- -
- 100%
- +
– А что за навык? – с любопытством спросил я.
– Дыханье дракона, – ответил он, воодушевдяясь. – Шестьдесят единиц духа за широкую адского пламени. Действительно мощная вещь. Знаешь, я начал экспериментировать с ним в последнее время, и у меня начинает получаться при помощи Воли управлять потоком огня, а с помощью интеллекта у пламени появилась регулируемая ёмкость энергии. Могу сорок вложить, могу шестьдесят. Когда получил, в описании было указано, что требует пятьдесят единиц и ни слова про то, что бы вложить меньше или больше. А уж об управлении потоком огня и речи не было – просто струя неслась вперёд. Но теперь…
– Я понял, понял, дружище, – со смехом остановил я увлекшегося друга. – Что там с монстрами лучше скажи.
Андрей вновь поскучнел. Судя по постным лицам девушек, он уже успел всех изрядно достать темой своих успехов на ниве экспериментов с навыками.
– Да что о них говорить? Три четверти города по прежнему под их контролем, об окрестностях вообще молчу. Но они и меж собой неплохо грызутся. Совсем как люди, между прочим. Мы регулярно ходим в рейды на из территорию, они тоже. По городу передвигаться группами меньше двух десятков человек опасно. Товары вообще приходится перевозить караванами, как в старину. И тут даже не в монстрах дело, а в расплодившихся бандитах.
– А как они коины отнимают? Это вообще возможно? – полюбопытствовал я.
– Их можно лутать с трупа. Подходишь к мертвецу и мысленно желаешь обыскать. И всё, деньги твои, – пояснила Карина.
– Большая часть этих шаек из братков, но те отрицают, – сказала Алёна. – И это становится большой головной болью. Они предлагают платить им дань за защиту, и многие вынуждены соглашаться. Армейцев они не трогают, но всем остальным достается. Люди жалуются, цены на товары растут. Они так скоро и на наших людей могут начать нападать, а конфликтовать сейчас, когда монстры всё ещё сильны, опасно. Они этим и пользуются. Единственные, кто их не боится – это игроки. Там сплошь те, кому важна лишь прокачка, слабых там в принципе нет.
Обстановка прояснилась окончательно. И так, какие у меня первоочередные задачи? Доказать всем, что мы не пирог, на который они могут зариться. Нужен показательный пример, и подходящий кандидат у нас есть. Бандиты, значит, разбойнички с большой дороги. Ну-ну. Так эти скоты и нас данью обложки.
– Скажите всем, кто сейчас есть на рынке и вообще на нашей территории, – начал я. – Любое нападение в пятикилометровой зоне вокруг Гранда – и мы устроим карательный рейд на братков. И обязательно уточните – я не буду разбираться, они это или нет. Просто пойду и выжгу нахер всех, кто попадет под руку. Конечно, в случае, если будут веские доказательства, что виновник кто-то другой – я пойду жечь именно виноватого. Как вы обычно узнаёте о нападениях?
– Все, кто возвращается сюда повторно, всегда предупреждают меня, когда именно они намерены вернуться. Это для того, что бы знать, кому место оставлять бронированным, – пояснила мне Алёна.
– Что, прям лично к тебе каждый подходит? Или через твоих людей передают? – спросил я.
– Мы уже ищем крыс среди ребят, если ты об этом, – нахмурились она.
– Ищите. Так как узнаете?
– С башен заметно на определенном расстоянии, когда кто-то сражается. Навыки не спрятать. Понятно, что в городе постоянно кто-то с кем-то дерётся, но если драка идёт недалеко от нас, мы высылаем людей все проверить.
– И на сколько вы уверены, что это братки? – всё же уточняю я.
– 8 из 10 случаев точно они. Да они особо и не скрывают, если честное. Часть награбленного тут и продают.
– Ну, тогда им пи**ец, – сказал я, вставая. – Андрюха, собирай все свободные войска. Карина, остаёшься со своим отрядом здесь. Хватаешь всех торгашей из братков, что награбленное сбывают, и начинай колоть на тему где, чего и как. Да и вообще, узнай о них побольше. А мы с тобой, Андрей, через два часа отправимся в поход к их территории. Дождемся, пока у меня дух окончательно восстановиться, и в путь. До этого – никого не трогай, Карина.
Глава 4. Карательный рейд.
Через несколько часов я, Андрей и четыре роты бойцов двинулись в направлении базы бандитов. Идти предстояло около часа.
– Слушай, а как у них вообще размещается народ? Не думаю, что у них там много лишнего пространства, – поинтересовался я у Андрея.
Мы шли в центре строя первой роты, которой он всё ещё командовал лично. Территория вольного братства находилась на противоположном конце Химок, им достался очень жирный куш – три ТРЦ: Ашан, Икея и Мега. Ашан был под завязку набит припасами, Мега – одеждой, а Икея – мебелью.
– У них нет единой крепости, у них даже анклава общего нет. У Каспийского больше бойцов, у Князя – Ашан. Вот они там и всем заправляют. У каждой банды свой форпост, как правило, в одном из домов. Всего их десятка два с половиной, считай, весь ближайший к этим ТРЦ микрорайон – территория их замков. Они там как то наладили оборону и поделили территорию, но подробности мне не известны, к себе они чужаков не пускают.
Это всё упрощает. Жаль, нам не пройти напрямик – с нынешними телами мы бы добрались до района этих недофеодалов минут за десять, но сейчас о возможности ходить напрямую оставалось лишь мечтать. Пройти можно было лишь от одной небольшой "крепости" с выжившими к другой, пробивая себе путь через неуспевших или не пожелавших убраться с дороги монстров.
– Если ходить больше, чем полусотней, то и на безопасных маршрутах можно нарваться, – пояснил Андрей. – Если меньше, чем двумя десятками – тут, скорее, больше людей стоит опасаться. Сложная ситуация, но четыре сотни едва ли рискнут атаковать. Если только монстры не решат целенаправленно нами закусить, но это уже вряд-ли. И ты так и не рассказал, какой у тебя план.
Ну, не сказать, что он очень сложен. Да и до плана мой замысел дотягивал слабо. Начал отвечать на бегу:
– Надо показать зубы, Андрей. Вы совсем выпали из реального мира, я смотрю. Да, торговля, убийства монстров и крепость – это хорошо, но… Вы всё ещё кое в чем мыслите теми же категориями, что и прежде. Эта шваль убивает тех, кто несёт нам прибыль, а вы сидите, ищете доказательства… Друг мой, кому и что вы там доказывать хотели? У вас только подозрения? И что? Теперь нет судов и правоохранительной системы, и прежние законы тоже в прошлом. Мне хватает и подозрений. Если и так понятно, что это они, и они даже у вас на рынке сбывают товар, отнятый у нас, считай, под носом… В наглую требуют дань за защиту, причем от самих себя, и всё это – прямо на моем заднем дворе?! Для меня есть мои люди, мои союзники и все остальные. И это Вольное Братство – из последней категории. Мы сейчас просто придём и устроим бойню на их территории. На первый раз нам хватит и пары сотен трупов с их стороны. Не поймут намёк – начну войну на уничтожение.
У всех присутствующих были высокие показатели характеристик, а я не понижал голоса. В итоге среди бойцов пошёл шепоток, прямо на бегу, о цели нашего похода.
– А как же невинные жертвы, Рус? – тихо уточнил Андрей. – Там ведь и женщины, и дети, и…
– Мне насрать, дружище, – усмехнулся я. – У тех, кого они грабили, тоже есть родные или близкие. Которые сейчас остались без своих защитников. В мире, где правят монстры, а люди выживают. Так что если эти невинные не сумели удержать своих от того, что бы выходить на большую дорогу – это теперь и их проблема.
Андрей явно не был согласен с этим утверждением, но спорить не стал. Вместо этого он уточнил:
– Почему тогда так сразу? Могли бы и разведку устроить сперва, а не наобум соваться.
– Долго. Не хочу давать им время узнать, что я пришёл в себя, мало ли, что они предпримут.
Дальше продолжили движение молча. Уже неподалеку от микрорайона, занятого братками, наш передовой отряд, разведчики, приволокли к нам пяток избитых мужиков от сорокового до шестидесятого уровней.
– В дозоре сидели, потребовали остановиться и доложить, кто и откуда, – пояснила командир разведчиков, женщина-взводный.
– Кто-нибудь скрылся? – уточняю я у неё.
– Один попытался, пришлось убить, – спокойно отвечает та. Кремень баба, видно, что ей плевать на убитого ими бедолагу.
– Вы кто, н***й, такие?! Вы вообще вкуриваете, на чьей земле и на чьих людей руку подняли, псины?! – орёт в панике старший из них, видимо, их командир.
– Ну так ты поясни, я слушаю, – присел я перед ним на корточки. – Чья ж это, с**а, земля, и кто тут такой опасный обитает?
Мне, если честно, плевать, чьи они там бойцы, и кто тут обитает. Я пришёл показать охреневшим от вседозволенности ушлепкам, что со мной шутки плохи, и кто там в их кодле мне первым под раздачу попадёт, меня не волнует.
– Витя Кувалда здесь старшой! Он под Князем ходит! – заявляет этот тип. По глазам вижу, что он уже понимает, что нас не остановит ни имя его старшого, ни даже его покровителя. – Мужики, давайте отправим кого-то из наших, они приведут Витю, порешаете вопросы по людски…
Я захохотал, как сумасшедший, глядя на совсем стушевавшегося мужика. Эти дятлы промышляли разбоем, убивая других, водили шашни с отбросами вроде людоедов и демонопоклонников, уверен, эксплуатировали народ на своей земле, а теперь хотят, что бы я с ними что-то там по людски решал!
– Меня аж восхищает твоя наглость, отброс, – с улыбкой сказал я ему. – Давай так – я дам тебе возможность выжить. Даю слово, если сделаешь, как я сказал, ни я, ни мои бойцы тебя не тронем. Даже подгоню косарь коинов.
– И чего же ты хочешь? – недоверчиво спросил тот.
– Убей своих дружков – и будешь жить, – говорю я ему.
Кажется, во мне опять поднимает голову моё безумие. Просто секса, видимо, теперь мало, что бы его выплеснуть. Что ж, даже безумие, если его обуздать, можно направить на пользу делу. В моём случае это значит, на пользу Гранду. Я уже смирился с тем, что я стану чудовищем. Но даже став им, я буду чудовищем лишь против врагов.
Пленники что-то заговорили, но я, не прислушиваясь, обрушил на них свою Волю, и те затихли. Воцарилась тишина. Я и пленник смотрели друг другу в глаза, не отрываясь. Против него я не использовал давления Воли. Мне было интересно, чем все закончится.
Мы не моргая, глядели друг другу в глаза, и не знаю, что он видел в моих, но я отчётливо видел, как жажда жизни и совесть. Какой бы ты ни был скотиной, но предать своих, и не просто предать, а убить… И тем более на глазах у сотен людей…
– Пошёл н***й, га***н, – сплюнул он мне под ноги.
Интересно, далеко ли он сумеет зайти?
– Ты у нас, оказывается, гордый, честный и смелый, да, чепушило? – насмешливо протянул я. – Тогда чуть накалим обстановку. Времени у нас мало, поэтому ускорим процесс выбора.
Я встаю и подхожу к ближайшему пленнику. Поднимаю ногу, и корчащийся на земле мужичок 40 уровня, начинает что-то умоляюще хрипеть. Но вот только поздно.
Опускаю изо всех сил ногу на руку несчастному. Раздается страшный, омерзительный треск, бедолага начинает выть и орать от боли.
– Вот так же я поступлю и с тобой. Перед этим, правда, переломаю схожим образом сперва ноги, а потом уже руки. Ну и голову – на десерт. Думаю, это будет похоже на то, как арбуз, упавший с большой высоты, лопается. Подумай ещё раз – ты точно отказываешься?
Он смотрит на меня, как кролик на удава. Я чувствую его ужас. Дело даже не в сломанной руке его товарища, нет. Дело в том, что до него дошло, что я не шучу.
– Я сделаю, – хрипло шепчет он.
– Громче, падаль! – требую я.
– Я сделаю, как ты сказал! – орёт он.
Он вскакивает на ноги, с ужасом глядя на меня, поднял дрожащую руку и прицелился в ближайшего к нам, воющего от боли в сломанной руке недобитка.
– Стой, – говорю я, вкладывая давление в свои слова. Он останавливается, недоуменно и испуганно глядя на меня. – Я пошутил.
Тот растерянно смотрит на меня, я же убираю всякое давление.
– Он собирался вас прикончить, что бы спасти свою шкуру. Убьёте его – отпущу вас, если убьёшь их – отпущу тебя. Можете начинать.
Не успел никто ничего сказать, как тот самый мужик с поломанной рукой бьёт с пола огненной стрелой. Несложное заклятие прожигает насквозь грудную клетку мужика. Сам раненный встаёт на ноги, перестав выть. Зло сощурившись, он спросил, глядя мне в глаза:
– Он убит. Сдержи слово, отпусти остальных.
Как интересно. От мужика веет Стальной Волей. Она, конечно, слабенькая, но явственно ощутима. Видимо, он что-то для себя решил, и это что-то помогло ему обрести Волю, да не простую. Смотрю ему в глаза повнимательней, аккуратно касаюсь его Воли своей – ба, да этот слабак готов кинуться на меня!
– Можете идти. Но не советую идти в сторону вашей базы. Как тебя зовут? – интересуюсь я.
– Илья.
– Если надоест разбойничать на дорогах с уличной шпаной, приходи в Гранд. Я с радостью возьму тебя на службу.
Оставляем шокированных людей позади.
– Стройтесь по ротам. Первая рота – резерв. Остальные – бейте по всему, что шевелится, рушьте здания, ничего не стесняйтесь. Там нет наших друзей. Андрей, задача твоей роты – прикрыть наш отход, когда мы закончим с зачисткой здесь. Говорю сразу и для всех – никаких пленных, никаких игр в милосердие. За бегущими гнаться не надо, но малейший признак сопротивления – и гасите всех.
Люди в сомнении смотрели на меня. Я читал нерешительность в из взглядах, видел, как они переводят взгляд на Андрея. Нет, так не пойдет.
– Эти ушлепки убивали ради коинов бедолаг, что шли к нам торговать. И грозили нам, что если мы не подчинимся им, вообще перебить всех в нашей крепости. Напомнить, что и вы, и ваши близкие живёте именно там?
Я, конечно, соврал – ничего подобного они их лидеры не говорили. И сказать не могли – не идиоты. Но если не разобраться с этими гопниками быстро и жёстко, если дать их восьми тысячам бойцов добрать восьмидесятые уровни, то никакой огненный великан в моём исполнении их не остановят. Так что я уверен – этих скотов на место надо ставить именно сейчас, пока они не вошли в полную силу.
Моё заявление подействовало, люди перестали мешать. Подозвал к себе ту самую командиршу разведчиков.
– У тебя же открыта функция видеочат? – уточнил я у неё.
Та молча кивнула в ответ. Что ж, отлично.
– Будешь снимать происходящее. Держись рядом.
Первым под удар попало укрепление, что контролировало вход в квартал, возведённое в проходе между двух домов. Два десятка бойцов на импровизированной заставе, сложенной из битых обломков бетона и мешков с песком, погибли в считанные секунды.
Мы оказались во внутренней части территории Кувалды и устроили там настоящий ад. Справедливости ради, разбегающихся гражданских не обстреливали, били лишь пытающихся оказать сопротивление.
Вижу впереди два десятка бойцов противника, во главе – мужик 86 уровня, лидер.
– Это Кувалда, – сообщает идущая рядом разведчица. – Видела его пару раз.
Вот и отлично. Мужик со своими бойцами оказался зажат меж двух взводов, и попытался дать деру.
Рванул в гущу схватки, огненный плащ взвился вокруг меня. Эти ребята практически ушли от моих бойцов, они уже достигли угла одного из домов, но тут я пробегаю прямо по зданию, и, оттолкнувшись, перемахиваю через их барьер.
Не тратя времени на разговоры, бросаюсь на врагов. Те, молодцы, успели среагировать и накрыться личными защитами, но лишь у троих она среднего ранга. Выпускаю Волю, начинаю жечь всех вокруг огненным плащом. Мужика с барьером среднего ранга срубаю ударом молнии. Личная защита бедолаги оказалась лишь низкого ранга, он не успевает перенаправить барьер и гибнет.
В меня летит шквал навыков, враги, потеряв в первые секунды шестерых убитыми, разбегаются от меня в стороны, атакуя со всех сторон. Молодцы, не ожидал, что они сумеют дать мне отпор. Хотя я и полководец, а среди них лишь один лидер, я сейчас на собственной шкуре убеждаюсь в том, что был прав, считая, что один в поле не воин. Их осталось всего полтора десятка, видимо, это костяк банды, всё 80 уровней, но они сумели дать мне хороший бой.
Мчусь к лидеру, уворачиваясь от летящих со всех сторон атак и отражая часть личной защитой и огненными щитами. Тот не бежит, у него в руках здоровенный двуручный молот, он с удивительной ловкостью бьёт им мне на встречу. Подавить его Волей полностью не выходит, его собственная Воля защищает его от большей части воздействия, заметно, что он уже умеет ей правильно пользоваться. Мой меч и его молот встречаются – и я лечу кубарем назад, с удивлением понимая, что в силе этот монстр обгоняет меня раза в полтора. Бейся мы один на один, я без труда прикончил бы его, но всё это время мне приходится давить на его бойцов Волей, а плащом закрываться от их сильнейших атак.
Взревев, тот кидается на меня, но я уже понял свою ошибку, и больше не пытаюсь вынести его первым. Бросаюсь к одной группе бойцов, вырезаю бедолаг, накрываю других дождем огненных копий, снова разрываю дистанцию с Кувалдой, бегу к третьей группе, те в панике бросаются бежать…
Через двадцать секунд остаюсь один на один с Кувалдой. Тот что-то мне кричит, вроде пытается узнать, кто я и что мне нужно, но я пришёл не разговаривать. Десять секунд – и он труп.
Мы продвигаемся дальше, в следующий двор. Там уже сотни вражеских бойцов, они готовы дать отпор – наше вторжение, само собой, не прошло незамеченным.
Вот тут-то мои бойцы показали себя во всей красе. Андрей хорошо их выучил, я чувствую гордость, глядя на их действия.
Три роты рассыпались на взводы и, накрывшись барьерами среднего ранга, просто и без затей начали давить врага, демонстрируя подавляющее превосходство в качестве. Сменяя друг друга, они выбили врагов в следующий двор, но уже там возникли проблемы.
Перед нами было уже больше тысячи врагов, а мои воины изрядно растратили Дух. Пора уходить, но просто так уйти нам не дадут. Вот и мой выход.
– Снимай внимательно, женщина, – предупреждаю я её.
Выхожу в пустое пространство между взводами и призываю огненного великана.
Я вновь возвышаюсь на десятки метров над землёй. Враги на короткий миг застыли, ужаснувшись, – а затем обрушили на меня все, что имели.
Что ж, времени покрасоваться нет. Воплощаю меч из пламени, делаю шаг и бью клинком в самую гущу врагов.
Раздается оглушительный взрыв, пламя льется во все стороны, будто рябь на воде от брошенного камня. Мой удар унёс сотни жизней, я выпрямился, приземлившись позади своих бойцов.
– В атаку! Вперёд, с***е племя! – взревел я.
И мои бойцы ударили, сметая последние остатки сопротивления. После этого враг дрогнул и побежал.
Я мог приказать продолжить преследование. Мы могли бы нанести и вовсе чудовищный урон вольному братству, но я понимал – мои бойцы устали, даже рота Андрея успела побывать в бою. Пойдём дальше – завязнем в стычках за каждый двор, начнутся серьезные потери, возможно, может даже кончится тем, что победа обернётся поражением. Сегодня я пришёл, что бы заставить врагов боятся, а не для битвы насмерть. Пора уходить.
Назад добрались без приключений. В тот же день я приказал Свете, той самой разведчице, выложить видео в общий доступ. Посмотрим, будет ли ещё всякая падаль шалить на моей земле.
Глава 5. Исход.
Я сидел за столом в зале совещаний на десятом этаже и с улыбкой глядел на хмурых Андрея, Алёну и десяток их помощников.
– Зачем, Рус? – тихо спросил Андрей. – Столько жертв, столько невинных жителей погибло. Нас теперь считают палачами. Ты видел те видео, что выложил Князь? Мне стыдно, что…
– Нюни подбери, тряпка, – резко оборвал его я. – Ты молчал, когда мы шли туда. Молчал, когда я ломал тех ребят, что приволокли разведчики. Молчал и тогда, когда я обговаривал план. Но теперь тебе, потрох с***й, стыдно стало? Ты жег этих самых невинных наравне со всеми, не строй теперь из себя жертву. Чем вы вообще не довольны? Прошла неделя, ни одного происшествия в пятикилометровой зоне вокруг нас. Путь к лесу вообще расчищен от бандитов окончательно, только монстры шалят. Вас смущает нытье братков по видеоканалу? Да пусть хоть извоются, нам то что?
– Торговля тоже страдает, Рус, – ответила Алёна. – Люди боятся идти к тебе. Князь и его люди пускают по городу разговоры о том, что ты отморозок и беспредельщик, и иметь дела с тобой опасно. Очень многие возмущены твоим поступком, и нам нужно успокоить людей. Прошу, выступи с обращением. Скажи, что раскаиваешься в невинных жертвах, вырази сожаление, пообещай сдерживаться. Мы ещё можем попытаться нормализовать ситуацию.
– Единственное, что вы всё ещё можете, это разочаровать меня ещё больше, – спокойно ответил я. Андрей опустил взгляд, Алёна холодно сверкнула взглядом. – Если ты, Алёна, вдруг начала трахать Андрея, а этот рохля попал тебе под каблук, это не значит, что ты можешь диктовать мне условия. Ты очень хорошо устроилась здесь, в качестве серого кардинала. Я вам нужен, как карманное пугало с ультимативным навыком, да? Что же, весь этот разговор я записываю. И сейчас я скажу кое-что, что вам очень не понравится.
Я готов нести ответственность за свои поступки. Я обращаюсь ко всем вам, сраные недобитки из числа бандитов, и особенно к тебе, ху*****ло, что зовёт себя Князем. Твой дружок, Каспийский, сдох, превращенный мной в жаркое. Если бы не трусы в Гранде, я бы сделал то же самое и с тобой. Обращаюсь и ко всем родным и близким погибших – мне никого не жаль, я ни в чём не раскаиваюсь, и я с удовольствием повторю этот опыт, помяните моё слово. Я, Мясник, сотру в пепел каждого, кто станет врагом моим или моих людей.
Далее. Уважаемые жители Гранда, по настойчивому ворчанию моих былых соратников и тишине с вашей стороны я вижу, что вы не согласны с моей политикой. Поэтому объявляю, что с сегодняшнего дня я снимаю с себя все полномочия по руководству данным анклавом. Вас устраивает положение, когда опасно даже нос высунуть за пределы этих стен? Устраивает, что всякая падаль навязывает вам свои условия? Хотите и дальше продолжать сидеть в уютной зоне комфорта? Ваше право. Однако помните – на мою защиту отныне вы полагаться не сможете. Я покидаю анклав. Со мной уйти решили Карина и часть её отряда. Больше никого мы брать не собираемся. Отныне проблемы и заботы Гранда нас не волнуют и не касаются. В случае, если вы передумаете – дайте мне от этом знать. Но знайте – я вернусь только на условиях своей полной и безоговорочной диктатуры.
Отключаю запись и отправляю в эфир. Мне уже осточертело, что на меня целую неделю давят за поступок, который принёс порядок на окружающую территорию. Бандиты притихли, путешествовать стало безопасно, но… Я убил одного из лидеров бандитов, и всю власть взял второй. Князь сразу показал, что у него есть мозги. Я ожидал ответной атаки в тот же или на следующий день, ожидал угроз и требований. К этому я был готов, со всем этим я бы справился.
Но бандит оказался умнее и хитрее. Тут он меня подловил, не поспоришь. Вместо того, что бы трясти оружием и греметь угрозами, он устроил мне информационную войну. Видео о разрушениях и погибших во время моей атаки, затем последствия прорывов монстров на тех участках обороны, что пострадали от нашей атаки… Три дня в эфир лились слёзы и сопли "несчастных" женщин, детей и стариков.
Я в первый день хохотал, глядя на этот фарс. Во второй улыбался. На третий начал замечать косые взгляды в свою сторону. На четвёртый окончательно понял, что прохлопал ушами серьёзный камень в свой огород. Выпущенное на четвёртый день видеообращение с пояснениями на тему того, почему и зачем я это сделал, уже не помогло. Я даже указывал, что на видео, выложенном нами, ясно видно, что гражданских мы намеренно не трогаем, давая сбежать. Господи, да их больше от несогласованных действий защитников района погибло, чем от наших рук!
Ответом стало ещё одно мелодраматическое видео, в котором какая-то баба с надрывом поведала о зверях, что не знали жалости ни к кому.
Я думал, что подобные номера перестали работать в нашем мире. Оказалось, что я ошибался.
– Зачем ты так, Рус? – тихо спросила Алёна. – Ты ведёшь себя, как обиженный ребёнок, которого отругали, вместо того, что бы похвалить. Мы лишь хотели, что бы ты сказал пару слов, сделал заявление в духе того, что тебе жаль невинных жертв. Не нужно всего этого показательного…
– Алён, – перебил я её. – Я благодарен тебе и остальным за то, что вы выходили меня. Но сейчас наши мнения кардинально различаются. Не будь с моей стороны к вам двоим моря доверия, и не висел бы на мне долг жизни, я бы вернул себе власть прежним способом. Но против вас я так поступать не хочу. Вы оба мои друзья. Кроме вас двоих и Карины у меня теперь и нет никого. Поэтому я просто уйду. Если ваш подход сработает – молодцы, я был не прав. Вы хотите, чтобы я стал мягким и пушистым, начал всем своим поведением демонстрировать мир, дружбу и доброту. Но я так не хочу и не могу. Я вижу лишь один путь к выживанию и победе – путь силы. Я не буду идти ни с кем на компромиссы, играть в жалость к слабым и прочее.