Остров любви в океане страсти

Kat Cantrell

THE PRINCESS AND THE PLAYER

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A. Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены. Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Copyright © 2015 by Harlequin Books S. A.

© «Центрполиграф», 2016

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2016

Глава 1

Белла Монторо открыла глаза. Парочка сине-желтых попугаев ара, обосновавшаяся на дереве у окна ее особняка в Корал-Гейблс, именно сегодня решила разбудить ее ни свет ни заря.

Майами просто кишел попугаями. Вообще Белла ничего не имела против них, но сегодня у нее раскалывалась голова, похоже, вчера было выпито слишком много шампанского. Застонав, она нырнула под подушку, но это не помогло. Ну ладно, все равно пора вставать.

Девушка села в постели. Бросив взгляд в окно, она узнала птиц.

– Доброе утро, Лютик, – поздоровалась Белла с птицей, но окно было закрыто, и попугай ее не услышал.

Лютик и ее приятель Уэсли были дикими попугаями, Белла радовалась всякий раз, когда они снисходили до того, чтобы поболтать с ней. Она долго смотрела, как птицы чистят друг другу перышки. Когда еще ей доведется увидеть своих друзей, сегодня она покинет Майами. Ее путь лежит в маленькое островное государство Алма.

Белла всегда знала, что в ней течет королевская кровь, но на протяжении многих лет страной ее предков правил диктатор. Она и не надеялась, что политический климат когда-нибудь переменится и семья Монторо вернет себе трон. Однако это случилось. По неумолимому закону Алмы развод Рафаэля, отца Беллы, закрыл ему путь к короне. Его старший сын Рэйф отрекся от престола, чтобы всецело посвятить себя семье и ребенку, появления которого на свет он и его невеста Эмили ждали с таким нетерпением.

Место престолонаследника занял младший сын Рафаэля, Габриэль. Беллу восхищало то, с какой легкостью он освоился в своей новой роли. Ей нравилась Алма и радовала предстоящая коронация брата, но даже перспектива участия в пышных балах и приемах не смягчала грусти – совсем скоро Белле придется оставить все то, что она так любила в Майами.

Прежде всего она оставляла свою двоюродную бабку Изабеллу, которая из-за преклонного возраста могла в любой момент отойти в мир иной. Разумеется, Рэйф позаботится о ней, а Белла всегда может позвонить Изабелле. И все-таки… Разве может телефонный звонок заменить ежедневное общение с доброй и мудрой женщиной. Надо сказать, Беллу назвали в честь этой отцовской тетушки, и она всегда ощущала кровное родство с Изабеллой.

Что ж, отец теперь в неоплатном долгу перед Беллой за то, что она согласилась переехать в Алму. Круто!

Белла еще немного понаблюдала за Лютиком, потом отвернулась от окна. Может быть, она больше никогда не переступит порог этого дома, а ей здесь было так хорошо. Сейчас, когда наконец настал день отъезда, все казалось ужасающе реальным и время бежало с немыслимой скоростью. По сути, Белла была американкой и, хотя принадлежность к семье Монторо давала определенные привилегии, которыми Белла с удовольствием пользовалась, ее терзали сомнения. Стать членом королевской семьи Алмы значило взвалить на свои плечи тяжелые обязанности и большую ответственность ради призрачной награды.

Впрочем, ее мнения никто не спрашивал.

Дверь распахнулась, и в спальню с излишним, по мнению Беллы, шумом ворвалась ее горничная Селия. Перешагивая брошенное на пол скомканное платье, Селия нахмурилась:

– В кладовой полно вешалок, если у вас все вышли, мисс Белла.

Белла улыбнулась женщине, которая долгие годы была ее другом, доверенным лицом и надежной опорой. Слава богу, что Селия не оставила свой привычный шутливый, поддразнивающий тон и не впала в сентиментальные переживания относительно необратимых перемен, происшедших в последнее время в семье Монторо.

– У меня сил не было открыть шкаф в три часа утра, – сообщила Белла, подавляя невольный зевок.

Селия фыркнула, словно демонстрируя недовольство, но на ее губах играла мягкая улыбка.

– Безрассудное поведение для человека, которому через пару часов придется отправиться в аэропорт и лететь в другую страну.

– Но это же моя последняя ночь в Майами! – запротестовала Белла без особого энтузиазма и, застонав, потянулась. – Нужно было повидать столько друзей, побывать на куче вечеринок.

– Гм. Ты хотела сказать, раздать кучу денег своим друзьям?

Селия была одной из тех немногих, кто верил, что деятельность Беллы по защите дикой природы была не просто причудой богатой девочки. Белла отдавалась этому занятию со всей страстью и широко использовала свои связи. Неудивительно, что две разные природоохранные организации назвали ее самым успешным сборщиком пожертвований во Флориде.

– Ты говоришь так, будто это плохо.

Селия достала из переполненного шкафа наряд и показала его девушке. Белла покачала головой:

– Нет, не этот. В самолет я надену голубой брючный костюм. Тот, с коротким жакетом.

Словно танцоры, Белла и Селия легко кружились по спальне, напоминавшей универмаг после урагана. Друзья и родные Беллы в шутку сравнивали ее с торнадо: переворачивает все с ног на голову, оставляя после себя хаос. Это был намек на обстоятельства, сопутствовавшие появлению Беллы на свет. Она родилась в день, когда в США свирепствовал ураган Эндрю, а Федеральное агентство по управлению в чрезвычайных ситуациях приступило к эвакуации населения.

Мать и ребенок благополучно пережили ураган, но в глубине души Белла была уверена, что это природное явление не прошло для нее даром, стихия явно наградила ее некоторыми качествами, не последним из которых была способность сеять вокруг себя хаос.

Селия начала укладывать чемоданы Беллы, пока девушка одевалась. Обе весело смеялись над рассказом Беллы о ее ночных похождениях. Это вошло у них в привычку, но когда еще они смогут вот так от души повеселиться?

Белла продолжала болтать, видя, как грустнеют глаза Селии. Время расставания неумолимо приближалось, и Белла не выдержала:

– Как бы я хотела, чтобы ты полетела со мной в Алму!

И тут Белла расплакалась.

Селия нежно обняла ее. Когда Адела, мать Беллы, наконец разорвала давно опостылевший ей брак – это случилось на следующий день после того, как Белле исполнилось восемнадцать, – Селия была единственной, кто оказался рядом, чтобы уберечь Беллу от беды.

– Ну же, успокойся. Твой брат позаботится о тебе. Кроме того, я уверена, тебе понравится быть принцессой, ты даже не заметишь, что меня нет рядом.

– Это неправда. – Белла шмыгнула носом и крепче обняла Селию. – Габриэль станет королем, будет очень занят, а все свободное время посвятит Серафии. А что, если меня сошлют в какую-нибудь глухомань… одну?

От отца всего можно было ожидать. А вдруг он запрет ее в башне замка или придумает еще что-нибудь? Его старомодные взгляды поражали Беллу. Что с того, что ее последняя фотография появилась на первых страницах всех таблоидов? Вот уж точно это не ее вина. Откуда ей было знать, что папарацци спрятались в зарослях, окружающих бассейн Николь? Все сбросили свои купальники, но целью репортеров, разумеется, была Белла.

Рафаэль Монторо этому не обрадовался. Перспектива того, что его деловые партнеры и будущие подданные Габриэля в Алме увидят фотографии обнаженной Беллы, отца явно не позабавила.

И никто не подумал, что Белла в этом скандале была жертвой.

– Когда Габриэль займет трон, твой отец захочет, чтобы вся семья сплотилась вокруг него. Ты – единственная принцесса Алмы, милая. Они полюбят тебя, вот увидишь, как и твой жених. Отец не может запереть тебя и одновременно выдать тебя замуж за того, кого он выбрал.

– Да уж. Я стараюсь не думать об этом.

У Беллы снова разболелась голова. Определенно, четвертый бокал шампанского прошлой ночью был лишним. Но ее друзья решили проводить ее так, как подобает провожать сестру короля Алмы!

Кроме того, ей хотелось забыть о браке, на котором настаивал отец. Самое время укрепить связь семьи Монторо с Алмой с помощью выгодного брака. Как Габриэлю и Рэйфу удалось выскользнуть из этой ловушки? Братья сами выбрали себе спутниц жизни. Это несправедливо по отношению к Белле. Однако отец ясно дал понять, что Белла должна встретиться с Уиллом Роулингом, сыном одного из самых влиятельных бизнесменов Алмы.

Кто знает, может быть, ей следует возблагодарить Бога за то, что ее не решили выдать за отца Уилла. Это уж точно выгоднее, чем брак с сыном. Белла содрогнулась, брак вообще представлялся ей малопривлекательным предприятием.

Что ж, если в Алме ей не понравится, она вернется домой. Никто не будет распоряжаться ее жизнью.

– Нельзя сказать, что требования мистера Рафаэля совсем уж неразумны. В конце концов, вы познакомитесь с Уиллом, узнаете друг друга. Просто не забывай, ради чего ты это делаешь, – посоветовала Селия.

Белла отстранилась от Селии.

– Мой долг, как члена королевской семьи, всемерно способствовать восшествию Габриэля на трон, – процитировала она слова отца, копируя его низкий голос. – Вся семья должна собраться в Алме на коронацию.

Однако Белла согласилась отправиться в Алму не только по этой причине. В Майами стало слишком тесно для нее и Дрю Хониката. Вообще-то, когда девушка говорит парню, что слышать не желает о серьезных отношениях, парню полагается облегченно вздохнуть.

Он не должен падать на колено и через два месяца после нечастых встреч предлагать руку и сердце. И уж совсем ни к чему развешивать по всему городу двадцать плакатов с предложением и фотографией Беллы, заключенной в сердечко. Третье предложение появилось в небе, на баннере, который тащил за собой маленький самолетик. Полотнище с надписью «Ты выйдешь за меня, Белла Монторо?» курсировало вдоль Саут-Бич в течение шести часов. В это время Белла была на пикнике, устроенном на террасе пентхауса ее новым парнем, Рамоном. Рамон, которому это представление очень не понравилось, вышел из игры. Спасибо Дрю.

А ведь Рамон по-настоящему нравился Белле. Чем больше он пил, тем больше денег жертвовал на защиту природы.

Дрю следовал за ней по пятам, появляясь на всех вечеринках и выставках, где была Белла, смотрел на нее телячьими глазами и читал ужасные стихи собственного сочинения. Белла не задумываясь устроила бы ему скандал, если бы «Монторо энтерпрайзес» не была заинтересована в «Хоникат лоджистикс». Но хуже всего было то, что он так тяжело переживал постоянные отказы Беллы, в общем, сердце его было разбито. Беллу это очень огорчало, это было еще одним свидетельством того, что она ураган, разрушающий жизни людей.

Похоже, будет действительно неплохо, если она ненадолго исчезнет из Майами.

Селии удалось вовремя усадить Беллу в машину и погрузить туда же весь багаж. Ворота распахнулись, и водитель вывел машину на дорогу. На прощание Белла помахала Лютику, Уэсли и дому, в котором выросла. Воды залива Бискейн искрились на солнце, и с каждой милей настроение Беллы становилось все лучше. Машина неслась по шоссе к частной взлетной полосе, где самолет, принадлежащий «Монторо энтерпрайзес», уже ждал, чтобы унести Беллу в Алму.

Несмотря ни на что, это было приключение, и Белла собиралась насладиться каждой минутой, проведенной на пляже и королевских приемах в Алме. К тому времени, когда Белла села в самолет, пристегнула ремень и приняла мимозу от Жана – стюарда, который приносил ей цветные карандаши и раскраски, когда она была еще маленькой, – Белла взбодрилась настолько, что даже бросила взгляд на фотографию Уилла Роулинга, присланную отцом.

Он был красив классической мужской красотой, Белла отметила густые блестящие волосы и приятную улыбку. Его глаза смотрели на Беллу серьезно; втайне она надеялась, что это просто игра света. Белла не любила серьезных молодых людей. Впрочем, этого парня выбрал ее отец, а значит, шансы на то, что Белла и Уилл понравятся друг другу – ничтожны.

Подумав, Белла решила отложить окончательное вынесение приговора до встречи с Уиллом. Если он сумеет понравиться Белле, она приложит все усилия, чтобы поладить с ним.

Вот уже в четвертый раз кто-то швырнул песок в лицо Джеймса Роулинга, и в четвертый раз он сделал вид, что не обращает на это внимание. Все потому, что Джеймс пытался быть незамеченным.

Ну, по крайней мере, настолько, насколько это возможно для него. Каждый гражданин Алмы мог видеть, как Джеймс пропустил тот гол на Кубке мира. Теперь его персона известна всем.

Впрочем, до сих пор его никто не узнал. Джеймс надел темные очки и надвинул на лоб бейсбольную кепку. Чем дольше на него не будут обращать внимания, тем лучше. Меньше всего ему хотелось отвечать на вопрос, почему мадридский «Реал» разорвал с ним контракт. А еще фотографии Джеймса, покидающего бар в Рио в компании проститутки… правда, про деньги она ему ничего не говорила. Или еще хуже – вопрос о том, собирается ли он остаться на своей приемной родине и играть в резервной футбольной команде Алмы.

Резервная команда – для новичков. Дайте время, и он заключит престижный контракт. Если не здесь, то, может быть, в Англии, где он родился. Другой альтернативы нет. Футбол его жизнь.

Отлепив футболку от взмокшей груди, Джеймс откинулся на спинку своего пляжного шезлонга и закрыл глаза, надеясь хотя бы на короткое время обрести душевный комфорт. Надо же, размечтался!

Душевного комфорта быть не может, во всяком случае, здесь, в Алме, средоточии скуки. Не говоря уже о том, что всюду на острове чувствовалось присутствие его отца, словно душа Патрика Роулинга жила в самой скальной породе, постоянно излучая неодобрительные вибрации.

Вот почему Джеймс сидел сейчас на пляже Плайя-дель-Онда, впитывая жаркие лучи солнца вместо того, чтобы делать то, что хотел отец. Джеймс попросту не в состоянии следовать приказам отца.

– Ой!

Джеймсу показалось, что из его легких вышибли весь воздух – что-то тяжелое приземлилось ему на грудь.

Жалобно заскрипев, его кресло накренилось, и Джеймс опрокинулся на песок на кого-то. Этим кем-то оказалась голубоглазая красавица, которая смотрела на него в упор, и на ее прекрасном лице не было и намека на смущение. Она неловко пошевелилась. Стоило Джеймсу наклонить голову, и он мог бы поцеловать незнакомку.

Казалось, девушка не торопится прерывать неловкую ситуацию, вследствие чего тело Джеймса отреагировало на ее прелести самым неподобающим образом. От сексуальных незнакомок одни проблемы, это Джеймс знал по собственному опыту.

Он неохотно перекатился на бок и помог девушке сесть.

– Простите. Вы в порядке?

– В полном. – От ее грудного голоса по телу Джеймса побежали мурашки. Американка. Ему нравились американки. – Это моя вина. Я старалась поймать это и не смотрела под ноги.

Она кивнула на летающий диск, зарывшийся в песок в нескольких шагах от шезлонга Джеймса.

– Мне нравятся девушки, которые знакомятся нетрадиционным образом.

Это было нечто новое. Джеймсу уже приходилось сталкиваться с изобретательными уловками девиц, старавшихся привлечь его внимание. Подсунутые в его карман трусики с номером телефона. Ключи от номера в отеле, опущенные в бокал с напитком, переданным от футбольной фанатки. А однажды, вернувшись в гостиницу после журналистской пирушки, Джеймс обнаружил в своем номере двух обнаженных женщин, удобно устроившихся на его постели. Он не мог понять, как они попали в номер. Впрочем, уже через десять минут этот вопрос перестал занимать его.

– О, но я вовсе не собиралась с вами знакомиться. – Щеки девушки залил румянец. – Я действительно не заметила вас. Вы буквально слились с песком.

– Это что, намек на мой британский цвет лица? – шутливо поинтересовался Джеймс. – Вы тоже не слишком загорели, дорогая.

Рассмеявшись, девушка откинула волосы на спину, открыв лицо. Этот изящный жест просто покорил Джеймса. Пожалуй, эта прелестная не уклюжая девица – лучшее, что случилось с ним за прошедшую неделю. А может, и за две. Нет, это лучшее, что случилось с ним со дня приезда в Алму.

Не такая уж и плохая идея была – ждать у моря погоды, пока какой-нибудь футбольный клуб, чью форму он согласится надеть, постучится в его дверь.

– Нет, я ничего такого не имела в виду. Я не настолько невежлива, чтобы указывать на недостатки человека при первой же встрече.

Улыбнувшись, незнакомка склонилась к Джеймсу. Она словно источала энергию, соблазнительную, манящую.

Заинтригованный, он посмотрел на нее:

– На втором свидании начнем все сначала?

Кокетливо покачав головой, она едва заметно улыбнулась:

– Не раньше третьего.

Джеймс, не отрываясь, смотрел в ее глаза. Перед ним была удивительная женщина, самая очаровательная из всех, что он встретил на острове с тех пор, как этот кусок скалы стал его временным пристанищем.

– У меня такое чувство, что вы стоите того, чтобы подождать.

В этот момент девушка встала и, увидев ее под другим углом, Джеймс мгновенно узнал свою собеседницу. За последние несколько недель фотографии новой принцессы буквально наводнили все новостные телеканалы, правда, на этих снимках она была одета. И все равно, ему следовало быть сообразительнее и не рисковать, флиртуя с женщиной, которая, вероятно, понятия не имела, что споткнулась о бывшего игрока мадридского «Реала».

Принцесса – особенно такая, как Белла Монторо, – не бегает по пляжу в поисках парней, вне зависимости от того, знамениты они или нет. Чертовски жаль.

Вздохнув, Джеймс надел бейсболку и снова надел темные очки, слетевшие с его носа, когда он упал.

Мисс Монторо, принцесса Белла, ваше королевское высочество? Как обращаться к особе королевской крови, пока ее брат еще не коронован? Хотя каким бы ни было это обращение, следовало признать, что она не из его лиги.

Впрочем, это не означало, что и она думает так же. В глазах девушки, лежавшей на песке в объятиях Джеймса, он видел искренний интерес. Если Джеймс в чем и разбирался, так это в женщинах. Будь она хоть сто раз королевским высочеством, это еще не повод сбрасывать ее со счетов.

Он поспешно поднялся на ноги, на случай, если протокол требует стоять в присутствии принцессы… пусть даже и одетой в белое бикини размером с почтовую марку.

– Позволено ли мне будет называть вас Беллой, или вы предпочитаете титул?

– Например, принцесса? – Она наморщила носик. – Я еще не привыкла ко всему этому. Кроме того, полагаю, мы уже прошли этот этап, не так ли?

Он снова вспомнил ощущение ее гибкого тела. Нет, так не пойдет. Его пляжные шорты, пожалуй, не смогут скрыть возбуждения.

– Да. Всякие формальности не по моей части. Пусть будет Белла.

Джеймс вдруг почувствовал, что, назвав девушку по имени, стал еще ближе к ней. Ему захотелось сжать ее в своих объятиях. Без бикини.

Она улыбнулась и опустила глаза, словно ее тоже охватило желание, и она не знала, что с этим делать.

– Как-то неловко получилось. Я не была уверена, что вы меня узнали.

Пожав плечами, Джеймс заложил руки за спину, не зная, что с ними делать. С тех пор как ему исполнилось четырнадцать, он впервые испытывал смущение в присутствии женщины.

– Я видел ваши фотографии.

Она кивнула и помахала рукой подруге, которая уже забеспокоилась, потеряв из виду партнершу по игре в диск.

– Я ваши тоже. Не ожидала встретить вас на пляже, иначе оделась бы подобающим образом.

Ах, значит, она все-таки узнала его… и в ее голосе как будто не слышно неприязненных ноток? Она избавилась от подруги, явный признак того, что она собирается провести с ним некоторое время. Может быть, он не так уж далек от ее круга?

– Лично мне очень нравится ваш… костюм.

Рассмеявшись, она оглядела себя:

– По-моему, вполне подходяще для пляжа, правда? По правде сказать, я не так представляла себе нашу первую встречу. На фото, которое прислал мне отец, у вас такое серьезное лицо.

– Э-э… неужели?

Джеймс совершенно утратил нить разговора. С какой стати ее отцу посылать его фотографию, если только… Ну разумеется. В качестве предупреждения, чтобы драгоценная принцесса не запятнала свою репутацию, связавшись с подобным типом. Держись подальше от этого Роулинга. Он просто неудачник.

Джеймс почувствовал, что начинает злиться. Подавив приступ гнева, он подмигнул Белле и улыбнулся:

– Я действительно плохой, ваш отец прав. Может быть, даже хуже. Если хотите позлить старика, я – то, что вам нужно.

Он был не против того, чтобы стать ее орудием мести папаше, хотя последствия могли быть непредсказуемыми.

Ее глаза расширились.

– Он не… не говорил мне о вас ничего плохого. Напротив, я уверена, он будет просто счастлив, если мы будем встречаться. Разве не в этом весь смысл? Чтобы мы познакомились и лучше узнали друг друга?

Разговор зашел в тупик. Джеймс почувствовал, что сходит с ума. Ее отец хочет, чтобы они встречались?

– Он что, любит футбол?

Она покачала головой, на ее прекрасном лице отразилось сомнение.

– Не думаю. А это имеет большое значение для вас, Уилл?

– Уилл? – Он застонал. Дело обстояло куда хуже, чем он мог себе представить. – Вы думаете, что я – Уилл?

Интересно, для чего отец Беллы отправил ей фотографию Уилла. Вряд ли для того, чтобы она флиртовала с его братом-близнецом на пляже. Пора положить конец этому недоразумению.

Глава 2

Белла растерянно стиснула пальцы. Так, значит, она говорила не с тем мужчиной?

– Разве вы не Уилл Роулинг?

Но это должен быть Уилл Роулинг. Белла достаточно хорошо изучила его фотографию в самолете еще прошлой ночью, когда не могла заснуть. Как же она могла так ошибиться?

– Увы, я не Уилл, – подтвердил Джеймс.

Он улыбнулся, и Белла на мгновение утонула в его синих глазах, не в силах противиться влечению.

Солнце засияло чуть ярче, море стало голубее. Порывшись ногой в теплом песке, Белла облегченно вздохнула и улыбнулась в ответ.

Все получилось гораздо лучше, чем она ожидала. Господи, да она чуть не влюбилась с первого взгляда и ей потребовалась вся сила воли, чтобы прекратить это безумие. Потому что она думала, будто перед ней Уилл Роулинг. Да отец немедленно воспользовался бы этим и потребовал, чтобы они тут же поженились, раз уж дочку обуяла страсть. Это была бы катастрофа.

Но если этот весьма сексуальный мужчина не Уилл – замечательно. Взгляд Беллы скользнул по его крепкому мускулистому телу.

Нет. Это вовсе не замечательно. Она должна была встретиться с Уиллом, познакомиться с ним, а не флиртовать неизвестно с кем. Беллу терзали сомнения. В глазах этого мужчины она видела отражение своего желания и знала, что если дать ему шанс, он перевернет ее жизнь.

Вздохнув, Белла с сожалением отступила назад.

– Простите, – сказала она, протягивая руку. – Белла Монторо. Но вы это уже знаете, а вот я – в невыгодном положении.

Рассмеявшись, он сжал ее руку в своей, Белла вздрогнула, ее словно обожгло. Она смущенно потупилась.

– Ну, если вы надеялись увидеть перед собой Уилла, то это я оказался в невыгодном положении. Меня зовут Джеймс. Еще один Роулинг. Уилл – мой брат.

– Брат? О-о, – растерянно произнесла Белла, – так вы с Уиллом близнецы?

– Именно так.

В его глазах плясали веселые искорки. Белла почувствовала, что снова поддается его обаянию.

– Я должна еще раз извиниться. – Мысли Беллы метались, как птицы в клетке. Отец ничего не говорил о том, что у Уилла есть брат-близнец, она бы запомнила. – Как всегда, я все перепутала…

– Ничего страшного. Нас постоянно путают. Все в порядке, правда.

Нет, не в порядке. Совсем наоборот. Ей даже страшно было представить себе, насколько все не в порядке. Белла вдруг осознала, что мужчина, к которому ее так влечет, брат того, кто предназначается ей в мужья.

Он все еще сжимал ее руку и не торопился отпускать. Нужно что-то делать… Белла высвободила руку и отстранилась, жалея, что под рукой нет ничего, чтобы прикрыть бикини. Под взглядом Джеймса она чувствовала себя обнаженной и беззащитной.

– А мне вот интересно, – сказал Джеймс как бы между прочим, – зачем ваш отец послал вам фотографию Уилла?

– О, чтобы я знала, как он выглядит.

На самом деле Белла потребовала, чтобы отец выслал ей фотографию. Она не собиралась лететь за тридевять земель на свидание вслепую.