Источник Равновесия

Когда-то давно, за много лет до моего рождения, Шехское королевство было небольшим княжеством посреди равнины. Ничем не примечательное, обычное, растянувшееся змеей вдоль русла реки Шехты. По имени реки стали звать и княжество. Верили в те времена на равнине в Идиз – двух богинь, мать и дочь. Славное было время, мирное. Нам не ведомо, откуда появился в тех землях первый посланец Единого. Говорят, он посулил тамошнему князю великую силу взамен на поклонение своему богу. Князь подумал, созвал всю свою семью и с ними вместе ступил под сень новой веры. Князь был мудр, а потому вытребовал у посланца обещанное могущество не только себе, но и своим потомкам по мужской линии. И мирный уклад равнинных земель рухнул.

Первые княжества, на которые замахнулся будущий король, даже не поняли, как оказались разбиты в пух и прах. Их соседи, объединившись, противостояли захватчику чуть дольше – около двух лет. Но и их силы пали. Так продолжалось долгое десятилетие, пока не осталось на равнине всего тринадцать свободных княжеств вдоль морского берега. Остальные собрал под железной пятой новоявленный король Шехии. Семьи старых князей умертвил, алчущих власти приблизил к себе, создав режионы, народу же представил заветы нового бога, приказав любить его и почитать, как следует. Несколько раз поднимались непокорные, стремясь освободиться из-под гнета захватчика, но… исчезали бесследно, сметенные странной, нечеловеческой силой короля.

Вскоре бунтовщиков не осталось вовсе. Простому люду не так и важно, перед кем гнуть спину, и кто из богов слушает их мольбы. Король был мудр при всех своих недостатках, потому ввел равный налог для всех присоединенных земель, который оказался ровно вполовину ниже тех, что приходилось платить людям своим прежним властителям. Чернь стала на сторону короля, став его лучшими шпионами. Стоило только благородным задуматься о перевороте, как их собственные слуги тут же доносили на хозяев. Жизнь текла своим чередом, сменялись поколения, о божественном даре роду первого короля вскоре стали забывать. Не думала я, что когда-нибудь так близко увижу след божеского касания.

В безмолвной тишине, куполом накрывшей Ярмарку, мелькали то тут, то там черные плащи воинов в масках. Йозеф по-прежнему сидел, подпирая спиной дверцу кареты. Я посмотрела на трущих глазенки детей, молча вручила им оторванный ворох чистых нижних юбок вместо одеяла, оставив себе только верхнее платье, и вышла. Обошла карету с бездумно жующим мясной пирог кучером, присела рядом с королем.

– Йозеф…

– А? – он открыл глаза и повернул голову в мою сторону. Я поежилась, наткнувшись на такой же черный взгляд, как и у его старшего брата, но продолжила.

– Йозеф… одолжи кинжал ненадолго?

Тот смешно вскинул обе брови домиком, но запрошенный предмет выдал, отстегнув с пояса ножны. Я критически осмотрела лезвие, ткнула острием палец – вдруг ножик для красоты висел? – и довольно хмыкнув, резким жестом полоснула по шву натянутой ткани платья ниже середины бедра. Потом сделала то же самое с другой стороны, по очереди собрала получившиеся спереди и сзади полотнища и обрезала на ладонь выше колен.

– Благодарю, – протянула кинжал королю, только сейчас обратив внимание на его раскрытый в изумлении рот и быстро пунцовеющие щеки.

– А… Тайя… Зачем ты это сделала? – наконец, выдавил он, с усилием удерживая взгляд на моем лице. – Тебе не понравилось платье?

– Понравилось. Но я его испортила, пока общалась с тем торговцем, – я смутилась, поняв, как странно мой поступок выглядел со стороны. – Вот, решила превратить его в более привычный мне наряд, раз уж все равно выкинуть придется.

– Гм… Я понял. Тайя… У вас все девушки носят такие… – он щелкнул пальцами, подыскивая слово, в итоге указав рукой на мои ноги.

– О, тебя смущают мои штаны? Это часть нашего костюма, принятого для верховой езды.

Йозеф сглотнул и нервно улыбнулся. Слава ветрам, в этот момент вокруг нас стали появляться люди в масках. Некоторые из них держали в руках свитки, некоторые – свертки с товарами, а шестеро последних обнимали за плечи исхудавших, грязных зеленоволосых детишек того же возраста, что и мои найденыши.

– Ваше величество, советник ожидает вас в… – говорящий споткнулся, покосился на меня, на заморенных и перепуганных детей, и закончил совсем другими словами, – на нижних этажах дворца. Виновных доставили вместе с ним.

Йозеф помедлил, разглядывая нечто видимое лишь ему одному на затянутом облаками небе.

– Возвращайтесь во дворец. Найденных детей доставить к лекарям, отмыть, накормить и переодеть. В карете еще трое, заберите с собой. Советнику передайте, пусть начнет без меня. Вернусь к вечеру.

Главный среди масочников кивнул и бросил отрывистую команду остальным. Дверь кареты распахнулась, спящих крепким сном детей осторожно подхватили сильные руки и тут же исчезли со своей ношей в черном вихре. Я подскочила к оставшимся малышам, дрожащим от страха.

– Тшшшш, все хорошо, маленькие. Плохие люди наказаны. Вы скоро будете дома.

– Салхина… – распахнул ярко-синие глаза мальчонка лет пяти и расслабленно улыбнулся, что-то прошелестев остальным. Масочники переглянулись, подняли притихших малышей на руки и тоже исчезли в вихрях. Безмолвие спало, наполнив мир щебетом птиц и гомоном людских голосов.

– Продолжим прогулку, Тайя? – Йозеф стоял, покачиваясь с пятки на носок, за моей спиной. Вновь зеленые глаза озорно поблескивали. Казалось, и не было здесь жутких масочников и выкраденных детей чуждого людям народа.

Мы подпрыгнули на втором бортике, отделяющем Ярмарку от более бедной части города.

– Что это было? – осмелилась я задать давно назревавший вопрос. – Что за воины в масках? Это и есть ваши демоны, именем которых шехи проклинают?

Молодой король поперхнулся невесть где найденным пирогом, поспешно стряхнул крошки с одежды и улыбнулся.

– Нет, Тайя, нет. Демоны противны нашему богу и опасны для души человека. Это всего лишь дрегори, особый отряд королевской стражи.

– Они маги? – живо вспомнились сказки о кровожадных волшебниках, живущих на равнине и приходящих к своим жертвам по ночам – испить жизненной силы.

– Сохрани Единый, – король провел в воздухе перед своим лицом черту. – Дрегори – обычные люди, преданные королевской семье. То, что ты видела – отголоски дара, которым владеют все мужчины нашего рода. Подробностей, уж извини, не скажу, тайна рода.

– Но если ваша семья перестанет быть королевской, дар перейдет к тому, кого признает Источник?

– Нет, – усмехнулся Йозеф, мечтательно щурясь. – Пусть лорды и одержимы мыслями об обретении королевского могущества, дарованного Единым. Никому, кроме членов семьи ден Поль, дар не достанется. Он дан нам, пока родятся сыновья в семье первого короля.

Я удовлетворенно кивнула. Откровенность юноши слегка смущала, но… Того, что я увидела и услышала за короткое время в королевстве, за глаза хватит наставникам торола Змей, чтобы понять, какой дар получили правители Шехии от своего бога.

Мы проехали по узким улочкам нижнего города, выбравшись через скрипучие ворота за стену. Что меня поразило больше всего, так это радость, с которой встречали карету короля простые люди. Они вставали на обочинах, махали руками, выкрикивали пожелания счастья и удачи, слова поддержки. Пару раз мы останавливались, потому как на дорогу выскакивали просители, смущенно комкающие мокрые от дождя шапки. Йозеф, не задумываясь, тут же выходил к людям, внимательно слушал жалобы и просьбы, успокаивал, обещал разобраться. Одной изможденной женщине отдал свой поясной кошель, чумазому малышу подарил прикупленный на ярмарке большущий леденец. Молодого короля любили в народе. На него смотрели с надеждой, оживали лицом, когда юноша проезжал мимо. Такая вера не вырастает из пустых обещаний и посулов. Преданность простых людей завоевывается только делами. Вряд ли тот же Людек справился с этим лучше, чем зеленоглазый юноша, любящий книги больше жадных объятий власти.

– Шехия живет за счет этих людей, – сказал мне Йозеф, когда городские стены скрылись за поворотом дороги. – Ест хлеб, испеченный их руками, держит оружие, скованные кузнецами, живет в домах, построенных их трудом. Наши границы защищают простые мужики – отпрысков благородных лордов попросту не хватит закрыть все форты. Так что я не считаю правильным думать о них, как о людях второго сорта. Не будь этих простолюдинов и бедняков, как их зовет знать, все благородные уже иссохли бы от голода и пали жертвой приморских военных в первом же бою.

В тот момент я осознала, что постараюсь помочь молодому королю, чем смогу. Пусть я и не салхина, в чем Йозеф упорствует, но… Если не отыщется способ помочь ему здесь, я отправлюсь к Видящей, чтобы потом вернуться с ответом.

Людек поджидал брата в опустевшей комнате для допросов. На королевство давно опустилась ночь, однако молодой правитель все еще не вернулся во дворец. Пара молчаливых слуг с испещрёнными шрамами лицами оттирала с пола и стен кровь сопротивлявшихся преступников. Советник короля сидел в обитом красной кожей кресле, закинув ноги на стол, и внимательно рассматривал заполненный наполовину свиток.

– Удалось что-то выяснить по Лесным? – Йозеф стремительно ворвался в комнату, на ходу стаскивая походный плащ.

Людек нехотя оторвался от чтения убористо исписанного свитка, искоса оглядел брата и хмыкнул, язвительно поинтересовавшись:

– Хорошо погуляли?

– Более чем. Потом расскажу, если хочешь. Так что ты выяснил? Кстати, подарочек из тринадцатого режиона тебе успели уже доставить?

Слуга тут же подтащил к столу еще одно кресло. Людек расстелил свиток посередине, жестом предложив брату ознакомиться.

– Доставили, той четверкой сейчас дрегори занимаются. Позже к ним присоединюсь. Теперь слушай внимательно. Лесных на рынок должников отдавали странствующие торговцы вместо уплаты пошлины на товар. Останавливались с закрытыми повозками на границе с Приморьем, проходили досмотр, дальше их сопровождал отряд шехских стражей. Примерно через день за детьми приезжали из поместий лордов и дворян, платили в два-три раза больше суммы пошлины и забирали груз с собой. Список лордов-участников я составил, сверив с описанием карет. Они даже не таились особо, зная, что в долговые ряды Ярмарки ни ты, ни я не заглядываем. Откуда и как детей получали торговцы, выясняем. Троих уже схватили, дрегори допрашивают. Всего за этот год через ярмарку прошло… – Людек заглянул в свиток, – за год они продали в рабство, отнюдь не долговое, около трех десятков детей.

– Так много… – горестно выдохнул Йозеф, схватился за голову. – Лесные жестоко мстят за своих погибших! Я не уверен, что мстят только обидчикам! И не запишут ли они в виноватых весь наш народ! С детьми кто-то уже говорил? Может, они помнят детали, как оказались в плену? Еще есть время все исправить!

– Не говорили, – с сожалением качнул головой Людек. – Лекари, как их увидели, всех моих подчиненных выставили вон. Почтенный Марек сказал, что сегодня малявок в допросную не пустит, даже дрегори ему в этом вопросе не помешают.

– Людек… – сжал зубы король, с каким-то разочарованием глядя на брата. – Тебе совсем жажда мести мозги отшибла? Какая, к демонам, допросная?! Это дети! Дал бы лекарям список вопросов!

– Это, в первую очередь, Лесные. Нелюди и твари, – холодно прервал брата советник. – Перед которыми ты так легко раскрыл главный секрет нашего рода!

– Нет, брат, – качнул головой король. – В первую очередь, они дети. Беззащитные и наивные, те, кого мы с тобой клялись защищать перед ликом Единого, получая дар. Пусть они из другого народа, но сейчас нуждаются в нашей помощи. Схожу к Мареку, успокою старика. Закончишь с допросами, найди меня.

Людек проводил брата безразличным взглядом и остался ждать следующего плененного негодяя.

– Почтенный Марек! – Йозеф стукнул костяшками пальцев в запертую изнутри дверь лекарских комнат. Открылось небольшое окошечко, на уровне глаз мелькнуло старушечье лицо, кто-то приглушенно ойкнул. Дверь отворилась.

– Ах, это вы, Ваше величество, – скрипуче отозвался главный дворцовый лекарь, согнувшись над разложенными кучками травами и снадобьями. – Опять за брата извиняться пришли?

– Все-то вы знаете, – усмехнулся король. – Такой уж у него характер.

– Не характер, а дурь в голове играет! – наставительно поднял палец старик, остро глядя ясными глазами на юношу. – Ваше величество…

– Йозеф, – поправил молодой король, все еще смущаясь от громкости своего титула.

– Ваше величество Йозеф, – невозмутимо продолжил старик, – привыкайте к титулу, он вам на всю жизнь дан. Это первое. Второе – хоть советник и старше вас на четыре года, в двадцать шесть лет пора бы отпустить память мертвых и учиться жить дальше. Сколько можно поминать ту шайку бездельников, сунувшуюся ради забавы в заведомо опасный край!

– Долго ли со мной пробудет этот титул, – горько скривился Йозеф. Про брата с его выходками он предпочел умолчать.

– Сколько удержите, столько и пробудет, – уже мягче ответил лекарь, отсылая всех сиделок из комнаты. Затем достал из карманов необъятного халата трубку, неспешно набил ее табаком, поджег. Струйки сладковатого дыма потекли под потолок. – Источник может быть просто родником с чудными свойствами, не думали об этом? Когда-то давно ваш дед нашел его во время одной своей экспедиции, тут же сочинив благотворное для облика династии объяснение, которое затем ушло в народ. Никогда еще трон не уходил из рук вашего рода, мой король. Потому и нет точного знания, что сей родник связан с выбором правителя Шехии. Это просто сказка для черни, которую не очень обдуманно выпустил ваш дед. Сказка, в которую мы все слишком уверовали.

– Но катаклизмы…

– Это уже другое дело, не людское, – пожал плечами почтенный Марек. – Видать, бог на нас гневается, что погрязли в грехах и распрях. Спросите-ка свою гостью, было ли что подобное в Степи.

– Откуда вы… – пораженно замер Йозеф, впрочем, тут же махнув рукой. – Дети сказали?

– Единственное, что они сказали мне или моим помощницам, – кивнул седой головой лекарь, усаживаясь в глубокое кресло. – Все зовут какую-то салхину. Помнится, еще ваш дед в своем дневнике писал, что так звали свою праматерь степные племена.

– Значит, я дважды поддался влиянию дедовских сказок, – обреченно вздохнул король. – Первый раз поверив, что салхина всесильна и укажет нам путь к спасению королевства. Второй раз, что Источник – мерило законности наследования трона.

– Не отчаивайтесь, Йозеф. Из вас выйдет гораздо лучший король, чем из Людека. Разгоните заговорщиков, прикормленных во времена вашего отца, замиритесь с Морским Альянсом, вернёте родителям малышей. А там и на источник управа найдется. Дар ваш поможет, или Единый знак даст – справитесь, ваше величество.

Мастерство толгоя видно в том, как живет его род. Сильны ли мужчины, сыты ли дети, дружны ли женщины, высоки ли дома. Коли найдутся недовольные, толгою нести ответ пред Советом и Видящей – как просмотрел беду, почему не заметил, не помог. Бывало, что и сменяли торолы своего Отца рода после таких сборов. Мирно, спокойно, с пониманием относясь друг к другу. Потому как шанс есть у каждого. Но если не справился – изволь дать дорогу другому. Так нас учит Мать ветров.

Единый учит, что воля короля – закон для его народа. Никто не смеет спорить с королем, род которого отмечен самим богом. Только просить о милости и надеяться, что просьба по силам и времени властителя.

На что надеются заговорщики, желая поднять народ против рыжего Йозефа, самим Единым отмеченного? Народ, который за поколения привык терпеть правителей одной династии со всеми их трудностями и особенностями характера? Более того, народ, искренне любящий молодого короля!

Мы успели объехать все режионы королевства. Йозеф просто называл нужный нам город или село – и мы вместе с каретой оказывались там, проскочив через вихрящееся песчаное «окно», что появлялось после его слов. Столицы древних княжеств и окраинные деревеньки, напыщенные золоченные мостовые и исходящие теплым паром поля, грохочущие, пропахшие потом и углем кузни и элегантные, словно кружевные балкончики театров. Шехия, накрытая плотной пеленой дождя, была… прекрасна. Удивительно разная, непривычная, чужая, полная сюрпризов и контрастов, но всегда гостеприимная к нам троим, блуждающим по проспектам, улочкам и тропинкам в простых дорожных плащах. Кучер ни в какую не согласился оставаться с каретой, сославшись на приказ советника.

– Здесь готовят лучшее в стране вино, – рассказывал мне на ушко Йозеф, когда мы оказались в толпе разгоряченных трудом работниц с босыми ногами, покрытыми потеками алого сока.

– Здесь варят сыр, попробуй кусочек. Бери, Тайя! Что? Нет, конечно, я за него заплачу! И что с того, что я король? Люди работали, за любой труд нужно платить достойно!

– Тут каменоломни. Добывают камни для строительства домов, иногда и драгоценные жилы находят. Бригада везунчиков тогда получает от королевства пожизненную пенсию на каждую семью.

– Тайя, осторожнее! Здесь строят школу для детей крестьян, рабочих и торговцев. Грамоту и счет должны знать все, без исключений. У вас тоже так? Здорово. Кстати, это был мой первый королевский указ, о строительстве школ во всех режионах.

– Вот и наша вольница молодых, Рион. И режион, и его столица имеют одно название. В городе шесть академий и десяток колледжей, поступить может каждый желающий. И жилье тем, кто из других городов, дают на время обучения.

Только один раз за все путешествие королю пришлось вмешаться в ход событий, призвав на помощь дрегори. Это случилось в тринадцатом по счету режионе. Там, где ковали сталь.

– Плати налог, недоумок, или живо отправишься на рабский рынок! – орал на всю улицу мужик, одетый в раззолоченный камзол с длиннющими рукавами.

– В королевском уложении нет такого налога! – дерзко отвечал противнику дюжий кузнец в заляпанном темными пятнами фартуке.

– Нет, значит, скоро будет! – брызнул слюной сборщик налогов. – Что я, порядка королевского не знаю?! Сказал лорд, что есть налог, значит, есть! Стража!

– О каком налоге идет речь, любезный? – вежливо оборвал скандалиста король, по-прежнему скрываясь под капюшоном.

– Вчера на площади зачитывали, уважаемый! – огрызнулся раззадоренный спором мужчина. – Налог на чистоту воздуха! Специальным указом короля для нашего режиона введен! Чем вы слушали?

– Очень интересно. Мы с невестой из соседнего режиона, каменоломного. Но там такого налога не ввели. А кто передал волю короля?

– Сам лорд Эрвельд! – напыщенно отозвался сборщик налогов.

– Благодарю вас, – процедил Йозеф, скидывая капюшон. Сборщик резко побледнел и отшатнулся. Повеяло холодом. Король повернулся ко мне, ласково улыбаясь. – Тайя, отвернись, пожалуйста. Мне бы не хотелось тебя пугать.

Его глаза стремительно меняли цвет. Вокруг уже сгущались черные вихри, словно сотканные из мельчайшей угольной пыли. Тишина упала внезапно, разом стерев все звуки города.

– Дрегори, – прошелестел странно исказившийся голос короля. – Найти виновных.

Вихри, не останавливаясь, умчались в разные стороны городка, вернувшись буквально через минуту. На этот раз они принесли с собой четверых. Одинаково толстощеких, богато одетых, унизанных перстнями, будто девицы на выданье.

– Лорд Эрвельд, – шелестел сухой травой под дыханием ветра голос Йозефа за моей спиной, называя вслух каждого из виновных. – Господин городничий, главный сборщик налогов и… леди Хелена, жена моего казначея… Приятная компания подобралась. Унести к советнику!

Вихри опали, забрав с собой трясущуюся от страха ношу. Город ожил. Король наткнулся взглядом на оцепеневшего сборщика налогов и смелого кузнеца.

– Ты, как чтущий букву закона служитель, теперь главный сборщик. Ты, знающий, как защитить себя без крови, становишься новым городничим. Первым указом отменить все, что противоречит королевскому уложению.