- -
- 100%
- +
Почему это? Почему вы щеголяете пошлостью и непостоянством? Причин, конечно, много. Женщина – игрушка, забава от безделья, от скуки – это взгляд, оставшийся ещё от прошлого. «Рви цветы, пока цветут…»
Пользуйтесь, мол, всё равно всё увянет, погибнет. Это была не любовь. Это ложь. Это пошлость такая же, как и сама песня. А настоящая, подлинная любовь там, где труд, где «он» и «она» вместе живут, работают. Настоящая любовь была у девушек, предпочитавших смерть жизни с нелюбимым, у жён декабристов, рискнувших, невзирая на все невзгоды, идти за мужьями в далёкую Сибирь.
Когда я училась в университете, пришлось мне бывать в Заречном – фабричном районе Казани. Там я обучала грамоте рабочего Галиакбера-абый. Вот где была настоящая советская семья!
– Самому неловко оставаться неграмотным, – сказал мне Галиакбер-абый, когда мы впервые встретились. – Детей вырастил, специалистами стали, а сам я ни то ни сё!
До революции Галиакбер-абый работал на Бондюжском заводе, потом перешёл на Алафузовский. Работая по десять-двенадцать часов в сутки, он едва мог прокормить семью. Жили они тогда впроголодь. В холодном бараке умерло у него трое детей. А сейчас? Не хочется уходить из его уютной, тёплой квартиры: три солнечные комнаты, ванна, отдельная кухня. Старший сын его – командир Красной Армии, другой сын – инженер, одна дочь – инженер-химик, младшая – студентка музыкального техникума.
– Может, действительно толк будет? Давай учи! – сказал он, садясь за книгу.
Иногда Галиакбер-абый рассказывал мне о своей жизни, а я – о себе.
– Оба мы с тобой одной яблони яблоки! – улыбаясь, говорил он.
За три месяца Галиакбер-абый научился читать и писать. Лаской и любовью он заставил учиться свою жену. Если бы ты видел радость этих людей – помолодевших, дружных!
Я к ним привыкла и даже привязалась. Они обращались со мною как с дочерью. А ведь я была совсем одна!
Письмо второе
Искандер!
Первое письмо так и лежит неотосланным. Мне хотелось в нём объяснить тебе всё, что меня волновало, волнует и теперь, о чём я не могу не думать. Хочется высказать всё… А получается длинно, бестолково, и, главное, то, что хотелось сказать, остаётся невысказанным. Молчать же нет сил. Твоё письмо растревожило меня, и хочется говорить, говорить, нет, больше – кричать.
Не знаю, пошлю ли я это второе письмо. Я начинаю думать, что пишу это больше для себя, чем для тебя. Пытаюсь восстановить прошедшее, не просто вспомнить, а как следует отдать себе отчёт в том, что сделано и как поступать дальше.
– Я люблю тебя! – сказал ты тогда, во вторую нашу встречу. – Я хочу начать жить по-новому. Не скрою, я знал много женщин. Но вся эта жизнь, наполненная мимолётными увлечениями, мне надоела. Я хочу любить только одну. Хочу любить тебя, именно тебя. Пойми, родная, это не слова. Я зову тебя, Галия! Слышишь, зову. Решай же!..
«Чтобы любить хорошо, надо любить много», – сказал Анатоль Франс. Ты человек сцены, подумай, не был ли ты актёром и в любви? Не любил ли ты столь много, что потом утерял способность искренне любить? Иначе как понять твою фразу: «Все мои прошлые увлечения были для того, чтобы я мог теперь крепче любить тебя. Твоя большая любовь уничтожит всё старое во мне!..»
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Ильская Фатима Салиховна — народная артистка ТАССР, РСФСР.