Сердце из света и тьмы. Огненное дитя

- Таково устройство мира, сестренка. Строительство городов, кораблей, мостов и дорог необходимо для жизни, поэтому время диктует свои правила.

- Через несколько лет этого леса не будет…

- В наших землях много лесов. Думаешь, стоит переживать из-за одного?

- Стоит. Что будет с остальными лесами однажды? То же, что и с Сугурским? А с животными, которые здесь живут? Что станет с растениями? Мне жаль видеть, что люди настолько беспечные и не думают о об этом.

- Так, юная любительница книг и природы, давай сосредоточимся на важных для нас вещах. Лучше сверься с картой, правильно ли мы идем.

Элис недовольно вытащила из кожаного чехла бумажный сверток и раскрыла его, проведя кончиком указательного пальца по уже пройденному пути.

- Еще пару миль, и повернем налево, - сказал Джозеф, заглядывая в карту. – Ты оказалась права, когда подсказала эту дорогу. Мы здорово сократили маршрут, поменяв направление. Если припустим лошадей, можем успеть до вечера оказаться в Далере. Там уже спокойно поедим и заночуем.

Парень поскакал быстрее, временами оборачиваясь, чтобы убедиться, что сестра поспевает за ним. Преодолев большое расстояние, они почувствовали, как затекают спина и ноги, да и холод ловко пробирался под одежду. Еще недавно стояли теплые осенние дни, а сейчас они сменились на прохладу и с каждым днем приближали зиму. Был большой соблазн остановиться и хорошенько размяться, но Джо и Элис не хотели рисковать проводить на природе еще одну ночь. И спустя несколько часов они все же достигли Далера.

Хоть время было и поздним, город оказался достаточно освещен благодаря окнам домов и заведений, хозяева которых еще не спали. На улицах было много людей, они громко разговаривали и смеялись, отчего Элис улыбнулась, чувствуя, как ее охватывает радость. Она всегда мечтала хотя бы немного пожить в городе. Бывая в Гадаре, она завидовала беспечным горожанкам, разгуливавшим по полдня в красивых нарядах по рынку и покупавшим только лучшие овощи и фрукты, и вот сейчас она всего на ночь сумеет понять, каково это немного побыть одной из них.

- Джо, посмотри! Они смеются! - Она обернулась к брату, и ее лицо вдруг осветилось той самой детской радостью, которую он так боялся потерять. - Совсем не похоже на нашу деревенскую жизнь в Ундервуде.

- В деревнях тоже хорошо, - ответил он и перехватил поводья от двух лошадей, чтобы Элис могла спокойно идти. – У городских нет таких забот, как встать пораньше, отвести скот на пастбище, заняться хозяйскими делами, вот и веселятся после заката от нечего делать. Мне их не понять.

- Что ты все ворчишь? Просто мы живем по-разному, мы привыкли к тяжелому труду. Но, порой, хочется позабыть о суете и развлечься. Слышишь музыку?

Они отправились на звук гармони и флейт, доносящихся с городской площади. Женщины и мужчины задорно отплясывали, а дети бегали друг за другом, корча рожицы. Элис сдвинула капюшон с головы, забывая об осторожности.

- Давай танцевать! – Она потянула за руку брата и начала махать длинной юбкой.

Джозеф сначала неподвижно стоял, но позволил себе расслабиться. Он привязал лошадей и заплясал в присядку под свист музыкантов. Толпа хлопала друг другу, кричала. Но Джозеф помнил, зачем они здесь. Пока все шумели и танцевали, он подошел к одной из горожанок. Он попросил ее подсказать недорогую таверну с конюшней. Она руками стала показывать, в какой стороне есть то, что им подойдет.

Вдоволь повеселившись на площади, они направились к таверне. Через пару улочек, где шум толпы становился глуше, они вышли к двухэтажному бревенчатому строению. Над дверью покачивалась вывеска с облупившейся краской - «Золотое копыто».

Возле входа, подпирая косяк, стоял приземистый мужчина с внушительным брюшком, обтянутым несвежей жилеткой. Он с сосредоточенным видом выстукивал о ладонь забившуюся курительную трубку.

- Добрый вечер, путники. Желаете остановиться? - прохрипел он, не поднимая глаз, но Элис почувствовала, как он цепко оценил их запыленную одежду и усталых лошадей.

- Здравствуйте. Верно подметили, - ответил Джозеф. Он мельком взглянул на Элис - та все еще не могла унять восторженную улыбку после танцев. - Нам нужна одна комната. Мы с моей невестой в пути с самого рассвета и изрядно вымотались.

Элис едва не подавилась прохладным ночным воздухом. Невеста? Она почувствовала, как щеки вспыхнули, и вовсе не от холода.

- Молодая у тебя женушка, - усмехнулся трактирщик, наконец подняв взгляд на Элис. - Хороших девок нужно брать попозже, эти еще жизни не видели. Я вот от первой своей бежал так, что пятки сверкали. Моя «молодушечка» вместе с мамашей с первого дня пытались загнать меня под каблук. А вот Сару я встретил, когда ей уже под тридцать было...

- Простите, - перебила его Элис, постукивая зубами. Согревающий эффект танцев стремительно исчезал, а пропитавшаяся потом рубашка начала холодить спину. - История звучит крайне поучительно, но не могли бы мы дослушать ее внутри? За миской чего-нибудь горячего?

- И то верно. - Мужчина громко свистнул. Из темноты вынырнул тонконогий паренек. - Сынок, отведи кобылок в стойло, задай овса и вычисти как следует. А я подберу для молодоженов гнездышко.

Внутри таверны стоял плотный, почти осязаемый запах пролитого эля, табачного дыма и печеного хлеба. В дальнем углу за столами сидели пьяные работяги с лесопилки, а на их коленях, громко хохоча, устроились ярко накрашенные девицы в дешевых шелках.

- У нас тут приличное заведение, не подумайте, - зашептал хозяин, заметив, как округлились глаза Элис. - Сара разврата не потерпит. Девочки просто обхаживают мужиков, чтобы те больше заказывали. Это выручка, ничего более. Поднимайтесь за мной.

Комната на втором этаже оказалась крошечной каморкой под самой крышей. Две сдвинутые кровати, щербатый тазик на лавке и полка с оплывшими огарками свечей. Для захудалого Далера было не так плохо

- С вас пятнадцать медных таллингов, - заявил хозяин, потирая руки.

Джозеф уже потянулся к кошельку, но Элис перехватила его ладонь. Ее глаза подозрительно сузились.

- Пятнадцать? За комнату, где пахнет старой соломой и крысами? Нам говорили, что в «Копыте» честные цены, а выходит - нас за дураков держат. Пойдем, Джо, я видела таверну на въезде, там явно ценят порядочных путников.

Хозяин растерялся, поспешно вытирая пот со лба.

- Да что вы, госпожа! Какое нахальство… то есть, какая досада! Десять таллингов! Сегодня же праздник, скидка для молодых.

- Семь таллингов, - отрезала Элис, упирая руки в бока. - И в эту цену входит самый сытный ужин и завтрак. Иначе мы уходим прямо сейчас.

Трактирщик побагровел.

- Семь?! Да я вас сейчас взашей вытолкаю! Будете ночевать в канаве! Меня в городе каждый знает, я…

Джозеф быстро шагнул вперед, пресекая назревающую бурю. Он сунул мужчине монеты, мягко, но настойчиво затолкнул Элис в комнату и закрыл дверь у нее перед носом.

- Простите ее, господин. Дорога плохо сказывается на ее характере. Нам бы поесть… и еще таллинг сверху за ваше терпение.

Лицо хозяина мгновенно разгладилось. Звон лишней монеты подействовал лучше любых извинений.

- Ждем вас внизу, через четверть часа все будет на столе!

Джозеф зашел в комнату и сердито зашипел:

- Что ты творишь? Мы должны были проскользнуть тише мышей, а ты устроила базарную склоку!

- Я экономила наши деньги, Джо! Этот боров хотел нас обобрать! — Она ткнула пальцем ему в грудь. - И если бы не я, ты бы отдал вдвое больше. Кстати, «невеста»? Серьезно?

- Так будет меньше вопросов. Играй роль, Элис. Для всех мы - Виктор и Клара. Можешь даже придумать мне какое-нибудь дурацкое прозвище, если это поможет тебе не сорваться. Но, ради всех святых духов, веди себя тише.

Элис недовольно фыркнула, но спорить не стала. Пока брат спускался вниз, она быстро сменила пыльное дорожное платье на чистое, заплела волосы в тугой хвост и, взглянув на тусклое отражение в медном тазике, вздохнула. Игра началась.

Внизу уже сидел Джозеф и беседовал с хозяином и его женой за кружкой темного пива. Элис присела рядом с братом и поздоровалась с женщиной:

- Здравствуйте, госпожа. Вы должно быть Сара?

Черноволосая стройная симпатичная женщина средних лет с улыбкой кивнула и положила руку на шею мужа, пробежавшись по ней пальцами. Этот жест вышел настолько интимным, что брат и сестра мгновенно смутились, ведь их родители никогда не проявляли своих чувств столь открыто.

- Сэми у меня такой болтливый, - стреляя глазками, сказала Сара и подтолкнула мужа в плечо.

- И влюбленный в тебя, жизнь моя, - ответил хозяин, превратившийся в мурлыкающего кота при одном взгляде на жену. – Я встретил ее у башмачника: сидела у окна, ткала и была так хороша, что я забыл про свой дырявый сапог. Узнал, что она вдова, что сердце ее закрыто на замок... и решил, что не отступлю.

- Он каждый день приносил свежие розы, - подхватила Сара, глядя на мужа с нежностью. - Я сушила лепестки, делала закладки для книг, и сама не заметила, как он развеял мою печаль.

- Вскоре мы поженились, продали мой старый дом и купили эту таверну. Если бы не она, - Самюэль поцеловал жену в висок, - я бы так и остался бобылем со рваным ботинком.

Самюэль смотрел на жену с обожанием. Элис хорошо знала этот взгляд.

Любовь Кристофера и Маргарет была из тех, что не заканчиваются с последним вздохом; она продолжала жить в доме тихим эхом, в бережно сохраненных вещах и долгих минутах молчания у окна. Мать так и не впустила в их жизнь никого другого. И хотя деревенские вдовцы не раз задерживали взгляд на милой, статной хозяйке Ундервуда, Маргарет лишь вежливо улыбалась, оставаясь верной той невидимой нити, что все еще связывала ее с ушедшим мужем.

- Клара, а как ты встретила своего Виктора? - Сара подалась вперед, подпирая щеку рукой.

Элис замерла с ложкой в руке. Внутри кольнул стыд. Врать этим добрым людям не хотелось, но взгляд Джозефа, тяжелый и предостерегающий, мигом вернул ее к реальности. Она посмотрела на брата, пытаясь примерить на него имя «Виктор». Получалось плохо: оно шло ему так же, как корове парадный камзол.

- Мы с Виктором… - Элис замялась, скрывая смешок за напускной скромностью, - знакомы целую вечность. Еще в детстве мне твердили, что он станет моим мужем. Я тогда только отмахивалась и обещала сбежать в лес, лишь бы не достаться такому зануде.

Джозеф, оценив подачу, мгновенно включился в игру. Его лицо приняло выражение мученического благородства.

- Да, отец буквально заставил меня, - со вздохом подхватил он, приобнимая «невесту» за плечи и слегка сдавливая их в шутливом предупреждении. - Сказал, пора строить свое счастье, а ничего лучше этой рыжей занозы под рукой не оказалось. Пусть она вредная и острая на язык, но пришлось брать, что дают. Люблю ее, что уж тут поделаешь.

Элис картинно закатила глаза и, прижавшись к его плечу, пропищала самым слащавым голосом, на который была способна:

- А я-то как тебя люблю, мой «Виктор»!

Хозяева довольно заулыбались, не заметив, как Элис незаметно ткнула брата локтем под ребра. Вскоре Сара принесла дымящиеся горшочки. Аромат тушеной говядины с овощами был настолько сногсшибательным, что «молодожены» тут же забыли о ролях. Они принялись уничтожать еду с такой скоростью, будто не ели неделю, то и дело задевая ложками чужие края горшков.

- М-м-м, — Джозеф откинулся на спинку стула и сделал внушительный глоток пива. - Кажется, я готов жениться на этом горшочке.

- Да, «женишок», - хмыкнула Элис, вытирая губы салфеткой. - Только признание в любви у тебя вышло фальшивым. Над надрывом в голосе надо поработать, а то Сара решит, что ты меня в карты выиграл.

- Это я-то переигрываю? - Джозеф весело прищурился и, притянув ее к себе, звонко чмокнул в макушку. - Не веришь, что я ради тебя на все готов? Ты мне как сестра родная, я за тебя… ик… горой!

- Если бы на нас не смотрели хозяева, я бы треснула тебя по твоей пьяной физиономии, - процедила Элис сквозь лучезарную улыбку, предназначенную для Сары. - Сиди смирно, «герой», а то я передумаю и действительно сбегу в лес.

И когда все было съедено подчистую, брат с сестрой поблагодарили хозяев и отправились наверх.

В комнате было зябко. Элис плотнее закуталась в плащ, но холод, казалось, шел не от окна, а от самого вида Джозефа. Он сидел на краю кровати, тяжело опустив голову на руки.

- Голова раскалывается, - глухо пробормотал он. - Или пиво слишком крепкое, или я просто разучился пить.

- Матушка бы тебе задала, - машинально отозвалась Элис, присаживаясь рядом. - Начать путь с похмелья…

- Да плевать. - Джозеф резко выпрямился, и в тусклом свете свечи его взгляд показался Элис пугающе трезвым. - Просто все сразу навалилось. Сугурский лес, эта дорога… Хочется проснуться дома, в Ундервуде, и чтобы все это было просто дурным сном. Но этого не будет, Элис. Назад дороги нет.

Пламя свечи дрогнуло и погасло. Джозеф черкнул огнивом, и в короткой вспышке Элис увидела его лицо – изможденное и непривычно взрослое.

- Почему ты так говоришь? - прошептала она. - Из-за того задания, о котором мама просила? Это что-то опасное?

- Это задание - ты, - выдохнул он, глядя в стену.

Элис прыснула, ожидая привычной подколки, но Джозеф даже не улыбнулся.

- Мне было пять, когда тебя принесли, - начал он тихим, монотонным голосом. - Помню, ты была такой крошечной, что я боялся дышать рядом. Родители скрывали это шестнадцать лет, Элис, им удавалось. Ты не Грэмс. Ты из Лирии. Дочь короля и королевы, которых мы никогда не видели.

В комнате стало так тихо, что было слышно, как шуршит солома в матрасе. Элис почувствовала, как внутри все начало мелко дрожать. Она схватила подушку и с силой ткнула ею брата в плечо.

- Замолчи! Хватит, Джо! Перебрал - так и скажи, но не неси этот бред. «Принцесса»? Ты себя слышишь вообще?

- По-твоему, я похож на шута? - Он перехватил ее руку, сжимая пальцы, не больно, но властно. - Это правда, Элис. Был пророк, было какое-то пророчество… Твои настоящие родители испугались. Они решили, что в нашей глуши тебя никто не найдет. Считали, что спасают тебя. Но нас вычислили. Маргарет нашли именно из-за тебя…

Джозеф осекся, сглатывая горький ком. Перед глазами стояла мать в тот последний день, но он вовремя прикусил язык. Элис не вынесет все сразу.

- Сквады, - продолжил он, - наемники, которые не знают жалости. Они уже идут по следу. А я… я всего лишь деревенский парень с топором. Нам нужно в замок, к твоим родным. Только там тебя смогут защитить.

Элис смотрела на него, и ее глаза, обычно такие живые, стали огромными и пустыми.

- Отвратительно, Джо. Ты играешь по-грязному. Придумал сказку, чтобы… чтобы я не ныла, что мне холодно? Или чтобы я чувствовала себя особенной?

- Хотел бы я, чтобы это было сказкой. - Он взял ее ледяную ладонь в свои. - Неважно, веришь ты мне сейчас или нет. Это ничего не изменит.

Нелепица… Вздор!

Он молчал.

- Бред! Думаешь, это хоть немного походит на правду?

- Хотел бы я, чтобы все оказалось выдумкой… Но это та правда, которую я услышал еще в детстве. – Джозеф задумчиво уставился куда-то сквозь стену. – До недавнего времени я сам не верил. Я вообще думать забыл, что мать с отцом рассказали мне об этом. Но пока выходит, что все именно так.

Элис поморщилась.

- Если хоть немного поверить в эту чушь, то получается, что от меня отказались мои родные родители? И почему же? Пророчества? Кто в них вообще верит?

- Видимо, жители Лирийских земель верят. На месте твоих родителей я бы поступил так же, – пробормотал Джозеф. – Когда все вокруг рушится, ты хватаешь то, что важно, и просто… отдаешь. Пусть даже навсегда.

Его рука тяжелым грузом легла на ее плечо. Ей было тяжело поверить, но Джозеф никогда не любил затянувшиеся шутки.

- Сейчас все изменилось, ты должна вернуться туда, где больше шансов, что тебя защитят.

Заправив передние пряди за уши, Элис долго сидела и молчала. Она мысленно прокручивала все сказанное братом. Узнать о том, что за тобой ведется охота, это одно дело, но ее смущало другое.

- Значит, меня выбросили? - Ее голос сорвался, стал тонким и ломким. - Собственные родители? Испугались каких-то слов и отдали чужим людям? Как старую вещь, от которой одни проблемы?

- Они хотели как лучше...

- Да что ты понимаешь! - Она вскочила, обхватив себя руками. - Выходит, вся моя жизнь - вранье? Каждый день в Ундервуде, каждый завтрак, каждая шутка отца… Это была просто роль?

- Элис, - Джозеф встал, загораживая ей путь к двери, - замолчи. Для меня ты всегда была сестрой. Кровь тут ни при чем. Я знаю тебя всю жизнь, и другой сестры у меня не будет, понятно тебе? Плевать мне на королей.

Она подняла на него глаза, полные слез и невыносимого, черного отчаяния.

- Но я же вам никто, - прошептала она. - Совсем никто. Джозеф… пожалуйста. Я не хочу в Лирию. Давай вернемся к маме? Я буду делать все, что она скажет, только не отдавай меня им!

Джозеф почувствовал, как в горле встал колючий комок. Он сжал ее плечи, пытаясь передать ей хоть каплю своей уверенности.

- Нет, Элис, - последовал твердый ответ, и Джозеф сжал запястье сестры. – Назад пути нет. Да и нас ждут приключения: невиданные существа, замки, моря! Ты же об этом мечтала! Все как в твоих книгах!

- Но ты сам сказал, что за мной охотятся, и нам грозит опасность.

- А какие приключения обходятся без опасностей? Слышала когда-нибудь о таких? – В ответ Джозефу Элис покачала головой. - Вот и я нет.

Они еще долго говорили об этом, вперемешку со слезами и смехом, но на душе Джозефа стало легче. Тайна грызла его изнутри, и он больше не знал, где кончается ложь, а где начинается защита. Но сейчас…

Сейчас важно быть рядом с ней. У наемников из сквада было задание, и они были готовы избавиться ото всех, кто встанет у них на пути. Даже бедная, ни в чем неповинная Маргарет не спаслась от их рук. Оставалась лишь небольшая надежда, что Элис и Джо удастся избежать с ними встречи и как можно скорее добраться до замка.

Вскоре все свечи догорели, и комната погрузилась во мрак. Для сна оставалось немного времени, но даже пара часов сыграла б им на руку.

***

- Элис!

Голос брата, тихий и острый, как стальной клинок, разрезал ее сон. Элис вздрогнула, открывая глаза в густой, пахнущей гарью темноте. Джозеф не просто будил ее - он зажимал ей рот ладонью, а его вторая рука мертвой хваткой вцепилась в ее плечо.

- Ни звука, - выдохнул он ей в самое ухо. Дыхание его было прерывистым, горячим. - Слышишь?

Элис замерла, боясь даже вздохнуть. Снизу, сквозь доски пола, доносился звук, от которого кровь стыла в жилах: мерный, тяжелый лязг железа о железо. Так звучит не подвыпивший горожанин, а воин в полном облачении.

Глава 4. Приют для тех, кто в беде

В дверь уже как пару минут настойчиво стучали, и Джозеф притаился в недобром предчувствии. Чем дальше они находились от дома, тем подозрительнее становился молодой человек, видя в каждом незнакомце угрозу. Те, кто вчера подсказал дорогу или пустил переночевать, мог спокойно на утро перерезать им глотки, он не сомневался, и поэтому старался не доверять людям. В отличие от Элис, которая вряд ли осознавала всю опасность от нового мира и сейчас смотрела на брата в полном непонимании, почему он не желает открыть эту несчастную дверь.

- Господин Виктор, откройте, пожалуйста, - послышался с другой стороны двери встревоженный голос Сары.

Джо весь в напряжении прислонил палец к своим губам, приказывая сестре молчать, и та послушно кивнула в ответ, ведь ей ничего не оставалось.

- Что такое? - отозвался он, мастерски имитируя хриплый, сонный голос. - Мы еще не встали.

Ему ничего не ответили, но по отсутствию шагов, он понял, что Сара никуда не уходила, а чего-то ожидала.

- Извините за беспокойство, - наконец, сказала она. – Время для завтрака заканчивается, мы с мужем ждем вас внизу еще десять минут, а потом убираем столы. Не хотелось бы, чтобы вы отправились в путь натощак.

- Оставьте… мы скоро спустимся, - ответил Джо, и Элис расслабленно выдохнула, но ее брат по-прежнему сжимал ее руку до ощутимой боли, будто сейчас должно случиться что-то плохое.

- Хорошо. Поторопитесь.

Шаги Сары наконец удалились, затихая в конце коридора. Элис шумно выдохнула, пытаясь высвободить запястье.

- Джо, ты побледнел. Что случилось? - Она подалась к нему, и в ее голосе задрожали слезы. - Это всего лишь завтрак. Она просто вежлива…

- Слишком вежлива, - отрезал он, и вены на его руках вздулись от напряжения. - Слишком идеально для этой дыры. В таких местах хозяева не бегают за постояльцами, чтобы те не пропустили кашу. Тут что-то не так, Элис. Не нравится мне этот театр.

Он резко обернулся к окну, за которым брезжил серый, неуютный рассвет.

- Собирай вещи. Живо.

- Зачем? Мы же идем вниз…

- Нет. Я иду вниз. А ты уходишь через окно. - Джозеф схватил ее за плечи, заставляя смотреть прямо на себя. - Слушай внимательно: забираешь лошадей с заднего двора и скачешь на север, к Серебряным холмам. Укрыться там проще всего.

- Джозеф, нет! Я не оставлю тебя здесь!

- Ну что за упрямая ослица! - прорычал он, таща ее к подоконнику. - Если я ошибся и внизу просто каша и улыбки, мы встретимся у холмов к закату. Я догоню тебя. Но если нет… Если я не приду, скачи к портам Мены или Калума. Ищи корабль, уходи за море. Без геройства, Элис. Просто выживи.

Он встряхнул ее, пытаясь вырвать из оцепенения, и на мгновение его лицо смягчилось в мимолетной, горькой улыбке.

- Эй, это худший исход. Скорее всего, я просто преувеличиваю, и мы скоро будем смеяться над этим. Но я должен знать, что ты в безопасности.

- Плохой план, Джо. - Элис шмыгнула носом, пытаясь сдержать дрожь в подбородке. - Мы должны уйти вместе, прямо сейчас.

- Если мы сбежим вдвоем через окно без причины, то привлечем внимание тех, кто может выжидает нас. Мне нужно показаться в зале, отвлечь их, проверить обстановку. Прячь волосы под капюшон и проваливай. Скоро увидимся.

Элис недовольно покачала рыжей головой, поправляя сумку на плече.

- Ты ужасно вредный, братец. Если это твоя очередная глупая затея, клянусь, ты отхватишь от меня таких тумаков, каких не получал от отца.

- Ловлю на слове, - усмехнулся он совсем не весело.

Джозеф помог ей перемахнуть через раму и замер, пока она не коснулась ногами земли внизу. Только когда тень сестры скользнула в сторону конюшен, он выпрямился. Он вытер вспотевшие ладони о штаны, подобрал нож, спрятав его под плащом, и после глубокого вдоха толкнул дверь в коридор.

Лестница скрипела под его сапогами, как виселица на ветру. С каждым шагом вниз запах хлеба становился сильнее, но Джозеф чувствовал только запах металла - тот самый, из своего ночного кошмара.

С самого утра в таверне хватало народу, в большинстве своем опохмелялись вчерашние постояльцы. Возле стойки, в компании хозяев, сидели трое. Они не пили и не шумели, и эта их неподвижность пугала больше любого крика. Кожаные доспехи, потертые в нужных местах, тяжелые клинки и лица людей, которые привыкли убивать на завтрак.

Среди них была женщина - широкоплечая, с грубыми чертами смуглого лица, она медленно точила кинжал о край стола. Джозеф почувствовал, как сердце ухнуло куда-то в желудок. Сквад. Охотничьи псы.

- Доброе утро. - Джозеф заставил себя подойти и сесть за соседний стол. Голос предательски дрогнул, и он закашлялся, маскируя страх.

- Парниша, - женщина не подняла глаз, но уголок ее рта пополз вверх, - нам не нужно твое «доброе». Нам нужна правда. Хозяева говорят, ты тут с женушкой?

- Да, у господина Виктора очаровательная невеста, - подала голос Сара. В ее глазах Джозеф увидел не участие, а холодный расчет. Она уже все взвесила и выбрала сторону силы.

- Видите ли, Виктор, - вклинился Самюэль, вытирая руки о несвежий фартук. - Гости ищут одну особу. Описание - точь-в-точь ваша Клара. Рыжая, как лесной пожар, глаза светлые. Мы решили, что лучше все выяснить сразу. Мы ведь не хотим крови на полу, верно?