- -
- 100%
- +
Я улыбнулась и пошла готовиться ко сну, поцеловав Глорию в щеку. Да, хотелось бы мне что-то построить…
Билл давал мне неозвученную надежду на то, что все будет хорошо. Вся группа давала мне положительный настрой. А как дурачится и веселится его брат, Том! Думаю, многие бы были рады быть с ним рядом, но Том пока что не хочет серьезных отношений, как я вижу. Он так ненавязчиво флиртовал с официантками, а те краснели, как вареные раки. Густав же спокойный и просто милый юноша, единственный в группе, кто не курит и не пьет. Он постоянно Георг – лучший друг Тома, они вместе так откровенно о чем-то секретничали и на взрыв весело гоготали, пока Билл тихонько ко мне прижимался.
Думаю, что у нас что-то получится с Биллом. Пока я не могла сказать, что люблю его, он просто безумно мне нравился как человек и как парень. Если бы у нас так и ничего не сложилось, я бы постаралась стать ему другом, как бы это смешно ни звучало. Потому что Билл, как мне кажется, особенный человек. Он держится на людях всегда уверенно и по-царски. Пускай его завистники локти кусают, когда группа получает очередную награду… Билл и Том с Георгом и Густавом шли к своей цели очень долго и, наконец, пришли. Все-таки мне нужно поучиться у них целеустремленности. Учеба дается мне нелегко, а хороших музыкальных продюсеров очень мало. И хотелось бы мне достичь тех же высот, что достиг Дэвид Йост —продюсер мальчиков. Он просто мой кумир, нам в институте ставят его в пример, так как он ведущий продюсер Германии.
С самыми радостными мыслями я заснула, ведь завтра Билл обещал взять меня пройтись по магазинам, что-что, а вот одеваться он умеет.
Следующий день я протаскалась с Биллом по различным бутикам. Я ужасно устала, а он как будто и не ходил с огромными и тяжелыми пакетами и лишь только радостно улыбался и потирал руки.
– Ну, Крис, как тебе твой новый стиль?
– Звучит грандиозно, но на самом деле мы взяли мне только пару рокерских вещичек… Остальное все достаточно женственное. И зачем только мне кожаная куртка в заклепках, с чем я ее надену? Разве что с ботфортами со шнурками… Мда… Меня в таком виде мама домой-то не пустит, скажет, что я окончательно зафанатела от Tokio Hotel.
– Кристен, не капризничай. Вот сейчас еще в Dior зайдем и все.
– Но я ничего не могу себе там позволить… А, сглупила, прости.
Билл мягко рассмеялся.
– Я бы предложил тебе что-то взять, а я бы заплатил…
Я задохнулась от возмущения и на некоторое время просто онемела. Билл заржал как конь, от изящного и мягкого смеха не осталось ни следа.
– Да ладно тебе, это просто неудачная шутка.
Я расслабленно выдохнула.
– Клоуна из тебя не получится, это уж точно.
– Это Гео у нас в группе клоун, причем загадочный клоун. Ну и Густ нас пытается развеселить, когда мы на взводе. А Том умеет шутить только тогда, когда в поле зрения есть привлекательная девушка. Вот тогда-то он и слывет королем юмора. Причем пошлого юмора. Однажды на передаче он пытался пошло шутить насчет того, что прячется под юбкой у симпатичной ведущей. Колин не сдавалась и отвечала не менее дерзко, причем она немного была смущена, но все же давала отпор. Уж не знаю, чем эта история кончилась, наверное, Том так делал для поддержания своего образа «мачо». А я так, шучу скорее для себя.
Я ухмыльнулась, сжимая в руках очередной пакет с женской одеждой.
– Ты забыл сказать: «Следующий вопрос!» – рассмеялась я, садясь на небольшую скамеечку рядом с неприлично дорогим и пафосным бутиком.
Билл радостно заулыбался и ответил:
– Иногда я бываю таким, словно я сижу на интервью. Поскольку меня постоянно допрашивают журналисты. Я безумно устаю от этого всего, но работа есть работа.
В любимом бутике Билла мы проторчали целый час. Я в итоге на все наплевала и уселась в зоне отдыха попивать кофе. Кофе подали хороший, ничего не могу сказать. Наконец Билл взял в руки огромные пакеты с логотипом Dior и пошел ко мне.
– Дай взглянуть, что же ты приобрел… Билл, но это ведь женская сумка! – возмутилась я.
Билл загадочно улыбнулся и смешно захихикал, прижимая палец к губам.
– Тихо, тихо, только никому ни слова, хорошо?
Я почувствовала себя хранителем государственной тайны и кивнула.
Билл просиял.
– Пошли, поедим мороженого? Или чего-нибудь сладкого?
– Но тебе ведь нельзя его, ты же поёшь?
Билл махнул рукой и сказал:
– Сегодня можно все, сегодня отпуск!
Через несколько минут Билл уминал пирожное, запивая его ледяным чаем, ведь на улице была теплая осень. Я просила его быть осторожным, ведь можно застудить горло, но Биллу все было до лампочки.
– Слушай, Крис, а расскажи мне про свою первую любовь? Ну, про того, кого ты полюбила впервые? – пробурчал с набитым ртом Билл, сыто хлопая себя по бедру.
Я потупила взгляд. И кого же мне назвать? Эндрю в детском садике? Норманн в начальной школе? Кевин в школьном лагере? Никто не подходит, поскольку это все не любовь. А любовь у меня была, скажу честно, однажды безответная. Ну и это тоже несерьезное было чувство.
– Я не знаю, Билл, что тебе сказать… Может даже быть так, что ты и есть моя первая любовь.
Билл поперхнулся пирожным и прокашлялся. Его ореховые глаза удивленно посмотрели на меня, а изящные руки нежно взяли мои в свои.
– Кристен, – легким шорохом сказал Билл, – я буду очень рад встречаться с тобой. Я хочу, чтобы рядом со мной ты была счастлива.
Я тепло улыбнулась Биллу и поцеловала его в щеку. Билл в свою очередь тоже заразительно улыбнулся. Мы сидели так, казалось бы, целую вечность, пока не сообщили, что центр закрывается. Билл подхватил сумки, мои и свои, и мы пошли. Билл посадил меня в свою машину, я пристегнулась, водитель включил радио и накрыл меня небольшим пушистым пледом. Плед пах парфюмом Билла, я, засыпая, устало улыбнулась. Мне снилось, что мы с Биллом бежим куда-то по пляжу, волны плещутся, чайки кричат, бабочки летают… Типичный романтический сон. Резкий толчок и отчаянный визг тормозов заставил меня проснуться. Открыв глаза, я увидела матерящегося Билла и огромную вмятину на соседней машине.
– Билл, звезда ты наша, ты бы смотрел, куда ты едешь вообще?! Ты что с моей машиной сделал? – ругался какой-то солидный мужчина в белой кепке.
– Извините, я совсем не хотел. Вот, возьмите деньги, – с такими словами Билл протянул пачку долларов, которую держал в бардачке как раз для таких случаев. Мужчина удивленно присвистнул, но деньги забрал.
– Слушай, Каулитц, ты бы водить-то научился, а то не дай Бог что случится с тобой… На твоей машине сегодня всего лишь царапина, а что будет завтра? Ну ладно, Бог тебя храни…
Билл улыбнулся и вдобавок расписался мужчине на предложенной кепке. Тот повеселел и вызвал эвакуатор. Билл сел ко мне и нежно чмокнул меня в лоб.
– Кристен, малышка, ты не слишком испугалась?
– Я толком ничего и не поняла. Что, много денег отдал тому мужику?
Билл махнул рукой, надел очки и кепку, и мы тронулись с места. Спокойно доехав до отеля, Билл улыбнулся и помог мне выйти из машины. В номере Билла нестерпимо пахло женскими духами, это чувствовалось уже в прихожей. Смерив любимого испепеляющим взглядом, я вошла в комнату и потеряла дар речи. Вся кровать была усыпана лепестками красных роз и всюду стояли пока незажженные большие белые свечи.
– Билл, что это?
– Я попросил горничную немного украсить номер. Все для тебя, моя Кристен. – с такими словами он подвел меня к кровати, усаживаясь рядом, и приблизил свое лицо к моему. Я попыталась отойти, но он держал меня крепко в своих объятиях.
Казалось, что я сейчас взорвусь, потому что я кожей чувствовала какие-то непонятные искры. Билл провел рукой по моей щеке и едва коснулся своими губами моих губ. О боже, ну неужели это у меня первый поцелуй?…
Билл немного отошел в сторону и мягко рассмеялся, улыбаясь.
– Билл, ну… Это было замечательно… – промямлила я. – Спасибо за такую атмосферу.
Солист группы ответил мне:
– Это тебе спасибо за то, что ты со мной!
Я прибежала домой, мама уже спала. Странно, обычно она меня всегда дожидается. Я привела себя в порядок и легла в холодную постель. Мысли о Билле так и лезли в голову, а идиотская улыбка так и расползалась по моим губам. Я прикоснулась к ним и ощутила все еще то прикосновение губ Билла. Я вся снова пропахла мятой, даже душ не смог отбить этот стойкий запах дорогих духов. Билл, ну что же ты со мной делаешь? Ты так приятно удивил меня, спасибо…
Глава 3
Эту неделю я прилежно училась, а потом встречалась с Биллом, и мы вместе куда-то ехали на моей машине. Однажды вечером за нами увязался скучающий Том, («Ну, пожалуйста, Кристен и Билл, возьмите меня с собой, а то мне скучно!») и мы вместе катались на колесе обозрения. Билл смотрел вниз и отчаянно визжал от счастья, а может, и от страха.
– Тебе страшно? – взял за локоть близнеца Том.
– Есть немного, – признался Билл.
– Я тебя буду держать, чтобы ты, не дай Бог, не свалился.
– Хорошо.
Но при этом они все же дурачились: Билл выкрикивал свои песни, а Том что-то орал уж совсем неприличное. Я смотрела на близнецов и счастливо смеялась. Билл подошел ко мне и сел, вырвавшись из-под поддержки Тома.
– Не подходи близко к краям кабинки, – предостерег брата заботливый Том. – И ты, Кристен, тоже, а то есть случаи…
Билл поморщился.
– Давай не будем о грустном. Все-таки как-никак мы все еще на колесе обозрения, Том, с нами девушка…
Том фыркнул.
Вдруг кабинка резко пошатнулась и начала останавливаться с диким визгом несмазанных петель. Билл обернулся так, что хлестнул меня своими волосами по лицу, и посмотрел вниз. Том вскочил и схватил брата за локоть.
– Ну куда же ты свесился, Билл!
Тот помолчал немного и расхохотался как безумный. Том посмотрел на меня и сказал:
– Билла накрыло, скорую сюда не вызвать…
– Другие кабинки тоже не едут. Мы оказались на самой вершине… Будет очень больно отсюда падать, – проговорила дрожащим голосом я.
– Крис, не дури, никто отсюда не упадет.
Билл перестал ржать и посмотрел совсем спокойно и серьезно то на меня, то на своего близнеца. Внезапно солнце скрылось за тучами, и полил дождь. Резко похолодало, Билл прижался ко мне, а Том снова дал мне свой кардиган, пахнущий яблоками.
– Так, ребята, нам нужно просто подождать. – рассудительно проговорил Билл. Том едва заметно кивнул и уселся напротив нас.
– А Дэвид сейчас в стране, никто не знает? – спросил Каулитц-старший.
– Зачем тебе Дэйв? – спросила я.
– Просто он один знает, куда обращаться в таких ситуациях.
Билл уткнулся мне в плечо и что-то стал тихо напевать, слава Богу, он больше не скакал по кабинке и не орал песню «Schrei», что в переводе означает «Крик». Сейчас он пел «Wenn nicht mehr geht». Как-то не хотелось слышать о смерти на невероятной высоте в старой кабинке, но выбирать не приходилось.
Том присел рядом с Биллом, тот потянулся к брату, но кабинка чудовищно наклонилась в сторону Каулитца-старшего. Я завизжала так, что, казалось бы, лопнут барабанные перепонки у всех. Том попытался встать, но упал на ржавый пол кабинки. Та все еще оставалась наклоненной, я вцепилась в Билла и уткнулась ему в плечо, чтобы не выпасть из кабинки. Билл встал и на удивление крепко держался на ногах, поднял Тома и посадил на другую маленькую скамеечку. Кабинка все еще держалась наклоненной.
Том достал телефон и трогательно его сжал в руке. Как ни странно, связь на телефоне все еще поддерживалась. Я взяла телефон Тома из его руки и набрала знакомый номер. Это номер моего дедушки, Йоахим. Он руководит спасательной частью Берлина.
– Йоахим? Это Кристен. Да, дела у меня, в общем-то, нормально, но сейчас нам нужна твоя помощь. Нет, нет, на меня не упало дерево, моей жизни практически ничего не угрожает…
Я объяснила дедушке всю ситуацию, он пообещал, что вышлет вертолет. Том ошарашено посмотрел на меня и улыбнулся. Билл растянул губы в радостной улыбке синхронно с Томом. Вдруг кабинка еще больше наклонилась так, что моя сумка вылетела из нее от меня на большой скорости. На этот раз завизжал Билл.
– Кристен! Послушай меня, посмотри на меня… Прежде чем мы все отсюда упадем и разобьемся, я хочу, чтобы ты знала…
Том оставался на удивление спокойным и крепко стоял на ногах, держась за поручень кабинки. Дождь прекратился, и просияло солнце, показывая огромную радугу.
– Что, Билл? – спросила я.
– Кристен, дорогая, я люблю тебя! Я люблю тебя больше жизни, я живу тобой, ты и есть все мое существование! Когда я увидел тебя на концерте, то понял, что не смогу отпустить твою руку и просто так уехать. Я хотел, чтобы ты меня не забыла. Я хотел и хочу быть с тобой… И если мы сегодня умрем…
Том поднял за шиворот упавшего на пол Билла и отряхнул его. Я сидела на скамеечке и ничего не смогла вымолвить. Вдруг послышался гул вертолета, и я увидела Йоахима. Тот радостно улыбался и махнул рукой спасателям, те вытащили нас в вертолет. Медсестра отпаивала побледневшего Билла коньяком, хотя тот отпирался, что он такое не пьет. Том держал брата за руку, я же прижалась к Биллу. Йоахим строго посмотрел на всех нас и неожиданно улыбнулся.
– Ну что, Крис, как ты себя чувствуешь? Нужен ли тебе коньяк? – спросила медсестра.
– Мне бы чего-нибудь успокаивающего, твое алкогольное средство, Йоахим, не работает.
Билл сонно потянулся и стал засыпать у Тома на плече. Видно, пережитый стресс и алкоголь сказался на нем. Йоахим стал говорить тише, хотя он вообще очень громогласный человек.
– Кристен, ты встречаешься с Биллом Каулитцем? С тем самым? А это его брат? – стал возбужденно шептать дедушка.
Я кивнула и в ответ шепнула:
– Они сейчас отдыхают в Берлине, только, Йоахим, ни слова никому… Особенно про меня, это большая тайна, Йоахим. Иначе от фанаток не будет отбоя. Они же прячутся за очками и кепками в основном.
Дед заговорщицки подмигнул мне и прижал палец к губам.
– Никому… Молчок.
Вертолет подлетел к отелю, Том разбудил сонного Билла, и мы вышли на улицу. Пахло невообразимой свежестью, дул теплый ветерок… На улице было очень благодатно.
Билл помахал рукой Йоахиму, прокричал «Спасибо!» и зашел в отель. Том искусно состроил глазки главной горничной, и та растаяла.
– Шарли, я тебе позвоню… – выдохнул Том. Та просияла.
Билл недовольно потянулся и взял меня за руку.
Я позвонила маме, сказала, что ночевать останусь в номере у Тома, та явно не обрадовалась, но легко согласилась со мной. Глория лишь только заволновалась, когда услышала, что мы застряли на колесе обозрения.
– Дочка, с тобой все в порядке?
– Да, только сумка с телефоном и ключами упала вниз… Билл плохо себя чувствует, и мне нужно остаться рядом с ним. Ты ведь не против, мам?
– Конечно, нет, завтра ведь выходной и я буду дома, так что ты свободно попадешь обратно. А телефон новый купим.
– Спокойной ночи, мам.
– Спокойной ночи, Кристен.
Я подлетела к Тому и обняла его.
– Кристен, спасибо, что все разрулила. Ты большая молодец, совсем не паниковала, – шепнул мне на ухо гитарист. Билл недовольно покосился на близнеца и снова взял меня за руку.
– Не стоит, Том. И потом, я первая завизжала как ненормальная, причем очень громко.
Тот мягко рассмеялся. И как они с Биллом умеют так ласково и нежно смеяться? Я же когда веселюсь, то чуть ли радостно не похрюкиваю. В любом случае им надо сказать большое спасибо, ведь братья меня поддерживали в эту трудную минуту.
– Пошли лучше ко мне в номер, Крис. Билл, ты с нами?
Билл кинул уничтожающий взгляд брату и крепче сжал мою руку.
– Да шучу я, Билл, успокойся.
Взгляд Каулитца-младшего изрядно потеплел. Билл поцеловал меня в шею, я довольно заурчала. Тома что-то забеспокоило.
– Не хочу показаться Георгом, но вы реально голубки. И пока вы тут друг друга не изнасиловали, прошу перейти ко мне в номер.
Настала моя очередь посылать Тому уничижающий взгляд. Тот послал мне шутливый взгляд в ответ. Нет, на Тома невозможно злиться. Он все-таки мне друг, а на друзей не обижаются, даже если они и ведут себя как больные свиньи.
Всю ночь Билл что-то свое пел, а Том радостно смеялся и пытался подыграть близнецу подходящую мелодию. Потом Билл заметил мой явно скучающий вид и прижался ко мне, по-отечески поцеловав в лоб. А Том непрерывно смотрел на часы, потом хлопнул себя по лбу и воскликнул:
– Что-то Шарли ко мне не заходит… Интересно, что она подумала, когда мы все втроем пошли ко мне?
Билл скучающе пожал плечами и крепко меня обнял.
Том со всего размаха прыгнул к нам на свою же двуспальную кровать и обнял нас своими длинными и загорелыми руками. Воцарилось молчание. Я же завалилась к Тому под бок и начала засыпать, все-таки было уже 4 утра. Билл прижался рядом и тоже уснул. Том боялся пошевелиться, но все же тоже заснул.
– Кристен, вставай, засоня ты моя! – ласково поцеловал меня в щеку Билл, показывая на часы. – Уже полдень, а ты все еще спишь.
Я сонно потерла глаза и поплелась умываться. Том же сидел без футболки и монотонно размешивал сахар в кофе.
– Держи, Крис, ты сейчас рухнешь от усталости. Не привыкла так поздно ложиться?
Я кивнула и уселась на стул.
– А мы с Биллом часто ложимся поздно, бывает, вот так просидим до утра, что-то поем, играем, а потом спим днем. Густава это жутко бесит, в 9 часов утра он уже на ногах. Гео же спит тоже долго.
Я улыбнулась.
Билл покачал головой и тоже заулыбался.
– Тебе звонила твоя мама и просила передать, чтобы ты поскорее возвращалась домой. Она волнуется.
Я хлопнула себе по бедру и вскочила.
– Мама! Ребята, можете меня отвезти?
– Твоя машина осталась около парка аттракционов, Крис.
– Черт… Ладно, всем пока, я полетела, мама ждет!
Дома Глория встретила меня с широкой и немного загадочной улыбкой. Пройдя на кухню, где сидела мама, я воскликнула:
– Мам, все ли в порядке? Прости, что так поздно, просто близнецы ночью веселились, а я не могла уснуть…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.