- -
- 100%
- +
– По всей вероятности, жертвы находились на разном расстоянии от источника отравляющего вещества. Еще одна деталь: анализы показали, что все пятеро получили, также дыхательным путем, дозу транквилизаторов, большую, но не смертельную. Поэтому они не смогли вовремя поднять тревогу и позвать на помощь. Причем доза тоже не у всех одинаковая, у Стрицова, Ивановой и Котикова она значительно больше, то есть это был другой источник.
– Каков Ваш прогноз состояния пострадавших? Мы можем с ними поговорить?
– Прогноз пока не ясный. Ждем результатов анализа. Поговорить можно только с тремя, двое наиболее пострадавших находятся под действием седативов, их гортани пока совсем не функционируют.
– А что можно сказать про шестую пациентку? У нее есть те же признаки?
– Как ни странно, отравляющего вещества абсолютно нет! Никаких следов! Некоторое количество усыпляющего возможно, но поскольку и мы ее вынуждены были успокаивать, точно определить невозможно. У нее типичный посттравматический стресс. Я предполагаю, что она не находилась в том же помещении, потом вошла, увидела шесть человек в тяжелом состоянии и что-то в ее мозгу сдвинулось…
Сыщики переглянулись.
– С ней можно поговорить?
– Попробуйте. Но не верьте слепо всему, что она скажет, у нее в голове пока сумбур. Кстати, еще один момент: у меня находятся личные вещи этих пациентов – сумочки женщин и портмоне мужчин, а также их одежда. Я бы хотел передать их вам, – Врач вытащил из шкафа шесть коробок, завязанных и опечатанных: – Мы, трое свидетелей, подписали опись содержимого каждой коробки, чтобы не было никаких претензий.
– Спасибо. Стас, отнеси в машину.
Главврач нажал на кнопку на столе, и вошла его секретарша:
– Проводи следователей к пациентам.
10. ГЕОРГИЙ СТРИЦОВ
– Георгий Стрицов? – Спросил Стас у пациента. Тот кивнул. – Мы – группа следователей из Москвы, прибыли для расследования происшествия. Вы можете рассказать, что случилось в камере Калиостро? Зачем вы вообще там остались на перерыв?
– Мы приехали провести спиритический сеанс, хотели узнать кое-что у графа… – Голос Стрицова, немолодого темноволосого мужчины, был хриплым, но говорил он довольно бодро.
– И что же произошло?
– Марго села в кресло и впала в транс. Мы подвинули стулья к столу и зажгли свечи. Граф пришел, но отказывался отвечать…
– Простите, я незнаком со спиритической практикой, поясните, пожалуйста, что значит «пришел и отказался отвечать»?
– На столе пластиковый круг, деленый на четыре части – «да», «нет», «не знаю» и «не хочу отвечать» – и буквы по кругу, как цифры на циферблате. В центре круга подвешен и закреплен шарик, типа маятника. Марго задает вопрос и шарик качается в сторону ответа.
– Относительно понятно. Продолжайте.
– А потом я ничего не помню…
– Вы не заметили какой-то запах, дымок? – Вмешался в допрос Толич.
– Когда вошли, пахло нежилым помещением. Потом свечами…
– Вы их здесь купили или привезли из Москвы?
– Привезли. Потом появился еще какой-то запах, неприятный, как средство против тараканов, но совсем слабый.
– Спасибо. Стас, продолжай.
– Где именно Вы сидели? Я покажу Вам чертеж – на нем все правильно?
Стрицов вгляделся в лист бумаги, протянутый Стацким.
– Ошибочка тут есть. Кресло стояло не под окном, а левее, в тени. Марго сказала, что на солнце она не может. А вот здесь, рядом с ней, – Георгий указал пальцем: – сидел я.
– Понятно, наверное, санитары сдвинули. А как располагались остальные? Вы сами решаете, где кому сесть?
– Нет, порядок всегда один и тот же, так изначально определила Марго. Справа от меня Лара, потом Гарик, слева Тата, за ней Ник, напротив меня Люси. А с ними что случилось? Они себя нормально чувствуют?
– Похуже, чем Вы, но живы – кроме Людмилы Пахомовой. Она скончалась. – Стрицов перекрестился.
– У нас к Вам еще пара вопросов. Можем ли мы снять Ваши отпечатки пальцев, чтобы уточнить картину происшествия? – Спросил Дынин. Георгий кивнул. – Крюков, займись. Кстати, даете ли Вы нам разрешение на осмотр Ваших личных вещей? Возможно, это помогло бы врачам определить, чем вас отравили, что ускорило бы выздоровление.
– Да, конечно, мне скрывать нечего.
– Спасибо. В каких отношениях вы были с остальными членами группы? Вы их знали до приезда сюда?
– Да, все мы посещаем общество «Калиостро». Хорошо знакомы, можно сказать, дружим.
– Как Вы считаете, дали бы остальные согласие на осмотр их вещей? Мужчины пока без сознания, а данные нужно получить как можно скорее.
– Уверен, что да! Я могу вам дать разрешение от их имени – от мужчин. За женщин не поручусь, у них там свои секретики могут быть.
– Спасибо. Выздоравливайте.
11. БОЛЬНИЦА. ЖЕНЩИНЫ
Пациентки Лариса Голубева и Наталья Иванова лежали в одной палате и чувствовали себя явно хуже, чем Стрицов. Лечащий врач попросил следователей:
– Пожалуйста, постарайтесь задать только самые необходимые вопросы, лучше всего так, чтобы на них можно было ответить коротко.
– Постараемся, – кивнул Дынин: – Стацкий, давай по минимуму – где сидели, помнят ли запах, входил или выходил кто-нибудь из камеры, потом про разрешение на осмотр вещей и отпечатки пальцев.
Женщины подтвердили, где они сидели и что помнят запах (Стас задавал уточняющие вопросы и пациентки кивали или качали головами), в камеру никто не входил и никто не выходил, осмотреть их вещи можно. Олег снял отпечатки пальцев и у них.
– Нас отравили? – С трудом спросила Лара, молодая, удивительно белокожая женщина.
– Врачи подозревают отравление, да, но было это намеренное преступление или несчастный случай, пока не ясно.
– Что с другими? – Просипела Тата, большеглазая курчавая девушка.
– Стрицов чувствует себя неплохо, Котиков и Киселев пока без сознания, а вот Людмила, к сожалению, умерла…
– Это Жорж! – Выдохнули обе женщины. – Он травил! Он терпеть не мог Люси!
Следователи переглянулись.
– Спасибо за информацию, к сожалению, врачи не разрешают вам много разговаривать, мы еще вернемся и выслушаем все подробности. Выздоравливайте.
С Николаем Котиковым и Игорем Киселевым поговорить было нельзя, но Олег снял у них отпечатки пальцев.
– Теперь к Марго. Боюсь, тут допрос посложнее будет. Им займусь я сам, – сказал Толич.
– А вы всегда все вместе делаете? – Спросил по дороге Луиджи.
– Не всегда. Но часто. Наш отдел – по особым преступлениям, тут важно ситуацию с разных сторон видеть, а у всех у нас свои специализации. Сергей хорошо с вещдоками работает, Олег спец по компьютерным делам и базам данных, а я по допросам. Стас новенький, тоже допросами будет заниматься, я ведь на пенсию ухожу, вот и натаскиваю его. В Москве тоже почти такой состав остался: Кораблев по вещдокам и новенького готовит, Симонов по компьютерам. В принципе все все умеют, но у кого-то что-то получается лучше.
– А ваш начальник – у него какая специализация?
– Он у нас математик и методолог.
– Кто?! И чем же он занимается?!
– Трудно объяснить… Он модели преступления разрабатывает. Благодаря им, в Турине мы четыре преступления – убийства конкретней, – предотвратили. Но как он это делает, я не понимаю, вот Олежка лучше знает. А мы пришли.
При виде входящих Маргарита Мосина, которой очень подходило слово «дама», пришла в лихорадочное состояние и зачастила, постепенно переходя на визг:
– Следователи?.. Я, я всех убила!.. Нет, не я, это он!.. Он обиделся и убил! А я говорила – не надо! Зачем? Он же живой! Он обидится! А они хотели, заставляли.
Женщина захохотала, потом зарыдала. Вошла медсестра и сделала ей укол. Марго стихла. Следователи вышли из палаты.
– У нее бывают просветления, когда она говорит спокойно, но трудно предугадать их момент заранее. – Сказал лечащий врач. – И длятся они недолго, вы не успеете доехать. – Он пожал плечами.
– Так, Стас, оставайся здесь. Пиши все, что она говорит, на диктофон. Будет просветление – сразу звони мне, я по телефону постараюсь тебе помочь. Мы завтра утром приедем и тебя сменим.
12. ДОСМОТР
– Луиджи, ты можешь отвезти вещи на экспертизу и забрать заключение экспертов по трупу? Мы бы тогда вернулись в Сан Лео и занялись личными вещами потерпевших, а после твоего приезда проведем мозговой штурм. – Спросил Толич.
– Конечно.
– Стас, вытащи из коробок, которые нам главврач дал, документы и вообще бумаги, остальное тоже отправим на экспертизу.
В гостинице Сан Лео следователи снесли все вещи из номеров пострадавших в один (они сами еще днем заняли два двухместных номера в том же отеле) и принялись за осмотр.
– Стараемся смотреть аккуратно, но тщательно. Ищем прежде всего все, в чем могли бы быть отрава и снотворное. Ну, и если что странное попадется. – Велел Дынин. – А ты, Олег, займись отпечатками пальцев, сведи все данные и прокачай по базе данных. Я пойду в свой номер позвоню и загружу Никиту – пусть наших пострадавших и это их общество прощупает.
– Правильно понял – шампуни, кремы, лекарства и прочее откладываем? – Спросил Стас.
– Да. В одежде швы прощупываем. Ты у Сережи спрашивай, он в этом дока. И учти – лучше перебдеть, чем пропустить что-то важное.
Никита звонку Толича обрадовался:
– О, как у вас там наверчено! Сейчас озадачу Костика, а то он опять из своих методичек не выныривает (Симонов с подачи Корнецкого разрабатывал методички по работе с базами данных для сотрудников управления – примечание автора). Кстати, он этого Ивана пощупал, нет ничего на него. Теперь посмотрит, не связан ли с кем из группы.
– Отлично.
– А подземный ход проверили? И тайник? – Засмеялся Кораблев.
– Тайника, к счастью, нет, а в подземный ход я Стаса отправлю, он рвется. Ну, бывай, жду информацию.
13. ПРИГОВОР
Схлопотали-таки приговор! Оба! Неудержимые они какие-то! Она на мужиках помешана, а он на мошенничестве… И ведь что странно – благодаря мне живут отнюдь не в бедности и заначку солидную приобрели, нет бы успокоиться! А теперь вот под конфискацию попали. Дурни! Отправлюсь-ка и я от столицы подальше, пересижу бурю. А там и к жене и детям переберусь… Надо, чтоб меня подзабыли немного…
14. МОЗГОВОЙ ШТУРМ
Мозговой штурм начали неформально – с парой бутылочек хорошего вина и с сыром. Толич позвонил Стасу и включил громкую связь, чтоб он мог участвовать.
– Давайте сначала решим, мы имеем дело с преступлением или с несчастным случаем, – предложил Толич: – поскольку врачи утверждают, что было два источника отравления, мне кажется, что для несчастного случая это многовато.
– Можно и мне говорить? – Спросил Луиджи.
– Нужно!
– Вскрытие показало, что у женщины все признаки отравления усугубились из-за аллергии на цветы семейства гвоздичных. Возможно, без аллергии она бы выжила.
– Тем более! Три разных типа воздействия для случайности чересчур много. Думаю, ее можно исключить.
– А не соглашаться мне можно? – Опять спросил карабинер.
– Слушай, или веди себя как все, или иди спать! Но на оскорбления личности чур не переходить! – Пошутил Дынин.
– Я считаю, что рано исключать случайное стечение обстоятельств. Аллергия была только у Люси Пахомовой, она могла оказаться радом с гвоздиками и вне музея – они сейчас перед каждым домом цветут…
– Не было ли гвоздик на лежаке? – Задался вопросом Сергей. – Не сегодня, конечно, в день происшествия.
– Вот это не догадался зафиксировать, – с сожалением ответил Луиджи. – И их давно выбросили…
– Стоп-стоп, сейчас найду! – Олег склонился над компьютером. – Я перегнал к себе все фото с аппаратов пострадавших – на всякий случай. Помнится, там был и лежак с цветами… Точно! Вот он! Укрупним… Есть букет гвоздик! Прямо сверху!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.