Король мошенников

Глава 25

БЛИЗОСТЬ

Они расстались с Томми в аэропорту Фресно. Он поднялся по трапу большого трехтурбинного «Челленджера» и скрылся в его недрах. Бино, Даффи и Уэйд с Джимми Фризом молча наблюдали, как самолет выру­лил на взлетную полосу, взлетел и скрылся в бледном утреннем небе.

Бино снял очки и протер стекла галстуком. Затем повернул к Джимми свое улыбающееся лицо простодуш­ного ученого-очкарика и весело произнес, подвинув очки ближе к переносице:

– Он сказал, что вернется через день с деньгами. Замечательно! Просто замечательно…

Джимми что-то пробормотал и вместе с Уэйдом на­правился к лимузину. Как только машина отъехала, у Бино немедленно сошла с лица глупая улыбка. Он снял очки с толстыми стеклами в массивной черепаховой оправе, от которых у него разболелась голова, и сунул в карман.

– «Лосиный выпас» сработал. – Даффи улыбнулся, глядя в ту сторону, где скрылся самолет. – Ты хорошо провел игру, Бино. Томми клюнул. А графин –

это вообще полный отпад.

– Пошли. Неизвестно, что там с Дакотой и Роджером. Бино позвонил в контору проката автомобилей, и через двадцать минут к терминалу частных авиарейсов Спанос служащий подогнал желтый «каприс». Они сели в него и поехали обратно к плавучему дому на пристани Мадфлэт.

Трейлер снова стоял в дальнем конце автостоянки. Виктория и Роджер мирно спали. Бино постучал в дверь, и она впустила их внутрь. Плут Роджер был настолько слаб, что не мог стоять, но хвостом вилял.

Бино подошел к нему, опустился на колени и осто­рожно погладил по голове.

– Надо же, как ты его достал, дружище. Я даже ис­пугался, что он загнется. – Бино повернул голову к Вик­тории. – Где Дакота?

– В больнице в Ливингстоне. Томми избил ее до полусмерти. Ей удалили селезенку.

Бино выслушал рассказ Виктории, сжав губы.

– Можешь взять его на руки, – сказала она, показы­вая на Роджера, после того как закончился обмен инфор­мацией. – Ему это нравится. Только осторожнее сзади.

Бино взял маленького терьера и начал качать.

– Спасибо, друг! Спасибо. Я слегка промахнулся с Томми. Если бы ты не вцепился ему в горло и не пода­рил мне несколько секунд, одним мошенником на земле стало бы меньше.

Он нежно прижал к себе Роджера, и тот вильнул хво­стом.

Виктория встала и засунула руки в карманы джинсов.

– Ну что, поехали в Ливингстон, проведаем Дакоту?

– Конечно, – ответил Бино, поднимаясь.

– Я звонила ветеринару. Договорилась, что он по­смотрит Роджера.

Первым делом они отвезли Роджера к ветеринару.

Тот осмотрел пса и сказал, что хочет некоторое время понаблюдать его и потому оставляет у себя на двенадцать часов. Попрощавшись с Роджером, они отправились в маленькую Ливингстонскую больницу. По дороге решили, что Виктории придется остаться в ма­шине. Во-первых, ее могут задержать больничные охран­ники, потому что она тогда уехала, не дождавшись при­бытия полиции, а во-вторых, не было твердой уверенно­сти, что там не появятся головорезы Томми.

Дождавшись, пока за Бино и Даффи закроются две­ри центрального входа больницы, Виктория устало от­кинула голову на спинку сиденья.

В палате все было как положено – металлический столик на колесиках со скляночками, баночками и про­чим больничным реквизитом. У постели стояла капель­ница.

Когда они вошли, Дакота не спала и долго смотрела на Бино и Даффи, не произнося ни слова. Над ее лицом, видимо, изрядно попотели хирурги. Оно было все пере­бинтовано. Виднелись только глаза и великолепные чер­ные волосы, рассыпавшиеся по подушке. Под больничной рубашкой тело тоже было все в бинтах.

– Как ты себя чувствуешь? – наконец спросил Бино.

– Врачи говорят, что вроде бы выкручусь, – отве­тила она, едва шевеля губами. Нижняя была зажата спе­циальным хирургическим зажимом, поддерживающим не­давно наложенный шов.

– Такого поворота никто не ожидал. Я имею в виду, что он тебя так изобьет.

– Бино, если ты достанешь этих мерзавцев Рина, то все это будет не напрасно. Постарайся, прошу тебя.

Даффи наклонился и поцеловал Дакоту.

– У меня сейчас перерыв на несколько дней, так что я останусь здесь, присмотрю за тобой и Роджером.

– Ты хороший, – прошептала она и с трудом улыб­нулась, показав пустоты на месте выбитых зубов.

Бино взял ее за руку.

– Насчет лечения не беспокойся. «Нефтяная и газо­вая компания округа Фентресс» обеспечивает своих со­трудников комплексным медицинским обслуживанием, включая и стоматологическое.

Дакота снова слабо улыбнулась и закрыла глаза.

– Мы, пожалуй, пойдем, – сказал Даффи, и они направились к двери.

– Бино, подожди, мне нужно сказать тебе кое-что, – подала голос Дакота. Бино остановился, а Даффи вышел в коридор. – То, что случилось на Багамах, – частично моя вина. Я плохо справилась с работой… недооценила Томми. Это феноменальный подонок, таких я еще не встречала. Редкий тип. Может обезуметь в любую мину­ту, и когда такое случается, это страшно. Трудно даже описать. Понимаешь, ему доставляет удовольствие му­чить людей, причинять боль. Если бы ты видел его глаза! Так что будь с ним предельно осторожен. Он играет не по правилам.

Бино уже знал об этом и видел глаза Томми, когда тот засунул ему в рот пистолет.

– Я буду осторожным, – сказал он, наклонился и нежно поцеловал ее в щеку. – Ты сделала великую вещь, Дакота. Привезла его сюда. Он в игре.

– Бино, я хочу, чтобы ты знал, – медленно прогово­рила она, – мне очень жаль, что у нас с тобой не получи­лось. Понимаешь, я искренне хотела этого, думала, что мы сможем быть вместе. Да, я действительно так думала. Но потом поняла, что, оказывается, не знаю, что это такое – любить мужчину. Я только знаю, как его завлечь.

Потом она улыбнулась. Отсутствие передних зубов угнетающе действовало на Бино. Подонок… подонок, как он посмел поднять руку на такую красоту?

– За всем моим внешним великолепием, – произ­несла она, как будто прочитав его мысли, – скрывается отсутствие одного очень важного качества, которое должно быть в женщине. Желание свить свое гнездо… иметь семью. Но я хочу, чтобы ты знал: я пыта­лась это сделать с тобой, действительно пыталась. Хоте­ла, чтобы это был ты, и теперь, когда ничего не получи­лось, я решила, что у меня этого ни с кем не будет. Он грустно смотрел на нее.

– И еще, – сказала Дакота, – эта прокурорша, Вики… – Она сделала паузу, и Бино насторожился. – Она молодец, выложилась ради меня на всю катушку. Представляешь, соблазнила насильника, которого этот подонок ко мне приставил, выманила из машины и от­ключила. Ударила чем-то тяжелым. Здешние доктора сказали, что еще час – и было бы поздно. Так что, если бы не она, я бы сейчас уже лежала в морге.

Бино молча смотрел на Дакоту.

– Что касается меня, – устало продолжила она, – то… ты ведь знаешь, противоположности притягивают­ся, а мы с тобой одного поля ягоды… поэтому никогда бы не смогли быть вместе счастливы. Смотрели бы друг другу в душу и ненавидели. И вообще, родственникам сходиться – последнее дело. – Дакота закрыла глаза. – Что-то клонит ко сну. Чувствую себя отвратительно. Ладно, будь счастлив, дорогой.

Бино сжал ее руку, дождался, когда она ответит на его пожатие, и только потом ушел.

Даффи вылез у плавучего дома, а Бино с Викторией – они не завтракали, так что проголодались изрядно – отправились куда-нибудь пообедать. Вполне подошел не­большой романтический ресторанчик у искусственного озера близ одного из речных протоков. Они заняли сто­лик на деревянной веранде и заказали яйца «бенедикт»[59] и коктейль с шампанским. Потом, чокнувшись, выпили.

Бино чувствовал странную неловкость, сидя напротив нее на веранде, как мальчик, пришедший на первое свида­ние. Может быть, это действие разговора с Дакотой, кто знает? Всего несколько дней назад он рассматривал Вик­торию Харт как неизбежное зло, с существованием кото­рого нужно мириться. Она располагала важной информа­цией, без которой провести аферу было невозможно. Но потом произошла какая-то странная трансформация, по­хожая на волшебство. Неожиданно Бино осознал, что она ему необходима. И дело тут не только в ее энергии и орга­низованности, достойных восхищения. И не в личном мужестве, которого он вначале вообще в ней не предпо­лагал. Нет, тут было что-то другое.

Они потягивали коктейль, глядя друг на друга, а солн­це, начавшее свое путешествие по небосклону, занима­лось своим делом – покрывало поверхность голубого озерца сверкающей золотой пленкой.

– Спасибо, ты очень помогла нам, – сказал нако­нец он.

– Тебе не нужно меня благодарить, – ответила она. – Я здесь из-за Кэрол… так же, как и ты.

– Дакота очень высоко тебя ценит…

– А ты? – тихо спросила Вики.

– Я?.. Конечно… я с ней согласен. А вот насчет себя ничего не понимаю. Мне кажется, что я снова мальчик, который не знает, кем хочет стать, когда вырастет.

– Не мошенником?

– Нет. Это моя последняя афера… если выживу, зай­мусь чем-нибудь другим.

Она внимательно посмотрела на него, затем добавила:

– Я тоже.

Потом за едой она рассказала ему о родителях и сво­ей жизни в Коннектикуте. Призналась, что за последние несколько дней пережила столько захватывающих при­ключений, что прежний прокурорский опыт кажется ей серым и скучным существованием.

Он тоже рассказал ей о своей жизни: как путеше­ствовал с родителями по дорогам, занимаясь различным мошенничеством. Поведал и о своем терзающем душу одиночестве.

Виктория слушала и пыталась представить себе его детство. Но не могла, оно очень сильно отличалось от ее детских лет. А вот одиночество вызвало в ее душе глубо­кий отклик… потому что это чувство было ей хорошо знакомо.

Они покинули ресторан в четыре и поехали обратно на пристань. По дороге Бино увидел небольшой причал, где давали напрокат лодки, и неожиданно остановился.

Они взяли небольшой катер с электроприводом, мяг­кими скамьями и голубым, отделанным бахромой наве­сом. На корме голубыми буквами сияло название судна: «Искатель сокровищ».

Бино купил в маленьком магазинчике бутылку де­шевого вина, и они поднялись на борт своего шаткого суденышка, не зная, куда поплывут, да и не важно это сейчас было.

Бино повел катер вверх по течению, а Виктория отку­порила бутылку и разлила вино в бумажные стаканчики. Скорость была примерно пять узлов, электромотор мягко гудел, а волны с плеском ударялись о борта катера.

Прошло какое-то время, когда большая часть вина была выпита, и совершенно неожиданно оказалось, что мотор заглушен, катер медленно дрейфует вниз по течению, а они лежат обнявшись на дне этого небольшого суденышка.

– Что это с нами происходит? – спросила Викто­рия, в последний раз пытаясь мыслить здраво.

– Сам не знаю, – ответил он. – Просто мне очень хорошо с тобой, вот и все…

И тогда она его поцеловала. И почему-то именно этот поцелуй ее окончательно раскрепостил. Бино не был пределом ее мечтаний. Но в данный момент

более дорогого ей мужчины в мире не существовало, и вообще подобные чувства Виктория переживала впер­вые в жизни. Они застали ее врасплох и подавили все рациональное, отогнав его прочь.

Они продолжали обниматься, но вскоре этого оказа­лось мало, и он начал медленно ее раздевать. После не­долгого колебания она потянулась к пряжке его пояса и расстегнула. Еще несколько мгновений – и они обни­мались уже обнаженные. В украшенном бахромой наве­се кое-где были небольшие дырки, через которые про­никало жаркое послеполуденное солнце. Оно высвечи­вало на их красивых телах небольшие яркие зайчики.

Когда он вошел в нее, она почувствовала полное и окончательное освобождение. Затем они медленно и не­жно вместе довели себя до кульминации. А потом долго лежали, тяжело дыша, не разжимая объятий.

– Как это называется? – тихо спросил он. – Может быть, любовь?

– Может быть, – так же тихо отозвалась она.

И они продолжали лежать, обнимая друг друга, до захода солнца. Название катера «Искатель сокровищ» ока­залось очень подходящим, потому что в этот день под голубым, отделанным бахромой навесом они нашли на­стоящее сокровище.

Глава 26

СТАРШИЙ БРАТ

Томми Рина по прозвищу Два Раза сидел в богато обставленной кабине «Челленджера», принадлежащего его брату, и думал. Турбины самолета мягко жужжали. Во­обще-то на размышления он никогда много времени не тратил. Шевелить мозгами – это было по части Джо. А Томми «бык», зачем ему размышлять?

Даже двенадцатилетним он прислушивался к тому, что скажет пятилетний Джо. Но в последнее время Томми начало очень не нравиться, как к нему относится Джо. В конце концов, он должен уважать старшего брата, кото­рый добровольно позволил ему взять на себя роль лиде­ра и многие годы не подвергал это ни малейшему сомне­нию. Они оба выросли в криминальном мире. В иерар­хии преступного синдиката коза ностра Джо занимал по­ложение босса, а Томми – его доверенного, консильери. У них были деньги и власть. Но недавно. Джо разразился на Томми такой отвратительной бранью, как будто брат не был членом семьи. Как будто Томми – какой-то бал­ласт, который несчастный Джо вынужден нести на себе. Он забыл, сколько Томми сделал грязной работы, сколь­ких прижал, чтобы Джо смог достичь своего теперешне­го положения.

Томми посмотрел на сиденье напротив, где стоял за­вернутый в полотенце графин с нефтью, привязанный рем­нями безопасности. Там же лежал цилиндр со стеклян­ным окошком, где находился нефтяной сланец, извлечен­ный при бурении пробной скважины. Сев в самолет, Том­ми тут же позвонил в Даллас Бью Тейлору, который был постоянным клиентом клуба «Сейбе-Бей», играл в зале на десятом этаже, то есть по-крупному. Они были почти приятелями, даже несколько раз вместе развлекались с девочками из кордебалета. Этот Бью в Техасе занимался разведкой нефтяных месторождений и сделал на этом миллионы. Томми описал Бью все, что смог вспомнить насчет стратиграфической ловушки и пробной скважины. Рассказал о месторождении, разумеется, не упоминая, где оно находится и не называя компании округа Фентресс. Этот секрет был на вес золота. На него произвело впечат­ление, что Бью от его рассказа очень разволновался. Он подтвердил, что все это правильно, что Федеральная рас­порядительная комиссия по энергетике действи­тельно требует строить над большими стратиграфическими ловушками нефтесборочные станции до на­чала бурения пробных скважин. Бью забросал его вопро­сами относительно месторождения: как производилось бу­рение, какие образцы породы были получены, действи­тельно ли уже перекачали пятнадцать тысяч галлонов сырой нефти. Томми был скуп на информацию. Сказал, что ему, как неспециалисту, известно только, что скважина находится где-то в открытом море, у берегов Северной Калифорнии, и попросил Бью порекомендовать опытно­го геолога, который мог бы провести экспертизу. Тот на­звал одного спеца из Мидленда, штат Техас.