Асур. Путь Судьбы

– Merci, дорогая, – расплылся в любезной улыбке Гикори.

Мартсия в ответ грубо столкнула его со своего стола.

– Отлично! – громко сказал Гикори, обращаясь уже к присутствующим. – Аголлон, передай полиции информацию о предполагаемом местонахождении главаря террористов.

– Будет сделано, – кивнул Аголлон, беря сотовый.

– Муорти́ги! – продолжил Гикори, и в ответ недалеко от них поднялся мужчина с почти белыми до плеч волосами в простой обтягивающей мощный торс тунике серого цвета. – Бери Ле́ссу, два отряда и отправляйтесь в Нортфлит.

Мужчина молча развернулся и направился к выходу, а сам Кледич, допив бутылку пива, скинул её в корзину для мусора.

– Слышь, Гикори, – обращая внимание охотника на себя, проскрипела Мартсия. – Поступил звонок от полицейских, группа преступников захватила здание банка на Тритон-стрит, и они уже несколько часов не могут с ними справиться, там много заложников и есть жертвы, просят помощи.

– Боже, – наигранно выдохнул Гикори, сунув руки в карманы куртки. – Последнее время полицейские вообще мало с чем могут справиться. Эрхемий, готовь машину, едем.

Не говоря ни слова, Дамм ушёл к выходу.

– Аголлон, ты тоже с нами на всякий случай, – добавил Гикори.

– Хорошо, – сказал тот и, вместо того, чтобы выйти через дверь, как все нормальные люди, выпрыгнул в окно.

Гикори перевёл хитрый взгляд на по-прежнему стоявшую в стороне и потерянную Андру и, любуясь тем, как она заправляет за ухо прядь густых волос, которые, окутав её плечи, спускались до самых ягодиц, не сдержал довольной улыбки. Приблизившись к ней и бесцеремонно взяв за руку, он повёл её к выходу.

– И куда ты меня опять ведёшь? – послушно идя следом, спросила Андра.

– Поедешь с нами, – просто бросил Гикори.

– Что?!

– Хочу, чтобы ты своими глазами увидела, как мы работаем.

– Я уже и так достаточно увидела.

– Это не работа, а баловство. Сейчас тоже не очень сложная операция предстоит, но ты хотя бы получишь лучшее представление. И надеюсь, что после экскурсии всё-таки согласишься подписать договор, дабы мне не пришлось делать то, чего я очень не хочу.

– Например, убить меня?.. – тихо выронила Андра.

Гикори остановился, обернулся и, смерив девушку насмешливым взглядом, отметил про себя, что хотя она по-прежнему держалась слишком зажато, тем не менее прямо смотрела в глаза в ожидании ответа, который для неё должен был прозвучать, как приговор. Неожиданно Гикори положил свою ладонь на затылок Андры и притянул её лицо к своему, словно собираясь поцеловать.

– Ты слишком хороша, очаровашка, чтобы убивать тебя, – коварно улыбаясь, сказал он, смотря прямо в её расширившиеся от страха глаза. – Скорее всего тебя просто поместят в изолятор до конца твоих дней. Надеюсь, ты не хочешь этого…

При последних словах Гикори нежно провёл по щеке Андре пальцами второй руки. Их губы находились в опасной близости друг от друга, и это обстоятельство, а также слова, сказанные с какой-то самодовольно-садистской оттяжкой, так напугали Андру, что она, резко вскинув руки и попав охотнику в челюсть, оттолкнула его.

– Не трогай меня, маньяк! – громко выкрикнула она.

Но Гикори только рассмеялся и нажал на кнопку вызова лифта.

– Сколько лет живу, ещё ни одна женщина не называла меня так, – не глядя на девушку и словно обращаясь к подъехавшему лифту произнёс Гикори. – Прошу вас, мисс, – делая приглашающий жест, с иронией добавил он.

Несмотря на полное недоверие к охотнику, Андра вошла в кабинку и встала рядом. В полном молчании они доехали до нулевого этажа, где находилась стоянка, вышли из кабины лифта и едва успели пройти несколько десятков шагов, как к ним неожиданно выбежали три добермана и зло зарычали. Собаки так напугали Андру, что она, завизжав на всю стоянку, рефлекторно запрыгнула Гикори на спину и вцепилась в него мёртвой хваткой, едва не задушив, продолжая визжать ему прямо в ухо.

– Боже, ты меня оглушила, – прикрыв ей ладонью рот, сморщившись, сказал он.

Зажмурившись, Андра уткнулась лицом в шею охотника.

– Убери их! – взвизгнула она. – Убери! Убери!

– Не знал, что ты боишься собачек, – усмехнулся Гикори, невозмутимо проходя мимо угрожающе рычавших псов к машине, возле которой, выскочив на вопли Андры, стоял Эрхемий.

Андра так и не слезла с его спины, продолжая жмурится и утыкаться ему в шею, даже когда услышала голос его напарника.

– Какого чёрта ты потащил её с собой? – зло прорычал Эрхемий.

– Хочу, чтобы посмотрела, как мы работаем, – невозмутимо ответил Гикори, вместе с Андрой на спине подходя к двери машины.

– Ты окончательно спятил?! Мы не имеем права брать с собой на операции необученных новичков, тем более что она даже не подписала договор!

– Перестань впустую сотрясать воздух и садись уже в машину.

Зло сверкнув глазами, Эрхемий плюхнулся за руль.

– Может, всё-таки слезешь с меня, – повернув голову к Андре, сказал Гикори. – В противном случае, поедем с тобой в обнимку на заднем сиденье.

После этих слов Андра, наконец, подняла голову и, обнаружив, что собаки остались далеко, слезла со спины охотника.

– Прости… – промямлила она. – Я просто до ужаса боюсь собак…

– Это псы Мартсии, – пояснил Гикори, занимая своё место на переднем сиденье. – Они единственные ради кого она может покинуть своё рабочее место, чтобы выгулять. Садись в машину, – кинул он и закрыл дверцу.

Едва Андра села, как Эрхемий сразу вдавил в пол педаль газа, и автомобиль на скорости рванулся с места. Менее чем через полчаса они уже находились возле оцепленного полицией здания банка на Тритон-стрит.

Припарковав машину, Эрхемий вышел и направился к руководителю операции, а Гикори в свою очередь внимательно разглядывал здание. Андра тихо и молча стояла у него за спиной, растерянно и с тревогой озираясь по сторонам – такое столпотворение людей и полицейских машин она видела только по телевизору. Выросшая в маленьком городке и редко покидавшая родительский дом Андра была совершенно не социализирована и оторвана от реального мира. Даже эти охотники, многим из которых уже перевалило за двести лет, чувствовали себя в этом веке так же легко и свободно, как и родившиеся в нём люди, в отличие от Андры, приходившей в ужас буквально от всего.

Не дожидаясь возвращения Эрхемия, Гикори неожиданно двинулся куда-то в сторону, лукаво бросив Андре через плечо:

– Держись рядом со мной, а лучше за меня.

– Нет уж, спасибо, – внезапно зло процедила Андра и, чувствуя себя неуютно среди окружавшей толпы, обняла себя за плечи руками.

– Я готов снова предоставить тебе спину, – с иронией проговорил Гикори.

– Не нужно.

– Разве тебе не было на ней безопасно?

Андра не ответила.

– По-моему, тебе понравилось висеть на мне.

– Нет, – отрезала она.

– А мне очень понравилось, как ты запрыгнула на меня, едва не сломав пополам. Но я даже не предполагал, что ведьмы могут быть такими увесистыми. Если мне не изменяет память, мётлы не выдерживают больше пятидесяти килограмм.

– Тебе прям жизненно необходимо унижать других?

– Разве сказать правду значит унизить?

– Значит, ты слишком прямолинеен, – констатировала Андра.

– Разве это не добродетель?

– Не уверена, надо подумать над этим…

– По крайней мере, от меня можно не ожидать лжи и коварства.

– Мне почему-то кажется наоборот.

– В смысле? – наигранно удивляясь, спросил Гикори.

– Ты производишь впечатление человека лживого, подлого и совершенно не вызывающего доверия.

От слов Андры Гикори даже остановился и растерянно посмотрел на неё.

– Ещё ни один человек не пытался оскорбить меня в такой искренней форме, – вымолвил он с едва уловимой иронией.

– Разве сказать правду значит оскорбить? – сверкнув из под чёлки зло-суженными глазами, ответила Андра его же словами.

Губы Гикори растянулись в очаровательной невинной улыбке, и в этот момент к ним присоединился Эрхемий.

– В здании больше сотни сотрудников, – начал он, – и почти столько же клиентов. Преступники хорошо подготовились, и их много, хотя точное количество неизвестно. Они сообщили, что заминировали здание и собираются его взорвать, если им не дадут уйти.

– Отлично, – ответил Гикори пресным голосом, словно речь шла о погоде. – Есть несколько запасных выходов, их совершенно точно уже держат под наблюдением, поэтому камеры вне и внутри здания твои.

– Кто бы сомневался, – буркнул Эрхемий.

– Ну и преступники тоже на тебе. Заворожи их, чтобы не путались у нас под ногами.

Гикори добавил это нарочито небрежно, из-за чего Эрхемий опустил на него тяжёлый взгляд.

Все вместе они завернули за угол и подошли к одному из выходов с восточной стороны здания, двери которого полицейские держали под прицелом. Встав за пределами видимости камеры, Эрхемий взмахнул рукой, и между его пальцев появился лепесток. Внимательно наблюдавшей за его действиями Андре показалось, что это был настоящий прозрачно-зелёный лепесток от какого-то цветка, что удивило её. Эрхемий тем временем отпустил лепесток, и тот, быстро долетев до камеры, мягко её коснулся.

– Неприличное везение, – прошептал Дамм.

Однако с камерой ничего не произошло.

– Почему не происходит трансформации? – спросил Гикори. – Ты растерял хватку?

– Это только кажется, что камера та же самая, но я заменил её на свою, и она передаёт изображение, которое я позволяю видеть.

Эрхемий последовательно проделал то же самое с другими камерами, которые отображали периметр вокруг здания, а затем сделал знак полицейским, и те, с оружием наизготовку вместе с охотниками быстро добежав до двери, осторожно и не создавая шума зашли внутрь. Здесь Эрхемий вновь заменил камеры, после чего дал знак полицейским оставаться на месте, а сами охотники бесшумно двинулись по коридору, в котором Дамм продолжал творить свои фокусы с камерами наблюдения.

Андра, буквально трясясь от страха, держалась рядом с Гикори почти вплотную, но шла молча и бесшумно, как и охотники – месяц бродяжничества научил её передвигаться незаметно. В какой-то момент охотники остановились, и Гикори молча указал Эрхемию на поворот. Кивнув, Дамм направился туда.

– Не пугайся того, что увидишь, – прошептал Гикори на ухо Андре.

– Человек без лица, – шептал Эрхемий загадочные слова, выпуская в сторону поворота лепесток за лепестком.

Закончив, он двинулся вперёд, а Гикори, махнув стоявшим в начале коридора полицейским, взял Андру за руку и направился вслед за напарником. Когда они повернули за угол, девушка увидела нескольких преступников, которые стояли не шевелясь, смотря в пространство пустым взглядом. Вид этих стоявших словно статуи заворожённых людей ужаснул Андру, ибо лица у них словно отсутствовали, и она, наконец, поняла, о чём её предупредил Гикори, и что значили слова Эрхемия.

Неожиданно Гикори подошёл к одному из застывших преступников, снал с него куртку и надел на себя, затем он забрал кепку и натянул её на самые глаза. Переодевшись, охотник сам стал походить на одного из налётчиков, ибо их гардероб был примерно одинаков и состоял из джинс, футболок и кожаных курток.

В этот момент неожиданно ожила рация, и кто-то, обращаясь к завороженному преступнику, возле которого находился Гикори, поинтересовался всё ли у них в порядке. Охотник взял рацию и, изменив голос, спокойно ответил, что всё тихо, никаких движений не наблюдается. Продолжая легко общаться с абсолютно незнакомым абонентом, он с помощью наводящих вопросов быстро выведал, где именно находится главарь банды. Глядя на виртуозную работу Гикори, Андра поняла, что пока Эрхемий обезвреживал камеры наблюдения и самих преступников, его напарник прислушивался к голосам, запоминал тон, манеры общения и даже имена, чтобы в нужный момент, полностью перевоплотившись, стать одним из них.

– Они загнали почти всех заложников в головной отдел на самый верхний этаж, – шепнул Гикори напарнику. – Это немного усложняет задачу.

Оставив полицию заниматься завороженными преступниками, охотники двинулись дальше, чтобы найти и освободить тех заложников, которые находились на этом этаже, а затем добраться до ведущей наверх лестницы. Проделав в отношении следующего ряда камер и преступников те же действия что и ранее, Эрхемий стал понемногу выдыхаться. Его лицо покрылось испариной, он тяжело дышал, а из носа и из под ногтей стала сочиться кровь. Они дошли до очередного поворота, когда у Дамма резко закружилась голова, и, прислонившись к стене, он осел вниз.

– Отдохни пока, – шепнул ему Гикори. – Я подменю.

Натянув козырёк кепки на глаза, он невозмутимо завернул за угол, оставив шокированную Андру сидеть возле Эрхемия.

– Что-то случилось, Джеки? – послышался голос одного из стоявших в коридоре преступников.

– Нет, просто нужно в туалет, – ответил Гикори.

– Ясно. А мне уже порядком надоело здесь торчать, жрать охота.

– Я бы тоже не отказался перекусить.

Гикори невозмутимо прошёл мимо преступника, словно действительно был одним из них. Тому, однако, показалось странным, что охотник держал голову опущенной, словно пытался таким образом скрыть своё лицо.

– Ты чего рожу прячешь? – поинтересовался он.

Гикори остановился и, медленно повернувшись, тихо ответил:

– Глаза болят…

В следующее мгновение, когда преступник понял, что перед ним находится чужак, Гикори, резко выкинув вперёд руку, схватил его за шею и надавил на болевую точку, после чего тот, закатив глаза, сразу обмяк. Аккуратно придерживая тело обезвреженного преступника, Гикори усадил его, прислонив к стене, одновременно боковым зрением наблюдая ещё за двумя налётчиками, что, ведя оживлённую беседу, стояли чуть в отдалении. Охотник двинулся к ним, но преступники, поглощённые разговором, обратили на него внимание, только когда он оказался рядом. Мгновенно проделав с ними то же самое, что и с их собратом, и оставив лежать без сознания, Гикори двинулся дальше, а Эрхемий, выглянув из-за угла, устало встал на ноги и направился следом.