Сквозь призму

Глава 5.

Мелисса зареклась, что не возьмет ни капли в рот этим вечером – из-за предстоящей вечеринки на причале, но, если дело касается чего-то, так или иначе связанного с Клеменс, никогда не говори никогда. Cтоит Бену открыть дверь – шатенка уже из кухни слышит звон бутылок, контрастирующий с заразительным смехом Гарсии.

– Мы же договорились, – кричит Кроуфорд, бросив нарезку сыра и показавшись на пороге. – И не говори, что у тебя там лимонад, – хохотнув, она врывается в крепкие объятия подруги.

– Лимонад там тоже есть, – Клеменс с чувством чмокает шатенку в щеку и, взяв за плечи, отрывает от себя, чтобы оглядеть. – Но он для коктейлей.

– Вы как будто год не виделись, – забрав пакеты, Бенджамин сразу же несет их в сторону веранды, и Лисса успевает подметить на мужском лице сдавленную улыбку, чего никак не комментирует.

Мужчине когда-то понадобилось приличное количество времени, чтобы привыкнуть к новоиспеченной лучшей подруге жены. Эксцентричная, прямолинейная, местами грубая и чертовски свободолюбивая, Клеменс относится к категории людей, к которым невозможно оставаться равнодушным. Либо любовь, либо ненависть, третьего не дано. И если Мелисса, некогда увидев в женщине приглушённое отражение прежней себя, моментально превратилась в ее сиамского близнеца, то Бену пришлось пройти долгий путь принятия, пока его настороженность к Гарсии не переросла если не в любовь, то в симпатию точно. А этого Мелиссе более чем достаточно.

– Не бреши, – отмахивается брюнетка, небрежным движением смахнув со лба прядь почти чёрных волос, – ни за что не поверю, что ты собиралась распивать сегодня соки. Тебе еще только двадцать семь, вполне выдержишь два дня в обнимку с бутылкой, дорогуша.

Клеменс с довольным видом треплет Мелиссу за подбородок и, чувствуя себя как дома, направляется на кухню, где звонко хлопает в ладоши.

– А вот и сырная тарелка. Скажешь, что к соку приготовила, м?

– Ну ты же знаешь, что я сырная душа, – Лисса наскоро дорезает остатки «Дор Блю» и, сгрудив все на тарелку с мёдом и оливками, кивком зовёт подругу выйти наружу, где всё уже готово к ее приезду.

– Дэвид сегодня пас? – Бен играючи хлопает довольного Бостона по боку. Пёс фыркает и участливо поскуливает, порываясь рвануть навстречу гостье, чего ему сделать не дают, но это лишь раззадоривает зверя.

– Да пусти его, Бен, – Клеменс расслабленно плюхается на кресло-качалку и вытягивает ладони в приветственном жесте, там самым провоцируя Бостона совершить задуманное. – Я предупредила горничную, что завтра она будет весь день вычищать мои вещи от шерсти. Она счастлив, можете не сомневаться.

Бостон, ощутив, что хватка ослабла, издаёт громкий, почти умоляющий лай, но послушно остаётся на месте, глядя на Мелиссу. Выжидая, пока та кивнёт и позволит ему немного пошалить.

– Иди, задница, – слышится снисходительный голос хозяйки. По сигналу доберман отталкивается от бедра мужчины и в прыжке бросается к Гарсии. Пара мгновений – и две громадные лапы уже лежат на женских плечах, вызывая у брюнетки детский приступ восторга.

– Дэвид застрял на фотосъемке, Бен, поэтому приедет чуть позже. Мы же договаривались поиграть в покер, забыл?

– Он поэтому и интересуется, – Мелисса дает псу еще пару раз облизать раскрасневшееся лицо подруги, после чего, обняв тушу за шею, бережно, но с нажимом оттаскивает назад. – Всё, заноза, дай-ка Клеменс передохнуть.

– Что ж, дамы, раз уж у нас такой расклад, то я пока вас оставлю, – Мелисса ощущает на своей талии ладонь мужа и подставляет щеку для поцелуя, но жест выходит сухим, чего Клеменс не замечает, увлечённая дегустацией сыра. И как бы Лисса ни хотела сейчас отдаться отдыху и компании подруги, ее всё же цепляет то, как скоро Бен принялся за этот театр. – Посекретничайте тут, пока есть возможность.

– Не переживай, посекретничаем так, что ты нас со второго этажа будешь слышать, – Гарсии не нужны ухаживания, поэтому, потянувшись к уже открытой бутылке с бренди, она принимается намешивать коктейли для себя и Мелиссы. – Вечно весь в работе, ты только посмотри на него. Лисс, вы вообще видитесь в этом огромном домище?

– Клеменс, а я ведь даже еще не ушёл…

Мелисса, приложив ладонь к губам, провожает мужа вдумчивым взором, мысленно благодаря за терпение и понимание. Она не сторонница перемывания костей своего же супруга, даже в нынешних обстоятельствах, и Бен это прекрасно знает. Как и Клеменс, к слову. Женщина попросту любит навести шум даже там, где его и не предвиделось, Лисс волновалась, что беспорядок, поселившийся в их доме – между ней и мужем – мог побудить Бена сменить отношение к таким вот посиделкам.

– Ну-у, не томи, – Гарсия потирает руки и хватается за готовый коктейль. – Хочу знать всё и вся про новых южан.

Весь ее вид до сих пор иногда кажется Мелиссе забавным и притягательным своей неординарностью. Казалось бы, «светская львица» – пусть Клеменс и ненавидит подобные прозвища – одетая с иголочки, от которой буквально веет властностью и богатством, должна держаться подобающе. Но Гарсия плевать хотела на общественные устои, так излюбленные жителями Гринсайда. Да, в компании остальных, женщина понижает градус накала, но в целом, где бы та ни находилась, из нее буквально извергаются непристойные шутки, громкий смех и бесконечный сарказм. Не удивительно, что, когда-то переехав на новое место, Кроуфорд уцепилась за женщину, как за спасательный круг. В ее компании Мелисса может быть собой, зная, что никто не только не осудит, но даже не удостоит косым взглядом.

– Пока нечего особо рассказывать, – Лисс пару секунд мешает коктейль и делает первый глоток. Кисло-сладкая жидкость с приятным травяным послевкусием обжигает горло. – Дядя и племянница. Архитектор и… чёрт, кажется, иллюстраторша, если я ничего не путаю. Ему, думаю, лет тридцать пять, или около того, а ей чуть за двадцать.

– Хм, а ты уверена, что они просто дядя и племянница, а? – Клеменс игриво подмигивает и спешит похлопать ладонью по колену, пытаясь привлечь внимание снующего рядом Пиано. – Иди сюда, любопытный нос.

Длинная морда Грейнхаунда опускается на ноги женщины, и пёс довольно облизывается, бросая неоднозначные взгляды в сторону тарелки с закусками.

– Мать зверей, можно ему сыр? – Мелисса, прищурившись, с неуверенностью кивает и откидывается на спинку скамьи, покрытой длинноворсовым пледом.

– Знаешь, я пока не настолько хорошо их узнала, чтобы судить, – уклончиво говорит Кроуфорд, прекрасно понимая, что в шутке подруги есть доля нездорового интереса к новым персонам. – Хотя, к слову, я сегодня случайно наткнулась на Джона утром. Во время пробежки. Он пригласил меня выпить кофе в парке, но я… чёрт, – Мелисса сдавленно усмехается. – До меня только сейчас дошло, что я рассказала ему о себе больше, чем он о себе.

– Хитрый засранец, – с усмешкой кивает Клеменс и, потянувшись вперед, чокается с Лисс бокалами. – Типичный мужлан? Или кадр поинтереснее? Меня уже знатно тошнит от напыщенных хлыщей, с которыми приходится иметь дело на работе. А всех Гринсайдовских птичек знаешь уже как облупленных, хочется новой крови, – она сжимает свободный кулак и трясёт им на манер воительницы. И пусть Мелисса успела подхватить настроение Гарсии, что-то внутри нее неприятно покалывает при мысли, что брюнетка может…

– Джон показался мне интересным. Такой, знаешь, спокойный и галантный, но простой, – Кроуфорд покусывает губы, вглядываясь в жидкость в бокале. – Без замашек по типу Адрианы с её вечным желанием продемонстрировать знание этикета и навязанных правил. И кста-ати! Не поверишь, но эта сучка пришла к ним на следующее утро. Угадай с первого раза, зачем.

– Чтобы рассказать, какая ты грязная противная девка, – серьезная мина, с трудом выдерживаемая на лице брюнетки, в секунду искажается, когда Клеменс принимается хохотать, едва ли не спугнув Пиано.

– Угу. Я даже не стала пытать, чего она там наговорила, но уверена, тебя тоже не обошло стороной.

– Ну и замечательно. Всё лучше безразличия. Любая идиотская сплетня этой кретинки раздувает ко мне интерес. Как и к тебе, между прочим, дорогуша, – Клеменс щёлкает Мелиссу по носу. – Ладно, они ведь придут завтра на причал? Жду не дождусь, как хочу с ними познакомиться.

– Клем, не думаю, что Джон из тех, кто…

– Ну, ты, может, и не думаешь, а что там на самом деле, это еще загадка, – не сдаётся женщина, прикончив первый бокал спиртного. – И вообще, – на лице Гарсии, порозовевшем от мешанины в бокале, проскальзывает наигранное подозрение, – почему мне кажется, что ты просто не хочешь, чтобы он был из «тех»? Неужто моя мисс «холодное сердечко» зацепилась за новенького мужчинку, м? Бен ревновать не будет?

Реакция, которую, вероятно, стоило ожидать от подруги, всё же ставит Кроуфорд в тупик. Шатенка, уставившись на женщину, спешно мотает головой и бросает настороженный взор на дверь, ведущую в дом.

– С ума сошла? Зачем мне это?

– Да я шучу, господи, – Гарсия, ухмыльнувшись, закатывает глаза. – Столько лет дружим, а ты всё та же. В конце-то концов. Но, – поднятый указательный палец привлекает всё внимание Мелиссы, – мы с Дэвидом еще питаем надежды на то, что ты пересмотришь своё отношение к нашему предложению. Оно до сих пор в силе. Это я так, на всякий случай, а то, может, ты просто не знаешь, как начать разговор…

– Кле-ем, – тянет шатенка, и теперь уже ее очередь закатывать глаза. Сглотнув, Лисс решает поухаживать за подругой и самостоятельно намешивает в бокале коктейль. – Ты прекрасно знаешь моё отношение к замужеству. Вот встреться мы раньше, когда я была одна…

– Ну, если дело в Бенджамине, так бы сразу и сказала. Мы и его не прочь прихватить, – перебивает брюнетка, и подруги громко прыскают, без слов понимая, насколько идея абсурдна.

По прошествии полутора часов Лисс уже и думать забыла о собственном зароке. Даже живя недалеко друг от друга, она и Клеменс не столь часто, как хотелось бы, собираются вот так, вдали от чужих глаз и ушей, способные отпустить всё и вся и дать волю эмоциям. А потому один бокал с выпивкой сменяется другим, и так раз за разом, пока подруги, будучи навеселе, не перебираются в бассейн, прихватив с собой и собак, счастливо плескающих и скачущих из воды на сушу и обратно.

– А вот и главные пьянчуги района, – слышится голос Дэвида, когда он и Бен показываются во дворе, на что девушки поднимают бокалы, приветствуя парня.

– Не прошло и года. Почему так долго, малыш?

Лукаво улыбаясь, парень на ходу стягивает с себя одежду и с разбега ныряет в бассейн, обдавая всех брызгами.

– Я так понимаю, что покер остаётся на следующий раз?

Мелисса оборачивается на голос мужа, наблюдая за тем, как он устало подворачивает штанины и присаживается край бассейна. Она не чувствует себя пьяной, хоть спиртное и тронуло сознание, прибавив хорошего настроения, но главное, размыв на время и без того нечеткие границы между ней и супругом. Подплыв ближе, шатенка занимает место меж его коленей и опускает на них влажные руки. Со стороны слышится смешок, затем звуки смачного поцелуя. Кроуфорды синхронно поворачиваются к парочке, но лишь на мгновение, ведь оба давно привыкли к нескромному поведению этих двоих.

Вернув глаза к Бену, Лисс ловит на себе внимательный взор, не скрывающий тоски, которая теперь окутывает и ее саму. Под гнётом хмеля былое кажется не столь грозным и нерешаемым, и Мелисса даже ловит себя на мысли о том, что хотела бы сейчас остаться с мужем наедине.

– На съемку заглянул один важный тип из журнала. Помнишь, я говорил тебе? – голос Андерсона отвлекает Мелиссу. – Он хочет, чтобы на следующей неделе мы отсняли ролик, – парень едва успевает договорить. Указательный палец Клем касается его пухлых губ, и брюнетка одобрительно кивает.

– Я же говорила, что он не устоит перед тобой, сладкий, – женщина протягивает Дэвиду недопитый коктейль, и бокал в два счёта пустеет.

Многие в городе считают пару Дэвида и Клем показателем высшей степени разврата, расчёта и просто чем-то непотребным для такого места как Гринсайд. Конечно, по большей части недовольство высказывает Адриана, но не нужно мастерски уметь читать людей, чтобы заметить в глазах и некоторых других горожан непонимание с примесью порицания. Мало кто осудит отношения с разницей в восемь лет, если старше в паре мужчина, но, если наоборот – это уже выходит далеко за рамки общепринятых норм. Дэвида – благодаря роду деятельности – с первых дней за спиной окрестили альфонсом, не воспринимая успешную карьеру фотомодели всерьез, а Клеменс – недозрелой до брака и семейного счастья любительницей зажигать с молоденькими юнцами. И будь на их месте кто другой, более восприимчивый к общественному мнению – всё закончилось бы войной. Но эти двое, найдя друг в друге нечто столь крепкое и притягательное, чего за всю жизнь не могут сыскать жертвы даже самого крепкого и долгого брака, смотрят на осуждение свысока, подпитываясь всеобщим интересом и заряжаясь энергией.

На людях пара ведет себя достойно и сдержанно, нежели в кругу близких друзей – по крайней мере, по меркам приземлённых, не помешенных на излишней культуре поведения людей – и этого более, чем достаточно, чтобы обойти прямые нападки в свою сторону. Но всё это мелочь в сравнении с тем, что еще скрывается за закрытыми дверьми дома Гарсии и Андерсона. Лисса и Клем порой любят пофантазировать на тему «а что, если», воображая, в какой панический ужас окунулась бы Паэлл – узнай она всю правду.

– Тащи покер, Бен. Если вы надеялись, что мы откланяемся до полуночи, то хочу огорчить, – смеется Клем, вылезая из бассейна, и Дэвид не стесняется подсадить ее, открыто шлёпнув по ягодицам.

– Дай угадаю, снова склоняла тебя на тёмную сторону, м? – шутливый шёпот Бенджамина касается уха Мелиссы, когда и Андерсон выбирается на сушу, уверенно шагая по газону и ероша волосы, чтобы избавиться от лишней влаги. Кожа на затылке Лисс благодаря горячему дыханию Бена становится гусиной, но девушка заставляет себя не зацикливаться на ощущениях и спешит покинуть воду.

– Ну… она и тебя упоминала. Ты теперь сможешь спать спокойно?

Кроуфорд встречается с искренним удивлением в глазах мужа, что вызывает у нее смешок. Мужчина давно знает о любопытном увлечении этих двоих, но даже спустя столько времени пикантная тема по-прежнему вызывает у него в голове бедлам, которому порой даже удается заставить щёки мужчины зардеться.

Намёк Клеменс оказался не шуткой и пара пробыла в доме Кроуфордов почти до самого рассвета. Бесконечные шутки и громкий смех выбил из голов девушек остатки прежнего хмеля, позволив отдаться азарту, с которым вся компания потеряла счёт времени. И если всего несколько часов назад Мелисса еще вскользь помышляла о времени, когда останется с мужем наедине, то, проводив гостей, она сумела лишь добраться до кровати и провалиться в сон – стоило голове коснуться мягкой подушки.

Глава 6.

Джон боялся, что в день вечеринки он и племянница проснутся разбитыми, ведь всю ночь бок о бок они провели за работой. Совиный биоритм у Маллиганов, определенно – семейное. И если Джон лишь отчасти продвинулся в своем проекте, то племянница, наконец, закончила новые иллюстрации, изощрённые и жуткие. Переплетения тел. Морские щупальца. Увидев результат, достойный восхищения, но вызывающий неоднозначные чувства, Джон сдавленно хмыкнул, за что удостоился мгновенной кармы в виде лёгкого подзатыльника.

Но, несмотря на опасения, оба встретили новый день с готовностью и дальше бороздить просторы Гринсайдовского общества, правда, за это Джону и Кристине пришлось заплатить пропущенной пробежкой вкупе с упущенными утренними делами.

Гавайская вечеринка должна начаться в семь вечера. Маллиганы, как и обещали, вооружаются закусками, к которым докупают пару бутылок горячительного.

– Ого, Кристина Маллиган надела платье. Особый повод? – Джон двусмысленно улыбается, не отводя глаз от дороги. Племянница ведь так и не рассказала ему, как прошёл поход к Моррису. Да, то была всего лишь врачебная консультация, но, как показалось мужчине, в слишком уж приподнятом настроении Кристина находилась весь остаток дня. Но стоит заметить, что она никогда не отличалась повышенной говорливостью, а желанием делиться чем-то сокровенным – и подавно. Вот и теперь, присмирив дядю тяжёлым взглядом, девушка отворачивается.

За окном смеркается. Небо уже тронуто фантастическими оттенками розового и фиолетового, и сочный купаж цветов вдобавок разбавлен вкраплениями грязно-серого. Всё это отражается в идеально ровной водной поверхности, размывая четкую границу горизонта.

Джон и Кристина неспешно шагают вдоль берега, приглядываясь к виднеющимся вдали тусклым фонарям, освещающим пару столов. Между ними уже снуют гости на фоне дорогих презентабельных яхт, выстроившихся вдоль причала. И чем ближе Маллиганы подходят, тем яснее слышится незатейливая музыка с обещанными гавайскими мотивами. Гул голосов. Смех детей.

Джон узнает впереди Кевина Джонса, но не его спутницу. Вероятно, это и есть его жена. Полная противоположность. Высокая и изящная. Брючный костюм глубокого изумрудного цвета выигрышно придает пепельной блондинке солидности. Чуть поодаль от них Вуды и Хиллы. Сью, первее других заметив новых гостей, машет им, сияя милейшей из улыбок, на что Джон и Кристина отвечают тем же.

– Мы принесли еще закуски и выпивку, – Джон протягивает Кевину пакеты, но руку приходится тут же одёрнуть, когда близнецы – Томас и Финн – проносятся между мужчинами, изображая гудение и звук от ударов световых мечей.

– Надеюсь, еда покупная? Иначе Кев будет весь вечер переживать, что его яства могут чему-то уступить, – вмешивается супруга Джонса, подойдя ближе, и протягивает Маллигану изящную ладонь с длинными пальцами пианиста. – Хелен. Жена самого завидного повара в Гринсайде. И не только, полагаю.

Ее голос звучит с надменной снисходительностью и леностью. Сперва это давит на Джона, вызывая дискомфорт, но позже, разговорившись с женщиной, тот понимает, что это не более чем манера речи. Джонс уже из краткого разговора видится сильной и волевой женщиной, с очень пронзительным взглядом. Такие завораживают и пугают одновременно.

Обернувшись и найдя племянницу возле одного из столиков – в охоте за креветками – Джон решает разбавить компанию Гэри и Джозефа.

– Рад, что пришли, – Гэри встречает Маллигана крепким рукопожатием.

– Ну, мы же обещали. К тому же, здесь вроде бы неплохо кормят, м? – Джон кивает в сторону столов, вокруг которых всё еще неустанно кружит Джонс, успевающий и пританцовывать, и делать сыновьям замечания, и подсказывать Крис, с чего лучше начать дегустацию.

– О, поверь, он тебе еще и с собой пакеты нагрузит, – смеётся Джо. – А если откажешься, будет потом век вспоминать в страхе, что чем-то не угодил.

– Слышал, у Кевина раньше был ресторан? – припоминает Джон разговор с Адрианой, на что мужчины согласно кивают.

– Но потом остепенился. Близнецы заняли всё его время. Хелен-то у нас акула бизнеса. У нее своё рекламное агентство, пользующееся большим спросом на рынке, так что всё хозяйство на нем. Хотя, как по мне, сейчас можно было бы спокойно организовать что-то новенькое и здесь, в Гринсайде.

Слушая Гэри, Маллиган оглядывается, всё еще мысленно восхищаясь пейзажем, но вместе с тем и выискивая другую гостью, которой пока здесь нет. Мелиссу. После встречи в парке он еще несколько раз проигрывал в голове разговор с девушкой, припоминая и смакуя каждую деталь, пока не пресёк себя, понимая, что слишком зациклился. Сегодня Кроуфорд должна быть в компании мужа, и Маллигана не покидает интерес взглянуть на него.

– Кроуфорды опаздывают, – к месту оповещает Вуд, и Маллиган замечает в руках Гэри телефон. Тот корчится в ухмылке, глядя в экран. – Гуляли до утра с Клем и Дэвидом. Ну, всё ясно. Странно, что вообще не спасовали.

– Вы с Крис, вроде, с ними еще не знакомы, да? – Джон отрицательно качает головой на вопрос Хилла. – Ну, значит, всё самое интересное и дикое еще впереди.

Новость о скором приезде Кроуфордов добавляет Маллигану настроения. Это происходит машинально, пусть мужчина того и не хочет, всё еще не понимая сущность возникшего интереса к Мелиссе. Джон пытается убедить себя, что это ничто иное, как типичная симпатия, возникающая при знакомстве с новым человеком, отчасти близким по духу. Но так ли это?

Разговор между мужчинами сворачивает в сторону рабочей рутины Вуда. Как оказалось, Гэри отвечает за торговые поставки мореходных судов, плюс инженер по профессии. Стоит теме развиться – Джон быстро смекает, что мужчина крайне неравнодушен ко всему, что так или иначе связано с судами. И пока Вуд с нескрываемым благоговением рассказывает об одной из яхт, красующихся возле причала, Маллиган оборачивается, чтобы проверить племянницу. К собственному удивлению – или нет – он находит ее в компании Ричарда. Джон приглядывается к местному офтальмологу, уже генерируя в голове ироничные шутки, которыми позже планирует мучить Кристину, и краем глаза замечает невдалеке движение. Две фигуры, женская – чуть повыше, и мужская. И несмотря на переливы цветов – из-за уходящего солнца – и тусклого света фонарей, Маллиган еще издали различает на правой руке и ключице девушки роспись татуировок. А вот и Кроуфорды.

Шатенка, улыбаясь, машет присутствующим, но первым делом сворачивает к Джонсам, чтобы отдать коробку, в которой, судя по всему, прячется очередное дополнение к и без того ломящему столу. Ладонь Джона, спрятанная в кармане бридж, успевает лишь дрогнуть, ведь руку он так и не поднял. Вместо этого Джон цепляется за образ шатенки. Сегодня она другая. Не такая как в парке или даже во время пробежки. Лёгкое платье кирпичного оттенка, с коротким рукавом, едва достает до колен, открытая спина, также украшенная довольно масштабным рисунком. Древо Жизни, если Джон ничего не путает. И это пока единственная татуировка, которую мужчине удалось рассмотреть и понять. Глядя на смелый образ девушки, можно сделать вывод, что здесь, на причале, собрался только узкий круг самых близких друг другу людей.

– Джон Маллиган? – незнакомый голос выдёргивает из раздумий, и взгляд упирается в Бена. Того самого Бена, на которого Маллигану не терпелось взглянуть. Респектабельный мужчина, судя по всему, ровесник самого Джона. Он даже в пляжных шортах и рубашке поло выглядит как бизнесмен на отдыхе. – Я Бенджамин Кроуфорд. Супруг Лисс. Вы уже знакомы, насколько я знаю, – Кроуфорд через плечо кивает в сторону жены. И Джону хотелось бы ошибиться, но Бен всё же заметил его прежний взгляд, направленный на девушку. Посмотрев сначала на Маллигана, а затем на свою жену, Кроуфорд вдруг понимающе кивает, и строгость сменяется доброй усмешкой. – Да, она в прошлом сходила с ума по татуировкам.

– Рад знакомству, – Джон, внутренне выдохнув, с чувством жмёт руку еще одному новому знакомому. – Вон там, – он указывает на Кристину, – моя племянница. Кристина. Мы переехали вдвоем.

– У вас тут мужской клуб? Надеюсь, меня пинками не выгонят, если я затеряюсь? А то Кев уже пытался соблазнить закусками, – оказавшись рядом, Мелисса протягивает мужу бокал с виски, не забыв прихватить один и для себя.

Джон старается скрыть улыбку, ведь в голове так не к месту всплывает очередное замечание Адрианы на счёт Кроуфорд. И Маллиган искренне удивляется тому, насколько всё-таки досконально запомнил всю полученную информацию. Зря Крис шутила по поводу записей, ему и помечать ничего не нужно было, как оказалось.

– Приехали похмелиться? – подшучивает Вуд, раскуривая сигару, и есть что-то странное в его взгляде. В том, как он исподлобья вскользь цепляется за силуэт Лисс.

– Не надо делать из меня пьянь, Гэри. По крайней мере, не при новых людях, – шатенка делает глоток горячительного и, взглянув на Джона, разочарованно качает головой. – Я всё хочу спросить, Джон, прости за бестактность, но… какой у тебя рост? Я с моими метр восемьдесят, да еще и на каблуках, до тебя не достаю.

– А у нас какое-то соревнование? – Джон переступает с ноги на ногу и намеренно расправляет плечи, глядя на девушку сверху-вниз. – Сказала бы сразу, я бы тогда тоже каблуки надел. Чтобы наверняка.

– Ну, а мне так вообще нужно было сперва заехать за ходулями, да? – Джон, отойдя чуть в сторону, оборачивается на женский голос. – Дэвид, ты только глянь. Лисс умолчала о том, что у нашего нового соседа в роду были великаны.

– Или эльфы, – подходит Кристина, видимо, тоже решившая познакомиться с прибывшими. – Хотя на мне природа отдохнула. Я Кристина, племянница этого дылды.