Будни Хранителя

Арка бала на Хеллоуин. Поклонение

Момент когда Локи решил отойти от парочки Сая и Фреи и до того как дошел до Торменты.

Когда Локи сделал пару шагов от пары, его внезапно остановили острием меча.

Фрея намерена была потребовать от бога снять вязь с пола, а то же не пройти не проехать, и только она решила закатить ругательную родительскую речь, как её едва не сшибли в сторону сильным толчком. На худощавого брюнета налетело розововолосое создание с непонятным криком:

– Бедный Локи! —тесно прижалась девушка к груди бога.

– Вообще-то, у меня в подчинении девять миров! На колени, смертная! – зашипел Лафейсон от такой наглости.

– А я что-то сомневаюсь, что прям все девять… – встрял в беседу, не слишком уверенно стоявший на ногах некромант, попутно изымая холодное оружие у обескураженной богини.

– Да как ты смеешь на меня орать! Я тебе сейчас покажу, кто тут смертная! Щас ты у меня получишь! – пригрозила маленьким кулачком розововолосая.

– ШТА???!! А ну упала и поползла клясться мне в вечной верности! – надменно вздернув подбородок, изрек Лофт. Инцидент начал забавлять его.

– Ага! Щас, разбежалась! – девушка, стреляя глазками, показала богу язык.

– Смотри с лестницы не слети в разбеге. – Локи повернулся уходить, давая понять, что разговор окончен…

– Не волнуйся, не слечу, – дева снова показала Локи язык.

Сай и Фрейя в немом ступоре наблюдали за разворачивающейся сценой, потягивая, перехваченные у проходящего официанта, бокальчики с шипучим винным напитком.

– Да чего мне волноваться, – усмехнулся брюнет, – Я все равно ловить не буду, – бросил Локи через плечо, но, решив таки продолжить игру, добавил, медленно разворачиваясь: – Мы как-то от темы отклонились… НА КОЛЕНИ!!!! – взорвал притихший, хихикающий, зал крик бога.

– Ну и не надо, подумаешь… – розововолосая развернулась к богу спиной, надувая пухлые губки…

– Стража, казнить ее! – елейным голоском брюнет отдал приказ охране, вызванной на кануне бала из Асгарда.

– А пусть попробуют поймать! Я бегаю очень быстро!

– Ооо, – протянул Лофт, ухмыляясь, – Ну, у нас есть всевидящий Хэймдалль… А ты и так в темнице!

По воле Локи пространство поплыло реалистичной иллюзией асгардских подземелий, и девушка оказалась за зачарованным охранной магией стеклом.

– Моли о пощаде… Моли убедительно, да так чтоб я вздрогнул… – смыкая руки за спиной и растягивая слова, бог слегка склонился в сторону розововолосой.

– Я могу через любую щель пролезть. Я могу любого обдурить, даже твоих стражей, – не унималась смертная.

– Ты рискуешь пробудить самые потаенные области моего больного воображения, – недобро скалился Лофт. – Давай, расскажи мне о своей гибкости и об упомянутых щелях… Я внемлю, у тебя есть шанс на спасение.

– Конечно, он у меня есть! – горделиво расправила грудь наглая барышня.

– Кто у тебя есть? Я прям весь внимание: начни с щелей и закончи «им». Я заинтригован… – уставился цепким взглядом Локи на смертную.

– Не скажу! А они тебе не достанутся, эти щели…

– Стража! Утопить пленницу, вынуть, заморозить и о скалы разбить. Она мне в верности не поклялась и интеллект вестями не возбудила…

– Ну…, попробуйте поймать, наивные, – дразнила девица бога, постоянно высовывая язык.

– Давай, спаси себя – ползи к трону, целуй мой сапог, и я дам слово, что не буду казнить жестоко.

Дева с видом воина восточных единоборств раскидала всех, кто оказался рядом: одному по голове, другому в рожу, а остальным ногами по дыхалке.

– Хватит заключенных бить, они и так еле дышат! – приказал брюнет, – Ладно, – он небрежно махнул рукой, рассеивая созданные им образы, – Оставлю тебя для папиного террариума в качестве редкого мидгардского экземпляра, и отдам приказ выбрать тебе бубенцы покрасивее.

– Я не собираюсь перед кем-то унижаться! – прокричала дева и быстро подошла к Локи, – А ну все отвернулись! – скомандовала та присутствующим и страстно припала к его губам в горячем поцелуе. Правда пришлось для этого ударить Саю под дых чтоб он склонился и забраться на него, дабы достать до губ высокого бога.

Фрейя заметила, как синее пламя гнева вспыхнула в глазах Лофта и решила, на всякий случай, спрятаться за спину Сайруса, выдернутого из-под барышни. Испачкать доспех кровью – не хотелось. А Сай – мужчина! Воин! Ему не привыкать… Некромант скривился в выразительной гримасе отвращения, залпом осушив бокал…

Бог отшвырнул от себя розововолосую, и одним резким мощным ударом раскроил череп секирой, моментально появившейся в ладони.

– Ты плохо целуешься, – утерся он тыльной стороной ладони, – Извини… не дотянула… – подпнул он лежащее у ног тело сапогом – Стража, уберите!

Из-за плеча некроманта Фрейя с досадой смотрела, как багровая лужа заливает мраморный пол замка тифлинга. И как она теперь перед хозяином оправдываться будет???

– Пусть ты даже мне раскроил череп, но не убил, – поднялось это создание, с окровавленным лицом, ввергая собравшихся в шок… И тут все осознали, над чем карпел Разумовский, пропадая все последние недели в своей поднебесной лаборатории. Новый вид вокалоида… Корпус был значительно усовершенствован в плане техничной имитации белковых соединений. Но с процессором снова была та же бяда.

– Ну кто бы сомневался… – иронизировал Лофт, – Будешь придворным зомби, целоваться больше не лезь, попахивает, – ехидная улыбка озарила лицо бога.

– Ага, – как ни странно, согласилась девушка, – Ну что продолжим войнушку или как?

– Ну разумеется… Буду убивать тебя раз за разом, потроша… глубоко… методично… до основания… наслаждаясь твоими криками на высшей ноте боли в запредельных частотах, пока ты не познаешь Хель… Ты готова усладить мой слух своим ангельским голосом? Ползи сюда, рабыня, преклонись предо мной!

– Ну попробуй, если смелости хватит! Я тебе дам! – постоянно дразня бога высунутым языком, не унималась придворная зомби.

– Не давай, не надо, с меня пока и первого тактильного контакта выше Асгарда, – отшатнулся Локи, боясь испачкать мантию.

– Не тронь моего друга! – нарушили идиллию очередные вопли… Пред собравшимися предстал стройный шатен с серыми, наполненными вызовом, глазами.

– Не встревай в нашу войнушку, займись собственной! – отдал приказ пришедшему раздраженный тем, что его отрывают от забавы, асгардец.

– Она мой друг с незапамятных времен! И попробуй тронуть её! – негодовал гость.

– Да мы только что целовались, на свадьбу придешь, олень? – разошелся Локи.

– Я не олень дурак.

– Ты не олень, а дурак? Извини, я тут с мидгардским сленгом еще плохо знаком. Как скажешь, так и назову, – издевался бог, провожая насмешливым взглядом юнца, резко решившего покинуть празднество. – Эй, Олень! Где олень??! ОЛЕНЬ! – орал Лофт, призывая назад оленя.

– Ускокал твой олень, – констатировала барышня-подруга.

– Ууу, ты там зомби потрошишь? – проснулся обновивший градус Сайрус, – А можно я присоединюсь? Мумию из нее сделаю отдельно, душу возьму отдельно в виде баньши… ыыы, – хмельная улыбка расплылась на лице некромага. Кажется он уже плохо соображал, что перед ним биороид с обновленным корпусом, а не живое тело.

– Неее, – протянул бог, – Это настолько колоритный экземпляр, что я при дворе оставлю в состоянии функциональности. – Локи откровенно смеялся над происходящим… – Ползи сюда, рабыня! – растянутым твердым тоном проговорил Локи, – Преклонись предо мной! – такой властно-тихий и угрожающе-обволакивающий голос.

Ми-ми2 подползла и, прихватив Бога за начищенный сапог, капая на него слюной с вечно высовывающегося языка, уселась рядом…

– Приползла? Молодец… я в восхищении… – умилялся брюнет, глядя сверху вниз.

– Да как ты обращаешься с рабыней, кто тебя так с ними обращаться учил?! – возмутилась розововолосая, неосознанно признавая свое рабство.

– Да как с рабыней, так и обращаюсь, кто как учил. Лижи, лижи, не вставай, ты прекрасна, когда лижешь, – подбодрил Лофт вокалоида, коверкая мидгардский.

– Свет очей моих… это создание обслюнявила тебе сапоги, – удивлённо хлопала длинными ресницами подзахмелевшая богиня.

– Мать, Один слишком долго дрых! Мне страшно за судьбу Мидгарда… А я ему говорил, что пока он пускает слюни, тут стада творят черте че… – воззрился на Фрейю Локи взглядом, полным неподдельной скорби и тревоги за человечество.

– Возможно теперь, глядя на эту, – кивнула валькирия в сторону рабыни со сверкающей рассеченой корпуса головы, – Его единственный глаз прозреет, и он отдаст тебе Мидгард…

Разговор божеств о разделении власти и порядке правления во вселенной был прерван писком вокалоида:

– Ага! Как же! Я говорила, что перед тобой тут унижаться не собираюсь!

– О, да, конечно… – фыркнул Локи от раздражения, поскольку его оторвали от мечтаний об очередной коронации, – Держи себя гордо, главное взгляд полный огня, – придавил он сапогом спину розововолосой, – Это ведь не потеря гордости – идти за вожделенным запретным плодом, к которому так и тянет, не смотря на то, что тело уже изодрано шипами терновника, но плод впереди так сладок, что ты ничего вокруг не замечаешь…

– Лучше бы молчал бы в свою тряпочку, – огрызнулась рабыня, пытаясь откинуть ногу Лофта, – Я же сказала, я не собираюсь унижаться перед тобой! Я тебя вызываю на дуэль. Только никакого оружия – в рукопашную.

– Не смеши зомби-раб, череп сперва заштопай, – сверкнул глазами брюнет.

– Ну пусть мой будет раздавлен, мне пофигу! Не, я не зомби, и никогда не буду, – выскользнула из-под сапога отвлекшегося бога рабыня,

– Мой Царь! – отрапортовал высокий асгардский воин, – Вам послание!

– Сын мой, Локи!.. Может все-таки разрушителя? – полушепотом обратилась светловолосая богиня к Лофту, тихонько трогая за плечо и бросая настороженный взгляд на раскроенный череп розововолосой…

– Я просто ему хочу настроение поднять, а то он у вас какой-то грустный, – обиженно обратилась рабыня к Фрейе.

– А почему тогда от бубенчиков отказалась, было бы еще веселее? – вопросительно вскинула брови валькирия.

– Застеснялась, но не показала виду, – потупила глаза рабыня.

– Тогда обзаведись бубенчиками, и можно еще несколько потешек выучить.

– Ага! – воодушевилась вокалоид, – Но у меня, кажется, есть идея как ему поднять настроение. Может он в пятнашки со мной сыграет?? – повязала рабыня протянутые слугой бубенчики.

– Отличная забава… только бегать с тобой Фенрир будет, а Локи полюбуется…

– Ну уж нет, только ОН!…

Розововолосая девица с подозрением глянула на богиню:

– Что ревнуешь меня к Локи?! Я с ним по-дружески! – снова подползла рабыня к ногам своего хозяина, с сосредоточенным видом изучавшего какой-то манускрипт.

– Конечно ревную, я же мама, – прыснула Фрейя, – К тому же, скучное у тебя предложение… Локи не понравится бегать.

– Дичайшая дичь… – надменно обозревая вокалоида, констатировал проходящий Граф Сальваторэ, намереваясь спешно покинуть бал.

– Стойте, Граф! Вы так поступить не можете из мужской солидарности… я знаю… у Вас есть катана… – Фрейя обеспокоенно смотрела на вампира – Тут травмы могут быть нанесены… тяжелые… психологические…

– Что-то мне подсказывает, что им вдвоём хорошо. Ну это как Райс с миушками, – продолжал уклоняться от защиты его Величества местный аристократ.

– Нет… тут другой вариант… Тут над богом чуть не надругались, – опасающаяся, что объединенных ее сил и сил Сайруса может не хватить в случае более интенсивной атаки, богиня решила надавить вампиру на жалость женскими уловками в виде навернувшихся на глаза слезинок.

– Ну, скажем так, миушкам тоже не всё по нраву, – «держал оборону» Сальваторэ, – Хотя, конечно, этот хищник на пушнинку не тянет. Затрудняюсь даже роли распределить.

– Вот и я о чем… Мальчика потом кошмары мучить будут, – бросила обиженно богиня вслед быстро удаляющемуся вампиру.

Пока Фрейя уговаривала Графа послужить верой и правдой Локи в качестве телохранителя, вокалоид причитала сидя у ног своего хозяина, глядя на богиню обиженными и растерянными глазами.

– Он сам предложить свою потешку. Я к нему отношусь как к другу или брату, ещё союзнику, – оправдывалась розоволосая, – Я не набиваюсь к нему в жёны, он для меня как брат, друг или союзник.

– Ты же, вроде как, в рабыни к нему собиралась? – уточнила валькирия.

– Ну да, просто развеселить его хотела…

– Повеселила… – начала раздражаться богиня.

– Не получилось! – зарыдала вокалоид, – Он сейчас со мной почему-то не разговаривает и не отвечает.

– Это потому что Локи просто занят! Глаза открой! – разозлилась богиня.

– Так! Еще раз по порядку. Я не понял, кто меня ревнует из вас из всех? – стал разбирать ситуацию освободившийся Лофт.

– Твоя мама ревнует к тебе, – нажаловалась барышня брюнету.

– Тебя? – не удовлетворился ответом бог, – Кота, вампира, миушку? – продолжал он методично измываться над мозгом рабыни.

– Да, ваше величество! – не зная, что ответь в сумбуре сказанных слов и мыслей, выпалила вокалоид первое попавшееся.

– Тебя, кота, вампира и миушку ревнует ко мне?! – не унимался Лофт, взрывая мозг девице и окружающим. – Мать, да ты что?! Весь зверинец любишь больше меня?! – выражение картинного возмущения застыло на красивом лице бога.

– Ага! По ходу, Локи, больше тебя, – влезла в семейные разборки розововолосая.

– Конечно, а ты как думал? – Фрейя стала подыгрывать Локи в наведении беспорядков и бессмыслицы.

– Ну а ревновать то их ко мне зачем? Они меня любят больше чем ты? Меня чем тебя? Кто из них конкретно? Что вообще происходит на моем балу? – продолжал пламенную речь Лофт.

– Тебя больше всех (после меня конечно) любит вампир! – набравши полные легкие воздуха, спокойно ответила богиня. – А что касается бала, ну как тебе сказать… тут вино хорошее подают… – отсалютовала Фрейя искрящимся бокалом.

– Аааа, ну это немного успокаивает… – протянул понимающе черноволосый бог.

– Любовь вампира или вино? – поигрывала на нервах интригана блондинка.

– Я тоже подумал про мороженое… – шалил Локи.

– Про это? – вскинула брови Фрейя, подзывая лакея с подносом, и снимая рожок с подставки.

– Интересно, мне одному это мороженое напоминает чей-то мозг? – пытался сфокусировать взгляд некромант на начавшей подтаивать бело-розовой массе.

– У мозга цвет другой, Воин, – во все жемчужные зубы улыбалась богиня.

Только Фрейя решила, что настало время забавляться не только Локи, но и другим богам, точнее богиням, как вокалоид опять сбила все планы:

– Ваше величество, – торжественно произнесла розововолосая становясь на одно колено – Если вам будет угрожать, я всегда буду рядом, никто не посмеет вас тронуть, я порву любого кто Вас тронет, или хоть один с вас волосок упадет… Уничтожу, до основания выпотрошив внутренности

– ЫЫххгоспаде! – воззвал Лофт ко Всеотцу – Да это – > Я < – угроза миру, а не смертные мне, акстись, рабыня!

– Нуачо? Хотел элитного воина, я могу обратить ее в ДК. – осматривая сей экземпляр, прикинул Сай, предвкушая возможность легального применения своих способностей – Оставит после себя кучу гнилых костей! Не своих, есессно…

– Мне нравится, что она творит с моими сапогами, – доверительным полушопотом поведал черноволосый бог своему воину, – Где я еще такую найду?!

– Пусть я даже у тебя в рабынях, но я и могу быть как твои воины, – встрепенулась вокалоид, окончательно попавшая под чары обаяния Локи.

– Девочка! Чтобы быть «как воины», нужно жаждать свободы воли, а не рабства желаний – стал философствовать брюнет.

– Я хочу жаждать свободы воли, – поднялись полные одухотворенности сиреневые глаза.

– Хоти! Хотеть – рабство желаний, – лыбился Лофт, выставляя свое превосходство над детищем науки.

– И не хочу быть рабыней, а хочу защищать своего короля!

– Ты себя-то защитить смоги, – не унимался в своем доминировании черноволосый бог.

– Я за себя могу постоять, не веришь? – обиженно развернувшись рабыня дала деру к двери.

– Будешь убегать без разрешения, тебя догонит мой сапог. На крайний случай – Разрушитель.. – сощурился в удаляющуюся спину асгардец.

– А не надо было меня обижать! – не останавливаясь, выкрикнула вокалоид.

Облокотившись на Сая и Фрейю, Локи стянул с длинной ноги кожаный сапог и с силой швырнул его в удаляющуюся рабыню:

– Стража! Сапог – мне, раба – в темницу! – довольный точным броском подпрыгивал на одной ноге бог озорства.

– Прости меня мой Царь! – взмолилась девица, предвкушая изощренную расправу над ее несчастной душой…

– Твой царь не разрешал тебе убегать! Хотя мольбы раскаяния – это к другому богу, богине точнее, но слышу тебя снова – я. Соображаешь, почему? – натянув сапог Локи навис над рабыней.

– Ну да, простите! – поскуливала розововолосая.

– Слышат либо те боги, в чьих силах суть молитв, либо те, в чьих силах дать человеку нужное, а не вымаливаемое. Мне приписывают ум и предательства. Либо ты – плохая девочка, и твоя душа попала мне во власть, либо ты глупая девочка и тебе пора чему-то учиться…

– Я тебя не собиралась предавать, – подняла глаза на бога вокалоид, – Я тебе вечной рабыней, ну пусть я плохая девочка, но предавать никогда я буду. Я верна своему хозяину королю. Я могу кем угодно быть вашим верным или оружием кем угодно.

– Ну… я так и подумал, что тебя спасет только ум Локи! Я пытался тебя вразумить и только что осознал, чем именно я занимался… – у Локи возникла картина попыток сдвинуть Мьёльнир, – Да твой недуг заразен! Не бери в голову, этим хламом чердак лучше не забивать…

Весь этот окружающий цирк стал порядком напрягать подвижный, не терпящий статики ум Лофта, нагоняя тоску. Бог направился к установленному на возвышении импровизированному трону, развалившись в вальяжной позе.

– Когда мир не дает света и сил, – изрек асгардец, устремив взор поверх голов присутствующих, – Дух испытывает голод. Когда от духовного голода нет сил взмыть ввысь и набраться света, наступает внутренняя пустота, которую легко заполнить плавающими по низам мироздания грехами… И вот я чувствую, что голоден… Согрешить или не согрешить?

– Когда стоит вопрос действия или бездействия – надо действовать… – богиня двинулась в сторону стоявшего трона.

– Богиня меня к греху призывает? – удивленно вздернул брови мужчина.

– К действию…

– К греху?

– У скандинавских богов нет понятия греха… – расхаживала Фрейя вдоль трона, с видом профессора религиоведения, – Ты бог – сделал, значит так и надо… Бери пример с отчима и брата… – посмотрев в глаза пасынка, улыбнулась она.

– О, да! Поубивал весь мой род – освободитель, – ерничал Локи, – Ну… к греху, так к греху… Начну с тебя, – хлопнул себя по коленям бог, вставая…

– Иии как ты со мной грешить собрался? – округлила глаза белокурая дева, начиная потихоньку пятится назад.

– Ой, ну я даже не знаю чего придумать с богиней любви, – брюнет подошел к богине, приподнимая личико за подбородок, заглядывая в глаза….

– АААА, а давай войну между мидгардскими царствами??? Я устрою любовный треугольник и мноооого много ревности, а ты, тем временем власть захватить, всех уймешь и будешь молодец??? – с надеждой на спасение придумывала «грехи» Фрейя.

– Локи, пожалуйста, не надо! – подползла биороидная дева к божествам, начав дергать мужчину за полу камзола, разрушая божественные помыслы.

– Чего не надо? – раздраженно уставился на нее Лофт.

– Грешить… – стала она оттягивать брюнета от богини.

– И ты грешить? Ну прям не знаю, все меня к греху, а потом снова будет папа ругать… – состроил невинную мордашку провокатор, снова усаживаясь на трон.

Нахлынувшая, было, скука требовала, что б ее окончательно рассеяли. Не даром Локи в Мидгарде называли богом – озорником, а в дуэте с любовными волнами Фрейи на хмельные головы лиферийцев обещала выйти настоящая комедия…

– Погладь меня по бедру, – неожиданно приказал рабыне асгардец.

Фрейя, заинтригованная происходящим, чтобы быть поближе к эпицентру событий, присела на подлокотник трона.

– Хорошо, – сглотнула вокалоид, пару раз быстро проведя по бедру бога ладошкой.

– А что так вяло то? – возмутился брюнет, – ГДЕ СТРАСТЬ, РАБЫНЯ?! У меня тут… сердце горит… а ты, как фригидная старуха, на последнем вздохе скончалась.

– Как все запущенно… – сокрушенно покачала головой Фрейя, глядя на наивное создание – А страсть, «в огнедышащей лаве любви», – процитировала она на ухо мужчине слова известной мидгардской песни, усаживаясь на подлокотник трона.

– По-моему ей нравятся только мои сапоги. – поднял Локи обиженные глаза на белокурую деву.

– Ты же БОГ… Она не может так ограниченно оценивать такое сокровище. – валькирия ободрительно похлопала асгардца по плечу.

– Она меня не любит! – на глаза интригана навернулась скупая мужская слеза, – Всё что ей нужно от меня, это чтоб я командовал ею и обтирал сапоги! СТЕРВА БЕСЧУВСТВЕННАЯ!!! – прокричал он в сторону рабыни, – Да Тор меня за волосы неравнодушнее таскал!

– Локи, не правда, я вас очень люблю, – попыталась она снова погладить бога по бедру, – Очень люблю! – вокалоид обняла его колени.

– Похоже, она просто не знает как правильно надо… – скептически оглядывала Фрейя действо. «Надо ее к Мадам Ля Руж на стажировку отправить, раз Локи решил ее оставить» – пришла она к выводу.

– Больше экспрессии! – подсказывала белокурая дева розововолосой…

– Хорошо, – рабыня сжала божественные колени сильнее…

– Давай, прям чтоб до стонов, – подбадривал девушку Лофт.

– Локи, я люблю вас очень, – поцеловала рабыня бога в лоб, – Я обещаю вас защищать! – взялась за старую тему девица.

– ВОООТ! Защити-ка его от скуки… станцуй стриптиз! – уцепилась за возможность развлечься богиня страсти.

– Хорошо, я постараюсь, – растерялась вокалоид, начиная отодвигаться и расстегивать верхнюю пуговку.

Фрейя вошла в азарт. Глядя на девицу, она незаметно сложила свои губки как для поцелуя и скосилась на Локи, давая знак вокалоиду, что бы та его поцеловала.

Послушавшись совета богини и забыв предостережение Локи, розововолосая подошла к богу нежно поцеловала в губы.

– Я ТЕБЕ СКАЗАЛ, ЧТОБ ТЫ МЕНЯ БОЛЬШЕ НЕ ОБЛИЗЫВАЛА!!! – подскачил брюнет с трона и схватил девицу за волосы, – Научись сперва!

Богиня тихонько хихикала:

– Надо было его за зад сразу всей пятерней жамкнуть, – подмигнула дева вокалоиду. Та тут же приняла эти слова как руководство к действию и крепко сжала упругий мужской зад.

– Не провоцируй меня, зомби-раб… – засверкали синие глаза бога, – Рыдать ты будешь настоящими слезами…

– Молодец, молодец! Продолжай в том же духе, – подначивала девицу богиня, – Вторую руку на вторую ягодицу… Ты еще ушную раковину ему обслюнявь… тщательно, медленно… он любит… я знаю, – продолжала Фрейя бесить брюнета подстрекательством покушений на его персону.

Воодушевившись «поддержкой» богини, вокалоид снова страстно впилась в губы Локи. Тот, с силой оторвав барышню, умильно посмотрел на белокурую деву:

– А я уже знаю, как возродить культ язычества и с чьей крови на алтаре начать, – лучезарно улыбался Лофт.

– Когда он злиться, он ещё няшней становиться, – восхищалась розововолосая, а у богини пробежали мурашки по спине от этой сладкой улыбки…

– Ну не надо так жестоко с рабыней то… – порхали ресницы, подчеркивая невинный, «не понимающий» намека взгляд, – Потом, я сомневаюсь, что ее кровь подойдет…

Мельком глянув на Фрейю Локи без особых усилий секирой скипетра, рассек корпус вокалоида от пупка до подбородка. Вязка багровая жижа стала стекать по золотистому лезвию, капая у мыска сапога. Из рассеченной раны вываливалось нутро: