- -
- 100%
- +
Однако убийцы тотчас же вынуждены были обратиться в бегство, так как преторианцы, выломав дверь, ворвались в комнату почти в тот самый момент, как Домициан испустил дух. Только один Стефан, обессиленный борьбой, не успел скрыться вместе с остальными заговорщиками, и солдаты Домициана выместили на нем свою ярость.
Преторианцы побежали по городу, но никто за ними не последовал. Народ остался равнодушен к участи Домициана.
Сенат провозгласил императором Нерву…
Слух о смерти императора разнесся с быстротой молнии по всем отдаленнейшим закоулкам Рима. И вот из одной из лачужек, расположенных на Латинской дороге, вышла заплаканная старушка и направилась к императорскому дворцу. Это была Филиса, кормилица Домициана. Придя во дворец, она нашла там лишь бездыханный труп своего бывшего воспитанника. Единственное живое существо, которое она застала возле тела Домициана, был Гирзут. Он не скрывал своей радости по поводу гибели ненавистного ему тирана. Филиса благоговейно целовала раны умершего. С помощью нескольких могильщиков она положила останки своего воспитанника в гроб и велела им следовать за собой.
Ночью в своем крошечном домике она собственноручно сожгла его на очаге и впоследствии, когда волнения несколько поулеглись, она тайком снесла урну с его пеплом в храм, посвященный семейству Флавиев.
Так закончилась жизнь одного из чудовищнейших и ненавистнейших тиранов человечества. Без сомнения, с точки зрения возвышенного христианского учения всякое насилие, а тем более убийство не может быть одобрено. Но ужасные случаи, подобные настоящему, для всех времен и народов всегда служили указанием, что нельзя безнаказанно попирать законы Божеские и человеческие, как это делал Домициан, и если без воли Всевышнего даже волос не падает с головы человека (Матф. X, 30), то тем более в таком ужасающем событии, как кровавое низвержение жестокого тирана с императорского трона, нельзя было не видеть карающей десницы Божьей. Ненасытный хищник в образе цезаря, который всю жизнь купался в крови своих невинных жертв, испытал наконец сам те муки, на которые обрекались тысячи его подданных. Как бы ни было гнусно такое убийство, оно явилось и жертвой искупления страдальцев, позволившей им хотя бы временно вздохнуть от казней мучителя, и праведным возмездием Божьим самому тирану, как сказал Господь (Евр. X, 30): «У Меня отмщение, Я воздам».
V. Эпилог
– А что стало с остальными героями нашего рассказа? – спросит читатель. – Чем, например, кончилась жизнь Аврелии, двух юных цезарей? А Климент, апостол Иоанн? Олинф, Цецилия, Гургес? Неужели Провидение не покарало Марка Регула, этого жестокого и бессердечного преследователя христиан? А Плиний Младший и Аполлоний Тианский? Что с ними случилось?
Попытаемся ответить на все эти вопросы, попытаемся, как можем, кончить печальную для многих из наших героев историю гонения Домициана на христиан.
«Попытаемся»… Однако точных сведений в нашем распоряжении нет. Можно допустить, что с воцарением Нервы Аврелия и оба юных цезаря, удалившись от трона, провели жизнь как обыкновенные смертные, не подвергаясь никаким опасениям за свою участь. Но, с другой стороны, они могли и мученически кончить свою жизнь, сделаться жертвами третьего гонения против христиан. Оба эти предположения одинаково правдоподобны, одинаково их можно принять, но которое из них справедливо, – мы не знаем.
Что касается Олинфа, Цецилии и Гургеса, то, без сомнения, они продолжали служить своему Богу с тем усердием, которое и ранее было ими обнаружено.
Но что можно сказать о других? Провозглашенный императором, Нерва выказал в отношении к христианам достаточную умеренность, чтобы не сказать более. Его политика была прямо противоположной намерениям Домициана. Первой его заботой было вернуть из ссылки всех изгнанников, особенно святого апостола Иоанна, по милости Домициана жившего в заточении на острове Патмос и написавшего там свой «Апокалипсис». Святой Иоанн вернулся в Рим, где он когда-то почти постоянно жил с Богоматерью, и там в конце дней своих написал Евангелие. Там же он писал и свои «послания». Святой апостол умер в 100 году от Р. Х. Нерва царствовал недолго. Как известно, правление его продолжалось полгода с небольшим.
Воцарение Траяна вначале не предвещало ничего дурного, ничего такого, что могло бы напомнить тяжелые времена Домициана. Но спокойствие и благополучие христиан продолжалось недолго. На втором или третьем году царствования Траяна против христиан вновь было возбуждено преследование, превзошедшее по своей жестокости все бывшие до сего времени.
Снова полилась христианская кровь, снова ненавистная и презираемая «секта» подверглась жестоким и кровавым преследованиям. Одной из первых жертв гонения стал Климент, замученный при Траяне на 100 году от Р. Х.
Говоря об эпохе Траяна, нельзя обойти молчанием Аполлония Тианского, Регула и Плиния.
Хотя Аполлоний неоднократно говорил своим последователям о своем телесном бессмертии, но наступавшая старость доказывала противное. Ему шел уже девятый десяток. В течение своей долгой жизни он постоянно повторял: «Скрывай от других свою жизнь, а если в этом не сможешь, то скрой хотя бы кончину». Он так и поступил. Самый близкий ученик его, Дамис, не присутствовал при его кончине: Аполлоний послал его с письмом к Нерве, а когда тот вернулся, то Аполлония уже не было. Что с ним случилось, никто не знает. В своих «Воспоминаниях» Дамис обходил молчанием смерть своего учителя. Без сомнения, Аполлоний поступил так для того, «чтобы скрыть свою кончину» и чтобы не оставить никаких сомнений в своем бессмертии. Столь таинственное исчезновение его дало Филострату повод утверждать, что Аполлоний не умер, а вознесся на небо.
Марк Регул… Удивительна судьба этого человека! Он мечтал о власти, он всю жизнь свою угождал Домициану, чтобы от него получить хоть каплю того могущества, которым обладал император, Но надеждам его не суждено было осуществиться.
Этот сыщик на каждом шагу терпел неудачи, которые лишили его прежней репутации мастера своего дела, а в людях возбуждали лишь ненависть и презрение. С воцарением Нервы Регул сделался предметом осуждения императора, покровительствовавшего христианам, но слишком слабого, чтобы попытаться сразу закончить деятельность предателя. Друзья упрекали Нерву в слабости, доказывали ему его ошибку, но что они могли сделать? Судьба пощадила негодяя; Провидению, вероятно, не нужна была кара для погибшей души, которая уготовила себе должное воздаяние за гробом.
Регул употребил все усилия, чтобы вновь сойтись с Плинием Младшим, а тот или по благородству, или по слабости характера забыл все его мерзости, все преступления и даже отказался обвинять его перед сенатом. Низкопоклонник и льстец победил Плиния, отказавшегося от обвинения по мотивам, о которых мы не беремся даже и говорить. А найдется ли еще человек, который более Регула был бы достоин справедливого наказания! Регул же между тем широко пользовался житейскими удовольствиями, жил в полном довольствии среди богатства и роскоши в своем великолепном дворце. Удивительная судьба!
О Плинии мало дошло до нас сведений, то есть, вернее, не о нем, не о жизни его, а о времени и обстоятельствах его смерти. Он умер, говорят, после своего возвращения из Вифинии, где он занимался преследованием христиан, о чем можно судить по его известному письму к Траяну. Странно, что смерть столь известного своим выдающимся умом гражданина, каков был Плиний, прошла незамеченной, хотя рассказов и легенд по этому поводу было много. Утверждали, например, что этот гонитель христиан сам умер мучеником. В древних сказаниях при этом сообщается, что по дороге из Вифинии он попал на остров Крит, где епископом был святой Тит, ученик святого апостола Павла. На Крит он явился в качестве строителя храма Юпитера, но храма не построил, а сам был обращен в христианство святым Титом и умер мучеником в приморском городе Комах.
Все это, впрочем, предания, которые нельзя подтвердить бесспорными историческими документами. Но что значит та или иная судьба отдельной личности в сравнении с целой исторической эпохой, в которой мы жили в часы досуга, отданные настоящей книге? Что значит Плиний, Регул и даже Аврелия или Домициан в сравнении с жизнью двух миров, которые и во время Домициана все еще стояли друг перед другом с неразрешенным вопросом: кому оставаться в живых, кому умирать?
Одряхлевшее, но все еще грозное, пышное и величавое язычество не допускало и мысли о том, чтобы сойти с мировой сцены перед какой-то «сектой» евреев. Однако все ужасы Рима оказались бессильными запугать тех, которые в сердце своем носили зачатки новой жизни, зная, что эта новая жизнь хлынет по всему миру, покорит себе все царства и народы. И если перед этим рассветом солнца правды юная христианская церковь страдала от жестокостей тиранов, то разве были менее мучительны те предсмертные судороги, которые переживало язычество, задыхаясь в своей страшной и бессильной злобе, страдая от неутолимой жажды крови и казней? Церковь страдала телом, но ликовала духом, а где было торжество язычества, не знавшего радости в будущем и сулившего мишурные блага мира сего только небольшой группе тиранов? Миллионы бесправных простолюдинов, с которыми обращались как с бессмысленными скотами и бездушными вещами, сознавали себя только сторонними зрителями чужого пира… Если даже участники этого пиршества не находили утехи в жизни, то какой луч радости мог осветить беспросветную темноту отверженных? К кому они могли идти, как не к Христу, который звал их к себе трогательными словами: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас».
Но мы видели, что к Христу шли не только «униженные и оскорбленные», но и вельможи, и наследники трона. Не служит ли это лучшим доказательством того, что единственным источником радости и блаженства может быть только Христос, пригвоздивший к кресту все людские страдания?
О, если перед нашим взором блеснула хоть одна искра этого убеждения, то мы не напрасно стояли на рубеже двух миров и не без пользы смотрели на их борьбу: тогда мы поняли, почему
«Сия есть победа, победившая мир, – вера наша».
Примечания
1
Иды – у римлян тринадцатый день месяца, а в марте, мае, июне и июле – пятнадцатый; эти дни посвящались Юпитеру.
2
Суд по возврату убытков.
3
Сестерций – римская серебряная монета, равная 1/2 динария, равная 2 1/4 ассам (от 4 до 7 к.).
4
Graecostasis – римский квартал, где жили греческие посланники и послы других наций.
5
Стипс – 1/12 часть асса или фунта меди.
6
Исторических данных о том, было ли у святого апостола Петра семейство, не сохранилось никаких. Известно только, что апостол был женат (Марк I, 30). Дочь Петра – это фантазия автора, не представляющая, впрочем, ничего не возможного.
7
Необходимо, однако, заметить, что эта надпись: «Saimoni Deo sancto» толкуется и в другом, более вероятном смысле: полагают, что Saimon, Сэмон, – имя сабинского божества.
8
По римскому праву отец или господин лица, совершившего преступление, был сам ответственен перед законом за преступление детей или раба. Избежать этой ответственности ни отец, ни господин не могли иначе, как только через отречение от сделавшего преступление сына, дочери, раба или даже животного. Это вытекало из той тесной связи, которую римский закон устанавливал между отцом и детьми, господином и рабами, хозяином и животным. Лишь во времена императора Юстиниана было отменено право отречения от детей в указанных видах.
9
18 сентября, десятый час утра.