Путь мира от катастрофы – социал-индивидуализм

Последние события снова показали, что капитализм в любом варианте не обеспечивает благополучного развития общества. В условиях глобализации и снятия торговых барьеров капиталистические производства перемещаются туда, где имеется более дешёвая рабочая сила и условия труда более напряжённые. Это привело к деиндустриализации и соответствующему ухудшению условий жизни в государствах «старого капитализма» – таких, как США и страны Западной Европы. Но попытки преодолеть это развитие путём восстановления торговых барьеров возвратят мир к ситуации начала Двадцатого века, когда торговые противоречия привели мир к Первой Мировой войне, разрушившей сложившийся миропорядок. Сейчас, когда налицо оружие массового уничтожения, становится вполне вероятной вообще гибель человеческой цивилизации – при таком развитии событий. Это делает отказ от рыночной экономики обязательным условием выживания человечества.

Одновременно научно-техническая революция создаёт более эффективные возможности для непосредственного управления производством. Становится на основе использования компьютерных программ практическая реализация идеи Н. А. Вознесенского о планировании внутри производства. Но не менее реализуемой становится возможность путём социологических исследований определять потребности людей и затем класть их в основу планов любого уровня. Эти возможности демонстрируются уже сейчас. Вот, например, на сайте «Китайская панорама» рассказывается об эффективном использовании автобусного парка:

«Жители Шанхая могут сами создавать автобусные маршруты. Такую возможность им дала новая онлайн-платформа «DZ» (расшифровывается как dingzhi – «индивидуальный»). На ней пользователи указывают, откуда, куда и как часто им нужно ездить, а также предпочтительное время. Если на платформе набирается 15—20 запросов на один и тот же маршрут – его запускают, причем всего за несколько дней. Так уже начали ходить 220 автобусов во всех районах города.

Популярные предложенные маршруты отображаются на отдельной странице. Там за них могут проголосовать другие пользователи – и нужные рейсы запустят быстрее. По словам чиновников, пока есть некоторые проблемы: неравномерный пассажирский спрос, низкая осведомленность общественности и все еще существенная зависимость от ручной работы на местах. Но новая платформа совершенно точно сделала систему общественного транспорта удобнее для горожан.»

В целом всё это означает, что если ранее противники социалистической экономики могли выдвигать заслуживающие серьёзного внимания аргументы в пользу капитализма, то теперь ситуация изменилась кардинальным образом. Технические возможности нового уровня компьютеризации теперь создают бесспорную целесообразность замены рынка централизованным управлением экономикой. Всё, что раньше говорили апологеты рынка и тем более либертариантства и тогда воспринималось определёнными категориями разумных специалистов, теперь потеряло всякий смысл.

Поэтому необходима государственная собственность на орудия и средства производства. Так можно представить себе концепцию социализма, если очистить её от всех исказивших её наростов, созданных Марксом и его последователями.

В реальной жизни, однако, люди не очень утруждали себя теоретическими размышлениями. Они исходили из того, что ощущали на себе и на своём окружении. И у них фальшивость всей системы Сталина и его преемников побудила надежды, что при рынке люди заживут лучше. Этого не произошло. Подавляющее большинство стало жить намного хуже, лучше стали жить лишь немногие люди, обладавшие предпринимательскими способностями, органически присущими именно лишь немногим. А ведущую роль в новой системе заняли олигархи, получившие свои позиции явно преступными способами. Когда же российское руководство стало их как-то ограничивать, включая уголовное преследование наиболее наглых (что очень помогло улучшению положения простых людей), западные деятели, опиравшиеся на этих «носителей демократии», стали противодействовать такой политике. Отсюда возникло пресловутое «дело Магнитского» – юриста, поддерживавшего одну из сторон в криминальных разборках (тогда в РФ было практически невозможно вести бизнес законными способами, но это не меняет криминальной характеристики подавляющего большинства тех «бизнесменов» – не хочешь влезать в криминал, не пытайся заниматься «бизнесом»). Магнитский погиб в тюрьме то ли по чьему-то умыслу, то ли по халатности врачей, но очевидно, что российское руководство не имело к этому никакого отношения. Тем не менее Конгресс США, а затем и законодательные органы других стран стали обвинять в происшедшем именно российское руководство. И пошло-поехало по нарастающей. Возник ряд новых эпизодов, включая прямые международные конфликты, и в конце концов противостояние между РФ и Западом переросло в вооружённую фазу.

Это противостояние прежде всего затронуло действия российского руководства по преодолению последствий распада СССР. В. В. Путин совершенно правильно говорил, что этот распад явился катастрофой. Ибо в результате улучшилось положение национальных элит, но большинство населения от этого пострадало. И даже формально он был осуществлён в нарушение итогов референдума СССР 1991 года и вопреки закону СССР о порядке выхода из него союзных республик. Даже если считать, что последующие действия России были совершены с нарушением международного права, нельзя игнорировать то, что оно было нарушено первоначально «борцами за национальную независимость». И в самом по себе международном праве существуют взаимоисключающие права на самоопределение и территориальную целостность. В том числе и поэтому был правилен призыв президента РФ к полному пересмотру международно-правовых норм. Пока же этого не произошло, противостояние РФ и Запада стало усиливаться. Потому что стали всё больше отдаляться друг от друга идеологические позиции соперничающих сторон.

Западные державы заняли позицию, что они являются приверженцами демократических ценностей, нарушаемых в России. Российское же руководство предпочло вместо обороны нападение, стало на самом деле меньше ориентироваться на западное понимание демократии и объявило себя приверженцем вековых российских традиций, несовместимых с западным образом жизни. Это было ошибочное решение. Провал опоры государства на капитал вовсе не означал, что следовало переходить к опоре на духовность.

Прежде всего потому, что по мере развития общества всегда и везде одни традиции сохранялись, а другие уже не соответствовали новому состоянию общественных отношений. Так, в связи с изменением материальных отношений важность семьи в жизни очень многих людей качественно уменьшилась. В том числе и в России. Это реальный факт, который невозможно игнорировать. И нельзя поэтому препятствовать людям самим выбирать, каким традициям они будут следовать, а каким не будут. Навязывание тех или иных духовных традиций усиливает противоречия между людьми. Оно, как показывает описанный ниже опыт Израиля, может вообще подрывать стабильность государства.

В целом вся человеческая история показывает, что поведение людей обусловливается целенаправленным воздействием на них в гораздо меньшей степени, чем общей обстановкой. Если это целенаправленное воздействие противоречит ощущениям, создаваемым внешней обстановкой, люди зачастую просто притворяются, что они подчиняются этому целенаправленному воздействию, а на самом деле ведут себя так, как диктует общая обстановка. Поэтому у проповедников как религиозной морали, так и «морального кодекса строителей коммунизма» получилось явно недостаточное воздействие на поведение людей. И поэтому следует сосредоточить усилия на изменениях общей обстановки, предопределяющей их поведение.

Замена создания обстановки, побуждающей людей следовать традиционным ценностям, мерами, принуждающими людей к этому следованию, явилась, как видно из описанной ниже практики «реального социализма», одной из важнейших причин гибели СССР. Вряд ли повторение этой практики может привести к иному результату. Однако в случае концентрации усилий на изменении обстановки проявится в достаточной мере то положительное, какое действительно содержится в традиционных ценностях.

Особенно оно может проявиться, когда социализм, избавившись от коммунистических заморочек, реализует в полной мере свои принципиальные основы, преобразуясь в описанный в настоящей книге социал-индивидуализм. Тогда и семья, избавившись от своего материального содержания, станет в полной мере основанной на любви. Тогда отпадёт и необходимость как в престижном потреблении, так и вообще в престижном поведении, вследствие чего не будут в нынешних масштабах создаваться отклонения в сексуальном поведении, когда они не вызываются чисто физиологическими причинами. И это будет настоящая реализация традиционных ценностей, а не имитация, как было с «моральным кодексом строителя коммунизма» – что я подробно описал ниже.

В этом направлении абсолютно правильны рассматриваемые сейчас в России меры по увеличению государственных пособий на детей и, более того, по оплате домашнего труда. Движение именно в этом направлении может привести к тому, что семейные отношения очистятся от материальной зависимости – не будет алиментов, потери жилплощади и т. д. И тогда настоящие семейные отношения, основанные на любви и взаимной заботе, будут всегда именно внутренней потребностью людей – вместо внешнего навязывания семейных ценностей. Но для этого необходимы очень большие затраты со стороны государства – затраты, отнюдь не укладывающиеся в капиталистическую систему хозяйства.

Исходя из этого, было гораздо более вероятно преодоление противодействия с Западом, если бы Россия вместо упора на прямое побуждение людей следовать своим традиционным ценностям вернулась к варианту развития, принятому после Октябрьской революции. У. Черчилль написал в неотправленном И. Сталину письме от 11 октября 1944 года: «… если смотреть издалека и в широком плане, то различия между нашими системами будут становиться всё меньшими, а наши великие общие принципы – обеспечение широким народным массам более зажиточной и счастливой жизни – крепнуть из года в год. Вероятно, если бы в течение 50 лет существовал мир, разногласия, которые могут сейчас принести миру столь серьёзные неприятности, превратились бы в предмет академической дискуссии» (8). Этого не произошло из-за того, что Сталин и его последователи на самом деле не стремились к «реализации великих общих принципов».

Наоборот, это стремление было основой политики государства только в первое десятилетие после Октября. Несмотря на определённое восстановление рыночной экономики посредством НЭПа, государство тогда совершенно не опиралось на капитал, у народа же было не только восстановление материального уровня до периода перед Первой мировой войной, но прежде всего духовное раскрепощение. Были убраны путы, наложенные православной церковью, и одновременно в основном преодолена неграмотность, люди стали читать и, соответственно, думать. Появлялись и широко обсуждались всякие нестандартные мысли, в том числе о путях развития государства и общества. Эти обсуждения происходили и в рядах партии. Но когда Сталин полностью овладел властью, было навязано полное единомыслие, всякие высказывания, противоречащие официальным взглядам, жестоко пресекались.

Сталин захватил власть, опираясь на бюрократические ухищрения, а к борьбе на этом поле подлинные революционеры были неспособны. Преодолеть это можно было путём военного переворота, который, как Л. Д. Троцкий позднее признавался, он вполне мог осуществить. В своих произведениях он приводил разные доводы своего отказа от осуществления переворота, но Гр. Григоров в своих мемуарах сослался на описание В. М. Смирновым встречи в начале 1926 года, на которой тогдашний начальник Московского военного гарнизона Н. И. Муралов предложил «опираясь на армейские части Московского гарнизона, находившиеся в подчинении Муралова, арестовать Сталина и всех его сторонников в ЦК и ГПУ». В ответ Л. Д. Троцкий «указывал на пагубность разногласий между революционерами, пришедшими к власти, считал, что выступление против ЦК будет плохо воспринято рядовыми членами партии. А о себе он сказал, что его обвинят в бонапартизме». Возражая ему, В. М. Смирнов сказал: «Лев Давыдович, ваши доводы неубедительны, в результате вашей пассивной позиции сталинская клика активизируется. Трудно понять, на что вы рассчитываете, отказываясь от решительной борьбы? Ведь почти весь партийный аппарат и ГПУ уже в руках Сталина. Армия готова выступить, через год такой возможности не будет» (9). Такая неспособность к своевременному действию проявилась и у С. М. Кирова. Гр. Григоров так описывает своё выступление на партийном активе в октябре 1926 г. и последующую реакцию Кирова: «Я говорил, что… централизм в партии, пришедшей к власти, губителен, он чреват подавлением инициативы на местах, олигархией партийной верхушки, беспредельным развитием бюрократизма и в конечном счёте диктатурой одного человека. С. М. Киров после моей речи отозвал меня в сторону и очень тихо, на ушко, сказал: „Ты, Григорий, слишком рано выступил со своей критикой“… Киров тогда ещё надеялся, что здоровые силы в партии со временем восторжествуют. А до этого лучше без шума работать на это будущее, чем преждевременно погибнуть. Я, по мнению Кирова, выступил слишком рано. А Киров, Косиор, Постышев, Серго Орджоникидзе, Бухарин, Рыков, Томский, Гамарник, Тухачевский и Якир, Блюхер и Егоров всё поняли слишком поздно» (10). Поскольку в результате нерешительности тех, кто «всё понял слишком поздно» или так и не понял вообще, включая Л. Д. Троцкого, Сталин и его сподвижники остались у власти, им были развязаны руки, и они вместо реализации целей революции стали на имперский курс.

Одним из наиболее ярких проявлений этого курса стал знаменитый тост Сталина на банкете 1945 года в ознаменование Победы в Великой Отечественной Войне. В этом тосте русский народ был провозглашён не только наиболее выдающимся, но и руководящим народом среди всех народов Советского Союза. Такое заявление, несомненно, усилило отмеченную В. И. Лениным «национальную гордость великороссов», хотя сам Ленин под этой гордостью подразумевал нечто противоположное сказанному И. В. Сталиным (11). Но одновременно оно усилило националистические тенденции среди других народов СССР, поспособствовавшие через много лет распаду государства. Главное же тогда заключалось в практических последствиях курса, принятого сталинским руководством. Решительно преследовалось всяческое «преклонение перед Западом», что и делало невозможным какое-либо сближение с этим самым Западом.

Соответственно во внутренней политике это выражалось в дискриминации ряда народов. До войны производилось вытеснение из разных сфер лиц, принадлежащих к народам «враждебных государств» (полякам, латышам, корейцам и так далее), что прямо отражено в попавшей в интернет армейской статистике. А после войны дело в крупных масштабах дошло до евреев. Началась массированная «борьба с космополитизмом», выражавшаяся в увольнении евреев отовсюду, до чего доходили руки. После чего произошло «дело врачей», угрожавшее ужасными последствиями.

У такой катализации событий имелись и внутренние, и внешние причины. Внутри страны произошли устранение с ведущей позиции в руководстве и вскоре последовавшая за этим смерть А. А. Жданова, противостоявшего многим антисемитским затеям. Вне же созданное при активной поддержке Сталина Государство Израиль его разочаровало.

ИЗРАИЛЬ

Прибывшая в Москву как раз в день похорон Жданова первый посол Израиля в СССР Голда Меир начала свою практическую деятельность с посещения синагоги в Рош-ха-Шана – Новый Год согласно иудаизму. В этот день, по её словам, вместо обычных ста-двухсот человек собралась пятидесятитысячная толпа. И «без слов евреи Москвы выразили своё глубокое стремление, свою потребность – участвовать в создании еврейского государства, и я была для них символом этого государства… Только и сумела я пробормотать, не своим голосом, одну фразу на идиш: „А данк айх вос ир зайт геблибен иден“ („Спасибо вам, что вы остались евреями!“). И я услышала, как эту жалкую, не подходящую к случаю фразу передают и повторяют в толпе, словно чудесное пророчество» (12). Голда Меир, судя по этой выдержке, так и не поняла, что она натворила. Как не понимают этого её поклонники, описывающие эту историю в восторженных тонах.

На самом деле эта икона многих израильтян допустила грубое нарушение своих посольских обязанностей, одобрив акцию, резко противоречащую порядкам в стране пребывания. И не просто в стране пребывания, а в стране, максимально хорошие отношения с которой необходимы государству, её пославшему. Ей следовало знать, что в сталинском Советском Союзе не допускаются никакие общественные мероприятия, кроме проводимых партийными и государственными организациями, а участие дипломата в таком мероприятии может рассматриваться, соответственно, как акт подрыва Советского государства и сказаться поэтому наихудшим образом на отношении к государству, которое она представляет. Более того, она грубейшим образом подставила пришедших к синагоге советских евреев; они могли поддаваться эмоциям, а опытному политику следовало предостеречь их от демонстрации предпочтения другого государства своей «Родине, руководимой Великим Сталиным». Она обязана была понимать, что в данных конкретных условиях может за это угрожать этим людям и как это может отразиться на условиях жизни советских евреев вообще.

Последовавшие события окончательно вывели Израиль из орбиты возможных друзей Советского Союза. Премьер-министр Бен-Гурион устранил военное руководство, обеспечившее победу Израиля в Войне за независимость и благожелательно относившееся к СССР, и поставил других людей. А при формировании правительства после первых выборов он не включил в правительственную коалицию партию, выступавшую за сотрудничество с СССР, а вместо неё включил религиозные партии.

А ведь так хорошо начиналось… Чехословакия по явному указанию Советского Союза передала Израилю военное снаряжение, включая самолёты, без чего Израиль вряд ли сумел бы сохраниться. В Израиле были даже советские военные, помогавшие победить. Сама правящая партия Бен-Гуриона была социалистической, значительная часть политиков были выходцами из Российской империи и даже на заседаниях правительства говорили по-русски. И в фантастических романах Василия Звягинцева описывалась ситуация, при которой Израиль становился союзником СССР, одной из «стран народной демократии». Очень может быть, что Сталин на это и рассчитывал, как утверждают некоторые публицисты. Но то ли отстранённым военным руководителям всё-таки не очень нравился сталинский режим, то ли у них не хватило пороха или сил, чтобы осуществить военный переворот. В результате Израиль (как ранее СССР после отказа Л. Д. Троцкого от военного переворота) пошёл по другому пути. Однако товарищ Сталин очень не любил, когда его «кидают». С Израилем он тогда ничего сделать не мог, и за всё пришлось отдуваться советским евреям.

Трудно сказать, что произошло, если бы Израиль стал с самого начала членом советского блока. Очень может быть, что было бы осуществлено переселение туда большинства советских евреев по «воле партии», а не из-за «измены евреев своей Родине», и согласно межгосударственному соглашению. А в дальнейшем Социалистическая Республика Израиль была бы членом Варшавского Договора, и никто не мог бы на неё покуситься. Когда же социалистическая система оказалась под угрозой, руководитель Израиля, как в реальности Эрих Хонеккер, мог бы прямо выступать против «Перестройки», причём этот израильтянин вполне мог бы быть русским евреем (вдруг даже я, поскольку я бы при таком развитии событий переехал в Израиль в 8 лет). В этом случае к русскому еврею скорее бы прислушались, чем к даже не знающему русский язык немцу, и СССР мог бы сохраниться до сих пор…

С другой стороны, жить в государстве сталинского единомыслия и тем более террора было бы далеко не очень приятно. Поэтому любая оценка этого варианта альтернативной истории не может быть однозначной. Но понимать, что в принципе тесный союз Израиля и России возможен, необходимо.

Однако, что произошло, то произошло. Хотя сам Бен-Гурион был абсолютно светским человеком, ценой, заплаченной им за возможность отказа от сближения с СССР, было усиление религии в жизни молодого государства. Первоначально эта цена казалась незначительной и даже оправданной – вроде бы надо поддерживать национальные традиции, а они базируются на иудаизме. Но с течением времени эта цена всё более возрастала. И к настоящему времени само существование государства оказалось под угрозой.

Причина этого именно в опоре государства на иудаизм. В соответствии с Торой современный Израиль имеет право на всю территорию Израиля древнего, так как она была выделена самим Всевышним. Исходя из этого, большинство израильских партий согласно с каким-то мирным урегулированием с палестинцами, но не оспаривает при этом как бы по умолчанию само право на древнюю территорию. А крайне правые, так называемые религиозные сионисты, входящие теперь в состав правительства, утверждают, что нынешнюю Палестину надо включить в состав Израиля уже сейчас. ХАМАС же говорит: «Палестина от реки до моря», то есть никакого Израиля, как и по идеям религиозных сионистов не должно быть никакой Палестины. Ясно, что на этой основе мира быть не может. Не может быть вообще никакого мира в соответствии с идеями религиозных сионистов. И не может быть устойчивого мира в соответствии со взглядами других партий израильского истэблишмента.

Сторонники упора на историю и религию как на обоснование существования государства утверждают, что без этого никакого обоснования не существует. Но это не так. Еврейское государство в Палестине было создано на основания решения Генассамблеи ООН от 1947 года. А право Генассамблеи принять по этому вопросу обязательное решение было предоставлено ей Великобританией, владевшей тогда Палестиной. Так что для существования Израиля есть бесспорное юридическое основание. И в акцентировании спорной историко-религиозной проблематики нет никакой необходимости.

Более того. Это акцентирование разрушает международную поддержку Израиля. На то, что Израиль имеет право на всю территорию бывшей Эрец Исраэль, большинство израильского истэблишмента не делает упор, но и не оспаривает эту позицию религиозных экстремистов. В крайнем случае говорится, что присоединение всей Палестины к Израилю надо осуществить позднее. Это всё мнения политиков. В никаких официальных документах (если, конечно, не считать Тору) право Израиля на всю нынешнюю Палестину не провозглашается. Но оно по умолчанию выглядит как само собой подразумевающееся. Поэтому проживающие на этой территории палестинцы так же выглядят как объект колонизации. Фактическим подтверждением этого является строительство еврейских поселений на территориях, занятых Израилем после войны 1967 года. И исходя из этого тезиса враги Израиля требуют его ликвидации в порядке «освобождения от колониальной зависимости». Что и оправдывает в глазах людей, поддавшихся антиизраильской пропаганде повсюду в мире, даже чудовищные преступления, совершённые арабскими террористами 7 октября 2023 года.

И ещё проблема Иерусалима. Молитвы в течение веков заканчивались фразой: «В будущем году в Иерусалиме». После создания Государства Израиль Иерусалим был разделён, и Храмовая гора, где когда-то были Первый и Второй Храмы древней Иудеи, а сейчас находится Аль-Акса, одна из основных мечетей ислама, принадлежала Иордании. После войны 1967 года Иерусалим был объединён и объявлен в этом объединённом виде частью Израиля (столицей он был объявлен ещё до объединения). В результате одна из важнейших святынь ислама оказалась на израильской территории. Наиболее экстремальные религиозные сионисты требовали вообще снести эту мечеть и вместо неё построить Третий Храм. Власти не допускают даже намёков на возможность такого развития событий и всячески оберегают Аль-Аксу. Тем не менее «защита Аль-Аксы» является одним из основных лозунгов террористов, стремящихся к уничтожению Государства Израиль. Поэтому трудно себе представить мирное урегулирование без вывода Аль-Аксы с территории Государства Израиль, т.е. без раздела «единого и неделимого Иерусалима», против чего категорически возражают партии израильского истэблишмента.

Сама необходимость создания еврейского государства была очевидной в течение многих веков. Потому что евреи повсюду в мире подвергались преследованиям. И здесь надо отличать поводы и подлинные причины.

Поводы были надуманные и имеющие реальное основание. Надуманных было великое множество. От утверждений, что во время эпидемий евреи распространяют заразу, до доходящих даже до уровня судебных процессов домыслов, что евреи убивают христианских младенцев, чтобы использовать их кровь для приготовления мацы (в 1913 году еврей Бейлис предстал в Киеве перед судом за убийство христианского мальчика именно с такой целью, после чего лично Бейлис был оправдан, но данное обвинение против евреев вообще российскими присяжными было подтверждено – впоследствии выяснилось, что главная свидетельница против Бейлиса сама и организовала это убийство, за что её расстреляли уже чекисты). Но были и реальные поводы. Мошенники и проходимцы еврейского происхождения на самом деле причиняли вред, и иногда достаточно серьёзный, основному населению стран проживания. Явный пример этого – деятельность еврейских финансистов в Германии во время экономического кризиса, что было одной из причин резкого обнищания немцев. И именно основанная на этих фактах пропаганда позволила Гитлеру придти к власти. Но выводы, сделанные из этих реальных поводов, были неверны.