- -
- 100%
- +
Приказ прозвучал настолько неожиданно и резко, что у меня само́й подогнулись коленки, а существо, стоя́щее перед нами, сделало неожиданный кувырок назад и зигзагами мгновенно улетело из арки.
– Это что за хтонь? – хриплым голосом возмутилась я.
Мужчина повернулся и изучающе уставился на меня. Слова благодарности застряли у меня в горле. Его взгляд был тяжёл. Он молчал и вглядывался в моё лицо, как будто выискивал на нём что-то, но не находил. Я выпрямила спину и старалась смотреть на него спокойно, хотя очень хотелось отвести взгляд. Но понимала, что делать этого нельзя! Вот хоть ты тресни, но стой, держи осанку и смотри. Мужчина чуть прищурился, и уголки его губ дрогнули. Нет, ты меня не проведёшь! Я продолжала спокойно смотреть ему в глаза, чувствуя, как начинают болеть мышцы плеч. Стой, Катя, этот поединок проиграть нельзя!
Он кивнул. Без тени улыбки протянул руку и представился:
– Кудесник.
Я быстро скользнула взглядом на протянутую руку и снова уставилась ему в глаза. Кудесник спокойно ждал.
– Катя, – проговорила и решилась ответить на рукопожатие.
Ладонь его была тёплой и сухой. Он плотно обхватил мои пальцы и крепко сжал. Мы стояли в пустой арке, как два боксёра на ринге. Глаза в глаза и крепкий захват. Почему-то мне казалось, что сейчас ни в коем случае нельзя показать даже проблеска страха. Как с бойцовской собакой, которая вцепится в горло сразу же, как почувствует слабину.
Кудесник фыркнул, словно подслушал эти мысли и отпустил мою ладонь. Я тут же спрятала обе руки за спину.
Мужчина склонил голову и задумчиво произнёс:
– Они не рассказали обо мне.
– Кто они? – на всякий случай уточнила, хотя было понятно, что речь идёт о Феликсе и Марке.
– Кровососы, – буднично ответил Кудесник.
– Крово… – я поморщилась. Думать в таком ключе о Феликсе было неприятно.
– Вампиры, – поправился мужчина, внимательно наблюдая за мной. Это тоже было неприятно.
Помотала головой. В сегодняшнем разговоре Кудесник не упоминался, а что было вчера, всё ещё помню фрагментами. И тут я вспомнила! Бариста! Бариста упоминал о бывшем Судье и назвал его Кудесник! Точно! Я ещё так удивилась, что хотела расспросить Даню, но сначала меня отвлёк Марк, а потом оборот Стефана, и у меня всё вылетело из головы.
Схватилась пальцами за виски, выронив при этом сумочку. Голова снова нестерпимо заболела. Мужчина сделал шаг вперёд и присел, поднимая сумку. Повертел её в руках. Поднялся и сочувственно произнёс:
– Перестарались с дозировкой, да?
Изменившийся тон в голосе оказался для меня настолько неожиданным, что мне стало совсем неуютно в его обществе. Кроме того, Кудесник говорил со мной так, словно весь мой мысленный монолог был ему известен. Неловко поёжилась, а он невозмутимо продолжил говорить, на этот раз избегая смотреть на меня:
– Виктор Минашев, к твоим услугам. Разжалованный Судья Заповедника. Шёл к тебе просто познакомиться. На самом деле, Марк попросил на первых порах помочь тебе, – он снова повертел в руках мою сумочку, но не торопился отдавать. – А по факту… – он всё же протянул мне мои вещи и посмотрел в глаза. – По факту, похоже, спас тебе жизнь.
Машинально забрала чёртову сумку и отвернулась от Кудесника, направившись в сторону дома. Пройдя несколько шагов, остановилась и развернулась. Постояла, прислушиваясь к себе и разглядывая Виктора, стоявшего на том же месте. Странно, что я так спокойно отреагировала на его слова. Как будто на меня регулярно устраивают покушения, и я так привыкла, что воспринимаю всё, как само собой разумеющийся факт. Где истерика? Страх? Хотя бы привычно упавшая на пол челюсть? Дрожание рук хотя бы. Где?
– Это шок, – проговорил Кудесник, продолжая смотреть на меня без малейшего намёка на улыбку. – Тебя накроет, просто потом. Ты хорошо держишься.
Вернулась и уставилась на него, пытаясь заприметить хоть какие-нибудь признаки того, что он надо мной подшучивает. Я бы даже не обиделась, вовсе нет! Расхохоталась бы и порадовалась тому, как ловко меня разыграли!
Кудесник молча помотал головой.
– Ты читаешь мысли? – догадалась я.
– Только образы, – не стал отнекиваться Кудесник, – но очень чётко. Я эмпат. И очень сильный.
– Так, – проговорила, чувствуя, как всё же накатывает паника. – Так! – повторила. – Ты шёл ко мне познакомиться. Хорошо, – шумно вдохнула через нос, сильно сжав губы.
Резко выдохнула, сжав кулаки.
– Пойдём, – произнесла решительно. – Будем знакомиться дома. Я не хочу здесь стоять.
– Пойдём, – неожиданно очень мягко произнёс Кудесник.
Зыркнула недоверчиво и вдруг увидела на его лице добрую улыбку. Независимо мотнула головой и, печатая шаг, направилась к дому. На самом деле от его улыбки стало легче.
В полном молчании мы дошли до подъезда. Поднялись на этаж. Я раскрыла сумочку, чтобы достать ключи, и от резко распахнувшейся двери, снова выронила всё из рук.
Из квартиры вылетел взъерошенный Стефан. Увидев нас, он резко затормозил на лестничной площадке и замер. Кудесник вновь присел, подбирая упавшее, а я во все глаза смотрела на своего невольного соседа.
Он был одет так, словно схватил первое, что попалось под руки. Вывернутый наизнанку тёплый свитер, совершенно неподходящие по цвету спортивные штаны и… я посмотрела на его ноги. Да он был босиком!
– Ты куда голыми ногами на холодный пол выскочил? – воскликнула возмущённо, найдя, наконец-то, на кого можно выплеснуть скопившиеся эмоции. – Ты сейчас простудишься, а мне потом ещё и лечить тебя? Совсем обалдел?!
Стефан странно посмотрел на меня. Скосил глаза на Кудесника, который всё ещё сидел на корточках. Потёр левое запястье. Втянул воздух, принюхиваясь. Поморщился и, так и не сказав ни слова, зашёл в квартиру, оставив дверь открытой.
Кудесник хмыкнул и поднялся.
– Он же оборотень, Кать. Ему не холодно.
Мы зашли в квартиру, и я вздрогнула от того, с какой силой захлопнулась перед нашими носами дверь за Стефаном, который стремительно скрылся в моём кабинете. Вздрогнула и тут же возмутилась:
– Я тебе похлопаю! Дома будешь хлопать! Это моя квартира и мой кабинет! Мой!
Резко развернулась и увидела, как Кудесник предельно, даже нарочито осторожно и тихо закрывает входную дверь. Выдохнула, как боевой петух, и вдруг мне стало смешно. Смешки рвались из груди, пока скидывала туфли и пристраивала на вешалку куртку. Кинув сумочку и ключи на высокую полку галошницы, обессиленно прислонилась к стене и дала волю чувствам.
Смеялась сначала сдержанно, пытаясь всё же соблюсти приличия. Но меня раскручивало, как сжатую пружину. Из глаз брызнули слёзы, и смех превратился в истерический хохот.
Я сползла на пол и прижала колени к груди. Хохот выталкивался толчками из горла и уже больше походил на рыдания.
– Попей, – перед носом появился стакан с водой.
Схватила его двумя руками, и краем сознания заметила, что стакан настойчиво двигается к дрожащим губам без моей помощи. Просто кто-то перехватил его за дно! Никакой магии! От этих мыслей меня затрясло ещё больше.
– Пей! – прозвучало, как приказ, и стеклянная кромка стакана стукнулась об зубы.
Сделала судорожный глоток, расплескав часть воды, и тут же закашлялась. Надёжное, безопасное тепло возникло сбоку от меня. Кто-то сел рядом на пол и, обняв за плечи, притянул к себе. И этот кто-то молчал. Обнимал. Помогал удерживать стакан, из которого я ещё раз отпила, и молчал. За эту тишину я была благодарна больше всего.
Скрипнула дверь, и послышались тихие шаги.
– Сейчас Феликс приедет, – услышала ровный голос Стефана и подняла голову.
Он смотрел на меня сочувственно. Я шмыгнула, окончательно успокаиваясь, и растёрла по лицу слёзы. Стефан как-то неловко засуетился, хлопая себя по карманам, и достал белоснежный носовой платок. Присел на корточки и протянул мне.
Рядом со мной сидел, так и на снявший куртку, Кудесник.
Я взяла платок, промокнула глаза и простонародно высморкалась. Посмотрела сначала на одного мужчину, потом перевела взгляд на другого.
– Мне надо умыться, – проговорила глухо и всучив стакан с платком Кудеснику, принялась осторожно, по-старушечьи подниматься.
Стефан выпрямился и молча протянул руку, а получив мою ладонь, сжал её и выдернул меня из объятий Кудесника, как репку из земли: резко, одним движением. Взял за плечи, повернул в сторону ванной комнаты и слегка подтолкнул. Я зло зыркнула на него в ответ, но почему-то промолчала. Независимо вздёрнув подбородок, пошла по коридору, отряхивая на ходу юбку.
– А мне руку подашь? – услышала за спиной ироничный голос Кудесника, но оборачиваться не стала.
Ответом ему была враждебная тишина.
– Ладно, мы люди не гордые, – без тени обиды проговорил Виктор, а я разозлилась на Стефана.
Дойдя до ванны, громко хлопнула дверью, закрываясь. А что? Мне можно! Я – дома.
***
Быстро умывшись и приведя себя в порядок, облокотилась на край раковины и посмотрела в зеркало. Вглядывалась, пытаясь найти в себе какие-то изменения. Какие? Да кто же знает! Хоть какие-нибудь!
Но из зазеркалья на меня смотрела всё та же женщина, которую я видела множество раз. Тёмные, чуть волнистые волосы, закрученные на затылке свободным пучком. Скорбно опущенные уголки рта и мелкие морщинки вокруг глаз цвета чая, как говаривал Кирилл.
Замотала головой. Вот только этого человека не надо сейчас вспоминать, Катя!
Не давая себе возможности скатиться в рефлексию, открыла дверь и тут же замерла на пороге. За шумом воды не услышала, как на кухне ругались, а теперь раздумывала: обнаружить себя или подслушать до конца.
– Нет, такой ответ не принимается! – спокойно, но с властным нажимом говорил Кудесник. – Вы должны были поставить её в известность.
– Я никому ничего не должен, – практически шипел Стефан, и я поразилась тому, сколько сдерживаемой ярости было в его голосе. – Я вообще не знал, что её одну оставят!
– Должен был, если взял ответственность, – припечатал Кудесник.
– Не собирался! – на секунду мне показалось, что Стефан ударит нашего гостя, но, судя по звукам, обошлось. – Феликс не оставил мне выбора!
– Ты сейчас говоришь, как малолетка: меня вынудили, меня заставили! Тебя? Младшего инспектора МагПотребНадзора? Проверяющего, который держит в страхе всё Многомирье? Оборотня, сумевшего довести до цугундера саму Агнесс? Что ты лепечешь? – голос Кудесника был по-прежнему тих, но каждое слово падало тяжёлой плитой и придавливало даже меня.
На кухне воцарилось напряжённое молчание.
– Откуда ты знаешь? – в голосе Стефана прорезались высокомерные нотки, но ярости уже не было.
– Справки наводил, – вальяжно ответил Кудесник.
– Зачем? – ещё более спокойно спросил Стефан.
Ответа я не услышала, потому что подпрыгнула от резкого звука дверного звонка. Подпрыгнула и обеими руками схватилась за грудь, в тщетных попытках унять бешено бьющееся сердце. Мысли заполошно метались в голове. Что делать? Идти открывать дверь? Стоять и ждать, пока мужики откроют дверь сами? Но они всё равно пройдут мимо и поймут, что я подслушивала. Чтобы я не сделала сейчас – всё было палевно.
– Кать, открой, пожалуйста, дверь. Это Феликс, – произнёс Стефан. Я перевела дыхание и тут же испытала позорное чувство, когда хочется хлопнуть себя по лбу, потому что он спокойно добавил: – Мы знаем, что ты подслушивала. Можно было не скрываться.
Чёртов оборотень!
С независимым видом вышла из ванной комнаты и прошествовала к двери. Посмотрела в глазок.
На лестничной площадке действительно стоял вампир. На этот раз роскошные волосы были забраны в низкий хвост, а вместо сюртука и кружевного жабо на нём была простая футболка и расстёгнутая косуха.
Щёлкнул замок, и я распахнула дверь.
Феликс стоял на пороге и даже не сдвинулся с места. Посторонилась, давая возможность пройти, но вампир склонил голову и как будто чего-то ждал. Я молчала.
– А, ладно! – обречённо вздохнул Феликс и, начертив в воздухе замысловатый узор, произнёс: – Служебная необходимость.
Узор засиял синим цветом и пропал. Феликс зашёл в квартиру и, проходя мимо, легко щёлкнул меня по носу. И только в этот момент я вспомнила сказки о том, что вампиры не могут зайти в дом без приглашения хозяев.
– Это правда? – прошептала потрясённо.
– Отчасти, – проворковал Феликс, увлекая за собой. – Я же зашёл.
Затормозив ровно на минуту, чтобы захлопнуть входную дверь, поплелась к месту общего сбора. Странное дело, даже магических существ привлекает кухня, как место для решения важных вопросов.
Когда я вошла и оглядела кухню, поняла, что мужчины заняли стратегические места, расположившись равнобедренным треугольником. Хотя, это и было сложно в пределах небольшого помещения.
Я взяла табуретку и поставила её так, чтобы мы образовали квадрат.
Феликс фыркнул и тут же сурово произнёс, посмотрев на Кудесника:
– Что произошло?
– Палач, – буднично ответил Кудесник, и меня затошнило.
Глава 5
Снова вспомнилось мерзкое ощущение от невозможности пошевелиться и постепенного замерзания под взглядом странной фигуры в балахоне. Пытаясь выровнять дыхание, судорожно вцепилась пальцами в сиденье табуретки. Напрягла мышцы выпрямленных рук и повисла на них, опустив голову и закусив губу. Унять тошноту не удавалось. Пытаясь восстановить внутреннее равновесие, не сразу поняла, что на кухне стоит звенящая тишина.
Настороженно подняла голову и исподлобья медленно оглядела взглядом трёх мужчин. Каждый из них смотрел на меня, но выражения лиц были совершенно разные. Феликс хмурился. Кудесник откровенно разглядывал, как неведомую зверюшку, а в глазах Стефана я успела заметить растерянность и беспокойство. Но как только он поймал мой взгляд, его лицо тут же стало непроницаемой маской. Он словно спрятался за надменной личиной, тряхнул головой и отвёл глаза. Посмотрел на Феликса и раздражающе вальяжно спросил:
– А вы ей не рассказали?
Я перевела взгляд на вампира и заинтересованно наклонила голову. Интересно девки пляшут! Это что же мне не рассказали?
Феликс тяжело вздохнул и печально произнёс:
– Не успели…
– Об этом надо было говорить в первую очередь, – фыркнул Кудесник, – в целях безопасности.
Я настороженно зыркнула на него и вновь переключила внимание на вампира. Та-а-ак! Так, так, так! Интересные дела! То есть, нападение не было случайным? О нём знали? А может, даже подстроили? Особые способности, говорите? Да у них, небось таких дурочек с «особыми способностями» вагон и маленькая тележка! Подставить меня решили? Хтонь свою на живца ловить?
Во мне винтом закручивался гнев, тем более, что Феликс молчал, кусая губы, и ничего не говорил. Я начала привставать, желая, то ли кинуться на вампира с кулаками, то ли закатить классическую женскую истерику. Что именно я хотела сделать – не решила, но эмоции требовали выхода и разрушений.
– Сядь! – резко и неожиданно властно прозвучал приказ.
Ноги подкосились, и я плюхнулась обратно на жёсткое сиденье. Прищурившись, повернулась на голос.
«Это кто ж у нас такой бессмертный, что мне рот вздумал затыка́ть?» – подумала, забыв о том, что рот-то я как раз не открывала.
Взгляд тут же уткнулся в Кудесника.
– Сядь и послушай, – проговорил он также властно и через секунду добавил мягче: – Никто тебя не собирался подставлять.
– Всё не могу решить, с какого момента начать рассказывать, – как ни в чём не бывало начал говорить вампир. – Проблема с Палачами настолько древняя, что пришлось приложить массу усилий, чтобы восстановить хоть какую-то хронологию событий.
Я развернулась в сторону вампира и только сейчас заметила, что его глаза как будто заволокло поволокой. Он сидел напротив окна и смотрел в него пустым взглядом.
– Скажи сначала: вы меня использовали? – неожиданно охрипшим голосом спросила я и тут же шарахнулась от гневного взгляда вампира.
Вот уж кто мог добить один взглядом! Красные всполохи зрачков опалили меня таким яростным огнём, что очень хотелось зажмуриться, но я не сдавалась. Поджилки тряслись, мокрые пальцы соскальзывали с края табуретки. Мне тяжело было смотреть на него, но, как тогда в арке, продолжала держать взгляд и не отворачивалась.
– Чушь не говори! – рявкнул вампир, и я воочию увидела острые длинные клыки.
Облизала вмиг пересохшие губы. «Самое время грохнуться в обморок! – истошно завопил внутренний голос. – Давай! Другого шанса не будет! Вдруг тебе это всё снится!»
Неожиданно сбоку раздались громкие размеренные хлопки. Вампир моргнул, и на мгновение его лицо стало растерянным. Клыки медленно втянулись. Краснота из глаз пропала. Он встряхнулся, как мокрый пёс, всем телом.
А хлопки продолжались.
– Браво! – услышала ироничный возглас Стефана и заторможенно перевела на него взгляд.
Тот сидел, привалившись к кухонному шкафчику, и хлопал в ладоши, улыбаясь и неотрывно глядя на вампира.
– Какая прелесть, Феликс. Начать работу с новым сотрудником путём запугивания – новый метод в управлении, – восторженно произнёс он и прекратил хлопать.
– Старый, – недовольно проворчал Кудесник.
– Испробованный? – оборотень повернулся к нему всем телом и заинтересованно наклонил голову.
– Не лично. Я больше предпочитаю слепое обожание. Меньше сил уходит, – включился в игру Кудесник.
– А я использую сексуальное влечение, – мечтательно закатил глаза Стефан и развратно облизнулся.
– Фу, – прокомментировал Кудесник, старательно пряча улыбку.
– Кому «фу», а кому верный способ. Особенно когда вокруг сплошные ведьмы, – изящным жестом поправив манжеты тонкого свитера, манерно промурлыкал Стефан.
Я переводила ошеломлённый взгляд с одного на другого, как будто наблюдала игру в пинг-понг.
– Вы закончили? – хмуро поинтересовался пришедший в себя Феликс.
– А ты? – тут же перевёл своё внимание оборотень, пытливо посмотрев на вампира.
Тот смущённо кашлянул в кулак.
– Катя, – предварительно кашлянув ещё раз, заговорил Феликс, не глядя мне в глаза, – никто тебя не использовал. Выбрось этот бред из головы и больше никогда не поднимай. Мы одна команда, помни об этом. И… – тут вампир сбился, отвлечённый тяжёлым вздохом Кудесника.
– Палач, – веско напомнил тот.
Вампир задумчиво пожевал губы, а я опустила глаза и подумала: «Как так? Как я вообще могла здесь оказаться? Не в плане – здесь физически, а в этой ситуации? В ситуации, где я разговариваю с реальным, мать его, вампиром и меня только что чуть не убила какая-то неведомая хтонь!»
– Давай я тебе помогу, – неожиданно с воодушевлением воскликнул Кудесник.
С удивлением вскинула голову и посмотрела на него, но этот возглас относился не ко мне. Мужчина вскочил, встал спиной к окну и смотрел на Феликса.
– Однажды, – начал Кудесник замогильным голосом, не дождавшись внятного ответа, – много сотен лет назад, – он глянул на меня и вставил ремарку, – если мерить годами Заповедника, – снова перевёл взгляд на вампира и торжествующе продолжил: – вампиры крупно облажались.
Быстро повернула голову к вампиру и успела увидеть его реакцию. Феликс скривился, как от зубной боли, но поправлять не стал.
– В одном из миров вампиры наткнулись на неизвестную ранее расу и посчитали, что они не очень-то разумны, – продолжал Кудесник, – но отлично поддаются дрессировке. А ещё, в силу ряда особенностей, прекрасно убивают и шпионят. Обозвав расу «палачами», вампиры использовали их в своих интересах. Как обычно. А когда поняли, что что-то идёт не так, собрали все «игрушки» и надёжно спрятали. Собственно, – Кудесник развёл руки и заговорщицки улыбнулся, – тоже, как обычно.
– Но кто-то или что-то… – подхватил Стефан, покрутив над головой указательным пальцем.
– Этот ящик Пандоры… – повернулся к нему Кудесник и взмахнул руками, словно дирижировал оркестром.
– Вскрыл! – Стефан обеими руками сделал соответствующий жест. – Отправив злых на вампиров Палачей в свободное плаванье. Что тоже… – произнёс он, направив на Кудесника раскрытые ладони.
– Как обычно, – радостно закончили они хором.
– Всё сказали? – хмуро поинтересовался Феликс.
– А при чём тут я? Зачем нападали на меня? – произнесла с нажимом и вытерла о юбку влажные ладони.
Да плевать мне на вампиров и их старые игрушки! Пусть сами разбираются! Я-то тут при чём?!
– Можно я! Можно я! – запрыгал, не вставая, на своём месте Стефан.
Феликс безнадёжно махнул рукой, мол, давай уже, топи меня.
– Если в ближайшее время в Заповеднике полноценно не вступит в должность новый Судья, то МагПотребНадзор в соответствии со статьёй 16-ой пункт В «Соглашения между мирами Многомирья» должен будет произвести закрытие и опечатывание всех порталов, ведущих в этот мир, – вскочив и вытянувшись в струнку, с воодушевлением, на одном дыхании звонко выдал оборотень.
Я смотрела на него, открыв рот, и далеко не сразу поняла, что он играет. Потому что, как в анекдоте, картинка смешная, а ситуация страшная. Хорошо, если Палачи охотятся только на вампиров. Это их проблемы, пусть решают. Но я-то не вампир… но не успей Кудесник вовремя, меня бы уже не было.
Прижала руку к груди, пытаясь подавить новый приступ тошноты.
– А между тем, – Кудесник перенял у Стефана эстафету и продолжил с таким же воодушевлением, – у вампиров здесь нычек магических запрятано, как у дурака фантиков. Они ещё и не помнят, куда что положили, аки безмозглые белки. Они этот мир без пригляда никак оставить не могут. Вот хоть ты тресни, а никак. А нет Судьи, прости Катя, нет и возможности попасть в Заповедник.
– МагПотребНадзор такая могущественная организация? – уточнила недоверчиво, глядя на Стефана.
Тот важно кивнул.
– Организация, созданная вампирами специально для контроля любых магических проявлений и для того чтобы все миры, вступающие в Многомирье, соблюдали закон. А относительно Заповедника, который не входит в магическое сообщество, так как само понятие магии отрицается местным населением, вампиры ввели ещё более жёсткие правила, – довольно заключил Стефан.
Я посмотрела на грустного вампира и всё равно не могла до конца уловить связь между тем, что сейчас услышала и нападением на меня.
– Вы сами себя перехитрили, что ли? – тем не менее уточнила я.
Кудесник хмыкнул.
– Как обычно! – синхронно со Стефаном ответил он.
Феликс обречённо пожал плечами.
– Но Палачам-то это зачем нужно? – спросила я и обвела мужчин настороженным взглядом.
И снова звенящая тишина была мне ответом. Феликс сидел на жёстком табурете с абсолютно прямой спиной, но при этом не создавалось впечатления, что он делает это специально. Выправка у него была не военная, а скорее… балетная. Да, точно! Я пригляделась к вампиру. Он так и смотрел в окно, покусывая чуть выступившим клыком губы. Не знаю, что может дать эта информация, но я привыкла собираться досье на всех, с кем общаюсь. Даже не так. Не досье, а догадки, наблюдения. Любопытно.
Повела шеей. Затянувшееся молчание мне не нравилось.
– Вы не знаете… – сказала я осторожно и опять оглядела собравшихся мужчин.
Кудесник беспечно пожал плечами. Он не стал возвращаться на стул, а уселся прямо на пол под окном, нарушив нашу, казалось бы, чётко выверенную геометрическую фигуру. Интересно. Прикусила губу изнутри и прищурилась. Кудесник, видимо, почувствовал мой взгляд, потому что поднял голову и открыто посмотрел на меня.
Я вопросительно приподняла брови. Он мотнул головой в сторону вампира. Поджала губы и мельком глянула на Стефана, поворачиваясь к Феликсу. И тут же снова уставилась на оборотня.
Стефан смотрел на меня пристальным, сканирующим взглядом. Пробирающим до самых костей. Так смотрит ювелир, тщательно выбирая неогранённый камень для своего нового украшения. Его взгляд скользил по моему телу, но ни капли вожделения в нём не было. Скорее оценка каких-то неведомых мне параметров. Он поднял взгляд и заметил, что я смотрю на него в упор. Выражение его лица изменилось мгновенно: передо мной опять сидел сексуальный шалопай. Его ресницы призывно дрогнули, а губы растеклись в соблазняющей улыбке.
Я быстро опустила глаза, уже не думая о том, что обо мне подумают и как расценят этот жест. Разглядывая узорчатый пол на собственной кухне, размышляла, что как бы ни шутили и не веселились сидящие рядом со мной мужчины, на самом деле каждый из них невероятно опасен.
«Вот Марк, курица драная! Ты во что меня, скотина, втянул?» – пробормотала себе под нос, и только по тихому смешку Стефана вспомнила – слух у оборотней острый. А может быть, и не только у оборотней.
– Мы не знаем, да, – наконец-то, ответил Феликс, и всё пришло в движение.
Кудесник поменял позу. Стефан встал. Подошёл к плите и проверил, есть ли в чайнике вода. По-хозяйски наполнил его, поставил на платформу и щёлкнул кнопкой, включая. Повернулся ко мне и, продолжая улыбаться, проговорил: