Там, где нас нет

– В каньоне? – Джеффи старательно нахмурился. – Раньше там никто не жил. Кроме койотов, рыжих рысей и их кормовой базы. Славное было время. Не то что сейчас.

– Нам известно, что этот человек бывает в городе не реже нескольких раз в неделю. И всякий раз проходит мимо вашего дома. Может, тогда-то вы его и видели?

– Может быть. Я не любитель рассиживаться на веранде. Других дел хватает.

– Если он вас заметил, мог остановиться, чтобы поболтать. Он общительный человек.

– У меня с такими людьми разговор короткий. – Джеффи нахмурился старательнее прежнего. – Говорю же, у меня маленькая дочь, так что я не очень люблю незнакомцев.

Он взглянул на парочку за спиной у Фолкерка. Похожи на спецназовцев, снявших кевларовую броню, чтобы заглянуть в кафе за пончиками. Джеффи снова сосредоточил внимание на собеседнике:

– Так что происходит? Мне следует волноваться? И если да, то насколько сильно? Этот бродяга кого-то убил?

– Его зовут доктор Эдвин Харкенбах. Это имя вам о чем-нибудь говорит?

– Нет, я у него не лечусь, – покачал головой Джеффи. – Моего терапевта зовут Бен Солерно. А стоматолога – Дженнифер Гошен. В специалистах узкого профиля пока не нуждаюсь, и слава богу.

Какое-то время Фолкерк молча смотрел на него, после чего убрал телефон. В руках у него появился официального вида документ.

– Мистер Колтрейн, понимаете ли вы, что лгать агенту АНБ – это уголовно наказуемое деяние?

– Да, конечно понимаю. Так же как и лгать агенту ФБР. И это правильно.

– Вот ордер на обыск вашего жилища. Речь идет о национальной безопасности. Попытка воспрепятствовать моим действиям повлечет за собой ваш арест.

– Хотите зайти и осмотреться? – Джеффи взял у него ордер.

– В общем и целом – да. Вам следует знать, что вас не подозревают в совершении уголовного преступления. – В ледяном взгляде Фолкерка читалось обратное. – Этот ордер выдан в соответствии с Актом о негласном наблюдении в целях внешней разведки. Для противодействия угрозе национальной безопасности. Я говорю об индивидууме, который мог воспользоваться вашей добротой в преступных целях. Такие ордеры выписаны на обыск всех семи домов в переулке Тенистого Ущелья.

Примечания