The Miles club. Джеймисон Майлз
- -
- 100%
- +
В его глазах пляшут веселые искры.
– С чего вы решили, что я богатый и властный?
Делаю резкий выдох.
– У вас вид богатого человека.
– В чем это проявляется?
– Дорогие часы. Покрой футболки. – Бросаю взгляд на его обувь и добавляю: – И я никогда прежде не видела такие ботинки. Где вы вообще все купили?
– В магазине, Эмили. – Он смотрит на свои часы. – Но должен сказать, что часы – подарок от моей девушки.
Я делаю круглые глаза:
– Спорим, она веган и помешана на йоге.
Джим усмехается.
– Я знаю, какой тип женщин вам нравится.
– Правда? – Он наклоняется ближе. – Что ж, прошу, продолжайте. Такая аналитика меня просто захватывает.
Я улыбаюсь, но внутренний голос просто кричит: «Прекрати пить, дура!»
– Думаю, вы живете в Нью-Йорке.
– Верно.
– В собственной квартире.
– В точку.
– Работаете, скорее всего, в какой-нибудь крутой компании.
Джим снова улыбается. Эта игра явно ему нравится.
– Возможно.
– У вас должна быть подружка или… – Я бросаю взгляд на его руку. – Вы не носите обручальное кольцо, значит… вероятно, изменяете жене, когда ездите в командировки. Так?
– Вам надо заниматься этим профессионально, – хмыкает мой красивый сосед. – Я просто поражен, как точно вы все угадали.
Мне игра тоже нравится, и я широко улыбаюсь.
– А что вы скажете обо мне? Какое у вас было первое впечатление, когда я вошла в салон самолета?
– Ну… – Он морщит лоб, обдумывая вопрос. – Вам вежливо ответить или как?
– Нет, мне нужна правда.
– Хорошо. В таком случае скажу. Я заметил ваши длинные ноги и красивый изгиб шеи. Ямочку на подбородке. Вы самая привлекательная женщина из всех, что я встречал за последнее время. И когда вы первый раз улыбнулись, мне тут же захотелось встать и подойти к вам.
Я мягко улыбаюсь; воздух между нами начинает накаляться.
– Но тут вы открыли рот… и все испортили.
«Что?!»
Меня разбирает смех.
– Я? Я все испортила?! Как это я все испортила?
– Во-первых, вы властная и к тому же язвительная штучка. – Джим пожимает плечами.
– Во-вторых?..
– Во-вторых, мне самому не хочется с вами встречаться. Я предпочитаю тихих, милых девушек, таких, знаете, послушных – чтобы делали, как скажу.
– А, ну ясно… – Закатываю глаза. – Типа идеальная домохозяйка, и секс по субботам.
– Вот именно!
Я смеюсь и крепко сжимаю бокал, чтобы чокнуться с красавцем.
– Да, вы не так уж плохи для скучного дядьки в дурацких туфлях!
Джим смеется в ответ.
– И вы не так уж плохи для юной всезнайки-задаваки!
– Не хотите ли посмотреть со мной «Супер-Майка XXL»?
– Пожалуй. Хотя… мне следует вас предупредить. Когда-то я и сам был стриптизером, поэтому ничего нового в фильме не увижу.
– Что, серьезно? – Я пытаюсь спрятать улыбку. – Ну и как? У вас хорошо получалась работа с шестом?
Он пристально смотрит мне в глаза и, не отводя взгляда, произносит:
– Моя работа с шестом – лучшая на всю страну.
Воздух между нами уже искрит от напряжения. Приходится делать невероятное усилие, чтобы с моих пьяных губ не сорвалось что-нибудь откровенно непристойное.
Джим тыкает пальцем в экран и выбирает «Супер-Майк XXL».
Широкая улыбка расползается у меня на лице. Этот мужчина – сама неожиданность.
Нет, определенно надо летать только первым классом!
Шесть часов спустя
– Окей, окей, следующий вопрос! Самое странное место, где вы занимались сексом? – шепчет мне Джим в самое ухо.
– Вам нельзя меня о таком спрашивать, – отвечаю я с ухмылкой.
– Нет, можно. Уже спросил.
– Это неприлично.
– Кто сказал? – Он начинает оглядываться по сторонам. – Это же просто вопрос, и нас никто не слушает.
Весь полет мы с Джимом болтаем, шепчемся и смеемся.
– Гм, – начинаю рассуждать вслух, – все равно это неприличный вопрос.
– Почему?
– У меня сейчас временное затишье. Засуха. Уж не помню, как сексом вообще занимаются.
– Насколько временное? – хмурится Джим.
– Эээ… – Я закатываю глаза и начинаю считать. – У меня не было секса… ммм… полтора года.
– Что?! – На лице Джима появляется неподдельный ужас.
– Жуть, правда? – подмигиваю я ему.
– Правда. Вам надо больше стараться. С этим делом не шутят, как говорит статистика.
– Да знаю, – хихикаю в ответ. Боже. До чего ж мы пьяные. – И зачем я вам обо всем этом рассказываю? – шепчу я на ухо Джиму. – Вы же просто случайный парень, с которым я познакомилась в самолете.
– Что само по себе интересно.
– Почему?
Он наклоняется ко мне и говорит так, чтобы не было слышно стюардессам:
– Не понимаю, как такую горячую штучку, как ты, можно не трахать по три раза на дню.
Я смотрю ему прямо в глаза, и по телу пробегает сладкая дрожь от макушки до самых кончиков пальцев на ногах. «Прекрати!» Этот парень слишком стар для меня. Да и вообще он не в моем вкусе.
Его взгляд скользит по моим губам. Воздух между нами пропитан электричеством.
– Надолго вы в Нью-Йорк? – как ни в чем не бывало спрашивает Джим.
Я не в силах отвести взгляда от его лица: кончиком языка он медленно облизывает верхнюю губу. Почти физически чувствую, как этот кончик языка скользит у меня между…
– Только на полдня. В шесть вечера у меня собеседование, а потом улетаю последним рейсом.
– Можете поменять билет?
«Зачем?!»
– Нет.
И снова эта его самодовольная улыбка. Он рассматривает меня и совершенно явно о чем-то фантазирует.
– Что? – улыбаюсь я ему в ответ.
– Хотел бы полететь с вами на частном самолете.
– Зачем это?
Его взгляд снова начинает скользить по моим губам.
– Я бы тогда нарушил ваше затишье и помог вступить в «Элитный клуб Майлза».
– «Элитный клуб “Миля”»[2], – робким шепотом поправляю я.
– Нет… Майлза[3] – Он усмехается, и его глаза темнеют. – Поверьте мне – именно так.
Внутри вдруг щелкает: хочется немедленно сказать ему что-то безумное, что-то особенное. Наклоняюсь и шепчу прямо в ухо:
– Знаете, я никогда прежде не трахалась с незнакомцем.
Джим делает резкий вдох, пристально глядя в глаза.
– А ты разве не хочешь трахнуться с незнакомцем? – шепчет он, и возбуждение между нами нарастает.
Я тоже не отрываю взгляда от его глаз. На меня это так не похоже. Этот мужчина превращает меня в…
– Не стоит стесняться. – Он продолжает шептать на ухо. – Скажи, если бы мы были одни, прямо сейчас… – Джим на мгновение замолкает. – Ты бы отдалась мне, Эмили?
Буквально впиваюсь взглядом в его зрачки. Что со мной? Алкоголь или долгие месяцы без секса? Еще я думаю, что больше никогда его не увижу. Или, может, в глубине души я просто шлюха?
Выпаливаю на выдохе:
– Да! Я бы тебе отдалась.
Наши взгляды прикованы друг к другу. Словно забыв, где мы находимся, Джим наклоняется ко мне и берет мое лицо в ладони. От его прикосновения волна возбуждения прокатывается по телу, а я все смотрю не отрываясь в его синие глаза.
Я хочу этого мужчину.
Хочу его целиком… до последней капли.
– Горячие полотенца не желаете? – откуда-то раздается голос Джессики.
Мы чуть ли не отпрыгиваем друг от друга в смущении. Господи, что о нас подумают? Весь полет за нашим бесстыдным флиртом наблюдает «первый класс».
– Спасибо, – запнувшись, буркаю я в ответ и беру горячее полотенце из рук стюардессы.
– В Нью-Йорке снежная буря, и мы немного покружим над городом, пока ждем разрешения на посадку, – сообщает она в ответ.
– А что, если нам не разрешат? – интересуется Джим.
– Мы продолжим полет до Бостона и там совершим экстренную посадку на одну ночь. Всех пассажиров, конечно же, разместят на это время в отеле. Я сообщу вам в течение десяти минут.
– Благодарю!
Джессика уходит в другую часть самолета. Она нас не слышит. Джим снова наклоняется к моему уху и нашептывает:
– Надеюсь, Нью-Йорк охренительно заморожен. Весь, снизу доверху.
Внизу живота начинают порхать бабочки.
– Это почему?
– У меня на нас есть планы, – почти угрожающе шепчет Джим.
Мозг не в силах переварить сказанное, и я молча пялюсь на прекрасного соседа. Дура же я была, заигрывая с ним, будто шлюха на выезде! Я же и правда девушка не из того разряда. Легко изображать из себя смелую и развязную, когда точно знаешь, что тебе ничего не грозит. Покрываюсь испариной. Что за черт! С чего я вдруг так наклюкалась? И зачем призналась чужому человеку, что ни с кем не сплю полтора года? «Дура! Такие вещи надо держать при себе!»
– Еще по бокальчику? – нашептывает Джим.
– Не могу… У меня завтра собеседование.
– Собеседования не будет.
– Ну что вы! – лепечу я. – Мне нужна эта работа.
– Добрый вечер, уважаемые пассажиры! Говорит капитан, – из наушников раздается вежливый голос, и я закрываю глаза. «Черт!» – Из-за неожиданно разразившейся снежной бури в Нью-Йорке мы вынуждены продолжить полет до Бостона. Мы проведем там ночь и вылетим в Нью-Йорк рано утром. Приносим извинения за доставленные неудобства, но ваша безопасность – приоритетная задача.
Наши с Джимом взгляды снова встречаются. Он медленно и сексуально улыбается, чуть приподнимая брови.
«О нет!»
Глава 2
– Не стоит так откровенно радоваться. – Джим снова самодовольно ухмыляется.
– Джим… – запинаюсь я. О черт, как же сказать? – Я девушка не такого типа, как вы, наверное, решили. Я не… – Мой голос замирает.
– …трахаюсь на первом свидании? – продолжает он за меня.
– Да. – Меня передергивает от этой прямолинейной грубости. – Не хочу, чтобы вы думали, что…
– Знаю. Я бы и не подумал, – вежливо отвечает Джим. – И сейчас не думаю.
– Хорошо, – выдыхаю с облегчением. – Я флиртовала с вами, когда была уверена, что мы приземлимся и больше никогда не встретимся друг с другом.
– Ясно. – Он радостно ухмыляется.
– Нет, дело не в вас. Вы классный, – поспешно добавляю, – и если бы я была такого типа девушка, то точно втрескалась бы в вас. Мы трахались бы, как… – На секунду замираю, пытаясь подобрать сравнение.
– …как кролики? – Джим снова меня выручает.
– Да.
Он поднимает вверх две пожимающие друг друга руки и обещает:
– Понял. Только платонические отношения.
В ответ я широко улыбаюсь.
– Как рада, что вы все понимаете.
Семь часов спустя
Джим резкими толчками вжимает меня в стену, пытаясь задрать юбку, а его губы жадно скользят по моей шее.
– Дверь! – громко выдыхаю я. – Открой эту чертову дверь!
О боже!.. Никогда прежде у меня не случалось такой «химии» с незнакомыми мужчинами. Всю дорогу в Бостоне мы смеялись, танцевали и целовались, и ему удалось меня расслабить. Было настолько хорошо, будто я часто провожу время подобным образом и все происходящее абсолютно естественно. Странно, мне постоянно казалось, что так и надо. Может, из-за того, что эта история закрутилась спонтанно, но с Джимом я чувствовала себя свободной и смелой.
Мужчина рядом со мной – остроумный, веселый и сексуальный почти до вульгарности. Я, конечно, сейчас слишком пьяна, чтобы мыслить адекватно, но считаю, что этот мужчина стоит того, чтобы… рискнуть. И точно знаю – у меня больше не будет возможности оказаться в постели с человеком такого типа.
Словно я умерла и на небесах оказалась там, где обитают дрянные девчонки.
Джим неловко нащупывает ключ, мы вваливаемся в номер, и он буквально бросает меня на кровать.
Моя грудь вздымается толчками, мы не отрываясь смотрим друг на друга. Воздух между нами наэлектризован.
– Я не такая, – напоминаю Джиму.
– Знаю, – громко дышит он в ответ. – Я бы ни за что не хотел тебя испортить.
– Это все затишье с сексом виновато, сушь дикая, – шепчу я. – Я так давно не… что сейчас не могу… там… выдавить из себя ни капли.
Его брови ползут вверх от удивления, наши дыхания сливаются.
– Вот уж действительно.
На мгновение пытаюсь сконцентрировать на нем взгляд, вырвавшись из тумана возбуждения. Мое тело жаждет его тела, моя вагина жаждет его…
– Жаль будет, если не… – Голос слабеет.
– Знаю. – Он облизывает губы, его глаза шарят по моему телу. – Будет чертовски жаль.
Джим скидывает рубашку, обнажая грудь и плечи. У меня перехватывает дыхание.
У него смуглая кожа, широкая и мускулистая грудь, а редкая россыпь волосков начинается где-то у пупка и убегает вниз, исчезая под брюками. Волосы у Джима темные, а глаза – ярко-синие. Но не грудь и не глаза, а невероятная внутренняя сила заставляет меня страстно желать, чтобы он овладел мною. От его прикосновений я испытываю то, чего никогда прежде не ощущала.
Это мужчина до кончиков ногтей, и нет ни малейших сомнений – он тут главный.
В Джиме есть что-то, что открывает во мне качества, о которых я даже не подозревала. Знаю, он может заполучить любую женщину, какую только пожелает.
«И сейчас он желает меня!»
Между нами определенно возникла «химия», никуда от этого не денешься. Чистая, природная, первородная и всепоглощающая греховная страсть. Стоило Джиму ко мне прикоснуться, как я немедленно поняла – эта ночь будет особенной.
Может, судьба наконец выдала мне козырную карту для разнообразия.
Медленно, не отрывая от меня взгляда, Джим расстегивает молнию на брюках и достает член. Большой и твердый. Моя грудь вздымается и опускается резкими толчками, сердце бьется так, словно вот-вот выскочит наружу. Это происходит со мной наяву?
«О господи!»
Джим начинает медленно мастурбировать, и у меня просто челюсть отваливается от потрясения. Никогда прежде не видела, как мужчина так обращается с членом у кого-то на глазах.
«Черт, ну ни хрена себе! Это уже слишком!»
Он ставит одну ногу на постель. Его мускулы напрягаются, когда рука, сжимающая член, энергично двигается вверх-вниз. Я представляю, что это моя рука, и внутри поднимается волна удовольствия.
Это как будто смотреть порно в реальном времени. Только в сто раз круче.
Какого черта! Что я тут делаю?! Я же хорошая девочка, а хорошие девочки не водятся с такими плохими мальчиками, как Джим.
У нас нет общих знакомых, мы живем в разных городах, и я, наверное, больше никогда его не увижу. Все это дает ощущение неожиданной свободы. Я могу позволить себе быть другой.
«Такой, как он хочет».
Его взгляд прикован ко мне, челюсти сжимаются.
– Иди сюда, Эмили, и возьми его в рот. – Шепот Джима звучит почти угрожающе.
«О господи, да!» Я уже думала, он никогда не попросит. В спешке плюхаюсь на колени, отчаянно желая доставить ему удовольствие.
Мне ничего не известно об этом парне, но точно знаю – я хочу, чтобы наш секс был лучшим из всего, что он когда-нибудь пробовал. Беру в рот член, словно я главная чемпионка по упражнению «глубокая глотка». Крепко сжав рукой основание, помогаю губам, которые уже двигаются в бешеном ритме.
Все это наслаждение длится долго, и мой оргазм наступает, едва я ощущаю вкус первых капель спермы.
– Черт… как же хорошо, – шепчу я, наконец оторвавшись от него. – Я кончила от твоего вкуса.
Он закидывает голову назад и закрывает глаза.
– Голая. Мне надо, чтобы ты была уже наконец голой! – рычит Джим. Он стремительно затаскивает меня на постель, и в одно мгновение юбка и трусы оказываются на полу. Он стягивает блузку через голову и отбрасывает в сторону лифчик. Потом замирает и… медленно, очень медленно обводит глазами обнаженное тело. Его руки прижаты по бокам, он просто пожирает меня взглядом, и я чувствую жар – словно от этого взгляда плавится кожа.
На мгновение жизнь останавливается, и вот я стою перед этим человеком, голая и беззащитная, и жду одобрения.
Какое-то новое, незнакомое прежде ощущение. У меня никогда не было отношений с таким мужчиной – откровенно властным и доминирующим. Его глаза, голос, каждое прикосновение словно напоминают, кто здесь хозяин положения и как я должна быть счастлива ему угодить.
Хочется ответить на этот вызов, и меня тут же охватывает непреодолимое желание доставлять Джиму удовольствие.
Когда наши глаза снова встречаются, меня обжигает его острое желание. Мы погружаемся в пучину животной страсти и нежности. Кажется, я уже успела забыть, как смотрит на женщину мужчина, который желает каждую клеточку ее тела.
– На спину! – приказывает он сквозь зубы.
Мое лицо искажается от страха.
Джим обнимает меня и, держа мою голову руками, целует глубоко и страстно.
– Ну что ты? – выдыхает он.
– Так… так давно со мной этого не было, – задыхаюсь я, шепча в ответ.
– Я позабочусь о тебе, малышка, – мягко произносит Джим, и страхи отступают. Он целует меня, а его язык медленно скользит внутрь открытого рта.
Мои колени подгибаются. Джим нежно укладывает меня на постель и раздвигает ноги. На его лице расплывается улыбка темной животной страсти, и он начинает сверху вниз покрывать мое тело поцелуями.
Пялюсь в потолок, дыхание учащается. Пытаюсь успокоиться – все напрасно. К такому я была не готова, сколько бы ни выпила. Джим поднимает мои ноги и кладет их на свои плечи, сильные и мускулистые. Затем он чуть шире раздвигает мои колени.
Я совершенно распахнута перед ним. Он берет меня без лишних рассуждений и начинает с силой сосать.
Я дергаюсь и вскрикиваю:
– Ай!
Но Джим не дает мне спуску. Да еще засовывает три огромных пальца в вагину и начинает с силой двигать ими туда-сюда.
«Черт!.. Можно хотя бы там полегче, что ли?»
Его язык ласкает клитор, пальцы добираются до точки G. «Черт возьми, что за ад со мной творится?!» Я вся дрожу, тело слабеет, и я делаюсь покорной, как тряпичная кукла.
Этот мужчина просто бог секса.
Ноги на плечах сами собой взлетают вверх, и меня сотрясает от мощнейшего неостановимого оргазма. Он длится лишь пять секунд. «О боже! Какое позорище! Вот где надо было бы блеснуть». Джим удовлетворенно хмыкает, а я закрываю глаза согнутой в локте рукой. Мне стыдно.
Он отнимает мою руку от лица, берет меня за подбородок и притягивает голову совсем близко к своему лицу.
– Не прячься от меня, Эмили, – приказывает Джим. – Никогда.
Я ищу взглядом его глаза. Все это слишком… слишком для меня. Этот парень очень давит.
– Отвечай мне.
– Что ты хочешь услышать? – шепчу я в ответ.
– Скажи «хорошо». Мне нужно знать, что ты меня поняла.
Воздух между нами трещит от напряжения.
– Хорошо, – выдыхаю я. – Поняла.
– Умница девочка, – шепчет он и, наклонившись, целует меня.
Его язык – самый совершенный аппарат для ласк, и мои ноги снова распахиваются сами собой. Джим поднимается и достает из бумажника четыре презерватива. Открыв одну из упаковок, он вручает презерватив мне.
– Надень на него.
Прежде чем сделать это, наклоняюсь к члену, чтобы поцеловать.
– Ты слишком любишь командовать, – говорю я с усмешкой.
Он широко улыбается в ответ и падает на спину, затем тянет меня на себя и прижимает мое лицо к своему.
– Сначала ты меня трахнешь, – тихонько проговаривает он мне прямо в губы. – А потом, когда разогреешься, я трахну тебя.
Мои губы растягиваются в улыбке.
– Я трахаюсь только один раз, мой супермен, а потом сплю как убитая.
В ответ он медленно сексуально улыбается, не отрывая взгляда.
Я уже оседлала огромное тело Джима, и наши поцелуи становятся все более бешеными. Член – тоже огромный – доходит до середины его живота. Джим придерживает его, насаживая сверху мои бедра.
О, какая боль! Его член, он просто гигантский.
– Ой! – всхлипываю я.
– Все хорошо, – шепотом успокаивает меня Джим. – Покачайся немного влево-вправо.
Он берет в ладони мои груди и не отрываясь смотрит на меня восхищенным взглядом.
Я улыбаюсь, глядя на него сверху вниз.
– Что?
– Как только я тебя увидел в самолете, сразу же захотел, чтобы ты оседлала мой член.
Я хихикаю.
– Ты всегда получаешь желаемое?
– Всегда. – Он хватает меня за бедра и притягивает вниз. Мы с наслаждением впиваемся в губы друг друга бешеным поцелуем.
«О… он такой…»
– У тебя так тесно, – выдавливает он.
Наши глаза закрыты. Джим медленно двигает меня вверх-вниз, и я чувствую, как набухает каждая вена на его мощном орудии.
Он чуть приоткрывает глаза. Наклоняюсь и мягко его целую.
– Знаешь, как классно чувствовать тебя внутри? – шепчу я и нежно облизываю полураскрытые губы Джима.
Он закатывает глаза.
– Ты вся одна горячая…
Джим сжимает меня бедрами, чуть приподнимает и с силой насаживает на член, и я громко смеюсь от всепоглощающего удовольствия. Кажется, я переполнена до краев и вот-вот кончу.
– Боооже, Джим, хочу, чтобы ты залил меня всю, – выговариваю я с громким стоном. – Отдайся мне целиком.
Мне нравится, когда он теряет контроль над собой. Это сводит с ума. Продолжая бешено скакать на нем, я словно попадаю в какую-то другую реальность. Впиваюсь губами в его шею и с силой всасываю плоть.
Он громко шипит, и я понимаю, что он больше не контролирует свои чувства. Джим бросает меня рядом с собой на спину. Поднимает мои ноги себе на плечи и глубоко входит – так глубоко, что от толчков воздух сжимается в легких.
Я улыбаюсь. Ах вот как? Значит, ему нравится грубая игра? Как выясняется, я в этом большой спец.
«Игра начинается!»
Я держу его лицо в ладонях.
– Господи, какой же у тебя восхитительный член. Он изнемогает по мне, да, малыш? – Со всей силой сжимаю бедрами его тело. – Чувствую, как член пульсирует внутри.
Джим растягивает губы в сексуальной улыбочке и продолжает терзать меня мощными толчками.
– Сейчас я сорву презерватив и спущу в твой грязный ротик. Готовься!
– Это пожалуйста! – смеюсь я.
Джим начинает двигаться еще интенсивнее, и вдруг в момент какого-то идеального просветления он поворачивает голову и нежно целует мою лодыжку. Мы смотрим друг на друга не отрываясь, и что-то глубоко интимное, какая-то невероятная близость охватывает нас. Такая близость, которой не может существовать, едва мы вынырнем в реальность.
– Не смотри на меня так, – шепчу я, чтобы разрушить серьезность момента, – или получишь еще один засос.
Он округляет глаза.
– Мне бы не хотелось получить еще один засос, Эмили.
Я с громким смехом слежу за тем, как на его шее взбухает рубец кровавого цвета. «Какого черта?!» Кажется, я начиталась книжек про вампиров.
– Тебя что, мамочка заругает? – поддразниваю я Джима.
Он тоже хохочет и снова энергично ввинчивается в меня, достигая той самой правильной точки. Я не могу удержаться от громкого стона. Ааа… Этот мужчина умеет обращаться с женским телом.
Каждое прикосновение попадает куда нужно и действует просто магически. Он точно знает, как сделать, чтобы меня разрывало от страсти. Он снова берется за мои бедра, поднимает их повыше и начинает вкручиваться все глубже и глубже, и тело само реагирует в ответ – да, я вот-вот кончу. Бешеный оргазм.
– Трахай же меня! – выкрикиваю я с мольбой. – Дай же мне, дай мне твой восхитительный член! Сильнее! – Стон. – Еще сильнее!
Его глаза закрыты от удовольствия, он двигается ритмично и быстро.
Я крепче обнимаю его, и волна оргазма накрывает меня. Джим удерживает член глубоко внутри и с громким криком вжимается мне в шею, и я чувствую мощное извержение.
Мы лежим, не отрываясь друг от друга, и тяжело дышим, оба насквозь мокрые от пота. Наши сердца бешено бьются, их ритм сливается. Джим улыбается, словно что-то вспомнив.
– Что?
– Добро пожаловать в «Элитный клуб Майлза», Эмили!
Я хихикаю, чмокаю его в щеку и заявляю:
– «Летайте только первым классом!»
Джим стоит рядом и снова награждает меня сексуальной улыбкой. Он разглядывает мое тело сверху донизу. Я лежу совершенно голая, а он одет, и его сумка стоит запакованная у двери.
– Мне пора, – говорит он.
Тут же корчу притворную гримасу и протягиваю к нему руки.
– Оо, пожалуйста, не бросай меня! – начинаю я по-детски хныкать, дразня его.
Джим усмехается и, наклонившись, снова обнимает меня. В последний раз.
В Нью-Йорк мы возвращаемся разными рейсами. Его самолет улетает ранним утром, а мой – позже. Джим мягко целует меня напоследок и шепчет:
– Какая ночь!
Я улыбаюсь, а он склоняет голову к моей шее и двигается от изгиба к ключице, слегка покусывая кожу.
– Не смогу ходить нормально целый месяц, – я делаю вид, что ворчу. – Может, даже целый год.
Джим наклоняется и кусает мои соски так больно, что я подскакиваю.
Он снова идет к двери и опять возвращается. Наши глаза встречаются.