Форель ломает лёд

Салон машины нагрет солнцем, и я включаю кондиционер. Провинциализм, вот самое мягкое слово, приходящее мне на ум. Здесь, в самом центре города меня коробит от дремучего провинциализма. Не выношу этих вечных мелких разговоров, смешков за спиной, хитрости, подхалимажа и мещанства в худших его проявлениях. Я включаю аудиосистему, и она точно угадывает моё настроение. Из динамиков мне навстречу рвётся «Альпийская симфония» Штрауса. То, что слушают мои коллеги – дьявольскую смесь поп-музыки и шансона – я просто не воспринимаю. Окна закрыты, эту музыку я не хочу делить ни с кем.

К сожалению, на этих узких улицах не разогнаться, ведь музыка так и подзуживает нажать на педаль газа. Сейчас я наедине с музыкой, для меня не существует ни машин, ни пешеходов. Точно так же в конторе и чувствую свою избранность, даже элитарность. Мне плевать, что другие обходят меня по службе, им никогда не стать таким, как я. И я точно знаю, что не стану таким, как они. Я постукиваю пальцами по рулю и почти готов закрыть глаза, как красный сигнал светофора заставляет меня нажать на тормоз.