Вечная Золушка, или Красивым жить не запретишь. Свадьба с риском для жизни, или Невеста из коробки (сборник)

– Ты?! Верна?!

– По мере сил!

– Ненадолго же хватает твоих сил!

– Клянусь, ты ошибаешься! – выкрикнула Маргарита уже более жалобно и потянула на себя блюдо. – Отдай, ушибешь ноги.

– Пусть! – едва не разрыдался безутешный Хрюкин. – Пока я надрываю живот на работе, в твоей спальне, словно тараканы, кишат любовники!

– Там никого нет! – с подкупающей искренностью соврала Маргарита. – Я весь день скучала одна. А ты, вместо того чтобы прийти и приласкать меня, хватаешься за хрусталь!

– Я не верю, что там никого нет! – с надрывом сказал обманутый стоматолог. – Убежден, что какой-нибудь бугай уже продавил новый матрац своей игривой задницей! Я вот сейчас поднимусь туда и посмотрю сам!

Он метнулся к ореховому комоду, рывком вытащил на себя ящик и выхватил оттуда маленький, но, без сомнения, настоящий пистолет. Подняв его дулом вверх, он, повеселев, скомандовал:

– Теперь все наверх! Будем веселиться!

– Я не хочу при этом присутствовать! – воскликнула Маргарита, проявляя слабые признаки беспокойства. И, повернувшись к Жене, пояснила: – Сейчас он примется раскидывать подушки и крушить мебель, а я этого не выношу. Отдай мне ключ от входной двери! – обратилась она к мужу.

Мстительно улыбаясь, тот достал из кармана брюк связку ключей и бросил ей. Маргарита метнулась к двери, потом к калитке и, открыв ее, нос к носу столкнулась с женой Леонида.

– Вы кто такая? – растерянно спросила она, пятясь.

Как и предрекал Леонид, его жена ураганом ворвалась в гостиную, но, увидев испуганную Женю и растрепанного Хрюкина с пистолетом на изготовку, прямо на ходу потеряла скорость.

Маргарита вбежала следом.

– Кого-то ищете? – задорно поинтересовался Хрюкин, бочком подвигаясь к ней. – Хотите сказать, что тоже потеряли в нашей спальне своего родственничка, а?

– Мужа, – сообщил ураган, быстро переходя в просто порывистый ветер. – Леонида.

– Леонида! – Хрюкин всплеснул рукой с зажатым в ней пистолетом, и все присутствующие как по команде отшатнулись от него. – Что ж, будем искать!

Он вихрем взлетел по лестнице на второй этаж, а женщины, мелко семеня, побежали за ним, словно жены за разгневанным султаном. Распахнув дверь спальни, Хрюкин ворвался внутрь и безумными глазами оглядел интерьер.

– Ха-ха! – крикнул он, указывая дулом на шкаф. – Вот то место, которое интересует меня больше всего!

– Дорогой, перестань! – гневаясь, закричала Маргарита и вцепилась всеми десятью пальцами в ту руку Хрюкина, которой он сжимал оружие. – Это просто глупо.

Лоренцио, сожравший к тому времени все чипсы и запивший их пивом, громко рыгнул в шкафу.

– Я же говорил, там кто-то есть! – Хрюкин залился радостным смехом и, подскочив к шкафу, оттолкнул дверцу.

Мягко отъехав в сторону, она явила взорам всех присутствующих обнаженного итальянца, прикрывающего чресла пустой банкой из-под пива.

– Ну что? – спросил Хрюкин, оборачиваясь к жене Леонида. – Это он? Леонид?

– Нет, – ответила та, нервно облизывая губы. – Этого я не знаю.

– Тогда можно его пристрелить, – решил Хрюкин, целясь Лоренцио в лоб. Поскольку тот никак не отреагировал на столь угрожающий жест, Хрюкин дополнительно поинтересовался: – Ты готов к тому, чтобы умереть?

– Си! – сказал Лоренцио и рыгнул еще раз.

– Ладно, хрен с тобой! – внезапно смилостивился Хрюкин. – Живи покуда. – Он одним резким движением задвинул дверцу шкафа обратно. – Что ж, значит, Леонид где-то в другом месте.

– Ты сказал, что одного любовника мне простишь! – тут же нашлась Маргарита. – Тем более что он очень важный иностранец и у него дипломатическая неприкосновенность. Кроме того, Лоренцио у меня один. Можешь больше не искать!

– Неужели? – Хрюкин уже вошел в азарт и не собирался сдаваться.

Маргарита, наивно полагавшая, что, кроме Лоренцио, ей больше ничто не грозит, сложила руки на груди и состроила презрительную гримаску.

– Значит, говорите, ваш муж не пришел домой? – пробормотал стоматолог, озираясь. – Посмотрим, где он мог задержаться!

Хрюкин подскочил к кладовке и дернул на себя дверь. Немедленно взглядам всех присутствующих предстал Петя Скобкин, сидящий в скрюченном виде на пуфике Маргариты. В одной руке у него был утюг, в другой – пистолет, причем размером гораздо больше хрюкинского.

– Ну че, народ, может, обойдемся без стрельбы? – предложил Петя примирительным тоном.

Маргарита изумленно вскрикнула, Женя зажала рот ладонью, а Хрюкин, ничуть не испугавшись, спросил, адресуясь, как повелось, к жене Леонида:

– Ну что? Это ваш благоверный?

– Нет, это тоже не он, – жалобно проблеяла та, отчаянно жалея, что ей вообще пришла в голову идея ревновать и ехать домой к любовнице мужа.

– Это… Это мой друг, – робко сказала Женя и встала так, чтобы защитить собой Скобкина.

– Посмотри, что ты сделала с бедной девушкой! – с укоризной сказал Хрюкин, обернувшись к онемевшей жене. – Сначала двоюродный брат, потом друг…

– При чем здесь я? – возмутилась Маргарита.

– Разве это не твоя спальня?

В словах Хрюкина определенно был резон, поэтому его жена воздержалась от возражений. Между тем Лоренцио надоело сидеть в шкафу. За неимением другой одежды он набросил на себя женский халат и стал корябать дверцу. Только отодвинул он ее не вправо, как это делал Хрюкин, а влево. Благодаря чему глазам изумленной публики явился Карпенко, заполнивший собой всю крайнюю секцию шкафа. В отличие от Скобкина, он не доставал оружия, решив, что это ни к чему хорошему не приведет.

– Здрасте! – сказал Карпенко, совершенно не представляя, как себя вести. Судя по тому, что он слышал, стрелять в потолок не имело никакого смысла.

– Костя! – воскликнула Женя, вытаращив глаза. – Что ты здесь делаешь?!

– Хороший вопрос! – громко, но как-то нехорошо рассмеялся Хрюкин. – Что ты здесь делаешь? А ты что здесь делаешь? – спросил он, обращаясь к лупающему глазами Лоренцио. После чего резво повернулся к Скобкину: – А ты?

Маргарита, все это время усердно морщившая лоб, неожиданно произнесла:

– Мне кажется, это воры.

– Отличная мысль! – обрадовался Хрюкин. – Лицо с дипломатической неприкосновенностью плюс шайка из дома Ярославского!

В этот момент позвонили в дверь.

– О! Кто-то еще пришел на поиски. Возможно, у этой спальни гораздо больший резерв, чем я предполагал! – воскликнул Хрюкин и скомандовал: – За мной!

Почему-то все сразу послушались и последовали за ним. Так что пациентка, которая до обморока боялась бормашины, увидела всю ораву разом. Взвинченного и растрепанного Хрюкина с красными глазами и дикой улыбкой на лице, мрачную Маргариту, пришибленную жену Леонида, ошалевшую Женю, сосредоточенного Карпенко, Лоренцио в женском халате, из-под которого сверкали кривые голые ноги, и в довершение всего Скобкина с утюгом в одной руке и большим пистолетом в другой.

– Здра-а-а-вствуйте! – радостно закричал Хрюкин. – Заходите, пожалуйста! И не бойтесь! Ничего страшного с вами здесь не случится.

– Это вы доктор? – спросила девица, от удивления позабывшая обо всех своих страхах.

– Я, я доктор. Пользую пациентов прямо на дому. У меня и бормашина есть! – Он показал в сторону кабинета рукой, в которой был зажат пистолет. – Она не страшная! Вы заходите, не стесняйтесь!

Трусливая пациентка переступила порог и словно сомнамбула направилась к двери, ведущей на второй этаж.

– Нет, в спальню не надо! – сказал Хрюкин и, понизив голос, пояснил: – Там, знаете ли, небезопасно. Люди там появляются и исчезают словно привидения. Причем совершенно бесконтрольно.

– Я, пожалуй, зайду в следующий раз, – пробормотала пациентка, отступая к выходу. – Мне что-то нехорошо.

– А кому тут хорошо? – не пожелал войти в ее положение Хрюкин. – Раз пришли, вам отсюда дороги назад нет. Я вас обязательно вылечу!

Пока стоматолог препирался с девицей, толпа в гостиной начала потихоньку рассасываться. Первой в приоткрытую дверь просочилась жена Леонида, затем Карпенко со Скобкиным. Шествие замыкала Женя. Рядом с Маргаритой остался один Лоренцио в ее расписанном вручную шелковом халате.

– Почему ты до сих пор здесь? – с мученическим видом вопрошала Маргарита любовника, толкая его двумя ладонями в грудь. – Ты выглядишь круглым дураком, ты понимаешь это?

– Си! – отвечал Лоренцио, и это было последнее, что слышала Женя, закрывая за собой дверь.

Женя довольно долго простояла пнем на краю кукурузного поля, пока Карпенко и Скобкин вели между собою мирные переговоры. Чувствовала она себя в данный момент прескверно. Неужели это она устроила весь тот тарарам, который происходил в доме Хрюкина? И что самое обидное, устроила его совершенно напрасно. Судя по всему, Ян после той знаменательной стычки со стоматологом больше с его женой не встречался. По крайней мере, наличие в спальне Маргариты Лоренцио и возмущенной жены Леонида говорило в пользу этой версии.

Удовлетворенный объяснениями, Карпенко наконец ушел, а Скобкин со скорбной физиономией объяснил Жене:

– Я ему сказал, что у нас… того… отношения…

– Что вы говорите? – пискнула Женя, не зная, что на это ответить.

– Да. Ты вроде как пошла к врачу зуб лечить, а я вроде как приревновал и отправился следом.

– Приревновал к стоматологу?!

– А че? Он богатый. И сосед к тому же.

– И Карпенко поверил?

– А что ему оставалось делать? Ты же видела этот карнавал! Он сыграл нам на руку. В общем, вот тебе телефон моего мобильника, звони, как только понадоблюсь.

– Спасибо, – весьма неуверенно пробормотала Женя. Она очень надеялась, что не попадет в ситуацию, когда ей снова понадобится Скобкин со своим большим пистолетом.

– Да чего там! Меня ведь Ирка просила. Младшая сестра!

Входя в дом, Женя была натянута как струна. Доносчица Пыгова демонстративно пронесла мимо нее поднос с фруктами и стаканом кефира, ничего при этом не сказав. Выходя из Жениной спальни, она захлопнула дверь прямо перед ее носом.

– Благодарю вас, Ирма Гавриловна, – вздохнула Женя.

– Не за что, не за что, – пропела экономка. – У вас, Евгения, теперь новая, интересная жизнь. Надо поддерживать силы. Вечером я принесу еще порцию провизии. Кстати, когда начнете перекусывать, не забудьте, что через пятнадцать минут обед.

К счастью, за обедом дядя ничего не сказал Жене по поводу ее сегодняшних приключений. Возможно, Карпенко вообще не докладывал ему подробностей происшедшего. Хотя Ирма Гавриловна так и шныряла вокруг стола, надеясь стать свидетельницей нагоняя, который дяде полагалось было задать племяннице за дружбу с ужасным Скобкиным.

Не прошло и получаса после обеда, как нервы Ирмы Гавриловны были в очередной раз травмированы, а любопытство понапрасну раззадорено. Телефон в холле внезапно зазвонил – громко и требовательно. Поспешив к аппарату, она схватила трубку и услышала незнакомый женский голос, который сказал:

– Позовите… э-э-э… сестру Яна Ярославского.

– Ждите, – ледяным голосом сказала экономка и неспешно отправилась на второй этаж.

– Вас к телефону, Евгения, – объявила она с обвиняющей интонацией, распахнув без стука дверь Жениной комнаты.

– Кто? – невольно спросила та.

– Как мне кажется, это похитители Яна. Почему-то они хотят поговорить именно с вами.

Женя на ватных ногах спустилась вниз и схватила трубку основательно вспотевшей ладонью. Она подумала, что звонят не похитители Яна, а те люди, которые ее шантажируют.

– Алло? – спросила она, стараясь дышать не слишком шумно. – Кто говорит?

– Это Маргарита Хрюкина, – сообщила трубка задушенным голосом. Судя по всему, жена стоматолога тщательно прикрывала ее ладонью. – Я вот что хотела сказать… По поводу Яна. Я действительно видела его в понедельник. Кажется, это вас так сильно интересовало…

Сердце Жени забилось с удвоенной скоростью. Если Ян пропал не по дороге домой, а прямо здесь, в поселке, круг поисков значительно сужался. Однако Маргарита следующей фразой остудила ее пыл.

– Я видела его в Москве, возле супермаркета. Не знаю, как называется эта улица, но могу подробно объяснить, как туда добраться.

Она громким шепотом описала место, где встретила тогда Яна.

– Было около восьми вечера, – добавила Маргарита. – Я посмотрела на свои часики. Примерно без пяти – без шести минут восемь.

– О чем вы с ним разговаривали? – отважилась спросить Женя.

– А кто вам сказал, что мы вообще разговаривали? Я к нему даже не подошла. Я как раз ловила машину на другой стороне дороги. И мне было не до него. Я… Я была с другим человеком.

– А этот другой человек тоже видел Яна? – на всякий случай поинтересовалась Женя.

– Возможно, видел. Но он ведь не знает его в лицо! Кроме того, он не говорит по-русски, – многозначительно добавила она.

Значит, Маргарита была с Лоренцио! А от него без переводчика, кроме «си», и впрямь ничего не добьешься. Обидно, конечно. Впрочем, грех сетовать. Какая-никакая, а это все-таки информация. Новая информация! Такой, пожалуй, нет даже у Карпенко.

– Я очень вам благодарна за звонок, – искренне сказала Женя. – Возможно, это поможет в поисках. Я просто уверена, что поможет.

– Ян мне очень нравился, – призналась Маргарита. – Хотя в последнее время мы стали уставать друг от друга.

Женя не нашлась, что на это ответить, и, еще раз поблагодарив Маргариту, положила трубку на место.

– Надо было поставить телефон на прослушивание, – заявила Ирма Гавриловна, проходя мимо Жени в кухню. – Я говорила этим людям из милиции, но они заявили, что требований выкупа не будет. Якобы для таких требований уже слишком поздно.

– Это не требование выкупа, – поспешила разуверить ее Женя. – Это частный звонок. Он совершенно не касается денег, понимаете?

– Понимаю, – зловещим тоном сказала Ирма Гавриловна. – Я все понимаю… И гораздо лучше, чем вы полагаете, Евгения.

Женя поторопилась уединиться в спальне, чтобы переварить информацию, полученную от Маргариты.

Итак, если Маргарита не врет, она была последней, кто видел Яна в роковой понедельник. Ян стоял рядом со своей машиной, припаркованной на стоянке возле супермаркета. Или собирался садиться и уезжать, или только приехал – Маргарита не поняла. Единственное, что она могла сказать, что Ян с кем-то встречался там. Или кто-то поджидал его, или он с кем-то прощался. Маргарита уверяет, что он улыбнулся и махнул рукой, глядя в сторону магазина. Ей очень хотелось узнать, кто это, но тут подъехала машина, и у нее не осталось на это времени.

Ян был в той же одежде, в какой уехал из офиса. После долгого допроса следователя Женя могла с точностью до минуты воспроизвести свои действия во второй половине дня понедельника. Она без колебаний подписала собственные показания, в которых говорилось, что Ян ушел с работы в половине восьмого. Хоть Женя редко раскатывала по городу в машине, да и то, если удавалось, в качестве пассажира, было ясно, что Ян из офиса сразу же отправился к тому самому супермаркету, о котором говорила Маргарита. Наверное, там должно было состояться свидание. Женя еще раз напомнила себе, что Ян – очень эффектный мужчина и поклонниц у него наверняка целая дюжина. Кроме того, вряд ли он назначил возле магазина именно деловую встречу. Нет-нет, конечно, личную.

«Надо будет съездить туда и сориентироваться на месте», – подумала Женя и запланировала поездку на завтрашнее утро. На сегодня и так было достаточно переживаний. Заодно она решила захватить с собой видеокассеты, зайти в первый подвернувшийся видеопрокат и спросить, могут ли там определить их принадлежность. В самом деле, допустим, ее муж уехал в командировку и забыл вернуть взятые фильмы. И ей не хочется платить за каждый день просрочки – ведь получится огромная сумма! А она не знает, в каком прокате муж брал кассеты.

Женя усмехнулась. Муж! Муж был для нее сплошной абстракцией. Она никогда не примеряла к себе эту абстракцию, даже в самых смелых мечтах. Так уж получилось, что в своей жизни она не нравилась никому – ни молодым мужчинам, ни старым, ни симпатичным, ни страшным, ни высоким, ни низким. Никто никогда за ней не ухаживал, не приглашал на свидания и даже не звонил по телефону просто так. Женя – страшно сказать! – ни разу не целовалась с парнем. Веня Лаптев с самого детства был только другом, и ничего, кроме дружбы, ему в голову не приходило.

Ночью Жене приснился странный сон. Будто Ира Скобкина сидит в рабочем кресле Яна и, грозя ей пальцем, повторяет голосом экономки:

– Люди часто лгут, Евгения, не забывай этого. Зачем тебе позвонила Маргарита? Вероятно, она преследовала какую-то цель! Не верь никому на слово!

Проснувшись на рассвете, Женя никак не могла прогнать назойливое видение. Может, это был вещий сон? И Маргарите Хрюкиной действительно не стоит верить? Что, если она придумала всю эту историю с Яном, которого она якобы видела возле супермаркета? Придумала для того, чтобы отвести от себя подозрения, а на самом деле это именно она встречалась с Яном в понедельник.

Женя не знала, что делать. Верить Маргарите или нет? Ехать в центр города к супермаркету или же остаться в поселке и следить за домом Хрюкиных? Честно говоря, ее мало прельщала перспектива пролежать полдня в кукурузе, поэтому она остановилась на первом варианте.

Прежде чем отправиться на описанное Маргаритой место, Женя решила заехать к Лаптеву на работу. После посещения ресторана они не виделись и не разговаривали. Веня вряд ли переживал по этому поводу. Он обладал потрясающей способностью выключаться из жизни, стоило только показать ему светящийся монитор. Однако Жене казалось, что будет некрасиво, если она, втянув Веню в расследование, не расскажет ему о том, как развивались события дальше.

– Что ты надеешься найти возле этого супермаркета? – скептически спросил Лаптев, после того как Женя сообщила ему последние новости.

– Не знаю, мало ли. Может быть, там платная стоянка и служащий запомнил автомобиль Яна. Или там есть киоск, торгующий сигаретами, а в нем работает любопытная девушка, которая обращает внимание на всех симпатичных мужчин, появляющихся в поле ее зрения. Я просто хочу посмотреть.

– А в пакете у тебя что? – поинтересовался подозрительный Лаптев. – Надеюсь, ты не стащила из дому какой-нибудь пугач, чтобы чувствовать себя крутой?

– Нет, там видеокассеты. – Женя потрясла пакетом в воздухе. – Правда, я не слишком хорошо представляю себе, что с ними делать…

– А когда ты снова встретишься со Скобкиной? – перебил ее Веня, напряженно глядя прямо перед собой. – Вы ведь договорились о следующей встрече?

– Ну… Как тебе сказать… У Иры сейчас гастроли.

– Так она уехала из Москвы?

– Да нет, она разъезжает со своими музыкантами по подмосковным Домам культуры. Такое турне местного масштаба. Я оставила ей дядин телефон, а она мне свой.

– Дай посмотреть!

– Веня, ты что, втюрился в эту девушку? Она ведь любит Яна!

– И пусть себе. Я, может, просто хочу с ней поболтать.

– Я от тебя этого не ожидала.

– Тебе-то что? – обиженно спросил Веня. – Если даже я ей позвоню, мир не разлетится на кусочки. Правда ведь? Чего ты надулась?

– Ян – мой двоюродный брат. Я не хочу, чтобы кто-то отбил у него девушку в столь трагический момент его жизни.

– Ладно, уговорила, не буду звонить, – махнул рукой Лаптев. – Тем более что я не уверен, захочет ли прима со мной разговаривать.

– Не думай, что она вся из себя! – бросилась защищать Скобкину Женя. – Она, наоборот, своя в доску.

– Кстати, могу дать тебе бесплатный совет, – сказал Лаптев, с ласковой иронией глядя на свою ощетинившуюся подругу. – Прежде чем ты начнешь бродить с видеокассетами по прокатам, обязательно посмотри, что на них записано.

– Но это просто художественные фильмы!

– Откуда ты знаешь?

Женя покраснела и не нашлась, что сказать. Действительно, откуда она знает? Боже мой, какая же она наивная! Почему ей в голову не приходят самые простые вещи? Наверное, сказывается отсутствие настоящего жизненного опыта. И она еще на что-то надеется! Почему Веня прямо не скажет ей, что идея самостоятельного поиска Яна совершенно нежизнеспособна? Наверное, он просто боится задеть ее самолюбие.

Женя быстро распрощалась с Лаптевым и отправилась в дядину фирму. У нее были ключи как от приемной, так и от кабинета двоюродного брата. А в его кабинете стоял видеомагнитофон. Сотрудники, попадавшиеся ей навстречу, ходили со скорбными лицами. Они тихо здоровались с Женей, словно уже начались поминки. По всей видимости, никто не верил в то, что Ян Ярославский до сих пор жив.

Оказавшись наконец в кабинете, Женя вытряхнула кассеты на стол и задумалась. «Вероятно, здесь собран компромат на Яна, – решила она, сосредоточенно хмуря лоб. – Ведь шантажисты мне тоже прислали видеокассету! А я даже не смогла сопоставить два этих события! Но от Яна, скорее всего, потребовали гораздо больше денег».

Женя уже абсолютно уверилась в правильности собственных умозаключений. Поэтому была страшно разочарована, когда вместо любительской видеосъемки увидела начало того самого художественного фильма, название которого значилось на коробке. Не желая признавать своего поражения, Женя просмотрела обе кассеты от начала и до конца. Потратила кучу времени и, разочарованная, снова засунула их в пакет. Вот тебе и раз! Фильмы. Просто фильмы. Зачем они Яну? Как попали на его стеллаж?