Долина магов: дорога к крепости

В этот момент тяжелая дверь хижины тихо скрипнула. Все обернулись.

В проеме стояла Юва. Она уже переоделась в свое привычное бежевое платье, перехваченное алым поясом. Ее лицо все еще было бледным, под глазами залегли тени, но бирюзовые глаза горели такой яростной, холодной решимостью, какой Гай никогда раньше у нее не видел. В этот момент она была до безумия похожа на своего деда Мирослава.

— Я не останусь в стороне, — твердо произнесла девушка, делая уверенный шаг в комнату. — Эта женщина напала на мой дом. Она украла реликвию, которую я поклялась защищать. Я готова идти с вами. Я буду искать ее вместе с Броном.

Гай посмотрел на дочь, чувствуя, как к горлу подступает комок гордости, смешанной со смертельным страхом за ее жизнь. Он подошел, положил руки ей на плечи и заглянул в глаза.

— Я знал, что ты так скажешь, Хранительница, — тихо произнес он. — Но ты должна пообещать мне: никакой отсебятины. Ты будешь слушать Брона. Рая невероятно сильна.

— Обещаю, папа, — Юва крепко обняла отца, утыкаясь носом в его изумрудную мантию, пахнущую костром и родным домом. — Но сначала… расскажи мне все, что вы скрывали. Расскажи мне о Рае. Каждую деталь ее магии. Мне нужно знать, с чем мы столкнулись.

Пока мужчины расстилали на столе старую карту ущелья и принимались обсуждать маршруты поисков, Юва ловила каждое слово целителя Петра. В ее голове, привыкшей структурировать свойства целебных трав, теперь выстраивался совершенно иной, страшный образ — образ ее родной тетки, ставшей безжалостной ведьмой. И внутри Ювы крепла уверенность: она вернет кулон Акумбо. Чего бы ей это ни стоило.

***

Тем временем далеко за пределами цветущего ущелья, где вековые сосны уступали место глухому, мрачному лесу, царила иная атмосфера.

В глубине чащобы, скрытая от чужих глаз мороком и иллюзиями, высилась старая каменная башня. В ее полуподвальном помещении, среди пыльных стеллажей с запрещенными свитками и колб с бурлящими темными составами, стояла Рая.

Ведьма скинула с головы черный капюшон. Ее темно-русые волосы с прядями седины растрепались, а зеленые глаза лихорадочно блестели в полумраке. На ее губах играла зловещая, торжествующая усмешка.

Она медленно подняла руку в длинной черной перчатке, на которой поблескивал золотой браслет, и раскрыла ладонь. На ней лежал кулон Акумбо. В темноте подвала его изумрудный свет казался ядовитым, пульсирующим в такт ее бешено бьющемуся сердцу. Рая провела пальцем по гравировке, чувствуя, как древняя, чистая магия ее рода неохотно, но мощно отзывается на ее прикосновение.

— Наконец-то… — прошептала ведьма, и ее тихий смех эхом разнесся по каменным сводам подвала. — Тридцать лет в грязи и изгнании. Тридцать лет нищеты. Но теперь все закончилось, Гай. Кулон мой. И теперь ни ты, ни твоя сопливая девчонка не смогут меня остановить. Весь мир узнает, кто из нас был по-настоящему достоин Хранительства.

Она прижала артефакт к груди, и волна зеленого пламени на мгновение окутала ее тело, заставив тени на стенах башни испуганно затрепетать.