Коварство любви

– Да, пожалуй.

Герцогиня уже обводила глазами комнату, стараясь отыскать свою внучку. Калли поспешно повернулась к ней спиной.

– Совершенно с вами согласна, – быстро произнесла она, – нам необходим глоток кислорода.

Она проскользнула в дверь, и ее удивленный спутник, секунду поколебавшись, последовал за ней с ухмылкой на губах.

Калли быстро прошла в глубь темной террасы подальше от ярко освещенного бального зала. Морозный воздух холодил ее обнаженные плечи и шею, но, разгоряченная танцами, она с радостью приняла эту перемену. Дойдя до перил, ограждающих верхнюю террасу, девушка остановилась так, чтобы не попасть в поле зрения герцогини, случись той заглянуть в открытую дверь.

– Прошу меня извинить, – с улыбкой сказала Калли мистеру Уотерсу. – Вы, должно быть, сочли меня сумасшедшей из-за того, что я так поспешно кинулась сюда.

– Не сумасшедшей. Импульсивной – возможно, – ответил он, подходя ближе и беря ее за руку. – Полагаю, вы так же, как и я, пожелали уединиться.

Калли в немом изумлении взирала на то, как он поднес ее затянутую перчаткой руку к губам и поцеловал.

– Я не сразу это понял, – произнес мистер Уотерс. – Я, конечно, надеялся, но и помыслить не мог, что вы можете ответить мне взаимностью.

– Что? – Девушка хотела было выдернуть руку, но он держал ее слишком крепко.

Калли осознала, какую ошибку совершила, стараясь скрыться от бабушки и ее хитроумных уловок.

Коснись дело любого другого джентльмена, которого она хорошо знала, ее поступок мог быть расценен по-иному. Над ее затруднительным положением посмеялись бы и непременно предложили бы помощь. Но мистер Уотерс, несомненно, сделал неверные выводы… или просто расценил ситуацию как подходящую, чтобы упрочить свое положение в ее глазах. Калли снова вспомнила свои давние подозрения о том, что этот мужчина всего лишь охотник за богатством.

Она сделала шаг назад, но он последовал за ней, все еще держа ее руку и глядя на нее с лихорадочным блеском во взоре.

– Я хочу открыть вам тайну своего чувства. Сердце мое пылает огнем любви…

– Нет! Мистер Уотерс, боюсь, вы неправильно меня поняли, – твердо произнесла Калли. – Умоляю, отпустите мою руку.

– Не раньше, чем получу ваш ответ. Леди Каландра, заклинаю, сделайте мои мечты…

– Мистер Уотерс, остановитесь! – Ей, наконец, удалось высвободиться из его хватки. – Приношу свои извинения за то, что дала вам повод сделать ложные выводы, но прошу вас, давайте закончим этот разговор.

Она хотела уйти с террасы, но Уотерс удержал ее, принудив оставаться на месте.

– Нет, послушайте меня! – воскликнул он. – Я люблю вас, Каландра. Мои душа и сердце томятся вами. Молю, скажите, что я вам не безразличен, что вы чувствуете искру, которая…

– Немедленно прекратите! – приказала девушка. – Давайте просто вернемся в зал и забудем о том, что здесь произошло.

– Я не хочу забывать, – объявил он. – Каждое мгновение, проведенное в вашем обществе, для меня бесценно.

Калли сжала зубы. Его витиеватые фразы резали слух, и с каждой минутой она все больше утверждалась в мысли, что мистер Уотерс говорит неискренне. Этому мужчине была интересна не она сама, а ее солидное приданое, поэтому девушка больше не волновалась о том, как бы не ранить его чувства.

– Держу пари, вы и сами захотите забыть о том, что случилось, если я поставлю в известность своего брата! – произнесла она резким тоном, одновременно пытаясь высвободиться и уйти.

Мистер Уотерс сильнее сжал ее руки, не давая ускользнуть. Он ухмыльнулся, сбросив личину влюбленного с той же легкостью, что и надел ее.

– Ваш брат? – с насмешкой в голосе произнес он. – Собираетесь рассказать герцогу о том, как флиртовали со мной на террасе? Что же вас останавливает? Вперед! Сообщите ему. Полагаю, он немедленно настоит на нашей помолвке.

– Очень глупо с вашей стороны так думать, – парировала Калли. – Я с вами не флиртовала. Вам очень повезет, если ваша голова останется на ваших плечах, когда мой брат узнает о вашем поведении.

– В самом деле? – В глазах его появился опасный блеск. – И он с готовностью разделается со мной, невзирая на то, что это может разрушить вашу репутацию?

Уотерс привлек девушку к себе и склонился, чтобы поцеловать.

С губ Калли сорвался крик гнева и негодования, и она попыталась оттолкнуть обидчика, одновременно извиваясь в его руках и отворачивая от него лицо. В пылу борьбы она ударила ему по голени.

Уотерс выругался, пытаясь совладать с Каландрой, и потащил ее через террасу, намереваясь прижать к стене. Через тонкую ткань платья девушка спиной ощутила грубый камень. Она вцепилась в рубашку докучливого кавалера, намереваясь биться до последнего. Нечестивец театрально застонал от удовольствия.

В следующее мгновение неведомая сила оторвала его от девушки – это мужчина в костюме роялиста обхватил Уотерса за шею и, притянув к своей широкой груди, принялся с силой сжимать. Его пленник судорожно хватал ртом воздух.

– Что? – угрожающе-спокойным тоном произнес роялист, продолжая душить противника.

Уотерс выпучил глаза, безуспешно пытаясь высвободиться.

– Нечего сказать, приятель? Куда же делась твоя удаль, стоило тебе встретить достойного противника, а не беззащитную женщину?

– Прошу вас, не задушите его, – дрожащим голосом произнесла Калли, отходя от стены.

– Уверены? – с сомнением протянул спаситель, глядя на нее сверху вниз. – Думаю, никто не станет сожалеть о потере столь недостойного человека.

– Леди Оделии не понравится обнаружить труп на своей террасе во время празднования дня рождения, – сухо пояснила девушка.

Он ухмыльнулся, но хватку ослабил:

– Хорошо. Раз вы настаиваете, я его отпущу.

Уотерс шумно задышал.

– Ты пожалеешь… – начал он, но роялист снова сдавил его горло, не дав договорить.

– Уже жалею, – ответил спаситель Калли.

Убрав руку с горла Уотерса, он схватил его за плечи, подтащил к перилам террасы и опасно наклонил вниз.

– Возможно, ты незнаком с особенностями архитектуры особняка леди Пенкалли, а вот я – знаком. Расстояние от этой террасы до сада внизу порядка двадцати футов, и я бы на твоем месте подумал об этом, прежде чем снова угрожать мне или этой молодой даме. Леди Пенкалли, несомненно, не понравится, если кто-то случайно упадет в темноте с ее террасы прямо в разгар торжества. Однако спешу уверить, она быстро оправится от этого потрясения, и никто не станет задавать лишних вопросов по поводу подвыпившего гостя, заблудившегося в темноте и оказавшегося на каменной дорожке внизу. Никто не подвергнет сомнению мою версию событий, потому что ты – увы! – будешь мертв. Я достаточно ясно выразился?

Уотерс молча кивнул, глядя на него широко раскрытыми глазами.

– Вот и хорошо. Значит, мы поняли друг друга. – Роялист отступил на шаг, давая противнику возможность обрести равновесие, но еще не отпустив его окончательно. Глядя Уотерсу прямо в глаза, он продолжал: – Если я когда-либо услышу хоть одно слово об этом инциденте или какой-либо шепоток сплетен касательно этой дамы, я буду точно знать, кто зачинщик. Я приду и разберусь с тобой. Поэтому предлагаю держать рот на замке. Мне кажется, ты поступишь очень разумно, немедленно покинув Лондон. Продолжительное пребывание в сельской местности определенно пойдет тебе на пользу. Мои слова понятны?

Уотерс поспешно кивнул, не смея глядеть на мужчину или Калли.

– Вот и отлично. А теперь иди.

Роялист убрал руки, и Уотерс стремглав метнулся прочь, ни разу не оглянувшись. Спаситель Калли повернулся к ней.

– Вы в порядке? Он не сделал вам больно?

Девушка покачала головой, дрожа всем телом, так как внезапно почувствовала, что ей очень холодно.

– Нет, со мной все хорошо. Благодарю вас. Я… – Задохнувшись, она не сумела закончить фразу.

– Вы замерзли. – С этими словами он снял свой плащ и накинул ей на плечи.

– Спасибо. – Завязав накидку, она посмотрела на мужчину. Глаза ее горели в неверном свете, в них стояли слезы.

Роялист вздохнул:

– Вы прекрасны. Не удивлен, что тот невежа вознамерился воспользоваться вами в своих интересах. Не следует вам оставаться наедине с подобными типами.

– Знаю. Я поступила неосмотрительно. – Калли робко улыбнулась ему. – Я не настолько наивна, чтобы выходить на террасу с человеком, которого едва знаю. Я… я просто пыталась ускользнуть от бабушки.

– Ускользнуть от бабушки? – переспросил он, и глаза его озорно блеснули. – Что же – она такая злобная?

– Нет. Просто иногда ведет себя как сводня.

– Ах, вот оно что. – Он кивнул: – Понимаю. Сводня-бабушка – это почти так же плохо, как и сводня-матушка.

Калли улыбнулась:

– Мне очень повезло, что вы подоспели в нужный момент. Я до конца жизни у вас в долгу. Благодарю вас, что спасли меня. – Она торжественно протянула руку.

Мужчина осторожно пожал ее руку, а затем запечатлел на тыльной стороне поцелуй.

– Рад оказаться вам полезным. Но везение здесь ни при чем. Я видел, как он повел вас к двери, и его вид мне не понравился.

– Вы наблюдали за мной?! – воскликнула Калли. На душе у нее потеплело при мысли о том, что он искал ее в толпе гостей так же, как и она его.

– Я уже начал пересекать комнату, чтобы пригласить вас еще на один танец, – пояснил роялист, – но в этот момент музыканты прекратили играть, и я понял, что пришло время ужина. А этот тип умыкнул вас.

– Было очень мило с вашей стороны последовать за нами.

– Любой мужчина на моем месте поступил бы так же.

– Нет, – с улыбкой возразила девушка. – Далеко не любой. – Она заметила, что они все еще держатся за руки. – Моя рука все еще в вашей руке, сэр.

– Да, я знаю. Хотите, чтобы я отпустил? – произнес роялист глубоким чувственным голосом.

Калли посмотрела ему прямо в глаза, и внутри у нее все затрепетало.

– Я… нет, не особенно.

– Вот и хорошо, потому что я тоже этого не хочу. – Большим пальцем он погладил тыльную сторону ее ладони, и Калли всем своим существом ощутила воздействие его прикосновения. – Полагаю, теперь, когда отослал этого мерзавца паковать вещи, я могу рассчитывать на маленькую любезность с вашей стороны?

– Какую любезность? – затаив дыхание спросила Калли.

Мужчина стоял настолько близко к ней, что она чувствовала тепло его тела и едва уловимый запах одеколона. Сердце девушки заполошной птицей билось в грудной клетке, но не от страха, как мгновения назад, а от предвкушения.

– Откройте мне ваше имя, миледи.

– Каландра, – чуть слышно отозвалась она.

– Каландра, – мягко повторил он, растягивая гласные. – Воистину магическое имя.

– Не такое уж оно и магическое, – возразила девушка. – Близкие люди называют меня Калли.

– Калли. – Свободной рукой он потер подбородок. – Оно вам очень подходит.

– Теперь мы в неравном положении, потому что я не знаю вашего имени.

– Бромвель. Близкие люди называют меня просто Бром.

– Бром, – выдохнула девушка.

Кожу ее от его прикосновения покалывало, и по всему телу растекались волны изысканного удовольствия.

– Произнесенное вами, оно звучит особенно мило. – Мужчина провел большим пальцем по нижней губе Калли, отчего девушка ощутила, как внизу живота разливается тепло. Его глаза, таинственно поблескивая, следовали за движением его пальца.

Бромвель склонился ниже, и Калли поняла, что он собирается поцеловать ее, но не стала отстраняться. Напротив, она отважно потянулась навстречу его губам.

Когда их губы встретились, девушка вдруг почувствовала жар, словно все тело ее охватило пламя. Она задрожала, каждой клеточкой тела ощущая и одобряя медленное восхитительное движение его рта. Ничего подобного ей никогда не доводилось испытывать. Хотя одному или двум мужчинам прежде и удавалось похитить ее поцелуй, они не могли сравниться с поцелуем Бромвеля – таким легким и обжигающим, бархатистым и настойчивым. И никто раньше не делал того, что сделал он, – раздвинул ее губы языком, одновременно пугая и воспламеняя ее.

Калли тихонько вскрикнула от удивления и инстинктивно обвила его шею руками, привлекая к себе, в то время как он обхватил ее стан и крепко прижал к своей крепкой груди. Элегантное перо его шляпы щекотало ей щеку, и это прикосновение тоже воспламеняло чувствительную кожу девушки. Бромвель издал нетерпеливый возглас и, резким движением сорвав с головы шляпу, отбросил ее прочь, еще сильнее впиваясь губами в губы девушки.

Калли судорожно вцепилась в его роскошный камзол, не доверяя собственным ногам. Ей казалось, что ее подхватил дикий водоворот желания и страсти, одновременно и возбуждающий ее, и пугающий, и наполняющий небывалой, невиданной ранее силой. Она ощущала исходящее от тела Бромвеля тепло, обволакивающее ее со всех сторон.

Внезапно он поднял голову, глубоко вздохнул и, схватив ее полумаску двумя пальцами, снял ее, открыв лицо девушки.

– Ты такая красивая, – выдохнул он, сдергивая собственную маску.

Калли воззрилась на мужчину, с изумлением отмечая, что его лицо, не скрытое маской, показалось ей еще более притягательным: высокие скулы, волевая линия подбородка, черные брови над большими серыми глазами. С несвойственной ей поэтичностью девушка подумала о том, что у него лицо ангела – но не того милого малыша, резвящегося на мягком облаке, а скорее свирепого архангела, стоящего на страже у райских врат с пылающим мечом в руке.

– И ты тоже, – откровенно ответила она и тут же покраснела от собственной прямолинейности.

С его губ сорвался смешок.

– Моя дорогая Каландра… для вас слишком опасно находиться со мной наедине.

– Хотите сказать, что мне не следует доверять вам? – спросила она.

– Думаю, девушке с такой внешностью, как у вас, и такой пылкостью чувств опасно доверять любому мужчине, – хрипло отозвался Бромвель. Медленно проведя ладонью по ее руке, он неохотно отстранился и сделал шаг назад. – Пора возвращаться.

Он вернул ей маску, и Калли снова ее надела. Ей ненавистна была мысль о возвращении, о том, что нужно уйти от него и от неизведанных ощущений, которые она только что испытала. Тем не менее его слова лишь укрепили ее в ее чувствах к этому мужчине. Она одарила его улыбкой:

– Возможно, вы желаете узнать мое полное имя.

– Это упростило бы мне задачу, – с усмешкой согласился он. – Но, поверьте мне, я в любом случае разыщу вас.

– Тогда вам следует обратиться к…

В этот момент раздался голос ее брата:

– Калли? Каландра!

Девушка поспешно обернулась и осмотрела длинную террасу. Герцог стоял у самой двери, пристально вглядываясь в темноту. Нахмурившись, он сделал шаг вперед и снова позвал сестру по имени.

– Проклятье! – чуть слышно пробормотала она, и брови ее кавалера удивленно взметнулись вверх при столь неподобающем высказывании из уст молодой леди.

Он подавил смешок.

– Вы не хотите его видеть?

– Это мой брат, – пояснила Калли. – Он, несомненно, беспокоится за меня. Что ж, не будем заставлять его ждать. Давайте сразу покончим с этим делом. – Она пошла вперед с уверенностью человека, никогда в жизни не получавшего наказания строже выговора.

Бромвель лишь пожал плечами и устремился за девушкой, быстро поравнявшись с ней в тот самый момент, как она произнесла:

– Я здесь, Сенклер. Все в порядке. Заклинаю, не ругай меня!

Рошфор поспешил к ним. На лице его отразилось облегчение.

– Какого черта ты тут делаешь? С тобой все в порядке?

Когда они вышли на свет, Калли услышала, как ее спутник резко вдохнул и замер на месте. Она вопросительно повернулась к нему, затем перевела взгляд на брата, который, как оказалось, тоже стоял словно громом пораженный.

Рошфор смотрел на мужчину, стоящего подле Каландры, и лицо его перекосилось от злобы.

– Ты! – прорычал он. – Прочь от моей сестры!