Измена. Жизнь напополам

Глава 5

Она не стала дожидаться неверного супруга и его любовницу у выхода из магазина. Видеть его не хотелось… никогда… Только бы сейчас справиться с подкатившей тошнотой. Закрыв ладонью рот, Яна рванула к ближайшему туалету, тихо радуясь, что сегодня толком не ела. Все это мерзко и отвратительно. Его руки на чужом теле, губы на чужих губах… в груди будто скрутилась тугая пружина, грозившаяся лопнуть, желудок взбунтовался, Яна еле успела влететь в кабинку и закрыть за собой дверь.

Организм восставал против такой вот реальности, не принимал и отвергал ее, избавлялся от горечи и больной зависимости от собственного мужа. Реакция на страх, на боль и разочарование. На лбу выступили бисеринки пота, от слабости дрожали руки, по щекам катились слезы, все тело содрогалось от спазмов.

– Девушка, с вами все в порядке? – кто-то постучал в кабинку.

Только в этот момент Ермакова осознала, что просто сидит и в голос рыдает на грязном полу туалета.

– Нет… – еле слышно ответила она.

– Я могу вам чем-то помочь? – взволнованный голос на той стороне не хотел оставлять ее в покое.

Ответ застрял в горле, потонув в новом приступе рыданий.

– Да что происходит?

Яна закрыла руками лицо, стараясь сделать вдох, хоть как-то взять себя в руки. Перед глазами все еще стояла картина, как ее любимый муж сует язык в рот Леночке. Желудок снова непроизвольно дернулся, порываясь вернуть свою хозяйку к тому занятию, ради которого она прибежала сюда. Девушка сделала глубокий вдох.

– Все хорошо… – проговорила она, – что-то съела… простите…

Вот опять она извиняется непонятно за что, как будто ее застукали за каким-то постыдным занятием. Удивительно, но в эту секунду Яна чувствовала именно стыд. Жгучий и разъедающий, как кислота. Ее муж ей изменяет… Как с этим жить, как это принять и что дальше делать совершенно непонятно. Она чувствовала себя выброшенной на берег рыбой. Отчаяние затапливало волнами, сметало на своем пути всю выдержку и самообладание. КАК ДАЛЬШЕ ЖИТЬ? Да и зачем…

Темная бездна безысходности растворяла ее душу чернильным пятном. С каждым ударом сердца внутри зрела страшная решимость. Пока неясная и не сформировавшаяся, но осознание того, что все закончилось, разрывало сердце на куски, сминало сознание, оставляя после себя пепелище из обломков любви, которую Яна испытывала к мужу.

– Может вам водички? – все еще не отставала сердобольная незнакомка.

Яна с трудом поднялась на ноги, открыла дверь и посмотрела на девушку, которая так переживала за нее. Невысокого роста, курносая, чуть полноватая, с русыми волосами и в белой блузке и прямой темной юбке. Судя по бейджику на пышной груди незнакомки, она работала в одном из магазинов торгового центра. В ее серых глазах плескалось неподдельное беспокойство.

– Спасибо! – от души поблагодарила Ермакова незнакомку.

– За что? – удивленно хлопнула глазами девушка.

– За вашу заботу.

Яна посмотрела на свое отражение в зеркале и снова чуть не разрыдалась. Нос распух, глаза покраснели и стали такими узкими, что и открыть их полностью не получалось. Хорошо, хоть туши не было на ресницах, а то непременно растеклась бы, и все выглядело бы еще хуже.

– Не за что, – ошеломленно ответила новая знакомая, – услышала, как вы плачете, – она прикусила губу, как будто размышляя, стоит ли говорить дальше, но все же решилась и сказала, – сама недавно плакала, вот так вот.

Ермакова как раз умывалась холодной водой, чтобы привести себя в порядок. От неожиданного признания остановилась и посмотрела на собеседницу. Та грустно улыбнулась и протянула бутылочку с водой.

– Я не открывала еще, – смущенно проговорила она, – как раз ходила на перерыв, купила воды, чтобы запить таблетку, услышала, как ты плачешь. Меня Ирина зовут.

– Яна, – представилась Ермакова, беря предложенную воду и делая глоток.

– Очень приятно! – улыбнулась Ира, причем так заразительно, что Яна улыбнулась в ответ, – Вот видишь, ты уже улыбаешься. Не буду спрашивать, что у тебя случилось. Скажу только, что все обязательно наладится! Вот увидишь!

В это верилось с трудом, но спорить совсем не хотелось. В сумке ожил телефон. Яна выловила его из недр своей необъятной сумки. Звонил Илюша.

– Мамочка, – запыхавшийся ребенок радостно затараторил, в трубку, когда Яна ответила на звонок, – у меня уже время закончилось. Ты где?

Осознание того, что из-за увиденного она совершенно забыла, что не одна здесь, ошпарило кипятком по коже. Ермакова выпала из реальности. Она не думала о том, что сын находится совсем рядом, так сильно ее захлестнуло собственное горе.

– Я скоро буду, сынок, – почти прошептала девушка, а по ее щекам снова покатились слезы.

Она ненавидела себя в этот момент. Из-за мужа, взрослого мужика, который обманывает ее неизвестно, сколько времени, она не думала о том, что ее ждет Илюша. Это кошмар!

– Я хочу пить, ты купишь мне водички?

– Обязательно!

– Я люблю тебя, мамочка!

Сердце зашлось в сумасшедшем ритме. Илюша и Маришка – вот смысл ее жизни, даже не так! Они и есть ее жизнь!

– Спасибо еще раз! – сказала Яна Ирине, – Сколько я тебе должна за воду?

– Ерунда! – отмахнулась девушка, – Не бери в голову!

– Спасибо!

– Рада была помочь.

Как она добралась до игрового центра, как ей удалось держать непринужденный вид перед сыном, Яна и сама не знала. Она автоматически улыбалась, внимательно слушала ребенка о том, как он здорово провел время, но при этом всячески отгоняла от себя воспоминания о муже, целующем Леночку.

– Нам пора уже домой, – мягко проговорила Ермакова, когда поток восторгов Илюши прекратился.

– А мы скоро сюда еще приедем? – Мальчик поднял на нее свои большие, невероятные, голубые глаза и с надеждой уставился на мать.

Вот как ему сказать, что больше ей не хочется возвращаться в этот торговый центр никогда в жизни?

– У нас в городе очень много других таких мест, – уклончиво ответила она, – если мы будем ходить только в одно из них, то никогда не узнаем, как здорово может быть в других.

Илюша подумал немного и согласился. Яна с облегчением покинула это здание, надеясь не столкнуться с супругом и его любовницей.

Домой вернулись на такси. Маришка спала в своей кроватке, Алена что-то читала на кухне.

– Привет, – улыбнулась сестра, когда Яна и Илья вошли в коридор, – вы вернулись уже? А я тут к зачету готовлюсь.

– Привет, – племянник обнял любимую тетю, – как дела?

– У меня нормально, – улыбнулась Алена, гладя мальчика по голове, – а вот ты чего это решил нас напугать?

– Я не хотел, – поник мальчик.

– Да ладно тебе, – тетя подмигнула ему, – я сама не любила в школу ходить.

Алена ушла домой, а Яна все больше нервничала. Чем ближе был вечер, тем сильнее сжималось все внутри от предстоящего разговора с мужем. Откладывать, который больше было нельзя. Дальше просто некуда. Как его пережить? Где взять силы на это? А главное, как сделать так, чтобы детей рядом не было? Яна не была уверена, что сможет спокойно все вынести. Наверняка она снова расплачется, возможно, не сможет контролировать свои эмоции, да и вообще, кто знает, чем все закончится. Доктор сказала, что Илюшу нужно оградить от любого стресса.

– Мама, привет, – Яна позвонила матери, – как у вас дела? Ты работаешь сегодня?

Мама Яны – Анна Власова работала два через два дня в магазине продуктов. Жила она со своим новым мужем за городом. Дядя Леша – супруг мамы привозил ее утром на работу, потом вечером забирал ее домой.

– Привет, дочь, – ответила женщина, – да, сегодня работаю. Завтра буду отдыхать.

– Мам, тут такое дело… – Яна закрыла глаза, стараясь контролировать свой голос, – можешь забрать Илюшу с Маришкой к себе сегодня? Я завтра приеду и заберу их.

Анна любила внуков и с радостью проводила с ними время.

– Конечно, дочь, – ответила Власова, – вы решили провести романтический вечер?

– Типа того, – выдохнула Яна, смахивая слезинку со щеки, – ну так можешь?

– Да, конечно, могу, – засмеялась Анна, – сейчас позвоню Леше, чтобы кресло детское поставил в машину. Ты только собери все, что нужно. Мы заедем и заберем все.

– Спасибо, мамуль! – облегченно выдохнула девушка.

– Всегда пожалуйста! К тому же, а вдруг после сегодняшнего вы с Сереженькой мне еще одного внука родите? Или внучку…

– Мааам!

– Ладно-ладно, шучу! Собирай вещи. Через два часа будем.

Яна не теряла больше времени. Она позвонила учительнице Илюши, сказала, что сына не будет в школе пару дней. Обрадовала мальчика, что они с сестрой едут к бабушке ненадолго и стала собирать вещи.

В назначенное время на пороге появилась Анна с Алексеем. Яна не называла мужа мамы папой, только по имени. Она прекрасно относилась к мужчине. Он любил свою жену и ее уже взрослых дочерей, как и Илюшу с Маришкой искренне считал своими внуками. Когда отец ушел из семьи, Анна с трудом пережила эту трагедию. Долго не могла прийти в себя, не верила, что родной человек способен вот так предать. Причем нашел себе любовницу, которая едва ли была старше Яны. Теперь Яна благодарила судьбу за то, что та послала ее матери Алексея. Любящий, работящий, не пьющий, очень хозяйственный, он был готов носить довольно пышнотелую Анну на руках. У него горели глаза всякий раз, когда он смотрел на жену. И Анна расцвела с ним. Она больше не плакала по ночам, не сидела на бесконечных диетах. Муж любил ее всю. Однажды Анна сказала, что ей неплохо было бы похудеть на несколько килограмм. Алексей сказал, что против подобных действий.

– Но мои джинсы на мне не сходятся! – смущенно призналась Анна.

– Тогда поехали и купим тебе новые!

Яна сама была свидетелем этого разговора. Тогда она смотрела на свою краснеющую маму и влюбленного в нее мужчину, который долгое время добивался ее внимания после развода, и думала, что благодарна ему за любовь, которую он дарит ее мамочке. К слову, отец вскоре ушел от той любовницы. Начал крутить романчик с подругой той самой любовницы. А потом… потом выяснилось, что он воровал на заводе, на котором работал. Сливал солярку с трактора, продавал ее, выносил цемент и все, что вообще только мог. На него завели уголовное дело. Молодая любовница не вынесла такого и исчезла. Дело кое-как замяли. Отец уехал куда-то на север, якобы зарабатывать деньги. Ведь он оставил семье долги, ипотеку и кредиты. Анна лишилась мужа, чуть не потеряла дом, который они купили в кредит, зато получила целую кучу проблем и долгов, которые она должна была выплачивать, ведь приставы не могли нейти ее сбежавшего мужа. Совместно нажитое имущество ей пришлось отстаивать одной. Так было, пока в ее жизни не появился дядя Леша.

Глава 6

Проводив маму и детей, Яна осталась одна. Сердце тревожно сжималось от ожидания предстоящей встречи с мужем. Она даже не была уверена, что Сергей вернется сегодня вечером домой. Подсознательно ждала, что вот-вот раздастся телефонный звонок, при котором супруг сдержанно оповестит жену об очередном дежурстве, или срочном вызове в соседний район по делам. Да даже неудивительно было бы, если бы Сергей вообще не позвонил, просто пришел бы утром, сдержанно уведомил жену, что пришлось остаться на ночь, как это бывало и раньше. Теперь ночные «внезапно возникшие» дежурства виделись Яне совсем иначе. От этого хотелось плакать и одновременно что-нибудь разбить. Желательно о голову неверного мужа, а еще лучше о голову Леночки.

Вопреки сложившейся уже традиции, Ермакова не стала готовить ужин. Детей нет дома, сама она есть не хотела, да и давно уже привыкла ничего не есть после шести вечера. Девушка все еще не оставляла надежды вернуться в прежнюю форму. А готовить для предателя не было ни малейшего желания. Странно, но где-то внутри Яна испытывала некое подобие удовольствия от принятого решения. Будто снова вернулась в подростковый возраст, когда бунтовала против родителей и учителей, сбегая с уроков физики и прогуливая их в кафе с подругами. Всякий раз от страха замирало сердце, что учитель позвонит маме, что дома ей обязательно за это влетит. Вот и сейчас, как тогда, она знала, что должна приготовить ужин для мужа, но не стала этого делать. И это было ее маленькой, но такой важной победой над собой. Яна уже забыла, когда в последний раз могла спокойно принять ванну, выпить чашечку чая и просто посмотреть в окно, наслаждаясь покоем.

Щелкнул замок входной двери. Сердце встрепенулось, разгоняя кровь по венам, превращая ее в кипяток. Казалось, Яна уже взяла себя в руки, успокоилась, нашла нужные слова для предстоящего разговора, но сейчас, когда Сергей вошел в квартиру, вся выдержка разлетелась к чертям. Мысли вспорхнули потревоженными бабочками, закружились невесомыми тенями, путаясь между собой и разлетелись безвозвратно.

Девушка так и застыла с чашкой в руках, обнимая ее ладонями и глядя прямо перед собой. Она уже не видела ни воркующих голубей на подоконнике, ни распускающихся листочков на березе, ни забавных облаков, плывущих по темнеющему небу. Зато тошнотворный запах женских духов назойливо врезался в нос, снова вызывая тошноту.

– Привет, – муж появился в дверях кухни и с недоумением воззрился на супругу и пустующий стол.

– Привет, – ответила Яна, все еще не глядя на Сергея.

Она подняла чашку, сделала глоток ароматного напитка, почти не чувствуя вкуса, вернула чашку на блюдце. За этим пристально наблюдал Ермаков. Он не понимал, что происходит. Подошел к столу и сел на стул, ожидая, что жена теперь встанет и накроет ужин. Но жена не спешила приступать к своим прямым обязанностям. Она сидела и пила чай мелкими глотками.

– Где дети? – спросил Сергей.

– У мамы. – Холодный, отстраненный ответ и еще один глоток чая.

– А в честь чего? Не выходные же еще…

– Сергей, я все знаю… – голос Яны дрогнул, горло сдавило спазмом. Только бы не сорваться, не скатиться в истерику.

– Знаешь? – мужчина равнодушно посмотрел на супругу.

В его голубых глазах не было и намека на любовь, которая когда-то светилась в них, стоило ему посмотреть на свою милую девочку.

– Я про Лену.

Боль сжимала грудь, мешала дышать, биться ее сердцу, не давала жить дальше.

– А что ты хотела? – внезапно разозлился муж, – Ты посмотри на себя! На кого ты стала похожа? Тебя интересуют только детские пеленки и что приготовить на ужин. Яна, да ты уже, как твоя мать! Сколько в тебе, килограмм сто? Жена офицера не может быть такой!

Его лицо исказила злость. На миг ей показалось, что он сейчас ее ударит. Внутри все клокотало от обиды и разочарования.

– Отличное оправдание офицера своей подлости и предательству! – горько усмехнулась она.

Он ударил. Но не ее, а по столу кулаком. От громкого, неожиданного звука Яна вздрогнула.

– Ну ты и… – прошипел супруг.

– Кто? – крикнула Яна, – Ну же! Говори! Кто? Твоя жена? Та, что родила тебе двоих детей? Обслуживающий персонал? Сиделка, когда ты болел? Прачка? Уборщица? Домработница?

Сергей не отвечал. Он зло смотрел на свою жену исподлобья и не понимал, какой бес в нее вселился.

– А разве это не обязанности жены? – наконец, спросил мужчина.

– А какие обязанности у мужа? А у твоей Леночки?

От произнесенного имени любовницы мужа во рту стало противно. Похоже, теперь у Яны будет полное неприятие этого имени.

Глаза Сергея сузились. Он сжал губы и презрительно фыркнул.

– Ты забыла, на чьей шее сидишь? – выплюнул муженек.

– Только не надо сейчас вести себя, как мелочная сволочь! – Яна с грохотом поставила чашку на блюдце. С каким же удовольствием она бы швырнула ее сейчас в лицо мужу! – Я тоже работала, воспитываю детей, ухаживаю за ними. Да, сейчас я в декретном отпуске, но и деньги за декрет я получила.

– Ты еще про материнский капитал вспомни! – усмехнулся Сергей, – Воспитывать детей и сидеть в декрете – твоя прямая обязанность!

– Как и твоя – обеспечивать семью! Не надо попрекать меня детьми! Забота о них полностью на мне. Ты слишком занят на работе и… – сглотнула колючий комок в горле, – своей любовницей! Как ты мог?

На этих словах самообладание покинуло девушку. Слезы покатились из глаз непрошенным горохом. Капельки стекали по щекам, падая прямо стол. Яна всхлипнула и закрыла лицо ладонями. Это не вызвало никакого сочувствия у мужа – самого близкого, самого родного и дорого человека на свете. Он поморщился, почти брезгливо. Меньше всего ему сейчас хотелось в чем-то каяться перед женой. Он не чувствовал своей вины. Досада, раздражение, недовольство из-за того, что вместо ужина и отдыха ему приходится терпеть истерику, да, но никакого сожаления.

– Прекрати! – холодно произнес мужчина, – Я тебе уже сказал, что ты сильно изменилась. Стала похожа на курицу! С тобой стыдно выйти в люди. Мне хватает напряга на работе, еще и ты мозг выносишь. Так чего же ты хотела?

Яна оторопела. Она просто ушам своим не могла поверить. Медленно отняла руки от лица и посмотрела на мужа. Он на полном серьезе говорит сейчас, что любовница это нормально?

– Сережа, – судорожный вдох, – ты здоров? Я поверить не могу!

– Ой, только не строй из себя наивную идиотку! – губы мужа искривила злая усмешка, – Все так живут. Умные жены не лезут в дела мужчин, просто делают вид, что ничего не знают. Дети растут в полноценной семье, совместно нажитое имущество остается в семье. Или тебе пример твоих родителей ни о чем не говорит? – он сложил руки на столе и чуть подался вперед, насмешливо глядя на супругу, – Позволь напомнить, что когда твой отец глупо спалился со своей любовницей и был вынужден уйти из семьи, вы чуть не потеряли дом. Если бы не мой отец, выкупивший у банка ипотеку твоего отца, твоя мать вместе с бабушкой и младшей сестрой оказались бы на улице! Даже эта квартира, – он развел руки в стороны, – принадлежит моему папе!

Боже, какой же сволочью оказался ее муж! Как она раньше этого не замечала? Как могла полюбить эту бездушную скотину? Зачем родила ему детей? Впрочем, вот за детей Яна была благодарна Сергею. Это лучшее, что было в ее жизни! И ради них нужно бороться!

– Эту квартиру твой отец «купил» у моей бабушки, – напомнила Яна мужу, – пусть она по документам принадлежит твоему отцу, но она всегда была моей! Твой отец хотел получить гарантии, что мама отдаст ему долг за дом. Он их получил! Мама даже деньги ему уже вернула. Эта квартира принадлежит не только мне, но и твоим детям! Не смей претендовать на нее! Если ты думаешь, что сможешь выгнать от сюда меня, Илюшу и Маришку, и привести сюда свою потаскуху, то ты сильно ошибаешься! Я может быть, и толстая… но я далеко не дура! Я не просила тебя на мне жениться. Ты этого добивался. Раз я тебя больше не устраиваю, то так тому и быть. Так что я не буду тебя держать… Уходи! Но… Детям и родителям ты скажешь сам, что ты от меня уходишь и будешь жить с Леночкой!

На лице Сергея отразилось бешенство. Он с ненавистью смотрел на жену. Это немного развеселило Яну. Она торжественно сложила руки на груди и вздернула подбородок, с вызовом посмотрела на мужа. Ермакова отлично знала, что отец ему это не простит. Родители мужа просто обожали невестку, называли ее еще одной дочерью. Яна давно уже не разделяла родителей на «своих» и на «свекров». Называла их «мама» и «папа». Когда-то отец мужа – довольно успешный фермер и бизнесмен, суровый мужчина, скупой на эмоции, сказал Яне:

– Если этот балбес когда-нибудь тебя обидит, я сам ему оторву яйца.

Что-то подсказывало, что он имел в виду отнюдь не один из продуктов, производимых его же фермой.

– Ну? Что скажешь? – Яна со злорадством смотрела в глаза Сергею, – Мне ему позвонить?

Она протянула руку к телефону, лежавшему на столе перед ней.

– Нет…

Глухой голос мужа заставил остановиться.

– Я потом ему все скажу. Мне нужно время.

– Хорошо, – девушка кивнула, принимая его ответ.

– Я пойду спать.

– Иди. Твой чемодан с вещами стоит в комнате. Здесь ты спать не будешь! Не хочу тебя ни видеть, ни знать. Мне и так долго придется проветривать квартиру, чтобы избавиться от тошнотворного запаха духов твоей Леночки.

Известие о чемодане не вызвало в супруге никаких эмоций. Он только сжал зубы, что заставило желваки на скулах заходить ходуном.

Больше не тратя время на разговоры, мужчина встал и вышел из кухни. Только после этого Яна поняла, в каком сильном напряжении все это время находилась. Она сжала дрожащие руки в кулаки и спрятала их на коленях. В коридоре послышались шаги и шорох одежды. Девушка вышла из кухни, прислонилась плечом к стене, наблюдая, как муж обувается.

– Ты уверена? – спросил он, выпрямляясь и вешая лопатку для обуви на свое место.

– Абсолютно! – хладнокровно ответила она, не отводя взгляда.

– Смотри… чтобы не пожалеть потом.

– Главное, чтобы ты не пожалел! Хотя, не должен. Ведь у офицера не должна быть вот такая жена. Избавляю тебя от своего общества.

Больше он не произнес ни слова. Молча вышел за порог и громко хлопнул дверью. Самообладание покинуло Яну. Ноги отказались держать ее. Девушка медленно сползла на пол, наконец, давая волю эмоциям, выпуская напряжение, мучившее ее весь день. Иногда очень полезно просто разрешить себе плакать.

Глава 7

Собрать свою душу по осколкам сложно, почти невозможно. Невыносимо больно, но необходимо. Ради детей, ради близких и родных, ради себя самой. Нужно только пережить этот кошмар. Вырваться из кокона, расправить крылья и попытаться взлететь. Нужно!

Яна не стала рвать оставшуюся дома одежду Сергея, не резала свадебные фотографии, не удаляла старые файлы в компьютере, которые связывали ее с прошлой жизнью с мужем. Ведь все это было частью ее самой, в той жизни был не только муж, но и она сама, их общие дети, мечты и планы на будущее. Она не могла от этого отречься.

Фотографии сложила в коробку и убрала в шкаф. Невыносимо больно было смотреть на его лицо, на руки с обручальным кольцом, которыми он обнимал Яну на снимках, на его улыбку на губах, от которой сразу вспоминалась тошнотворная сцена с поцелуем в торговом центре, на его голубые глаза, в которых когда-то горела любовь, а теперь лишь пучина безразличия. Одежду упаковала в сумки, а файлы перенесла в отдельную папку и заархивировала, чтобы случайно не натолкнуться на них, когда будет пользоваться компьютером.

За эту ночь Яна пережила несколько мучительных этапов. От отчаяния, к сожалению, до принятия и смирения. В какие-то моменты она жалела, что начала этот разговор, что призналась о том, что знает о Лене. Может быть, стоило потерпеть? Сделать вид, что не в курсе его предательства? Может быть, он нагулялся бы и вернулся домой, но тогда удалось бы сохранить семью, тогда дети не остались бы без отца. Может быть… только, как можно жить с тем, кто предал, растоптал все хорошее, что было когда-то? Как можно притворяться, что все хорошо, когда сердце разорвано в клочья, как можно ложиться с ним в одну постель, зная, что он совсем недавно покинул чужую кровать, чужое лоно… какая мерзость… Лучше не думать об этом, не представлять и даже не вспоминать о том, что Сергей был в ее жизни.