Право Рима. Константин

Константин улыбнулся, отложил свиток и лёг спать. Он долго ворочался, но затем уснул крепким сном победителя.

Утром следующего дня Константин построил свои легионы и сообщил об успешном завершении этой военной компании. Легионы долго и бурно приветствовали своего императора. В это время со стороны Рима к лагерю подъехало несколько колесниц знатных римлян в сопровождении небольшого отряда воинов преторской когорты. Они были остановлены караулом. В числе прибывших, был префект Рима и четыре сенатора. Спешившись и оставив свою охрану, они были препровождены в палатку императора. Константин встретил прибывших римлян стоя возле стола. Марк наблюдал за императором. В нём появилось нечто неуловимо новое. Нет, он не возвышался над другими, но его манера общения не позволяло римским чиновниками даже подумать о том, что они когда-либо смогут стать его друзьями. Это было внутренне осознанное величие. С учётом вчерашнего разговора с Константином, Марк понял, что это просто защитная реакция человека, покорившего Рим, но совсем не знавшего его. Между тем Константин объявил, что не будет проводить каких-либо наказаний в отношении солдат и чиновников Максенция, за исключением членов семьи бывшего императора. Все пленённые воины будут отпущены, за исключением преторианцев, которым предстояло самим уничтожить свой лагерь. Отныне преторианская гвардия упразднялась навсегда, вместо неё у него уже создана дворцовая стража во главе с Колояром. После этого император дал понять, что визит чиновников Рима завершён.

Выйдя из палатки Константина, сенаторы и префект молча направились к своим колесницам. Префект размышлял о том, что видимо работать с новым императором ему будет легче. Он слышал, что Константин во всём старается придерживаться законов. Нумерий радовался тому, что он вовремя сориентировался и устремил свой взор на Константина. Это поможет ему сберечь деньги и имущество, необходимо только дождаться префекта претория Тиберия, который сможет подтвердить его лояльное отношение к новому императору. Надо будет присмотреться к Марку Флавию, по всей видимости, он очень близок к Константину, а близость к властелину всегда приносит хорошие дивиденды, надо только понимать в чём они. Подойдя к колесницам Нумерий, обращаясь ко всем, сказал:

– Думаю, что завтра на заседании Сената необходимо поднять вопрос о триумфе для императора Константина.

– Триумф, на каком основании? – спросил один из сенаторов, – он, что убил пять тысяч врагов или защитил Рим от варваров?

– Константин освободил Рим от тирана! – торжественно произнёс Нумерий.

– Нумерий, ещё месяц назад ты пил вино во дворце вместе с тираном, – усмехнулся другой сенатор.

– Сейчас это уже ничего не значит! – загадочно улыбнулся Нумерий.

– Конечно, золото не пахнет, – тихо произнёс третий сенатор.

– Ты что-то сказал Валерий? – спросил Нумерий.

– Я подумал, во сколько обойдётся этот триумф, – усмехнулся Валерий.

– Ну, вот завтра и решим в Сенате, – произнёс Нумерий, садясь в свою колесницу.

Сенаторы и префект, стегнув лошадей, поехали в Рим.

Марк шёл вместе с претором Клавдием Валерием к нему домой, вернее, в дом, где когда-то жил он сам, но сейчас не это его волновало. Марк внимательно прислушивался к себе. Ведь это был Рим, его родной город. Трепет в душе, конечно был, но где-то очень далеко. Они шли по улице Аргилет. Всё было ему здесь знакомо, даже торговцы были те же самые. Один из них даже узнал его и поздоровался. Волноваться Марк стал, когда подошли к дому. Видимо его уже ждали. На ступеньках возле двери стояла Лукреция с дочкой на руках, и держала за руку сына, его сына, Аврелия. Марк пропустил вперёд Клавдия. Тот поцеловал жену, взял на руки и зашёл в дом. Марк молча смотрел на Лукрецию и сына. Лукреция улыбнулась, подошла и поцеловала Марка по-дружески в щёку:

– Здравствуй Марк, очень рада тебя видеть, – произнесла она и немного смутилась порозовевшими щёчками.

– Здравствуй Лукреция, я тоже рад тебя видеть, отлично выглядишь, – ответил Марк и перевёл взгляд на мальчика, который смотрел на него с детским восторгом.

– А это, мой сын Аврелий, мы с мужем много рассказывали ему о тебе, – улыбнулась Лукреция, поглаживая сына по головке, – он мечтает стать легионером и воевать с варварами где-нибудь на границе империи.

– Твой отец отличный солдат, – улыбнулся Марк и протянул руку Аврелию. Мальчик засмущался и спрятался за ноги матери.

– Нет, он хочет стать похожим на генерала Марка Флавия, – улыбнулась Лукреция.

– Тогда ему надо быть немного смелее, – Марк присел и опять протянул руку сыну. Мальчик вышел из укрытия, и Марк взял его к себе на руки. Аврелий сразу успокоился и стал рассматривать и трогать доспехи Марка.

– Как ты живёшь? – спросила Лукреция.

– Всё хорошо, у меня трое детей, два сына и дочка.

– Молодец, я рада за тебя, мы с Клавдием уже думаем над сыном.

– Лукреция прости меня, что так всё получилось, – немного виновато произнёс Марк.

– Марк, ты солдат и выполнял свой долг, всё, что с тобой произошло наверно и должно было произойти. Самое главное ты счастлив, и я обрела своё счастье, – произнесла Лукреция, глядя на сына, который сосредоточено что-то рассматривал в доспехах Марка, – Аврелий очень похож на тебя!

– Я уже заметил, – тихо сказал Марк.

– Ладно, пошли в дом, я сохранила твою библиотеку, – улыбнулась Лукреция, открывая дверь. Марк опустил сына на землю и вошёл в дом.

Марк, отпустив поводья, возвращался из Рима в лагерь Константина. Прохладный зимний ветер немного обжигал лицо, но Первый трибун Римской империи совершенно не замечал этого. Охрана держалась позади него на почтительном расстоянии. Марк опять прислушивался к своим ощущениям. Только что, он держал на руках своего собственного сына, свою плоть и кровь. Да, он ощутил такой же трепет в душе, который испытал, когда брал на руки их со Скорой сыновей, но вот, пожалуй, тепла такого же в душе не было. Конечно это его сын, но Клавдий с Лукрецией уговорили его, чтобы Аврелию об этом стало известно, только когда ему исполнится шестнадцать лет. Аврелий считает Клавдия своим отцом, пусть это так и остаётся. В душе Марка начала рождаться какая-то тревога. Его мысли полетели туда, где сейчас находилась Скора. Его нестерпимо потянуло к своей семье. Ему не нужен был Рим, со всем его величием, он хотел туда, где ждало его собственное счастье. Марк знал, почему это чувство обострилось именно сейчас. Он был солдат и в походе, конечно же, скучал без семьи, но сейчас поход успешно завершён. Неожиданная встреча с сыном, только усилила его желание быстрее вернуться к своей семье, потому что, да, потому что дороже их, у него в жизни ничего нет, НИЧЕГО! Марк улыбнулся и понял, что он будет сейчас делать.

Константин внимательно посмотрел на вошедшего Марка и жестом предложил ему сесть, напротив себя за столом.

– Я знал, что этот разговор у нас когда-нибудь состоится, но не думал, что именно сегодня, – произнёс Константин, глядя Марку в глаза.

– Ты проницательный человек, но мне кажется, что наш разговор и должен был состоятся, именно после того, как я познакомлюсь со своим старшим сыном, – ответил Марк.

Константин встал и, прохаживаясь по палатке о чём-то думал. Марк тоже почтительно молчал, он уже всё для себя решил, но не хотел обижать друга, поэтому ждал, что скажет Константин. Между тем император подошёл к выходу и, откинув полог палатки, смотрел на лагерь своих воинов.

– Тело Максенция ещё не нашли, – произнёс он, не оборачиваясь.

– Возможно, его уже занесло илом, течение в Тибре достаточно сильное.

– Может быть ты и прав, – многозначительно произнёс Константин, повернувшись к Марку.

Марк уловил это и переспросил:

– Ты насчёт чего?

– Я хотел сделать тебя вторым, после себя человеком в империи!

Марк совершенно серьёзно ответил:

– Не обманывай себя, второй после тебя уже есть, и ты знаешь кто он!

– Ты очень умный и очень честный человек, Марк, – улыбнувшись, ответил император, – но самое главное твоё достоинство, ты не тщеславен! – произнёс Константин, глядя Марку в глаза.

Немного подумав, Марк ответил:

– Крисп, твой сын, второй человек в Римской империи, Колояр рассказывал, что из него получится хороший воин. Думаю, что он унаследует все твои способности великого полководца.

– Крисп ещё мал и я владею пока лишь западной частью империи, – тихо произнёс Константин.

– Дети растут очень быстро, с тобой будет Тиберий, Колояр, твоя семья. С тобой остаются твои легионы, которые вдохновлены твоими победами и новым Богом!

– Ты же вчера говорил, что Бог тут ни при чём! – улыбнулся Константин.

– Я говорил это про тебя лично, но если твои воины идут в бой с именем Христа и побеждают, то не стоит им мешать в этом! – уверенно произнёс Марк.

Константин тепло посмотрел на своего друга, его поражало то, как часто совпадали их взгляды на многие вещи. Душа Марка была чиста и созвучна его собственной душе, но Марк был честнее к самому себе, и это притягивало к нему. Да, видимо пришло время им расстаться, каждый пойдёт своей дорогой, но они никогда не перестанут быть друзьями. Константин знал это и тихо спросил:

– Когда ты намерен уехать?

– Я дождусь приезда Колояра, мне ещё надо сделать кое-какие закупки, улыбнулся Марк.

Сильно раздувшееся тело Максенция нашли через два дня. Его голова была отделена от туловища и отправлена в Рим. Константин приказал префекту Рима отправить голову низложенного императора в римскую провинцию Африка, дабы показать местным народам, кто теперь является правителем империи. Ещё через два дня в лагерь Константина прибыла его семья под охраной воинов Колояра и в сопровождении префекта претория Тиберия Гая Луциуса. Все они были размещены в палатках. В тот же день сенатор Нумерий Тулиус поспешил предстать перед новым императором, надеясь на хорошую протекцию префекта претория. Константин принял сенатора у себя в палатке.

– Приветствую тебя август, – обратился Нумерий к сидящему возле стола Константину, рядом с которым стояли Колояр и Тиберий.

– Я тоже приветствую тебя Нумерий Тулиус, – улыбнулся Константин и, встав из-за стола, протянул руку сенатору.

Пожав руку императора, Нумерий остался стоять, в то время, как Константин вернулся на своё место, не предложив ему сесть рядом. Из чего быстрый ум Нумерия сделал вывод, что до полного расположения к нему императора ещё очень далеко.

– Тиберий рассказал мне о той помощи, которую ты оказывал нам при дворе Максенция, – сказал Константин.

– Я делал всё, что было в моих силах август, – неуверенно улыбнулся Нумерий.

– Я постараюсь не забыть об этом, – сухо произнёс Константин.

– Сенат принял решение воздать соответствующие почести новому императору в виде триумфа!

– Что об этом говорит римский закон? – улыбнувшись, спросил Константин.

– Триумф впервые в истории Рима будет организован не в честь императора завоевателя, а для императора освободителя!

– Хорошо, но больше никакой крови.

– Бои гладиаторов отменить?

– Да, вместо них организуйте скачки!

– Для римского зрителя одних скачек будет мало, – ухмыльнулся Нумерий.

– Что вы предлагаете?

– Бои гладиаторов с хищниками.

– Хорошо я согласен, – кивнул Константин.

– Когда вы войдёте в Рим?

– Завтра в полдень.

– Хорошо, когда следует ожидать вашего выступления в Сенате.

Тиберий Гай Луциус улыбнулся, отметив для себя, как Нумерий перешёл на «ВЫ» обращаясь к императору.

Примечания