка на рыло. Из алкогольных излишеств попросили для начала две бутылочки бренди «Солнечный берег», патриотично поддержав болгарских производителей сего напитка. Был еще заказан литр морса. Цветами и мороженым мы себя не побаловали.

Кухня заведения работала проворно, поэтому вскоре наш заказ был на столе. Со стороны это, наверное, выглядело довольно забавно – сидят четверо молодых людей, и одно и то же все кушают. Но что бы вы хотели от вчерашних десятиклассников, приехавших из сельской местности…