Другая жизнь. Или другая «Я»

© Наталья Куланова, 2026

ISBN 978-5-0071-0252-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

— Она проснулась?

— Ещё нет, отец.

— Хм, — тяжело вздохнул спрашивающий, и оба замолчали.

— Ты уже поговорил с родными погибших?

— Да, всё улажено.

— Хорошо.

Голоса мне были не знакомы, и я попыталась незаметно подсмотреть кто они. Один старик лет шестидесяти, а второй мужчина средних лет и средней наружности, ничем не примечательной. Кто они? Зачем они здесь? А кто я? Так… Что-то совсем невесело. Вопросов куча и ни одного ответа. Я? Я это я. Но кто? Имя. Вот. Вспомню своё имя, и дело пойдёт быстрее.

— Нелечка, что же ты не просыпаешься? Девочка моя, — внезапно прошептал старик и взял меня за руку.

«Значит, Неля. Меня зовут Неля. Но что-то от этого легче не стало. Имя ничего не давало».

— Отец, успокойтесь, — обратился к старику мужчина, — Врач же сказал, что страшное уже позади. Теперь остаётся только ждать.

— Зато ты что-то слишком спокоен, — с нескрываемой неприязнью заметил тот, — Твоя жена чуть не умерла, а ты ни одной слезинки ни пролил.

— Думайте, что хотите, — не повышая голоса, совершенно спокойно ответил он, — Для меня самое главное — это Неля. Поэтому ссориться с вами не собираюсь.

Старик презрительно фыркнул, но озвучивать свои мысли не стал. Вероятно, решив сохранить подобие мира между ними. Больше они не проронили не слова. Я незаметно для себя вновь провалилась в черноту.

Вернулась к реальности, когда за окном стемнело, а рядом никого не оказалось. Уже не скрываясь, я стала изучать всё вокруг. Вот только толку от этого никакого. Палата и палата. Правда, для богатеньких сразу видно. Стоп, а почему я так презрительно подумала? Думай, Неля, думай! Неля… И имя какое-то дурацкое. Оно точно моё? Но они же меня так назвали. А им лучше знать. Почему я верю им? Я ничего не помню, обмануть меня проще простого. Но они же этого не знают. Или знают? Всё, запуталась.

Внезапно дверь в палату распахнулась, и вошёл мужчина помоложе.

— Привет, любимая, — при виде меня засветился от счастья он, — Ты очнулась.

И не дав мне и секунды подготовиться, крепко-крепко обнял. Я не смогла сдержаться и оттолкнула его. Он с напряжением в голосе спросил:

— Неля? Тебе больно?

— Простите, — я решила ничего не запутывать и быть честной, — Я не помню вас, себя. Я ничего не помню.

Он побледнел и стал с болью всматриваться в моё лицо.

— Совсем ничего? — наконец выдавил он.

— Ничего, — замотала я головой в нетерпении, — Для меня всё чужое, незнакомое.

— Понятно, — незнакомец буквально рухнул на стул и задумался.

— Ты помнишь своего отца? — наконец выдал он.

— Нет, — удивляясь глупости вопроса, ответила я.

— Да, конечно, — искусственно рассмеялся он, — Глупый вопрос.

— Это точно, — не удержавшись улыбнулась я. Заметив это незнакомец сразу расслабился.

— Поговорим? Возможно, тогда ты быстрее всё вспомнишь.

Я кивнула и приготовилась слушать, но тут в палату вошёл старик:

— Нелечка! — закричал он и тоже бросился обнимать и целовать меня. Но и его прикосновения были неприятны мне. Он был незнакомцем, а потому терпеть его проявления любви я долго не смогла.

— Хватит! — крикнула я, вырываясь.

Старик тут же с ненавистью посмотрел на мужчину:

— Снова твои фокусы? Что ты ей тут наплёл?

— Отец, — едва сдерживаясь, предупреждающе выдохнул он.

Мне стало жаль этого мужчину с грустными глазами, и я поспешила вмешаться:

— Я потеряла память!

— Что?! — старик пошатнулся, но мужчина успел подхватить его и усадить на стул. Воцарилась гробовая тишина. Я не знала, что ещё сказать этим незнакомцам. Да, и устала я изрядно от их внимания и заботы:

— Может, вы меня одну оставите? Отдохнуть дадите.

— Да, конечно, — смутился мужчина помоложе, — Пойдёмте, отец.

Но старик, почему-то я ни капельки не удивилась, заупрямился:

— Руки убрал! — рявкнул он, — Тебе надо ты и уходи, а я с девочкой своей побуду, — пытаясь взять меня за руку, заявил он.

Я уже внутренне приготовилась к бою, но положение спас доктор, вошедший в палату. Высокий молодой человек, очень приятной наружности.

— Как тут ваши дела? Как вы себя чувствуете? — обратился он сразу ко мне с самой ласковой улыбкой на свете.

— Она не помнит меня! — с обидой изрёк старик, — Разберитесь с этим! — приказал он и в сердцах вышел.

— Простите его, — стал извиняться перед ошарашенным доктором видимо мой муж или жених, — Это от шока.

— Ничего, ничего, — вновь заулыбался тот, — Мне не привыкать. За столько лет такого наслушался и насмотрелся.

— А-а-а, — не зная что сказать растеряно протянул мой муж. Или всё-таки жених? Да, неважно. Остановимся на муже.

— Вы нас не оставите ненадолго с Нелей наедине? — неожиданно попросил доктор, — Есть вопросы, на которые пациент отвечает более открыто без свидетей.

— Да, конечно, — на секунду заколебавшись, всё же согласился он, — Неля, я скоро вернусь.

— Хорошо, — отчего-то с грустью ответила я. Его уход явно огорчил меня. Привыкла? Или начинаю вспоминать?

— Ты и правда ничего не помнишь? — как только мы остались одни обеспокоено спросил доктор.

— Да, я же уже говорила…

— И даже забыла, что ты убийца? — с ненавистью спросил он и бросился ко мне.

Я попыталась увернуться, но куда там, тело меня совершенно не слушалось. Спасли меня ворвавшиеся в палату мой муж с двумя громилами.

— Я так и знал! Это ты! — взбешённо закричал он, бросаясь к доктору. Но негодяй оказался чертовски изворотливым. Сумел ускользнуть сразу от троих. Причём был спокоен и дерзок: двинув моему мужу в пах, чем моментально вывел того из игры, а громилы на то и громилы — неповоротливы и медлительны, стали для него легким препятствием. Он просто увернулся от них.

— Ещё увидимся, — послав мне воздушный поцелуй, пообещал он, скрываясь за дверью. Громилы потопали за ним. А я, сумев всё-таки подняться, «бросилась» к мужу.

— Вы в порядке? — задала я самый глупый вопрос на свете. Конечно, он был не в порядке. Но попытался мне улыбнуться и успокоить.

— Все нормально, — выдохнул он, — Сейчас полегчает…

— Хватит храбриться, — прикрикнула я, чем явно удивила его, — Полежите, я позову настоящего доктора.

Мой муж стал возражать, но я не стала его слушать и направилась к двери. Чего я не учла — это своего состояния, через пару шагов меня поглотила тьма.

2

Очнулась я уже в постели глубокой ночью, судя по заглядывающей в окно луне. Рядом со мной на стуле спал мой муж, явно вымотанный за целый день шокирующими новостями и потрясениями. И это дало мне возможность разглядеть его повнимательней. Мой муж не был красавцем в общепринятом понятии, но он был приятен и мужественен. Его внутреннюю силу я чувствовала даже сейчас. Я не знала этого мужчину, но на данный момент этот человек был ближе мне, чем кто бы то ни было.

— Давно проснулась? — внезапно спросил он. Задумавшись, я и не заметила, что мой муж уже не спит.

— Нет, только что, — отчего-то смутилась я.

— Как себя чувствуешь? — с неподдельной тревогой спросил он.

— Вроде ничего, — проведя внутренний анализ, ответила я, — Если не считать полной потери своего «я» и своей жизни.

— Прости, что вечно задаю глупые вопросы.

— Ничего, — успокаивающе улыбнулась я ему, — Мои вопросы будут поглупее. Поверь.

Мой муж понимающе кивнул:

— Спрашивай.

— Кто я? Почему в больнице? Что случилось? — я сразу же засыпала его вопросами, — Кто вы для меня и тот старик? И главное, кто тот сумасшедший доктор?

— Я по порядку. Хорошо? — невольно улыбнулся он.

— Да, конечно.

— Ты — Неля Литвинова, богатая наследница и моя жена. Я — Артём Богатов. А тот старик, — отчего-то на секунду замолчал он, — Александр Литвинов, твой отец и владелец очень крупной компании «Стронг». А вот с доктором, давай повременим. Это длинная история, а я не хочу утомлять тебя. Хорошо?

Я попыталась возражать, но Артём, взяв меня за руку, настойчиво попросил подождать. Мне ничего не оставалась, как согласиться. Да я и правда почувствовала усталость. Голова раскалывалась, и мысли начинали путаться:

— Обещай, что всё расскажешь, — засыпая, попросила я, но что он ответил, уже не услышала. Сон атаковал меня так внезапно, что я не сумела отбиться.

3

На следующий день меня навестил мой отец. Только сам факт нашего родства вызывал у меня бурю негодования. Он мне не просто не нравился, но вызывал неприязнь. Неужели я всегда так относилась к нему?!

— Нелечка, можно тебя обнять? — неожиданно спросил он, посидев у меня минут двадцать в гробовом молчании.

— Не стоит, — ну, не могла я себя заставить быть добрее. Да и почему я должна переступать через свои чувства, ради чужого для меня человека?

Старик надулся, как капризный ребёнок и, не проронив больше ни слова, через несколько минут просто встал и ушёл.

— Офигеть и это глава компании, уважаемый человек и мой отец?! — отчего-то стало даже обидно. Но потом пришло облегчение. Может хоть день-два приходить не будет.

— Можно, — с виноватым видом заглянул Артём.

При виде его, сердце моё стало отстукивать не характерный для него ритм. И я только и способна была на то, чтобы просто кивнуть.

— Прости, что не помешал ему прийти. Отец обидел тебя? — войдя, сразу принялся извиниться он.

— Да, нет, скорее я его, — призналась я. Мой муж понимающе кивнул. Наступила неловкая пауза.

— Скажи, а мы с моим отцом ладили? — все же решилась спросить я.

— Вы не просто ладили. Вы очень любили друг друга. Я даже иногда ревновал.

— Тогда почему?! — с раздражением спросила я.

— Что почему? — удивился Артём моему тону.

— Почему я сейчас не просто его не помню, но он меня раздражает?

Мой муж с каким-то плохо скрываемым триумфом смотрел на меня и никак не мог унять свой внутренний восторг и ответить мне.

— Возможно из-за аварии, — неуверенно пробормотал он.

— Какой аварии?

Выругавшись, Артём с самым серьёзным видом посмотрел на меня, чем очень напугал.

— Зря я ляпнул, врач мне строго настрого приказал тебя не волновать. А я…

— Плевать мне на него, — нетерпеливо прервала я его, — Рассказывай!

— Ты иногда так странно себя ведёшь и говоришь…, — внезапно для себя и меня заметил Артём, — Словно ты не Неля.

— А кто тогда? — с плохо скрываемой болью, очень тихо спросила я.

— Прости, — поняв мои чувства, взволновано затараторил мой муж, — Сморозил, не подумал. Прости, родная.

Я кивнула, лишь бы он перестал. Отчего-то мне стало так неуютно и одиноко рядом с ним:

— Я устала, можно мне побыть одной?

Артем, тяжело вздохнув и ещё раз пробормотав извинения, быстро вышел.

А я заплакала, как-то сразу горько и навзрыд, давая волю всем накопившимся обидам и потрясениям прорваться и уйти. Я рыдала долго то, затихая, то, припоминая события последних дней, начиная снова. И так по кругу. Наконец вымотавшись и успокоившись, я смогла заснуть и даже увидеть сон.

Смех… Я постоянно слышала чей-то детский смех, от которого моё сердце сжималось от тоски и боли. Я не видела обладателей этого смеха, но их точно было двое, я это точно знала. Я металась во тьме пытаясь найти их, но нет. Только смех. Я взвыла от отчаянья, ярости и сразу же проснулась.

— У меня есть дети, — осознала я, и череда смутных образов закрутилась перед моим внутренним взорам нескончаемым потоком.

Немного успокоившись, я счастливая и окрылённая позвала медсестру и попросила её позвонить моему мужу, чтобы он немедленно приехал.

Она вежливо напомнила мне, что сейчас раннее утро и возможно стоило бы подождать. Но я была непреклонна, точнее до омерзения груба с нею, и она вынуждена была согласиться.

Как только Артём вошёл, я с укором выпалила:

— Где наши дети? Почему ты не приводишь их ко мне?

Мой муж застыл, видимо пробуя переварить мои отчего-то совершенно для него непонятные вопросы:

— Родная, ты что-то вспомнила?

— Да, я вспомнила наших детей — мальчик и девочка. Ему лет десять, ей шесть…

— Неля, — с болью прервал он меня, — У нас нет детей, и никогда не было.

— Ты врёшь! — в ярости закричала я, — Я точно знаю, что есть!

Артём отрицательно покачал головой:

— Их просто не может быть… Ты сделала всё, чтобы не было.

— О чём ты? — совершенно потерялась я, — Я уже ничего не понимаю… Где правда, где вымысел. Почему вас с отцом я совершенно не помню, а несуществующих детей вспомнила? Что происходит, Артём?

— Не знаю, — искренне ответил он, — Ты для меня полнейшая загадка. Лицо Нели, но не Неля.

— Как это?

— Ты стала другой. Другой характер, привычки, манера поведения. Всё другое. Ты для меня незнакомка, как и я для тебя. Верно?

Я медленно кивнула и неожиданно для самой себя разразилась слезами. Мой муж явно запаниковал, заметался по палате, ища воды, потом платок. Ничего не найдя, резко остановился и приняв какое-то решение, подошёл ко мне и крепко обнял.

Разумеется, мои боль и страх сразу не ушли, но слёзы высохли, и я хоть на краткий миг почувствовала чьё-то искреннее участие, любовь и теплоту.

— Любимая, прости, — Артём, в который раз принялся извиняться.

— Не надо, — мягко прервала я его, — Ты ни в чём не виноват. Как ты можешь меня узнать, если я сама не помню себя? Всё что вы говорите с отцом для меня лишь слова. Я верю вам, но я не чувствую себя Нелей. Её жизнь для меня чужая и вы чужие… Понимаешь?

— Не совсем, но пытаюсь, — устало вздохнул Артём, — Скоро тебя выпишут и всё наладиться.

— Ты в это веришь? — спросила я.

— Я уверен, — совершенно не убедительно соврал он.

Но я не стала спорить. Зачем? Мне тоже очень хотелось верить, что всё будет хорошо. И Неля, которую они помнят, вернётся к ним, а я перестану чувствовать себя чужой здесь.

— Спасибо, — только и смогла выдавить я.

— Не за что, любимая. Я всегда буду рядом, не забывай об этом.

— Постараюсь хоть это не забыть, — невесело пошутила я. Мой муж так же невесело улыбнулся в ответ.

— Скоро меня выпишут? — помолчав, спросила я.

— Через несколько дней, — пообещал он, — Ещё немного. Потерпи.

— А что ещё остаётся, — хмыкнула я, — Если даже решу убежать, то не буду знать куда.

— Ты молодец, — внезапно похвалил меня Артём, — Ты намного сильнее, чем я думал.

Мой муж ещё много говорил ободряющих слов, которые на меня возымели совсем противоположный эффект. Я почувствовала себя такой слабой, никчёмной и никому не нужной.

4

Дни проходили за днями, а я продолжала киснуть в опостылевшей мне больнице. Я ничего не вспомнила, но уже привыкла к своей немногочисленной семье. Артём приходил ежедневно и его визиты меня радовали. Чего нельзя было сказать о редких, но таких мучительных минутах с отцом. Старик больше не пытался меня обнять, за что ему отдельное спасибо. Нет, теперь он час мог просидеть у меня в палате и, не сказав ни слова, просто встать и уйти. Миленько, правда? Ну, а чего я хотела? Я же и сама не пытаюсь заговорить и сгладить эту неловкость, между нами. И, конечно, я понимаю, что не права. Но ничего не могу поделать, одна неприязнь и отторжение. И больше ничего…

Но в одно не самое прекрасное утро, уж поверьте, я не о погоде, моя жизнь вновь сделала невероятно крутой поворот.

— Доброе утро, принцесса, — проснувшись, услышала я и похолодела от ужаса. Он вернулся. Фальшивый доктор стоял прямо передо мной и зловеще улыбался. Моей первой реакцией было закричать, но я не могла. Захотела ударить его и сбежать и снова поняла, что не могу. Этот подонок всё просчитал. Я была крепко привязана к кровати и с кляпом во рту. Вот и пришла твоя смерть Неля. Раз в прошлый раз он явно намеривался меня убить, то другого исхода от нашей новой встречи ждать не приходится. Глупая смерть по причине, о которой я ничего не знаю и от руки человека, которого я совсем не помню.

— А ты долго спишь, — заметил он, с удивительной нежностью погладив меня по щеке. Это ласка ещё больше пугала, и я предприняла попытку вырваться. Но связал он меня на славу, чтоб его.

— Не волнуйся ты так, я не собираюсь тебя убивать. Пока, во всяком случае, — «успокоил» он меня, — Вот вспомнишь — какая ты дрянь, тогда и рассчитаемся. А я приложу все усилия, чтобы ты вспомнила. Буду всегда рядом. Договорились?

В ответ я ещё более яростно стала пытаться вырваться.

— Ну-ну, — шутливо погрозил он мне пальцем, а затем неожиданно достал пистолет, — Мы же не хотим, чтобы ты умерла в неведенье. Так и не вспомнив всех своих грехов.

От его взгляда у меня внутри всё в миг похолодело. Он не шутил. Это уж точно. И он по-настоящему ненавидит меня. С ума сойти. Как я могла в такое вляпаться. Что я сделала?!

— Успокоилась? — приняв мою задумчивость за покорность, спросил он и, не дожидаясь моего кивка, стал развязывать верёвки, — Тогда приступим.

Только плохо он меня, видимо, знал. Раз думал, что я так легко сдамся. Не дождёшься!

— Если ты сейчас обдумываешь план побега, то я бы посоветовал тебе быть умнее, — словно прочитав мои мысли, заметил он, — Не зли вооружённого человека, который и так жаждет твоей смерти.

Удивительно, но его слова совсем не напугали меня, а возымели совсем обратный эффект. Они пробудили меня. Я разозлилась! Чертовски разозлилась! Да, что же это такое. Когда всё это закончится! Сколько можно говорить мне кто я и указывать, что делать!

Лишь только я оказалась на свободе, то хорошенько двинула между ног моему предполагаемому убийце. Взвыв от боли, он повалился на пол, чем я и поспешила воспользоваться.

Но лишь только мне показалось, что вот оно долгожданное спасение, как вновь оказалась в его руках. До двери мне оставался всего какой-то один шаг, но он каким-то образом сумел подняться и нагнать меня. «Липовый» доктор грубо схватил меня и прижал платок к моему лицу.

— Не спеши, принцесса, веселье ещё только начинается, — последнее, что услышала я, перед тем как погрузиться в такую знакомую и родную тьму.

5

— Зачем ты её сюда приволок? Ты понимаешь, что натворил?! — верещал чей-то неприятный женский голос, — Она же дочь Литвинова!.. Всё нам конец! Конец! Что ты там бубнишь. Ты думаешь, я её не любила? У меня душа не болит?! Она моя дочь! Моя! И после этого ты будешь мне что-то говорить. Не можешь отпустить её?! Не можешь забыть?! А я могу?.. — последние слова захлебнулись в её потоке слёз.

Кто-то, видимо, стал успокаивать её, судя по бормотанию. А потом увёл куда-то. Наконец-то! А то от её причитаний голова ещё больше разболелась. Наступившая тишина давала мне возможность открыть глаза и понять — куда же всё-таки я попала? И увиденное меня ничуть не порадовало. Нет, я была не в подвале и не в пыточной комнате. Комната как раз таки была самой обычной. Обычная комната в деревенском доме. Тут даже печка ещё была. Только, судя по звукам за окном, домик-то находился в лесу. Засада! Кричи, не кричи — толку не будет. Но это было полбеды. А вот то, что я лежала прикованной к железной кровати полностью объяснили мне ситуацию. Я пленница! И хуже того то, что я, кажется, начинаю догадываться за какое преступление сюда попала.

— Замечательно ты уже проснулась, — услышав голос своего похитителя, я невольно вздрогнула, доставив при этом ему нескрываемое удовлетворение, — Я рад.

Наконец, я смогла более внимательно разглядеть своего похитителя и, в отличие от моего мужа, он был очень красив — высокий брюнет с мужественным лицом. Именно такие играют в мыльных операх главных героев. Вот только взгляд всё портил. Пустота была там. Бесконечная ничего не выражающая пустота. И от этого становилась жутко… Неля не смей! Даже не думай сдаваться!

— Рад? А я вот нет! — с вызовом посмотрела я на него, унимая внутреннюю дрожь, — Не питаю любви к садо-мазохистским штучкам. Не моё как-то.

— А ты странная, — он с интересом стал разглядывать меня, словно букашку, — Я представлял тебя совсем другой. Ну да ладно, разберёмся. Отдыхай пока. Завтра начнём.

— Что начнём? — приготовившись к самому страшному, спросила я.

— Вспоминать, принцесса. Вспоминать, — хищно улыбнулся он и ушёл. Не забыв, конечно, закрыть дверь.

Чудненько, Неля. Скоро ты всё вспомнишь. Правда есть маленькая такая проблемка. Потом ты сразу умрёшь! Остаётся надеяться, что Артём с отцом меня уже ищут. Мне главное протянуть подольше и тогда они спасут меня. Просто верь в это и всё. И даже если что-то вспомнишь, он-то как об этом узнает? Верно никак. Ты сможешь, Неля. Ты перехитришь его.

Попробовав наручники на прочность, и убедившись в том, что с самого начала и так было понятно — их не сломать, я закричала. Очень громко и пронзительно. Нужно же было перепробовать все варианты. Я ещё продолжала свой «крикливый» концерт, когда в комнату влетела женщина.

— Хватит! Замолчи!

Я решила не злить её и тут же «выключилась».

— Тебя никто не услышит здесь. Не надейся! И не смей больше кричать! Иначе будешь наказана. Поняла?

Мне оставалось лишь кивнуть. И, правда, зачем я буду тратить свои силы на бесполезный крик. Лучше я прибегу их для побега. Уж поверьте, с вами я тут не останусь.

— И не смей так смотреть! — отчего-то ещё больше разозлилась она, — Сама виновата! Убийца!

Несправедливость слов и ситуации полностью вывели меня из себя. И я не выдержала:

— Я не убийца! Пускай я ничего не помню, но я уверена в себе. Слышите?! Вы просто парочка психов…

— Наша принцесса решила заговорить, — раздался циничный голос моего похитителя, — Не стесняйся, продолжай. Мы слушаем.

— А я и не стесняюсь. И никакая я тебя не принцесса. Может ты, вначале скажешь, что же такого страшного я совершила, по-вашему. А?

— Да, наглости и самоуверенности тебе не занимать, — с нескрываемой ненавистью заметил он, — Но здесь тебе это не поможет, поверь мне. Здесь ты никто. Просто женщина. Точнее просто преступница, ждущая своего суда. Уяснила?

— Нет! Я ничего не помню, идиот. Как ты можешь судить меня за то, о чем я понятия не имею.

— Ты! — шагнув ко мне с занесённой рукой для удара, крикнул он.

Я уже внутренне приготовилась к боли и с удивлением поняла, что это для меня привычное дело. «Неужели Артём бил меня?» — с ужасом подумала я.

— Влад, — мягко позвала его женщина, останавливая, — Не надо. Не пачкай рук.

— Да, конечно. Она того не стоит, — сказал, как плюнул он и поспешно вышел.

Почему-то стало на душе ещё горше. Как-будто его мнение что-то значит для меня… Смешно! Но отчего же тогда больше хотелось плакать, а не смеяться.

— Лучше не провоцируй его, — посоветовала мне женщина, при этом тяжело вздохнув, — Тебе же хочется жить? Тогда помалкивай. Он неплохой человек. Побесится немного и отпустит тебя. А вот что с нами сделает твой отец даже представить страшно.

— Ждёшь от меня сочувствия? — съязвила я, но сразу же и пожалела об этом.

— Всё-таки ты дочь своего отца, — окатила она меня презрением в ответ, — Пускай ты ничего не помнишь, но ты есть ты. Этого ничего не изменит.

От её слов стало очень неприятно. Сравнение совсем не радовало. Женщина, поняв, что смогла задеть меня, с довольным видом ушла. А я погрузилась в омут мрачных мыслей и догадок. Очень надеясь, что эти люди мне безбожно врут, что они просто больные, сумасшедшие, которые на самом деле меня совершенно не знают. Очень надеясь…