Мост над океаном

БАЛЛАДА НОЧНОГО ВСАДНИКА

Изгибом клинка полыхая в ночи,

Затравленный месяц кричит.

Во тьме – ни звезды, и в домах – ни свечи,

И в скважины вбиты ключи.

В домах – ни свечи, и в душе – ни луча,

И сердце забыло науку прощать,

И врезана в руку ножом палача

Браслетов последних печать.

Забывшие меру добра или зла,

Мы больше не пишем баллад.

Покрыла и души, и мозг, и тела

Костров отгоревших зола.

В золе – ни угля, и в душе – ни луча,

И сердце забыло науку прощать,

И совесть шипит на углях, как моча,

Струясь между крыльев плаща.

Подставить скулу под удар сапогом,

Прощать закадычных врагов.

Смиренье, как море, в нем нет берегов –

Мы вышли на берег другой.

В душе – темнота, и в конце – темнота,

И больше не надо прощать ни черта,

И истина эта мудра и проста,

Как вспышка ножа у хребта.

БАЛЛАДА ПРИЗРАКОВ

Я – призрак забытого замка.

Хранитель закрытого зала.

На мраморе плит, испещренном запекшейся кровью,

Храню я остатки былого,

Останки былого.

Когда-то я пел в этом замке.

И зал в изумлении замер.

А там, у парадных ковровых – проклятых! – покоев

Стояла хозяйка,

Стояло в глазах беспокойство.

Я – призрак забытого замка.

Но память мне не отказала.

И дрожь Ваших губ, и дрожание шелка на пяльцах

Врезались звенящей струною

В подушечки пальцев.

Вы помните, леди, хоть что-то?

Задернута жизнь, словно штора.

Я адом отвергнут, мне райские кущи не светят,

Я – призрак, я – тень,

Наважденье,

За все я в ответе.

В прошедшем не призраку рыться.

Ваш муж – да, конечно, он рыцарь.

Разрублены свечи, на плитах вино ли, роса ли…

Над телом барона

Убийцу казнили вассалы.

Теперь с Вашим мужем мы – ровня.

Встречаясь под этою кровлей,

Былые враги, мы немало друг другу сказали,

Но Вас, моя леди,

Давно уже нет в этом зале.

Мы – двое мужчин Вашей жизни.

Мы были, а Вы еще живы.

Мы только пред Вами когда-то склоняли колени,

И в ночь нашей встречи

Вас мучит бессонница, леди!

Вокруг Вашей смятой постели

Поют и сражаются тени,

И струны звенят, и доспехи звенят под мечами…

Пусть Бог Вас простит,

Наша леди,

А мы Вас прощаем.

БАЛЛАДА О КУЛАКЕ

Шел монах за подаяньем,

Нес в руках горшок с геранью,

В сумке сутру махаянью

И на шее пять прыщей.

Повстречался с пьяной дрянью,

Тот облил монаха бранью,

Отобрал горшок с геранью

И оставил без вещей.

И стоит монах весь драный

И болят на сердце раны,

И щемит от горя прана,

И в желудке – ничего.

И теперь в одежде рваной

Не добраться до нирваны

Из-за пьяного болвана,

Хинаяна мать его!

И монах решил покамест

Обратиться к Бодхидхарме,

Чтоб пожалиться пахану

На злосчастную судьбу,

И сказать, что если Дхарма

Не спасет его от хама,

То видал он эту карму

В черном поясе в гробу!

И сказал Дамо:

– Монахи!

Ни к чему нам охи-ахи,

А нужны руками махи

Тем, кто с ними не знаком.

Пусть дрожат злодеи в страхе,

Мажут сопли по рубахе,

Кончат жизнь они на плахе

Под буддистским кулаком!

Патриархи в потных рясах –

Хватит дрыхнуть на матрасах,

Эй, бритоголовых массы,

Все вставайте, от и до!

Тот, чья морда станет красной,

Станет красным не напрасно,

Не от водки и от мяса,

А от праведных трудов!

Лупит палкой тощий старец,

Восемь тигров, девять пьяниц,

Эй, засранец-иностранец,

Приезжай в наш монастырь!

Выкинь свой дорожный ранец,

Подключайся в общий танец,

Треснись, варвар, лбом о сланец,

Выйди в стойку и застынь!

Коль монаху плохо спится,

Бьет ладонью черепицу;

Коль монах намерен спиться –

Крошит гальку кулаком!

А приспичит утопиться –

Схватит боевую спицу,

Ткнет во вражью ягодицу –

И с хандрою незнаком!

У кого духовный голод,

Входит в образ богомола

И дуэтом или соло

Точит острые ножи,

Кто душой и телом молод,

Тот хватает серп и молот,

Враг зарезан, враг расколот,

Враг бежит, бежит, бежит!

Шел монах за подаяньем,

Нес в руках горшок с геранью,

В сумке – палку с острой гранью,

Цеп трехзвенный и клевец.

Повстречался с пьяной дрянью,

Ухватил за шею дланью,

Оторвал башку баранью –

Тут и сказочке конец!

БАЛЛАДА ДВОЙНИКОВ

– Нежнее плети я,

Дешевле грязи я –

В канун столетия

Доверься празднику.

– Милее бархата,

Сильней железа я –

Душой распахнутой

Доверься лезвию.

…Левая рука – правою,

Ложь у двойника – правдою,

Исключенье – правилом,

Лакомство – отравою.

Огорчаю?

Нет! –

радую…

– Червонней злата я,

Из грязи вышедши –

В сетях проклятия

Доверься высшему.

– Святой, я по морю

Шел, аки по суху –

Скитаясь по миру,

Доверься посоху.

…Правая рука – левою,

Шлюха станет королевою.

Трясогузка – лебедью,

Бедность – нивой хлебною.

Отступаю?

Нет! –

следую…

– Возьму по совести,

Воздам по вере я,

На сворке псов вести –

Удел доверия.

– Открыта дверь, за ней –

Угрюмый сад камней.

Мой раб, доверься мне!

Не доверяйся мне…

…в зеркале глаза – разные.

Позже ли сказать?

Сразу ли?!

Словом или фразою,

Мелом или краскою?

Сострадаю?!

Нет! –

праздную…

БАЛЛАДА ПЕСНИ ПОД ВИСЕЛИЦЕЙ

Его три раза вешали,

Три раза отпускали,

Да ну поэта к лешему! –

До дырок затаскали.

О бабах, что ли, брешет он?

Так это ж вор в законе!

Ходили слухи грешные

О Франсуа Вийоне.

Сто раз бывал под пыткою

По делу и без дела,

За душу слишком прыткую

Ответ держало тело.

Гуляй, эпоха, веселись,

Рви с языка слова!

В тени высоких виселиц

Шатался Франсуа.

Поэту кушать хочется,

Поэту выпить хочется,

Поэты так же корчатся

От боли, как и прочие,

А как поэтов вешают

Под колокольный звон!

К чему потомков вмешивать?

Не правда ли, Вийон?!

Года средневековые,

Простые да хорошие,

Слова цепями скованы,

Слова в застенок брошенны,

Была у инквизиции

Святейших подлецов

Почтенная традиция –

Плевать словам в лицо.

Наш век давно не каменный,

Труднее понимать его,

Одни Вийоны в камерах,

Другие – в хрестоматии.

К чему перемывать белье

Всемирного сортира?

Да ну ко всем чертям ее!

Изыди, сгинь, сатира!

Поэту кушать хочется,

Поэту выпить хочется,

А дуракам хохочется,

А головы морочатся,

Гуляй, эпоха, веселись,

Рви с языка слова!

Пока поют у виселиц,

Считай, что ты жива!

БАЛЛАДА ОПЫТА или БУДЬТЕ, КАК ДЕТИ…

Ребенок любит фильмы про войну.

Команчи бьют ковбоев, те – шерифа,

Шериф схватился с рыцарем Айвенго,

Айвенго рубит шашкой Робин Гуда,

А Робин Гуд стреляет из базуки

В джедая, что свой лазер обнажил

И лазером наотмашь полосует

Трех Бэтменов.

Но позже, во дворе,

Ребенка лупит толстый одноклассник,

В песке и грязи густо изваляв,

Украсив синяками, – и ребенок

Бежит домой, сморкаясь и рыдая,

Чтоб целый вечер фильмы про войну

Смотреть.

Я, стоя за его спиной,

Печально улыбаюсь. Но мой опыт

Ему – ничто. Он любит про войну.

Гроза за горизонтом – немая.

В молчании небесных страстей

Не опытом, – умом понимаю:

Как больно умирать на кресте.

Когда уже не муки, а мухи

Жужжат над обезумевшим ртом,

Когда не серафимы, а слухи

Парят над одиноким крестом,

Когда ни упованья, ни веры,

А гвозди и терновый венец,

Когда не ангел – легионеры

Торопят равнодушный конец,

И больше ни апреля, ни мая,

Набат в виске взорвался и смолк…

Не опытом, – умом понимаю.

А опытом не смог бы.

Не смог.

БАЛЛАДА СРЕДНИХ ЛЕТ

«Увы! – где прошлогодний снег…»

Ножки в тазик опущу

С теплою водой,

Всех обидчиков прощу, –

Добрый, молодой, –

Хлопну рюмку коньяку,

Тихо мудрость изреку,

Например:

"Кукуй, кукушка!

Скучно суке на суку!.."

Миру – мир, козлу – капуста,

Доминошке – "дубль-пусто",

Ах, приди, моя Августа,

Разгони печаль-тоску!

Ножкам в тазе трын-трава,

В радио – Кобзон,

За окном в снегу трава,

Значит, есть резон

Хлопнуть бодро по второй,

Уяснить, что я – герой,

И отчалить по сугробам

Поздней зимнею порой.

Мы свои права качали

В романтической печали,

Где, Августа, локон чалый?

Где любовный геморрой?!

Ножки в тазик с кипятком,

Душу – на ледник,

С симпатичным коньяком

В доме мы одни,

Что хандра мне? Что мне грусть?

Я от грусти этой прусь,

Я коньяк заем капусткой –

Ох, люблю капусткин хруст!

Мама стекла мыла в раме,

Звонки бубны за горами,

Нет – лоточникам во храме!

Свята Киевская Русь!

Допиваешь? Допивай!

Баю-баю-баю-бай…

ТИХАЯ БАЛЛАДА

Я плыву на корабле,

Моя леди,

Сам я бел, а конь мой блед,

То есть бледен,

И в руке моей коса

Непременно.

Ах, создали небеса

Джентельмена!

Нам не избежать молвы,

Моя леди,

Я ведь в саване, а вы –

В старом пледе,

То есть оба не вполне

Приодеты.

Я скачу к вам на коне:

Счастье, где ты?!

На крыльцо ступлю ногой,

Моя леди,

Вот для леди дорогой

В рай билетик,

Попрошу вас неглиже

В кущи сада…

Что? Ошибся? Вы уже?!

Ах, досада!

Расседлаю я коня,

Моя леди,

Не сердитесь на меня,

Мы не дети,

Над могилкою звезда,

Ночь покойна…

Ну, бывает. Опоздал.

Что ж такого?

БАЛЛАДА СУДЬБЫ

Я не знаю, какая строка обернется последней,