Упасть в небо

– Ты-то мне и нужна! Ну-ка, надень на шею и носи не снимая!

Спешно одёрнув рубашку, уставилась в спину Шону.

– Шон! Привет!

Интересно, его никто не учил, что, входя в комнату, стучаться надо?

Шон обернулся:

«Некогда политесы разводить! Я на минуту – сообразил, что ваша компания знает больше, чем надо. И нехорошо, если любой встречный сможет это извлечь из голов. Так что сварганил амулеты для защиты от чтения мыслей – вот, на! – передай сама сестре, Кирану, Заку и этому, мелкому рыжему. А твоему жениху не дам – он способен уже сам щиты держать – пусть тренируется!

Слушай, дело такое: в гавани и впрямь что-то было. Вот только следы успело размыть так, что пальцем в источник не ткнуть – придётся искать. Но ясно одно: в Китовом Киле есть кто-то, умеющий активировать кровавые алтари, а затем приглушать их снова. Так что из школы ни ногой! Росса я предупрежу. Да, пока не забыл – дай-ка сюда свой амулет!»

Что? Тоже считает, что я сама щиты должна держать? А звать его как теперь? Ну ладно, ему виднее.

Стянула с шеи шнурок с овальным прозрачным тёмным камнем и маминым обручальным кольцом. Сейчас отдам, только узел распутаю. Кольцо надо снять, оно – моё.

Шон недовольно покачал встрёпанной головой. Бри за его спиной выворачивала шею, рассматривая висящий у ключиц оправленный в серебро тёмный камушек на короткой цепочке.

«Противный недоверчивый злопамятный кузнечик! Ты теперь всю жизнь меня будешь тролль знает в чём подозревать? Вот пока диплом Академии не получишь – раз сама сдуру в ученицы ко мне попросилась – не отвяжешься! Не снимай своё кольцо – мне просто нужно перенастроить амулет на чисто драконий лад – тогда никакие отсекающие магию щиты страшны не будут».

Я засмеялась: «А я ещё потом в аспирантуру хочу!»

«Размечталась! Пока сдавай сессию на пятёрки – возьму в запасники Ларранского музея!» – подмигнул Шон, прежде чем исчезнуть.

Бри ошалело захлопала глазами вслед.

Я, продолжая улыбаться, поднесла к губам снова надетый на шею амулет.

«Не хулигань, мелкий кузнечик!» – донеслось издали.

Следующие несколько дней выбили из головы все мысли и о герцогстве, и об алтарях – контрольные накануне дня Середины зимы сыпались на нас как снег с неба. Мы с Асом – голова к голове, ноздря в ноздрю – сопели над учебниками. Точнее, сопела я. Ас заметил, что когда я сосредотачиваюсь, то от усердия начинаю пыхтеть, как сердитый ёжик. Чернявую заразу это очень веселило. Я сначала злилась, потом решила не обращать внимания.

Мне жутко хотелось вернуться в свою пещеру в утёсах, снова начать эксперименты с металлами и возню с недоделанными храмовыми подсвечниками – но времени не было совсем. По вечерам, пока Бредли гонял в тренировочном зале Аскани, а за компанию с ним Кира, Зака, Лива и остальных желающих заработать синяки, занимаясь благородным делом мечемахания, мы с Тин на пару корпели над «Законодательством Драконьей Империи в области магии» – январь, когда нам обеим предстояло сдавать экзамен, стремительно приближался. Я видела, что хотя привыкшая держать себя в руках сестра не подаёт вида, она нервничает, и сильно. Я тоже дёргалась – всё же экзамен по академической программе, который будет принимать целая комиссия незнакомых магов, – это вам не хухры-мухры! Ас «утешил» – сказал, что хочет сдавать экзамен с нами. Я ответила, что если примажется, то пойдёт последним. Иначе мы с сестрой на фоне этого умника будем смотреться бледно, чтобы не сказать хуже.

Ещё доканывали медитации. Кир и Зак, вдохновлённые ментальным пинком Шона, при малейшей возможности выпадали в астрал. Лив, само собой, поддержал полезное начинание. Бри, которая прежде не особо заморачивалась прокачкой резерва, повздыхала и тоже присоединилась к жениху. Подруга даже попросила начать будить её по ночам – чтобы медитировать вместе со мной. Но уже на вторую ночь выдала: «Да ну их к шутам, эти медитации! Уж что вырастет, то вырастет!» – и засопела в подушку.

Шон проявился в субботу вечером, когда я раздумывала – поддаться уговорам Аскани и пойти с ним на танцы или проявить сознательность и сесть зубрить историю – мы опять въехали в период, нафаршированный непроизносимыми гномьими и запредельной длины эльфийскими именами. Я как раз разработала метод, помогающий с этим справляться: читала текст – потом переворачивала учебник, чтобы не подглядывать, корешком вверх, и писала на листочке всё, как запомнила. Затем проверяла и переписывала слова, в которых наляпала ошибки, по десять раз, в то же время проговаривая их про себя. Одновременная тренировка зрительной, моторной и слуховой памяти помогала. Но зевать, если честно, хотелось невыносимо…

Итак, я сидела за столом, кусая карандаш и повторяя про себя «Эобиллисиниэл… Эобиллини… тьфу! – биллисини…», когда услышала голос Шона: «Что за муть? А, история? Кузнечик, слушай внимательно – вдруг что сообразишь? Мы обыскали гавань. Нашли корабль. Да только он без команды – десять дней назад его продали новому владельцу. И, по рассказам очевидцев, как раз перед этим на берег вытаскивали здоровенные каменюки – вроде как отделочный камень для стройки. Так вот одна из трёх глыб сорвалась со строп и насмерть придавила грузчика. Догадываешься, когда это случилось?»

«В тот день, когда повело Кира и Зака?» – сообразила я.

«Именно. А теперь бы ещё сообразить, где искать эту дрянь… По логике, алтари должны быть пока в Китовом Киле. Но очень плохо, что если б не это происшествие, да случайное присутствие ребят поблизости, мы б и не догадывались, что жертвенники тут».

«А откуда приплыл корабль, известно?»

«В журнале начальника порта значится, что последним рейсом “Игривый тюлень” шёл вдоль берега из Белого Бивня на западе… но, думаю, это липа».

«Их должны были везти, на себе такое не дотащишь…» – задумалась я.

«Опросили грузчиков, нашли возницу. Тот доставил груз в особняк недалеко от рынка. Только тот дом пустует уж год, и камней в нём нет».

«Рынок? – вспомнила я карманника, которого приложила Валькирия. – Там наверняка кто-то что-то видел…»

«Может, и видел. Только место, сама понимаешь, такое, что вокруг этих возов таскается туда-сюда больше, чем гуляет блох по хребту бродячей собаки…»

Я хихикнула. Угу, очень герцогское сравнение. Хотя чего я? А сама? И вообще, герцоги – тоже люди.

«О! Кузнечик, ты молодец! Я с тобой поболтал и сообразил очевидное… Сделаю – расскажу!»

Это он о чём? Хотя я сама тоже часто проговаривала всё вслух, и лучше не просто в пространство, а Асу, Бри или Тин, всегда согласным меня слушать. И в голове прояснялось…

Помотавшись по комнате туда-сюда, решила пойти на компромисс. Потанцевать с Аскани очень хотелось, хоть немножко. Вот на час отложу историю, она ведь не убежит? А потом вернусь и ка-а-ак засяду за учёбу!

Надела бежевое платье с золотистым шлейфом, купленное Аскани в Ларране. Посмотрела в зеркало, фыркнула, скорчила рожу. Метла глазастая. С волосами после Шоновой магической сушки творилось что-то непотребное – шевелюра вставала дыбом при всяком удобном случае и без, превращаясь в нечесабельные космы. Пока подвёрнуты по уши, вроде и не особо страшно, а распустишь – беда! Вздохнула. Ну ладно, Асу, вроде, нравится, а мне так и вовсе без разницы.

«Ты какое платье надела?» – пришло снизу.

«Коричневое. А что?»

«То. Знать хочу, чтоб не обрядиться в синее».

«Аа-а…»

«Сейчас буду».

Жду.

Всё же странно – мир за последние дни неузнаваемо изменился. И не только потому, что я осознала, как дорог мне Ас. Поменялся масштаб – я познакомилась с самой Императрицей Астер и её семьей, видела дворец в Ларране, да что там Ларран – я побывала в Галарэне, своими глазами посмотрела на Академию! За пару дней я словно взлетела над огромной страной, пересекла её одним прыжком из края в край… Горизонт разом, одним рывком, раздвинулся на четыре тысячи лиг. Не поняла пока как, но меня это изменило тоже. Мой мир больше никогда не будет маленьким.

Рука об руку мы с Асом вошли в вестибюль, где проходили ежесубботние вечеринки.

Музыка, ритмичный топот, смех – танцы были уже в разгаре. Оркестр, в котором сейчас было пять человек, наяривал кадриль. Оказалось, что близняшки из младшего класса – брат с сестрой Бьярни и Бина – играют дуэтом на виолах, причём очень здорово. Остальной состав – Лисса с барабаном, Були с волынкой и Сигур с флейтой – остался прежним.

Я закрутила головой в поисках друзей. Ага, Бри и Зак отплясывают в центре зала, а Лив с Киром что-то бурно обсуждают у стены. Рыжик аж подпрыгивает, размахивая руками, аки ветряная мельница на взлёте…

Вот Кир нас заметил. И не только он – несколько стоящих у стены девчонок тоже повернули головы в нашу сторону.

«Ас, мне неудобно. Таких нарядов, как у нас с тобой, нет больше ни у кого».

«А тут и нет больше герцогов, – хмыкнул жених. – Привыкай. И ещё: любой из присутствующих, если постарается, через три-четыре года сможет намагичить себе платье покруче наших теперешних. И мы, кстати, тоже. Принцесса Брианн рассказала мне, что две трети гардероба леди Астер не ложатся грузом на бюджет, а сделаны самой леди Астер. Так сказать, рукоделье в часы досуга».

Как интересно! Я не могу оторваться от металлов, а она работает с тканями…

«Эй! Тим, ты ещё со мной? Кончай глазами хлопать! Сейчас будет мазурка. Ты её хотела – так пошли танцевать!»

После нашего возвращения из замка Аскани переменился – словно посветлел. Внешне остался почти таким же – задранный подбородок, непроницаемое лицо с тёмными глазами, высокомерный взгляд. Но ментальная речь стала иной – теперь он, болтая со мной, чаще улыбался и больше смеялся. Интересно, это потому, что Бараки уже нет? Потому, что Ас сумел отомстить за гибель родителей?

– Не так, хотя и это тоже, – улыбнулся ведущий меня Ас. – Но главное – другое. Шон прав, смотреть надо не в прошлое, а в будущее. А будущее теперь у меня есть. Потому что ты меня любишь.

Опустила глаза, чувствуя, что краснею, и привычно огрызнулась:

– Замуж не пойду!

– Поглядим ближе к делу, – хмыкнули мне в ухо.

Я попыталась наступить ему на ногу – он ловко отскочил, даже не сбившись с такта.

Нет, выходить за того, кто тебя умнее, хитрее и резвее, точно нельзя! Всю жизнь будешь себя косорукой колченогой тупоумицей чувствовать!

– Нашла новый аргумент, да? – Он откровенно смеялся. – Но заметь, сама идея выйти за кого-то тебе дикой уже не кажется.

Я так озадачилась, что исхитрилась сама себе наступить на ногу.

Ас хмыкнул.

Всё же после четырёх танцев, во время которых Ас так и не подпустил ко мне Кирана, я засобиралась – надо заниматься. Как раз сегодня Валькирия вывесила на стене у входа в класс оценки за итоговые контрольные по истории – и оказалось, что я хватанула четвёрку! Так старалась – и упс! Опять имена этих эльфов перепутала!

А чему удивляться? В эльфийском двадцать три разных гласных, а у нас всего десяток. И то, что для них два совершенно разных имени или слова – для нас отличается меньше, чем пара выросших рядом на грядке морковок. Я активно учила эльфийский меньше года, и натренировать ухо, чтоб уверенно различать всякие «йо», «ёо» и «ео», ещё не успела. Вот и пострадала. Обидно. Хотела показать дополнительные знания – и наляпала ошибок. А ограничилась бы тем, что перечислено в учебнике, – получила бы пять.

Урок на будущее – не жадничай. Как говорит Тин, если не знаешь, как пишется «здесь», пиши «тута».

Стоящий рядом Ас чуть сжал мою руку.

«Не расстраивайся. К экзамену я тебе подготовиться помогу. Выпишем заранее все имена на листочек, я их проверю, а ты запомнишь».

«Нет, я сама. Ты столько меня натаскиваешь, что я начинаю чувствовать неуверенность в собственных силах. Давай так: если я не справляюсь – попрошу тебя. Если могу сама, значит, буду сама. Хорошо?»

«Хм-м. Сама ты к третьему тысячелетию Империи попросишь. И то не уверен».

Я мотнула головой и рассмеялась.

Может, он и прав. Но чтобы научиться бегать, надо лично переставлять ноги, а не чтоб тебя на руках туда-сюда таскали.

Вечером, когда я тоскливо пялилась в зеркало в туалете, пытаясь понять, что же сотворил Шон с моими волосами во время той экстремальной сушки и как с этим бороться, послышался глас предмета моих дум.

«Кузнечик, я кое-что наковырял. Тебе интересно?»

«Да! Но, Шон, я в туалете и… – оглянулась на Тайлин с зубной щеткой во рту и умывающуюся по соседству Лиссу, – …я здесь не одна».

Шон за горизонтом хихикнул.

«Ладно, иди к себе, потом позови меня. Пирожок принесу и прическу поправлю».

Теперь Тайлин и Лисса таращились на ни с того ни с сего развеселившуюся меня.

Быстро кое-как промокнула лицо полотенцем, провела пальцем по бровям, возвращая вздыбленные волоски на место, и понеслась к себе. Брита ещё не вернулась от Зака. Интересно, я должна позвать Аса?

Шон уже был в комнате, склонив голову набок разглядывал книги на полке.

Посмотрел на мою шевелюру, ухмыльнулся, подмигнул:

– Кузнечик лохматый, зимний северный шерстистый вариант.

Угу, жуть как смешно. Особенно если вспомнить, что он сам мне это и устроил. Спасибо, хоть не овцой обозвал.

– Не, ты не овца. То есть не дура, – мотнул головой Шон. Щёлкнул пальцами. – Посмотри в зеркало! Только быстро, времени на ерунду нет. А потом послушай меня. Может, что подскажешь?

Посмотрела – ух ты! – волосы мягкими ровными каштановыми прядями падали вниз, на плечи и спину, словно я их только что аккуратно расчесала мокрой расчёской. И даже красиво завивались внизу. Интересно, надолго ли мне такое счастье?

– Решим мою проблему, покажу заклинание, как быстро причёсываться. Вот слушай! Ваша школа на западной окраине Китового Киля, да? А я видел, что три алтарных камня из того дома, у рынка, перегрузили на другую подводу, которая повернула на восток. И ехала, не меняя направления, три улицы. К сожалению, дальше опять большая торговая площадь, и куда оттуда повернул воз, проследить не удалось. А, как понимаешь, надо бы. Что думаешь?

– Шон, а как это – ты видел? Это ж две недели назад было!

– Ну, вот так. – Карий глаз подмигнул. – Говорю об этом только тебе, ты ж секреты хранить умеешь?

Ух ты! Секретная магия… Хотя ещё одна тайна от Аса – это не очень хорошо.

Шон недовольно мотнул головой, словно поймал мои мысли.

Ну ладно. Значит, он своими глазами – уж не ведаю, как сие возможно, – видел подводу. И поехала та на другую сторону города, от нас куда подальше.

– Шон, я Китовый Киль плохо знаю, я ж всё время в «Нарвале» сижу, а вот Кир с Заком всё тут излазили. Поговори с ними – они наверняка что-то сообразят. Я только помню, что за городом есть каменоломня, а кроме того, на восточной окраине – городское кладбище. Ах, да, ещё там же – речной порт в устье Заны.

– Ага! Мм-м… А куда б повёз я сам? Я б выбрал кладбище, интереснее! А порт сейчас неактуален – река встала.

– Да, на кладбище спокойно. Магам – мы же долгожители – там навещать некого и делать нечего, – попыталась продолжить логическую цепочку я. – А от «Нарвала» пешком дотуда в одну сторону часа полтора-два шагать… то есть из любопытства адепты тоже не полезут. И, Шон…

– Что, кузнечик?..

– Если ты умеешь видеть прошлое, то, может быть, выйдет туда забросить маяк? Вроде моего амулета? Это сложно?

– Ну, вообще говоря, непросто. Но возможно. – Шон вскочил с моей кровати, где сидел до того, привалившись спиной к стенке, и забегал туда-сюда, бормоча под нос. – Мог бы ведь и сам сообразить… но от вашей холодрыги, видать, мозги отморозило. – Оглянулся на меня. – Амулет нельзя. Если его найдут, мы можем изменить прошлое и, значит, настоящее. А вот какое-нибудь чисто драконье заклинание, которое я бы мог засечь с расстояния, – такое было бы безопасно. Только не уверен, что у меня хватит сил…

Ничего ж себе магия…

– Но это поправимо. Кузнечик, с волосами чуть позже, ладно? Пирожки вон, на столе. Я полетел.

И пропал, растаяв в радуге.

Упс.

Моя красиво причёсанная голова шла кругом.

Наверное, надо помедитировать.