Антрия. Хроники возрождения

Илистер 2

Сон Илистера был тревожным. В нём, молодой человек был в темноте, а за ним следовал огромный волк. Всё происходило в кромешной тьме, однако своего преследователя он видел совершенно ясно. Погоня продолжалась долго, волк играл с добычей, Илистер это осознал. Но вот в один момент, волк с невероятной силой ускорился и набросился на парня. Рот наполнился жидкостью, Илистер подумал что это кровь, но она была кислой. Через миг сон развеялся, уступая место приступам кашля. Рядом с Илистером склонилась фигура, держащая его подбородок и вливающая ему в рот кислый напиток. И тут он увидел девушку, невероятной красоты, но она не была человеком, кожа у неё была бледно-голубого цвета, глаза были больше чем у людей, их разрез был другой формы, тёмные волосы были убраны в две косы.

– Ну привет, сноутар. – сказала она с акцентом, слегка улыбнувшись.

– Привет, это ты меня вчера спасла?

– Всё верно.

– Я хотел бы поблагодарить тебя… – сказал Илистер, а потом вспомнил про мешочек с деньгами. Заметив это, девушка слегка нахмурила брови и сказала.

– Неужели ты думаешь, что я спасла бы тебя, лишь для похищения твоего золота? Деньги у моих компаньонов, мы их вернем сразу, как убедимся, что ты можешь ходить. И… После того как поговорим с тобой. Кое о чем…

– Прости, я верю тебе. Эти золотые, для меня значат очень много, я только вчера вернулся из плавания, и деньги нужны моему отцу. Вернуться «пустым» я просто не могу. Меня зовут Илистер. Илистер Гьярквист. Хотя фамилию можешь не запоминать, мы не из знати. – сказал Илистер и улыбнувшись подал руку в знак знакомства, при улыбке под глазом сильно защипало, и он поморщился.

– Пока постарайся не напрягать лицо, моему другу вчера пришлось делать тебе надрез под глазом, очень синего… – сказала девушка в ответ пожимая руку, потом что-то вспомнила. – Вернее хотела сказать – очень большой был синяк. Не все слова мне удаётся так быстро вспомнить.

– А как тебя зовут?

Вздохнув девушка ответила. – Меня зовут Кэйвиа, дочь Есилтве, брата вождя бирантов, из города Бирантула.

– С ума сойти! Ты имя ему сказала?! Может сразу и наши скажешь, ты рехнулась Кэйвиа, или ты не планируешь его убить?? – голос принадлежал молодому человеку, который вышел из-за ближайшего угла.

Подошедший к ним парень, был одет не броско, кожаный жилет, простые штаны и походные ботинки. На голове волос у него не было, нос был слегка крючковатый, а глаза как отметил позднее Илистер, были зеленые как молодая трава.

– Я не могла не сказать. Спасенный может требовать имя спасителя. По нашим обычаям, мы не в праве отказать, не один бирант. – ответила Кэйвиа подошедшему.

– Ну бред же! Ты знаешь, почему сейчас в нашем случае никакие традиции и обычаи не важны. А?! Кэйвиа? – сказал рассерженный парень, и схватил свою подругу за плечо.

– Да я это понимаю… – ответила она, подавляя ответный гнев.

– Вот как ?! Тогда зачем ты ему сказала свое имя, и даже место, откуда ты? Это глупо Кэйвиа.

Илистер, сидевший ровно, тяжело наклонился вперед, собираясь с мыслями. – Послушайте, я никому не выдам, кто вы и откуда. Мне хватает неприятностей. Будете вы здесь либо пойдете в другую сторону, я не скажу вообще никому, что видал вас.

– Посмотрите, какой он честный? Мне может тебе поверить? Только вот беда, я никому не верю, и если тебе суждено стать первой жертвой нашего похода, ну что же … – сказал лысый с небольшим акцентом.

– Ты его не тронешь! – вступилась Кэйвиа. – Ты разве убийца??

– Его жизнь, с каждой твоей глупой ошибкой, может стоить жизни всё большему количеству людей. – не уступал лысый.

– Жизнь каждого важна. – ответила Кэйвиа. Вопреки угрозам, она не встала и продолжала отвечать сидя своему товарищу, но резким движением убрала руку со своего плеча. Илистер подумал, что она не верит в угрозы, или же готова справиться с товарищем, даже в сидячем положении.

– Биранты, такие упрямые… – с тяжелым вздохом сказал лысый. – Эльф иди сюда, наш разговор начался без тебя.

Длинная фигура вышла из-за угла. Когда третий незнакомец подошел к его импровизированному ложу, Илистер и впрямь увидел эльфа. У него были длинные темно-зеленые волосы, скрученные в небольшую косу. Кожа была светло-фиолетовой, а уши… Кроме того что они были заостренной формы на конце, так еще и гораздо длиннее человеческих. Сказать, что Илистер был удивлён, ничего не сказать. Парень был просто ошеломлен, в один день он увидел и биранта и эльфа. Теперь он начал понимать, что они здесь не просто так.

– Я многое слышал друг мой, поэтому повторять не придется. – голос эльфа был приятным, в нем также была нотка величественности. – Как бы то не было, нам сейчас нужно решить важный вопрос. – и посмотрев на Илистера добавил. – Тебе нужно хорошо подумать над ответами, ты понимаешь меня?

Илистер кивнул. Начал опрос эльф.

– В твоей семье, есть кто-либо, кто приближен к королю или лорду?

– Нет. – ответил Илистер, подавив иронию.

– Ты не похож на чистого сноутара, почему? – спросил лысый.

– Моя мать была киланткой. Получается, что я – майтландец.

– Если мы тебя отпустим, ты готов сдержать обещание и никому не говорить, что ты нас видел? – спросила Кэйвиа, после этого, лысый демонстративно закатил глаза.

– Конечно, вы все спасли мою жизнь. Даже если вас специально, кто-то будет искать, даже за награду ничего не расскажу про вас. – заверил Илистер и сделал максимально благонадежное лицо.

Первым ответил эльф. – Я верю ему. Ничем кроме предчувствия не могу это объяснить, но верю. Кроме того ещё я знаю, что мы не будем его убивать. Ни его, ни кого либо еще, за мнимую угрозу. Твое мнение Кэйвиа?

– Я тоже уверена, что он не врет. – сказала она и потом повернувшись к Илистеру, максимально близко придвинула голову к его голове, продолжила, не отрываясь взглядом, от него. – Ты должен понять, мы здесь по очень важной причине, при этом не можем тебе поведать обо всём, уж извини. Дело, приведшее нас сюда – благородное, но некоторые могут попытаться нам помешать, если узнают о нём. В любом случае это никак не связано с убийством. Кроме того, всё это никак не повлияет на твою семью, и на твой город.

– А я не верю ему! – вскричал лысый. – Ты обучен письму?

Илистер покачал головой.

– Вот всё и решено, мы не убьём его. Мы отрежем язык! – сообщил лысый. У Илистера округлились глаза. – Вчера ты мог умереть, мы спасли, язык не такая большая цена, к тому же морякам он меньше всего нужен!

– Это не решение… – сказал эльф.

– Это я тебе язык отрежу. Он не в чем не виноват, слышишь! – сказала Кэйвиа, и теперь видно, что её друг, окончательно вывел девушку из себя. – Я надеюсь это была глупая шутка, друг мой.

Илистер смотрел за этой молчаливой сценой. Прекрасная бирантка, стоит уперев руки в бока, а напротив неё уже теряющий уверенность, лысый. Его кадык ходил от нервных глотков, и он сдался. – Ты ещё не забудь, выйти за него потом замуж.

– Просто не мешай. – коротко ответила Кэйвиа. Лысый сделал вид, что почесал голову, хотя скорее всего вытер пот.

– И так… – бирантка снова села рядом с Илистером, но теперь взяла его руку, и пристально глядя на Илистера продолжила. – Я и мои друзья, попали в сложную ситуацию как видишь. Сейчас мы должны поверить тебе. Но. Я все же не отпущу тебя просто так. – она приподняла ладонь Илистера, и достав, что-то острое из-за пояса, сделала резкое движение, все произошло так молниеносно, что Илистер не успел даже поморщиться, а по его ладони уже побежали капли крови. Она придвинула его руку к своему оружию, и капнула на него кровью парня. – Имирхитанура кирива луо. Это значит, что орудие моих предков… – она показала одноручную меч-косу. – …найдет тебя, если ты не выполнишь свое обещание. Не сомневайся, это не простое оружие, наша семья назвала его «синий полумесяц». – после чего она его приподняла. Воздух стал другим, более разряженным, маленькие полоски молний заходили рядом с остриём клинка.

Лысый харкнул на пол, и направился к выходу из сарая.

– Не обращай внимания, он всегда такой. – сказал эльф.

– Мы не враги тебе. Я буду рада видеть тебя в наших краях, когда кризис закончится. Ступай, Илистер Гьярквист. – сказала Кэйвиа.

Эльф помог приподняться парню, и когда тот был на ногах, вручил ему из сумки мешочек с его золотом. Илистер принял его, и как бы не важны были сейчас деньги, не стал пересчитывать их. Слегка качающейся походкой он побрёл в сторону выхода. На выходе из сарая, опираясь на одну сторону проёма, скрестив руки на него при выходе смотрел лысый. Несмотря на то, что он больше ничего не сказал, во всём его взгляде читалось: «надейся что мы не встретимся».

Путь до дома, к счастью прошел без приключений. Только на Кристальной улице, старик назойливо просил милостыню, и пол квартала шел за Илистером нога в ногу, но у парня не было ни серебряных монет, ни медяков, поэтому помочь он не мог. Погода была солнечная, так что воздух успел прогреться. На небе не было и намёка на тучи. Поворачивая на родную улицу, Илистер уже видел в конце свой забор, и двухэтажный дом в котором он вырос. Сердце, истосковавшееся по дому, немного сжалось, и парень ускорил темп.

Калитка не была заперта. Палисадник был пустым, только обычная трава. После смерти матери, никто больше не высаживал здесь цветы. Илистер преодолев пару метров участка, зашел в дом. В доме царила тишина, показалось сначала, но потом, пройдя в холл, он увидел на кресле отца, который записывал что-то на бумаге.

– Мой мальчик…– отец бодро вскочил и обнял Илистера, поцеловав в лоб. – Тебя били? Если это сделал Хартен, я ему почки отобью.

– Всё хорошо отец. Боцман тут не при чем. Меня отдубасили, пытаясь украсть деньги, когда я вчера шел от Амориса. Местные.

– Но я вижу деньги у тебя. Значит ты их отмутузил?

– Мне подсобили, отец, долгая история. В такое время ты обычно на лесопилке, что-то случилось?

– Да, я был бы там и сегодня, если бы Шанк не забежал с утра, он тебя всё высматривал, мол хотел узнать, будешь ли ты с ним на погрузке, он попытается выбить место.

– Ух ты, это здорово, тем более, что… – Илистер опустил глаза, к горлу подступил ком, но он пересилил себя. – Отец по поводу плаванья…

– Сынок, главное, что ты жив. Шанк рассказал мне, про болезнь.

– Я привез намного меньше, нежели бы на ловлю трески отправился. С этого мерзкого Амориса мне удалось выбить сорок восемь золотых, вот мои труды за два с половиной года…

Барн Бьярквист посмотрел на сына, и улыбнулся, потрепав по кудрявой голове. – Сынок, ты меня не понял? Главное что ты жив, и в теперешнее время сорок девять золотых не так и мало. Ну и кроме того, для тебя это хороший опыт, и в корабельном деле ты поднаторел к тому же. Половина лесопилок принадлежит алтинийцам, сейчас кризис усилился, из-за погромов в разных городах, две лесопилки уже проданы городу, и их переоборудуют под склад, еще пять лесопилок тоже либо продадут, либо сменят хозяина. Это означает, что заказов будет много, к тому же сейчас идет новая волна судостроительства. Эрик третий, как говорят – кинул огромные деньги на постройку боевых кораблей. Так что я рассчитываю выкупить лесопилку, и набрать еще людей. Чувствую, удача поворачивается к нам лицом. А сорок золотых, нам помогут на четыре месяца перейти на нужный лад без проблем, так что ты мне очень помог. Выкидывай поскорее мысли, что ты плохой сын. Я горжусь тобой.

– Пап сорок восемь, а не сорок я принес.

– Да что ты заладил то? Что я за отец, если заберу последнее у сына?! Восемь золотых потрать на себя, или скопи Илистер. Кстати Шанк зайдет вечером, он сказал, что тоже волнуется. Говорит если ты будешь дома, то вытащит тебя в кабак.

– Спасибо пап, я люблю тебя. – Илистер обнял отца, Барн слегка похлопал сына по спине.

– Тебе нужно отдохнуть, Илис. Налей себе горячего и полежи, дай организму сил для восстановления.

– Хорошо, пап.

Уже надевая плащ и открывая дверь, Барн обернулся. – Кстати я буду проходить мимо «Угря» (таверна), Роуз по тебе очень соскучилась, я передам, что ты вернулся.

– Я тоже соскучился по этой прилипале. – Илистер улыбнулся, вспомнив сестренку.

– Айнар придет к трем. И… Если он как-то будет хмуриться или не так вести, не принимай на свой счет, просто осади его. Он последнее время, очень много проблем доставляет. Брат Колвар постоянно жалуется на него, на его драки, и шутки во время молитвы. До вечера, сын. – закрыв дверь, отец оставил Илистера наедине с собой.

Слова отца вернули Илистеру уверенности, и вздохнув от облегчения, он налил себе молока, разжег немного веток в печи и подогрев его наспех, отправился в комнату. Разувшись, парень полусидя приник к стене, и начал пить, обдумывая последние события. Девушка бирант не покидала его голову. Было грустно от мысли, что возможно они никогда не встретятся. Допив молоко, Илистер вытянулся на кровати. Усталость, в купе с горячим напитком накрыла его, и он забылся во сне. На этот раз сновидения, обошли парня стороной.

Проснулся Илистер от того, что кто-то целовал его, держа за подбородок, то в одну, то в другую щеку. На нем сидела Роуз, его сестренка, из её глаз текли слезы счастья.

– Как я по тебе соскучилась, Илис! Ты не представляешь! – говорила она.

Обняв её спросонья и крепко поцеловав в щеку Илистер сказал:

– Я тоже соскучился Роузи, как же ты вымахала! Того и гляди меня раздавишь! – сказал Илистер, притворно поморщившись, и улыбнулся.

– Ты даже не знаешь, каких трудов стоило отпроситься из «Угря» сегодня. В порт вернулось за эти дни очень много кораблей. Выпивка рекой течет. Мелрад меня ждет к шести часам, работы очень много, братик. Расскажи мне всё. И тем более, с кем ты подрался? – сказала Роуз, указывая на синяки брата.

– Ну не знаю, с чего и начать. – задумчиво почесал каштановую бородку Илистер. – Про путешествие особо нечего сказать. В своем плавании мы много раз попадали в штиль, а потом просто шли на северо-восток. Потом мы приметили остров. Назвали его Гарцующий Свин, это из-за формы залива.

– Он похож на пятачок?

– Нет просто он был… Как сказать, такой округлый, как брюхо свиньи. Ну и капитан Эйтвок, ну у него особое чувство юмора. Так вот, мы рассредоточились на острове. Нужно сказать сразу, что для нас найти остров уже было удачей, прошел год плавания, и мы теряли всякую надежду. В общем нам сказали смотреть скальные породы, выемки, пещеры, ямы. Остров был пустынный, никого кроме птиц, надо сказать. Мы как всегда пошли с Шанком, и сказали, в какую сторону пойдем. Когда прошли вглубь, то миновали густые заросли. Все опять же, однобокое – кроме птиц никого. Мы нашли пещеру, но до того как окликнуть кого-либо, мы решили глянуть туда, чтобы не оказаться дураками, ибо это могло быть не пещерой а выемкой. У Шанка при себе был факел, и когда мы смогли его разжечь, то прошли вглубь и действительно увидели, что это самая настоящая пещера.

– Ух ты Илистер, продолжай…

– Пещера была одним коридором и одной комнатой, никаких туннелей. Мы потревожили только гнездовье летучих мышей. Когда мы вошли в эту самую комнату, свет заиграл бликами. Потому как в центре стоял прямоугольный постамент, как нам позже объяснили, сделанный из какой то древней платины. – глаза Роуз округлились. – На нем были древние символы, понять которые никто так и не смог. Вообще эта штука мне напомнила саркофаг, с каждой из сторон, были вставлены, невиданные по красоте камни. Тут Шанк взял инициативу на себя, и сказал, что если у нас получится отколупнуть один камень, мы станем богатыми, а упрятать мы можем их где-нибудь по дороге. Ну, я и согласился, он приложился со всей дури, но кирка отлетела, с глухим звуком. Вторым попробовал уже я. Я вложил всю силу в удар, и вдарил. Что произошло после, мы так и не поняли, в саркофаге, как будто что-то шевельнулось. В тот момент мы с Шанком уже бежали опрометью оттуда, я не помню такого страха. И это шевеление… Чувствовал его не слухом, а как будто своей головой, словно внутри черепа что-то сказало о шевелении…

– Я бы умерла от страха Илис. – сказал Роуз, сжимая руку брата.

– Если хочешь знать мы там наверное, десяток лет оставили, от испуга. Ведь этот ужас сложно описать как то. Ты вроде не видел ничего, не слышал, но почувствовал, что здесь обрывается всё нормальное. Кроме того мы увидали, когда покинули пещеру, что птицы взлетели ото всюду, и кружились встревожено над островом, а ведь они были абсолютно спокойны при визите нашего корабля.

– Птицы почувствовали беду, братик.

– Видать так. Мыотыскали помощника капитана, рассказали про находку, и через полчаса с небольшим, рядом с саркофагом стояли командный состав, и большая часть матросов. Мы с Шанком, больше не стали туда заходить. Судя по тому, что остальные были спокойны, то шевеление, больше не повторилось.

– Так что это был за саркофаг, Илис. Удалось ли его открыть?

– Помощник капитана Ривс Белозубый, знает и алтинийский и еще пару языков, но сказал, что ни в каких землях не встречал такой вид письма. А металл из которого состоял саркофаг, не смогло повредить, ни одно из наших приспособлений. Так мы и оставили эту пещеру. Ну а дальше, все пошло своим чередом, кто-то нашел руду. Нас всех стянули на добычу. В основном была бронза, и немного серебра. Но на третий день нашего ковыряния в породах, люди начали кашлять, кто-то даже кровью. На другой день лазарет уже состоял из пятнадцати человек, потом тридцать, а потом уже никто не смог продолжать работу. Всех била дрожь, озноб, насморк и кашель, с таким количеством мокроты, которое и представить сложно.

– Ты тоже заболел?

– Заболели все. – ответил Илистер, и сразу продолжил, чтобы не пугать сестренку. – Неделя на якоре, ведь люди просто валялись, в том числе и лекарь. На вторую неделю уже, кто-то смог ходить за водой на остров, и за фруктами, они, кстати были вкусными. Так или иначе еще шесть недель было до полного выздоровления. На третью и четвертую недели, люди часто спали, и вот на этих неделях как раз не проснулись восемь моряков. Проснувшиеся же, рассказывали про жуткие кошмары. После пятой недели, все начали потихоньку восстанавливаться. Так через два месяца лихорадки, обессилевший капитан, собрал команду, велел лекарю присмотреть за всеми еще дня три, и на третий дал команду собрать провизию и отплывать. Ну а потом, фортуна все таки немного улыбнулась нам, мы нашли малюсенький островок с парой серебряных жил, это и дало мне, те гроши, с которыми я вернулся. – закончил Илистер

– Главное, что все хорошо, Илис. – сказала Роуз, и поцеловала его в щеку. – Но ты не рассказал, откуда у тебя такой побитый вид.

– Тут все проще, я шел от скупщика, и на меня напали, но подоспели люди, которые меня спасли. Я им предлагал даже золотой, но они отказались. – Илистер отчаянно не хотел говорить никому, про то, что случилось, и надеялся, что сестра не будет расспрашивать подробно.

– Да, братик, мир не без добрых людей. – сказала Роуз, и Илистер внутри расслабился. Сестра хоть и была доброй, но в дотошности ей не было равных. – Кстати Илис, ты извини, но я тебе кое-что хочу рассказать, потому что сильно люблю тебя, и не хочу, чтобы ты выглядел дураком.

– Что случилось. Опять кто-то приставал к тебе? – беспокойно спросил Илистер.

– Нет же! Речь о твоей Рене. – Илистер пытался вспомнить свою девушку, но почему то в его воображении предстала девушка-бирант.

– Что с ней?

– Она заходила в «Угорь». Была она не одна, а вместе с Билгуром. Похоже, что они встречаются. – нахмурив брови сказал Роуз. – Я как раз убиралась в это время, и когда подстерегла её одну, сказала ей, что она не имеет права так поступать с моим братом.

– А она что? – спросил, сдерживая улыбку Илистер.

– Она назвала меня мелкой дурочкой, и прошла мимо! – завершила Роуз.

Илистер рассмеялся, не ожидая от сестры такой воинственности. Настоящая сноутарка. Подумать то Рена, как он мог забыть? Видимо и впрямь, у них было мало общего, расставание назревало, парень знал, что она не будет ждать его два года. А наивная и такая прямая Роуз, которая сейчас хмурилась на него, не знала, что ему все равно, как и Рене. Обратив внимание на сестру Илистер снова её обнял, и чмокнув в макушку, погасил её злость: – Мне так приятно Роуз, но мы с Реной разные, и меня не трогает расставание с ней. Кому угодно я могу сказать, что мы с ней разбрелись до моего отплытия. Она же не пришла меня провожать в гавани.

– Ну зато теперь ты знаешь.

– Да, спасибо Роуз.

Потом их разговор, уже пошел на другие темы, Роуз рассказала ему про соседей, про то, что происходит в городе. Про то, как выгоняют алтинийцев. Они уже обсудили почти всё, когда пришел Айнар.

Зайдя в комнату, он сдержанно улыбнулся старшему брату, и подойдя к кровати подал руку, вместо того чтобы обняться. Илистер хотел силой его прижать к себе, но Айнар всем естеством уперся, и не дался, Илистер посмотрел на сестру. Роуз тихонько покачала головой, показывая этим «не надо».

– Я же подал руку, Илис. Зачем эти лобызания?! – сказал восьмилетний.

– А за тем, что он тебя не видел два с половиной года, дубина! – ответила Роуз за Илистера. Айнар хмуро посмотрел на неё.

– Ладно Айнар, все хорошо, я просто очень рад тебя видеть, когда подрастешь, уяснишь. – сказал мирно Илистер.

– Расскажи где ты был, брат? – сказал Айнар, тон его был упрямым, но Илистер начал привыкать. Он рассказал свою историю брату, не стал рассказывать, лишь про погибших от болезни.

– И всё? В этом всё плавание? Никаких пиратов, морских драконов, ничего больше? – спросил после рассказа раздосадованный Айнар.

– Айнар, мореплавание – часто трудная и скучная работа, и опасная по другим причинам. – сказал слегка напутственно Илистер.

– Вот вот. – добавила Роуз.

– Ладно. – махнул рукой Айнар. – Я пойду играть в камни с соседскими. – после чего ушел.

– Такой вот он противный. – отметила Роуз.