Мой муж – враг. Сокровище дракона

– И вовсе я не в ссылке, – обиженно буркнула я. – Просто в Лавитории мне будет спокойнее, пока муж на войне.

– Ой, знаем мы эти войны, – отмахнулась мама. – Попойки да гулянки! Заведет себе там крылатую подружку!

– Реджинальд, вообще-то, маршал!

Мне было неприятно, что мама, ни разу не видев моего мужа, говорила про него гадости.

Признаться, я уже пожалела, что пригласила гостей. И если бы я не хотела узнать всю правду о смерти отца, то отправила бы родственниц назад в тот же день.

Я попросила Сирату помочь сестре разобрать вещи и обустроиться на новом месте. А сама решила помочь матери. Заодно можно будет поговорить без свидетелей.

Покои, что выделили родительнице, были самыми шикарными из гостевых и состояли из двух комнат и собственной ванной. В отделке было много золота и мрамора, а резная мебель была настоящим произведением искусства.

В замке Реджинальда моя комната выглядела куда скромнее.

– Смотри, какой большой шкаф! – восхитилась мама размерами гардероба и любовно погладила позолоченную дверцу. – Да в таком при желании можно спрятать не одного любовника!

– Мама! – я с удивлением обернулась на ту, что всегда воспитывала меня в строгости, а сама дома глаз не смела поднять на отчима.

– А что?! – удивилась мама. – Ты девочка большая уже, сама замужем. Тебя такие шутки не должны смущать. Да и вообще, вместительный шкаф иной раз может и жизнь спасти!

Я горько усмехнулась, вспомнив, как пряталась в шкафу в спальне Равены. Казалось, от того дня меня отделяла целая вечность.

Мамин гардероб заметно обновился с тех пор, как мы виделись в последний раз. Если раньше мы по приказу отчима носили одно и то же платье мышиного цвета до тех пор, пока на локтях не протрутся дыры, то сейчас я увидела в чемодане много ярких обновок.

От матери не укрылся мой удивленный взгляд.

– Мы теперь приобрели некоторый вес в обществе, нас зовут в гости. Пришлось нашему скряге потратить на обновки для меня и Касси часть денег, полученных в качестве выкупа.

– Если тебе с ним так плохо, то почему вы с ним живете? – осторожно спросила я.

Но мама только на меня руками замахала.

– Сама-то ты разве по желанию замуж выходила? Тоже ревела, из дома родительского уходить не хотела. А сейчас, посмотри на себя! Госпожой живешь в отдельном доме. Была бы умнее, так и ребенка родила своему дракону, и была бы обеспеченной уважаемой женщиной до конца дней! А там хоть кого приводи к себе, да по шкафам прячь!

Мне были неприятны такие слова.

Чтобы не наговорить лишнего, я занялась работой. Платья были развешаны на плечики и заняли внушительную часть шкафа.

Мама подошла и тронула меня за руку.

– Выйти замуж по любви – большое счастье. А в случае потери оно обернется огромным горем, не зарастающей дырой в душе. Я не хочу тебе такой судьбы, – тихо сказала мама.

Я повернулась и посмотрела на нее: в глазах застыли невыплаканные слезы, а на губах была грустная улыбка.

– Мы с твоим отцом любили друг друга. И к чему это привело? – она пожала плечами, будто и сама не понимала, что получила в этом браке. – Когда я узнала, что он тяжело ранен, то была готова пробираться в госпиталь через поле боя, чтобы лично ухаживать за ним. Мне сообщили, что шансов нет. Но я хотела провести эти последние часы рядом. Но увидела я его лишь только на похоронах.

Как я ни крепилась, но в носу противно защекотало. Я всхлипнула.

Мама притянула меня к себе, словно я была маленькой девочкой.

– Если бы ты любила мужа, то сейчас сходила бы с ума от того, в какой он опасности, – прошептала она.

– Почему? Он ведь маршал. Ты сама говорила про гулянки, – я отстранилась и удивленно посмотрела на мать.

– Это чтобы Кассию не расстраивать, – ответила та. – Ведь всем известно, что твой лорд Неустрашимый – самый сильный дракон во всей армии, а может, и на всем белом свете. Он всегда лично возглавляет десант атакующих ящеров. Будь уверена, твой муж одержит победу над противником, даже если будет биться один против многотысячной армии.

Я улыбнулась. Никогда я еще не слышала столько хвалебных слов о Реджинальде. Вот только мама не знала, что я успела привязаться к нему и уже не представляла жизни без мужа.

– Откуда у тебя столько познаний о его биографии? Даже мне столько неизвестно, – поинтересовалась я.

– Герцог Пределов любит щегольнуть фактами из жизни знакомых драконов, – сказала мама.

Внутри меня все похолодело, а спина покрылась липким потом.

– Элинор Морри? – спросила я онемевшими губами.

– Да, ты должна его помнить! – оживилась мама. – Ведь это он сопровождал тебя в день свадьбы.

Я сдержанно кивнула.

Этого мерзавца забыть было сложно.

– И часто вы с ним видитесь? – поинтересовалась я.

– Мы уже три раза были на приеме у короля Бренора II. Его кузен всегда там. А один раз он даже заходил к нам на чай. Очень милый вельможа, – рассыпалась мама в комплиментах.

– Порой даже слишком, – буркнула я.

Я была уверена, что Элинор Морри был замешан в том, что именно я досталась Реджинальду. А теперь этот слизень подбирался к моей сестре.

Обед, который подал наш старый повар, превзошел все ожидания.

То ли Сирата готовила так отвратительно, то ли я соскучилась по блюдам, знакомым с детства.

Обедать мы сели вчетвером. Как Фелиот не отпирался, я все же настояла на том, что он должен присутствовать за столом.

– Это доверенное лицо Реджинальда, – объяснила я родственницам статус секретаря. – Он принимает все важные решения по поместью.

Кассия попробовала пострелять глазками в мужчину, но, убедившись, что в нем нет драконьего величия, потеряла к нему всяческий интерес.

Мама поначалу держалась с Фелиотом настороженно-вежливо, но постепенно расслабилась.

– Все же хорошо живут драконы! Богато! – сказала Кассия, с восторгом облизывая ложку. – У нас такого разнообразия давно за столом не было.

– Да и сейчас не стоит налегать на сладкое. Особенно тебе, Касси, – строго сказала матушка.

– Почему это? – сестра обиженно надула еще по-детски пухлые губки.

– Девушка должна быть стройна и изящна. Ну, или хотя бы просто худощава, если уж с плавными изгибами не повезло, – со вздохом пояснила мама. – Посмотри на Марейну.

Сестра смотрела на меня, совершенно не понимая, к чему клонит мать.

– Мужчина выбирает себе спутницу, чтобы заботиться о ней и оберегать. Хрупкую девушку проще представить в такой роли.

Но сестра только вздернула подбородок.

– Даже если я стану в два раза толще, то все равно буду втрое стройнее любой драконицы, – заявила Кассия, не стесняясь накладывать добавку.

Фелиот спрятал улыбку за салфеткой, что не укрылось от меня.

– Думаешь, что это преимущество поможет тебе выйти замуж за дракона? – поинтересовалась я у сестры.

Меня пугала ее зацикленность на драконах. Я прекрасно понимала, что моя капризная и недалекая сестра едва ли придется всерьез по душе кому-то из представителей этой расы. По крайней мере, в качестве постоянной спутницы.

– А кто сказал, что я хочу замуж?! – выпалила Кассия, оправдав мои самые худшие подозрения.

От этих ее слов мама едва ложку не проглотила.

– Касси! – строго сказала она. – Разве такие ценности я прививала тебе? Разве этому учила?

– Думаешь, я не знаю, почему Марейна здесь оказалась? – сестра обвела рукой, имея в виду и само поместье, и все, что вокруг.

Мне было смешно слушать ее глупые рассуждения.

А еще я ужасно злилась.

– И почему же я здесь? – спросила я, выдавив улыбку.

– Так это же всем очевидно! Мужу ты наскучила, а Императору драконов в душу запала. Вот он и подарил тебе это поместье. И будет сюда тихонько наведываться под покровом ночи, пока его жена не видит! – выпалила сестра.

От нелепости ее слов я застыла.

А потом вспомнила, что ночью мне отчетливо мерещилось чье-то присутствие.

Сестра восприняла мое молчание как свою победу.

– Говорю же, что я угадала! – Касси чуть в ладоши не захлопала. – Герцог Переделов говорил, что у драконов более свободные нравы! Они любят женщин и не жалеют на них деньги!

Слова сестры казались абсурдом и больно ранили.

Как мог этот Морри за столь короткий срок вложить в ее голову такие мысли.

– Да! У драконов есть деньги! – сказала я излишне громко и хлопнула ладонью по столу.

Посуда жалобно звякнула, а все присутствующие перестали есть.

– И драконы любят тратить эти деньги на женщин, – продолжила я, а сестрица расплылась в довольной улыбке. – Только вот они покупают женщин как товар, а потом выкидывают надоевшую игрушку!

– А как же ты… – начала было Кассия, но замолчала, увидев мой разъяренный взгляд.

– А ты спроси у мамы, за сколько они меня продали!

Не имея ни малейшего желания продолжать обед, я поднялась и едва не выбежала из столовой.

Чтобы развеяться, я позвала Сирату и вышла из дома. Мы направились туда, где когда-то был сад.

Без должного ухода он пришел в упадок. Сквозь дорожки местами пророс колючий кустарник, остатки цветов одичали, а живая изгородь превратилась в непроходимые заросли.

– Может, нам не стоит здесь ходить? – спросила служанка. – Выглядит небезопасно.

Но мне было интересно изучить новое место, хотелось чувствовать себя здесь не случайной гостьей, а хозяйкой.

– Наверное, когда-то здесь было красиво, – заметила я. – Вон из той беседки должен был открываться чудесный вид на закат.

Сирата выглядела обеспокоенной.

– Может, все же вернемся? – настаивала она. – Нечем здесь любоваться.

Но из беседки я увидела мраморные ступени, которые спускались по склону и терялись за искусственным гротом. От входа их не было видно.

– Неужели тебе не интересно? – во мне проснулся азарт исследователя.

Сирата уныло плелась следом, не смея оставить меня одну.

Ступени спускались по спирали, и я не видела, что ждет меня за поворотом. Тем интереснее было.

– Если мы задержимся здесь надолго, то можем привести сад в порядок, – мечтательно сказала я. – Высадим розы, выполем сорняки.

– Ненужное это, лира Марейна! – вяло отбивалась Сирата, плетясь позади. – Давайте вернемся.

Тем временем спуск закончился, и мы вышли на широкую террасу, которую не было видно из окон дома.

Обогнув заросли, я онемела от представшего передо мной зрелища. Земляная площадка была словно лавой облита. Сначала я подумала, что так драконы решили разнообразить пейзаж, но было в этом что-то жуткое.

В центре стоял каменный фонтан, чья чаша была наполовину расплавлена, будто огненный столб прошел прямо по ней.

Возле нетронутой беседки была огромная черная яма, глубиной в человеческий рост. Я осторожно подошла ближе.

Кому могло понадобиться делать такое углубление?

Сердце отчаянно билось, предчувствуя, что я столкнулась со страшной тайной.

– Ты уже знала об этом месте, да? – спросила я у Сираты. – Поэтому не хотела идти?

– Фелиот вчера показал мне его и попросил не пускать вас сюда. А вы прямо сразу…

Я обернулась на служанку, чтобы спросить, почему мне не стоило идти в это место.

Сирата была бледной, словно мрамор ступеней, на которых она стояла. В глазах ее застыли слезы, а руки дрожали.

Я медленно обернулась.

Страшная догадка осенила меня.

– Это произошло здесь? – спросила я отрешенно.

Но ответ мне был не нужен.

Я каким-то образом почувствовала, что именно здесь и погибла Равена. Прямо в этой беседке. А черный оплавленный камень – это следы боли Реджинальда, что он выплеснул вместе с огнем.

Я подошла к беседке и коснулась ладонью теплого мрамора.

– Мне так жаль, что это произошло с вами, – прошептала я. – Как бы я хотела, чтобы Реджинальд излечился от этих ран.

Непрошенные слезы упали на поросший мхом камень беседки.

Где-то позади всхлипнула Сирата. Она так и не решилась сойти со ступеней.

Мое появление напугало большую бабочку, которая до этого момента грелась на солнце, расправив бархатистые черно-рыжие крылышки. Взлетев, она суетливо пометалась туда-сюда, а затем внезапно села на мое запястье.

– Такая красивая, – прошептала я бабочке, – совсем людей не боишься?

Бабочка деловито пошевелила усиками и смешно поперебирала ножками.

– Лира Марейна! – позвала Сирата жалобно.

Я вздохнула, и это напугало бабочку. Крылатая красавица улетела прочь.

Пришлось возвращаться.

На прощание я еще раз оглядела террасу. Не оставила ли Равена здесь подсказки?

Пришлось признаться: за прошедшие годы едва ли здесь могло что-то остаться с того трагичного дня.

Сирата с облегчением выдохнула, когда я вернулась к ней.

– Я знала, что вэлорд Картер – очень сильный дракон, но пока мы не прибыли сюда, даже представить не могла, что он мог сделать такое, – сказала Сирата немного сбившимся от подъема голосом.

– Ты про то те черные следы от драконьего огня? – догадалась я.

Женщина кивнула.

– А еще там, дальше, – она махнула в сторону горы. – Из моего окна видно оплавленный горный перевал, по которому раньше сюда могли пройти люди из Лавитории или горцы, которые пасли в долине коз.

– Это тоже сделал Реджинальд? – охнула я.

– Я давно живу среди драконов и поняла одну вещь, – сказала Сирата, когда мы вернулись на верхнюю площадку. – Сильнее всего дракон охраняет свое гнездо. А самую сильную огневую мощь он демонстрирует, когда защищает свое сокровище. И нет более смертоносного дракона, чем тот, кто мстит за разоренное гнездо.

Взволнованная увиденным, я хотела только одного – побыть в одиночестве. Желательно и вовсе уснуть и забыться, а проснуться, когда все хорошо.

Вот только когда в моей жизни было такое время?

Я горько усмехнулась.

Папа, папа! Как же ты попал в эту историю? Был бы он жив, все бы сложилось совсем по-другому.

Мне хотелось обсудить с кем-то все, что навалилось на меня. Но никого ближе дракона, который поклялся убить меня, в этом мире не было.

В то, что мой отец коварно пробрался на территорию вполне мирного поместья и зарезал его хозяйку, спокойно прогуливающуюся в саду, у меня в голове не укладывалось.

А слуги? Неужели они ничего не видели?

Я вздохнула.

Я лично убедилась, что место гибели Равены не просматривалось из дома. Кто угодно мог незаметно пробраться туда и совершить ужасное. Да и не осталось тут никого из тех, кто мог быть свидетелем той трагедии.

Я остановилась как вкопанная.

Фелиот!

Если секретарь рассказал обо всем Сирате, то он должен быть в курсе.

Я нашла мужчину в гостиной, он что-то быстро писал.

– Варт Фелиот, мне нужно поговорить с вами, – сказала я тоном, не терпящим возражений, – без свидетелей.

Секретарь невозмутимо кивнул.

– Минуту, лира Марейна, мне нужно отправить несколько распоряжений по защищенному каналу, чтобы никто не мог перехватить их, – ответил Фелиот.

Секретарь сложил бумаги одну за другой в специальный ящик. Как только он опускал один лист, тот вспыхивал белым огнем и исчезал. Я впервые видела такой способ отправки писем.

– Вэлорд Картер просил использовать здесь только такой способ доставки корреспонденции, – пояснил секретарь.

Спустя минуту, он закрыл ящичек и убрал его глубоко в секретер.

– Я полностью в вашем распоряжении, – с улыбкой сообщил он. – Можем поговорить в саду или на балконе.

– Спасибо, по саду я уже погуляла, – мрачно сообщила я.

Фелиот все сразу поняла по моему лицу.

– Пойдемте лучше ко мне в комнату, – предложила я.

Мы молча поднялись на третий этаж. Я чувствовала тяжелое напряжение, что разливалось в воздухе.

Закрыв за собой дверь, секретарь накинул на комнату полог тишины.

– Что именно вы хотели спросить? – он смотрел на меня с какой-то горечью.

– Сколько лет вы с Реджинальдом, варт Фелиот? – начала я издалека.

Судя по недоуменному взгляду, он не ожидал, что я спрошу именно это.

– Думаю, что лет восемь уже, – сказал он, немного подумав. – Да, точно. Шесть лет в статусе личного секретаря.

– И у Реджинальда нет от вас секретов? – уточнила я.

Мужчина покачал головой.

– Моя работа – знать обо всем.

Я вздохнула. Было тяжело произнести это вслух.

– Вы были здесь в тот день?

Фелиот вздрогнул.

– В какой именно? – спросил он наигранно непринужденно.

– Вы поняли, о чем я, – сказала я холодно. – В тот день, когда погибла Равена. Вы были здесь?

В глазах секретаря мелькнул ужас. Я поняла, что мне уже не нужны его слова.

– Реджинальд оставил ее на ваше попечение, как сейчас меня? А сам отправился на войну? – напирала я.

Секретарь побелел.

– Я и правда был тем, кто обнаружил ее. Пошел позвать к ужину, потому что она задерживалась, – сказал он бесцветным голосом, будто ему даже говорить об этом было больно. – Я же и сообщил об этом господину. И видел… что было дальше.

Фелиоту с трудом давались слова. Я видела, как больно было ему вспоминать тот день.

Но я была решительно настроена вскрыть эту старую рану.

– Расскажи подробнее, – настояла я.

Фелиот дернулся. Он не хотел говорить, но повиновался.

– Это был первый день лета. Лира Равена пошла любоваться бабочками. Она часами могла наблюдать за ними, а они привыкли к ней и, не боясь, садились на руки и волосы. Она вся потом была в этой золотистой пыльце, – мужчина грустно улыбнулся. – Госпожа никому не разрешала сопровождать ее, потому что чужаков ее бабочки боялись. В тот день она не вернулась.

– Я была там сегодня, – сказала я. – Место закрытое, а дорога к дому только одна. Как случилось, что преступник смог пройти туда и вернуться назад незамеченным?

– По земле дорога одна, пройти мимо дома незамеченным невозможно, – подтвердил Фелиот. – А с трех сторон там высокий обрыв или отвесная скала. Пробраться было невозможно!

Я глубоко вздохнула и аж закашлялась.

– Драконы могут летать! – выпалила я.

– Вэлорд Картер уверен, что убийца – человек. Возможно, кто-то из горцев смог подняться по отвесной скале, – неуверенно сказал секретарь.

В волнении я схватила его за руки. Это же было так очевидно – ее убили свои!

– Еще скажите, что убийца прилетел на орле! Или на бабочке! – я истерично рассмеялась.

Фелиот лишь смотрел на меня с сочувствием. Я видела, что ему было больно вспоминать события того дня. Из уверенного мужчины он превратился в испуганного мальчишку.

Я подозревала, что Реджинальд был страшен в гневе. Возможно, раздавленный горем, он едва не испепелил своего верного слугу.

– Кому же понадобилось убивать беременную женщину? Да еще и лезть ради этого так высоко?! – спросила я.

– Возможно, ее хотели ограбить, – предположил Фелиот, словно выйдя из оцепенения. – У лиры Равены пропали украшения, что были на ней в тот день.

Это был какой-то абсурд.

Пробираться в закрытое поместье, чтобы ограбить жену маршала, когда можно залезть в дом и взять намного больше!

– А что украли? – спросила я.

– Серьги и это… забыл, – он показал на шею.

– Ожерелье? Бусы? Подвеска? – перебирала я.

Но секретарь только головой мотнул.

А потом протянул руку ко мне и ткнул в район ключицы, обрисовав круг.

– Брошь, – догадалась я.

Внезапно распахнулась дверь моей спальни.

– Интересно, ты, сестричка, время проводишь, пока мужа дома нет! – воскликнула Кассия, уперев руки в бока.

Фелиот вспыхнул и отпрыгнул от меня, будто кипятком ошпаренный.

Судя по довольному лицу сестры, она приняла его реакцию за неоспоримое доказательство нашей связи.

Ей же хуже!

– Договорим позже, – сказала я секретарю, – мне понадобится отправить письмо.

Фелиот мелко закивал и выскользнул из моих покоев.

Кассия же вплыла в гостиную победительницей. Сложив руки на груди, она посмотрела на меня свысока, видимо, ожидая оправданий и надеясь поиметь с этого какую-то выгоду.

Но сестренку пора было приструнить.

Я посмотрела на нее прямо и строго, без заискиваний спросила:

– Что ты делала в моей спальне? Не помню, чтобы я приглашала тебя сюда!

Мой ледяной тон заставил сестру замереть.

Кассия опешила от моего напора и даже на всякий случай оглянулась, будто ища поддержки.

– Даже если бы ты была здесь по моему приглашению, то уж мнения твоего я точно не спрашивала!

Кассия обиженно надулась.

– Вообще, меня мама послала извиниться, – сказала она таким тоном, будто только от одного этого я должна была растаять.

Я выжидательно приподняла бровь, но сестра даже слов таких выдавить из себя не смогла.

– Ладно… извини… я не буду больше…

Звучало не очень убедительно.

Кассия же посчитала, что отлично справилась с возложенной на нее обязанностью.

– Что ты делала в моей спальне? – повторила я вопрос.

– Хотела посмотреть, какие платья любят драконы, – ответила она. – Герцог Пределов с таким восторгом рассказывал о свободных нравах и соблазнительных платьях, а придворные дамы краснели и смеялись. Я хотела лично убедиться, что они такие… порочные.

– Ну… в чем-то твой герцог прав, – ответила я и пошла к гардеробу. – Не скажу, что они совсем неприличные, но я долго привыкала к их традициям.

Мне было неприятно, что сестра вновь упоминает вездесущего Элинора Морри. Но почему бы не удовлетворить ее любопытство?

Кассия аж подпрыгивала от нетерпения.

Я распахнула тяжелые дверцы и достала несколько нарядов, которые были приготовлены для приемов в императорском дворце и соответствовали запросам драконьих модниц.

– У дракониц немного другая фигура, поэтому на них эти наряды кажутся еще более откровенными, – пояснила я. – Но даже от такого наряда наша мама упала бы в обморок: ни корсета, ни сложных юбок.

Дрожащими руками сестра перебирала невесомые наряды. Сначала она пришла в неописуемый восторг, но изучив платья пристальнее, она несколько расстроилась.

– Что такое? – удивилась я перемене настроения.

– Я думала, что это будет не более, чем пара тонких тряпиц, едва закрывающих самое сокровенное, – разочарованно протянула Кассия.

– Боюсь, такие наряды остались только в фантазиях герцога Пределов, – со вздохом ответила я.

Сестра мотнула головой, выражая несогласие.

– Он говорил, что в утонченных человечках драконы ценят грацию и тонкость талии, поэтому многие специально оставляют ее открытой, – пояснила сестра и показала, как, по ее мнению, следовало оголиться.

– Больной извращенец, – прошептала я. – Никто так не одевается. Тем более, на твоей пояснице красуется родовая татуировка. Для драконов это – постыдное клеймо. Точно хочешь выставить эту деталь на всеобщее обозрение?

Я начинала понимать, какую игру вел Элинор Морри.

Поняв, что мой муж так и не увидел сокровенный знак, он решил подставить мою сестру.

Как же я желала выцарапать глаза противному кузену короля Лавитории. Но сестра не разделяла мои мысли.

– Как же ты не понимаешь, нам оказана большая честь! При дворе вспомнили о заслугах отца, а теперь еще и ты вышла замуж за самого влиятельного дракона! Меня каждый день приглашают на приемы, королева хочет видеть меня в числе своих фрейлин. Но я достойна славы и богатств не меньше, чем ты! – сестра распалялась все больше и больше. – Я не хочу быть в чьей-то тени, я хочу блистать! Притягивать взгляды мужчин!

Мне хотелось встряхнуть Кассию и объяснить, что герцог Пределов толкает ее к неминуемой гибели.

Сестра выглядела безумной.

– Ты должна мне помочь! Обязана! – кричала она.

Я невольно отшатнулась.

– Мне нужны наряды! И ты познакомишь меня с самыми влиятельными драконами! С Императором! – требовала сестра.

– Я не могу тебе помочь, – я только руками развела, – здесь нет ни модисток, ни драконов. Могу лишь свое платье предложить.

Кассия была если не безумна, то одурманена. Ее совершенно точно нельзя было отпускать ни к драконам, ни к герцогу Пределов.

– Конечно, не можешь, – рассмеялась сестра, – от тебя даже муж избавился! Вот я бы точно ему так быстро не наскучила! Спорим, что как только он меня увидит, то не останется равнодушным!

Я развернулась и едва не влепила ей пощечину.

И тут же замерла, не веря своим глазам.

Позади нее стоял Реджинальд и насмешливо взирал на беснующуюся сестричку.

– Я имею честь видеть вас впервые, но, признаться, уже неравнодушен, – ледяным тоном припечатал Реджинальд.

Кассия захлопнула рот и медленно обернулась.

Вид огромного дракона поразил ее до глубины души. Одно дело слышать про то, какие они властные существа, гора мышц, преисполненная силой огня. Совсем другое – ощущать всем своим естеством, что ты песчинка перед этим могучим исполином.

От Реджинальда пахло дымом и серой, его глаза горели огнем, а зрачок еще был по хищному вертикальный. Не прошло и нескольких минут после перевоплощения. И прибыл он в мою спальню точно не порталом.