Месть со вкусом пепла

– Идем, – кратко бросил Дариус, стараясь не встречаться взглядом с Евой.

– А что потом? – Ева попыталась сглотнуть ком в горле, но голос предательски дрогнул. – Ты сохранил мне жизнь, для чего?

– У меня пока нет ответов для тебя, но, стоя тут и истекая кровью, ты вряд ли их получишь.

Ева попыталась опереться на правую ногу, но тут же почувствовала сильнейшую пульсирующую боль. Сжав зубы, она сглотнула вырывающийся стон.

– Я сейчас, – буркнула она. – Хочу подышать свежим воздухом.

– Тебе всего-то нужно попросить о помощи, – Дариус не торопился уходить.

– Все в порядке. Я хочу побыть тут, – Ева глубоко вздохнула, подняв глаза в небо. – Я хочу побыть одна.

Дариус кратко кивнул и, не выжидая больше ни секунды, направился в сторону дома. Он понимал, что далеко девушка не уйдет, да и вообще вряд ли сможет нормально ходить ближайшие несколько дней. Территория ограждена высоким забором, через который не переберется человек даже с хорошей физической подготовкой, не то что девчонка с раненой ногой. Войдя в просторный коридор, Грей прошел на кухню, достав из ящика большую аптечку.

– Отряд не заметил потери бойца? – спросил Томас, появившись в проеме двери.

Дариус, не отвечая, бросил на него вопросительный взгляд.

– Я спрашиваю, где докторша?

– Сильно и независимо мокнет под дождем, потому что идти нет сил, а просить помощи гордость не позволит, – Дариус хорошо промыл руки, обрабатывая их спиртом.

– Или глупость, – поджал губы Том.

– Сходи за ней через минут пять. Ногу надо зашить, иначе нам точно придется копать могилу на заднем дворе.

– А чего не сам?

– Боюсь надорваться, – усмехнулся Дариус.

– Или скорее надорвать самолюбие?

Грей промолчал, достав из аптечки запечатанные иглы, нити, пачку шприцов и ампул.

Шмыгнув носом, Ева прикрыла глаза. Дождь, летящий на землю мелкими каплями, внезапно превратился в холодный, бодрящий ливень.

– Что мне теперь делать? – прошептала она, подставляя лицо дождю.

Чем больше осознавала происходящее, тем тяжелее казалась ситуация. Ни ответов, ни безопасности, ни покоя. Хотелось унять дрожь в руках, ногах, в душе, но от одной мысли о будущем неприятный озноб заключал в ледяные объятия. В висках давило, желудок сводило спазмами, казалось, что организм вот-вот попытается избавиться от нагнетающих ощущений естественным путем. Тошнота подходила к горлу, а ноги подкашивались.

– Не хочу нарушать твою прогулку, но в доме страдать куда приятнее. Там хотя бы не льет дождь, – сказал Томас, подбегая к Еве. – Как считаешь?

Та промолчала, даже не обернувшись. В какой-то момент позволив себе упасть на колени, она почувствовала, как Том перехватил ее и тут же понес к дому:

– Эффектное падение, это не про тебя, – улыбнулся он.

– Я сама дойду, поставь меня, – буркнула Ева сквозь стиснутые зубы.

Том раздраженно закатил глаза и, поспешно войдя в дом, скинул промокшие до нитки кроссовки.

– Дариус? – позвал он, пробежав глазами по коридору. – Куда?

– В гостиную!

– Знаешь, я заметил такую тенденцию, что всю грязную работу, выполняю я, – возмутился Том, небрежно усадив Еву на диван. – Ты пользуешь мной!

– А ты беспрекословно выполняешь все, что я прошу, тем самым даешь мне на это полное право, – усмехнулся Дариус, наполняя шприц из ампулы. – Значит, делаем вывод, тебе это нравится.

– А ты вот так просто признаешь это?! – раздраженно бросил Том, вальяжно развалившись рядом в кресле.

– Констатирую факт, – Грей присел на корточки у ног Евы, осмотрев кровоточащую рану.

– Мне нужно в больницу, – буркнула она, увидев, как Дариус подносит к ноге влажный, ватный тампон.

– Тебе будет менее больно, если ты не будешь смотреть, – проигнорировал ее просьбу Дариус, открывая баночку спирта.

– Мне не впервой.

– Что-ж… – не оттягивая момент, он плеснул крепкую жидкость на рану, и не обращая внимания на шипение и зажеванную брань Евы, продолжал обрабатывать порез.

– Итак, кто ты и зачем нужна тем людям? – спросил Том, закинув ногу на ногу.

– Ты действительно хочешь обсудить это сейчас?! – прошипела Ева, тяжело дыша.

– Угу, просто ситуация выглядит очень драматичной, – улыбнулся тот. – Я задаю вопросы, Дариус делает тебе больно, выглядит так, будто я тебя пытаю, – он вскинув одну бровь. – Ну так что?

– Не знаю, – сквозь зубы процедила Ева, сжимая между пальцев плед, который первый попался под руки. – Я даже не знаю, кто это!

– Я почему-то тебе не верю, – Том наклонил голову чуть вбок, почесав затылок. – Если ты расскажешь правду, мы хотя бы будем понимать, с чем имеем дело.

– Я же сказала, не знаю! – с нажимом бросила Ева, и тяжело выдохнув, запрокинула голову.

Дариус обколол рану и, натянув перчатки, плеснул на руки спирт.

– Она врет, – покачал головой Том.

– Может, и не врет, – пробормотал Дариус, осматривая рану. – На время обезболит, но ты и сама знаешь, что отпустит быстро.

Ева зажмурила глаза, тяжело вздохнув. Медицинская игла мягко проникала в ткани, сшивая их между собой ровными швами. Первый. Второй. Третий. Глаза слезились. Несмотря на уколы, нога ныла, пульсирующая боль отдавалась во все тело. Ногти впивались в ладони, оставляя бордовые вмятины, зубы сжимались, лоб покрылся легкой испариной.

– Жить будешь, – Дариус отрезал нитку, наложив повязку.

– Я бы и сама справилась, – выдохнула Ева.

– Ага, пожалуйста.

– Что теперь? – Том в ожидании сложил руки в замок, закинув их на коленку.

Ева бегло встретилась взглядом с Дариусом. Весь мир на мгновение замер. Гробовая пауза затягивалась. Секунда. Две. Три.

– А у тебя вообще есть план? – Томас подозрительно прищурился.

Дариус молча вышел из гостиной, направившись в сторону кухни.

– Эй! – возмущенный возглас Тома будто бы пролетел мимо ушей. – Я с тобой говорю! – соскочив с места, он побежал следом.

– Супер… – пробормотала Ева под нос, бегло осмотрев светлую гостиную. – Что я вообще тут делаю…

Обрывки слов доносились из-за закрытой двери кухни. Вопросительная подача Тома смешила и вводила в неоднозначные чувства. Голос Дариуса, наоборот, звучал ровно, низко, четко. Ева, собрав силы в кулак, встала, опираясь всем весом на здоровую ногу. Несмотря на обезболивающее, порез ныл. Хромая и волоча за собой ногу, она доковыляла до коридора, и отдышавшись, прислушалась к голосам. Они становились громче.

– На кой черт тебе эта докторша?! – всплеснул руками Том, расхаживая назад-вперед. – Я рад, что твои руки чисты, и ты не отправил ее на тот свет, но зачем она тут?!

– Ее будут искать.

– А ты что, благодетель?! Предоставил беглецу убежище?

– Том, я не собираюсь обсуждать это с тобой. Это мой дом, и только я буду решать, кто тут может находиться, а кто нет.

– Эти люди не оставят ее! Они видели нас, видели номер «МОЕЙ» машины, хоть она и утонула!

– Хорошо, завтра же продам девушку на черном рынке, – кивнул Дариус, едва заметно улыбнувшись. – Тебя это успокоит?

Лица Тома и Евы одновременно вопросительно вытянулись.

«Разбежался! – фыркнула она, и не выжидая больше ни секунды, как можно тише побрела к двери. – Два идиота! Пол мозга на двоих! Да пошли вы!» – добравшись до входной двери, она дернула за ручку. Закрыто.

– Ну конечно же! – шикнула Ева, бегло осмотрев замок на большой деревянной двери. Заметив внизу окошко для животных, стиснув зубы, наклонилась и толкнула его. Протиснуться не составляло труда. Проход был сделан для пса размером с овчарку. Аккуратно перетащив себя на другую сторону, Ева отдышалась, зажимая повязку. Нога дико болела. Она понимала, что далеко так не уйдет, но может спрятаться где-нибудь, переждать и бежать.

«А куда бежать-то? – Ева осмотрелась по сторонам и поковыляла к припаркованному пикапу. – Надо обратиться в полицию, восстановить документы, снять деньги и уехать как можно дальше. Да, именно так я и сделаю. Осталось только незаметно скрыться под покровом ночи».

Едва она ступила на газон, холодное освещение озарило большой двор.

– Черт! – Ева сухо выругалась, и не обращая внимание на судорожную боль, перебежками кинулась к ближайшей декоративной ели, что пышно раскинула тяжелые ветви на газон.

– Слушай, это, конечно, все очень весело, но нет! – отмахнулся Том. – И знаешь… – застыл он на полуслове, увидев, как весь двор залил свет. – Кажется, у нас гости… А я говорил, что это максимально ужасная идея!

Дариус обернулся на окно и тут же выбежал из кухни.

– Миллер! – позвал он, заглядывая в гостиную.

– Они нашли нас быстрее, чем я думал! – Том бежал следом.

Дариус глубоко вздохнул и не торопясь пошел к входной двери.

Ева, промокшая до нитки, что было сил заползла под хвойные ветки, свернувшись в клубочек:

– Чертов датчик! Хоть бы меня не заметили… Просто оставьте меня в покое, – бормотала она под нос, продрогнув до костей.

– Если ты хотела сыграть в прятки, нужно было прятаться в доме! – крикнул Дариус, осмотрев двор. – Так было бы больше шансов выиграть.

– Если ты еще не дошла до ворот, то не пытайся дойти, – закатил глаза Том, скрестив руки на груди. – С больной ногой не перелезешь, а тащить тебя оттуда обратно я не горю желанием!

Дариус медленно прошел до машины, заглянув в кузов.

– Выходи, мое терпение не железное, – голос Дариуса пробирал до глубины души. – Иначе я вытащу тебя сам.

– Оставь ее, пошли в дом! Раз хочет уйти, пусть уходит! Чего мы с ней нянькаемся?! – Том накинул на голову капюшон, запахнув черную кофту.

– Тебе не кажется, что ты поступаешь крайне нелогично? – спросил Дариус, медленно пройдя вдоль газона. – Тебе далеко за двадцать, а ведешь себя очень инфантильно.

Ева лежала под пышными ветвями ели, стараясь дышать как можно тише. Она понимала, что ее отсутствие заметили, а злосчастные датчики движения так вообще сдали побег с поличным.

– Даже не знаю, в каких кустах ты могла спрятаться, – голос Дариуса выдавал плохо скрываемый сарказм и иронию. – Если хочешь, я буду делать вид, что я в упор тебя не вижу, но тем самым, ты отнимаешь и мое, и свое время.

Ева, стиснув зубы выползла из-под ветвей декоративной елки, что под собственной тяжестью оседали на газон.

– Собралась бежать? – Грей скрестил руки на груди, строго осмотрев Еву с головы до ног. – Ночью, без денег, без телефона? Может, тебе узелок на дорожку собрать?

– Хватит издеваться, – буркнула Ева, тщетно отряхиваясь от грязи, размазывая ее еще больше.

– А что, может, хотя бы воду и спички? – усмехнулся Том.

– Дай мне уйти, – прихрамывая, она осторожно обошла Дариуса.

– Я еще не решил, что буду делать, – он смотрел в упор, от чего становилось не по себе.

– Я слышала ваш разговор, и я знаю, что ты хочешь сделать!

– И что же ты слышала?

– Достаточно! – фыркнула она.

Дариус усмехнулся, стараясь тут же скрыть смешок. На удивление смех оказался бархатным и приятным.

– Тебе еще и смешно? – Ева развела руками, прикусив нижнюю губу.

Озноб бил крупной дрожью. В области переносицы разливалось не приятное тепло, а температура тела заметно повышалась.

– Идем в дом, – кивнул Дариус, показывая на дверь. – Можешь войти, как и все, а можешь точно так же, как и вышла в первый раз, я не против.

– Было закрыто, – сквозь зубы процедила она.

– Это неважно.

– Больше не потащу, – помотал головой Том, и выставив руки вперед в качестве отрицания, бочком направился в дом.

Ева, смирившись, пошла обратно, стараясь не опираться на больную ногу. Прихрамывая, она дошла до дивана и присела на край. Поежившись, обняла себя руками. Хотелось пить, а желудок сводило спазмом. Рана ныла, в ногу отдавало жаром. Черное облегающее платье местами перепачкалось и порвалось. Хотелось снять его и укутаться в теплое одеяло. Руки и ноги покрылись гусиной кожей.

– Что теперь? – спросила она. – Что вы сделаете со мной?

– Лично я ничего, – отмахнулся Томас, собирая сэндвич на барной стойке. – Мне вообще все это не нравится. Я предлагал тебя отпустить. Ты не заложница.

– Тогда в чем проблема? – Ева перевела непонимающий взгляд с Тома на Дариуса.

– В том, что ты не стратег, – Дариус сел в кресло напротив, сложив руки в замок. – Что бы ты сейчас сделала, если бы все-таки покинула территорию моего дома? Скажи мне план действий.

– Я бы пошла в полицию, – Ева задумалась, чуть нахмурив брови.

– Ладно, опустим тот момент, что ты без денег, без телефона, а из одежды на тебе рваное траурное платье и, судя по всему, довольно дорогое белье, – медленно начал Дариус, откинувшись на спинку кресла. – Опустим тот момент, что идти тебе около часа, а температура ночью падает до восьми градусов. А еще то, что на шоссе тебя могут принять за девушку легкого поведения и предложат подвезти, ты воспользуешься предложением, а потом воспользуются тобой и в лучшем случае выбросят где-нибудь неподалеку. Ну да ладно… Представим, что волшебным образом ты попала в участок. Что бы ты сказала?

– Что меня пытались убить, а потом похитили.

– Нет-нет, постой, уточняй детали. Ты бы сказала, что твоя подруга пыталась тебя усыпить, а следом это пытался сделать твой жених. Далее тебя похитили. Продолжай, – кивнул он.

– В смысле, подруга? – прищурилась Ева, помотав головой.

– Опустим эту деталь, мы к ней еще вернемся, – ровно ответил Дариус. – Продолжай.

– Машина потеряла управление, нас столкнули с моста. Потом меня привезли сюда, и я сбежала.

– Стой, – улыбнулся Дариус. – У тебя спросят, кто вас столкнул с моста. Кто спровоцировал аварию?

– Я не знаю.

– И что же произошло, когда вы улетели с моста? Как выбрались? – Дариус подал корпус чуть вперед, не разрывая взгляд.

– Нам удалось всплыть, и я…

– Сбежала? А как же тот божий одуванчик, который побежал звать на помощь, увидев на берегу всех троих? – ровно спросил Дариус.

– Нет, я… Я расскажу, как все было. Расскажу, что спасла тебя, а ты…

– Инсценировал твою смерть, в которой ты приняла добровольное участие? – Дариус едва заметно улыбнулся. – То есть ты зачем-то приняла участие в этом. Зачем?

– Но ведь… Так было нужно! Потому что…

– Потому что, что? – Дариус вскинул брови.

– Потому что кто-то хотел меня похитить…

– А разве не мы тебя «похитили»? – пожал плечами Томас.

– Нет, вы хотели меня убить, – Ева помотала головой, переводя взгляд с одного на другого.

– Я не хотел, – помотал головой Том.

– Вам не кажется, что вы путаетесь в показаниях, мисс? – Дариус коротко усмехнулся.

– К чему ты ведешь? Я расскажу правду! Мне поверят!

– Поверят? Во что? – Грей наигранно призадумался, потерев переносицу. – В то, что я пытался тебя убить, а потом ты спасла мне жизнь, хотя могла убежать, а дальше я, который якобы пытался убить тебя, инсценировал твою смерть, чтобы те, кто пытался тебя похитить, поверили в твою смерть?

– Я запутался, мы в этой истории кто? Похитители, убийцы или спасатели? – Том положил сэндвич на тарелку и достал из холодильника три банки колы.

– Хороший вопрос, – кивнул Дариус и в ожидании ответа чуть вскинул брови.

– Вы… – Ева тяжело выдохнула, судорожно соображая, что ответить. – Почему ты ведешь к тому, что мне не поверят?! Хочешь выйти сухим из воды? Это такая тактика, чтобы сбить человека с толку?

– Нет, это логика, – вздохнул Дариус. – Я могу дать тебе денег на такси до участка, если хочешь.

– Я хочу уйти отсюда.

– Куда ты пойдешь? – спросил Том, протянув ей тарелку с сэндвичем и банку колы.

– Это уже не ваши заботы, – Ева чуть отвернулась, отказывая от аппетитного сэндвича с большим количеством сыра и салата.

– Поешь, а потом, если посчитаешь нужным, уйдешь, – кивнул Томас.

– Я не голодна, – соврала Ева. – Я хочу уйти.

– Ты меня совсем не слышишь, – покачал головой Дариус. – Ева, просыпайся! Уже через несколько часов, в лучшем случае, эти ребята поймут, что ты жива, а меньше чем через сутки они начнут усиленно тебя искать.

– Тебе-то какая разница? Ты вообще должен был мне пулю в лоб пустить. Уж больно долго ты курок спускаешь.

– Я откажусь от заказа, – ровно ответил Дариус.

– Вот как? Так вы оба теперь что-то вроде Чипа и Дейла? Решили в спасателей играть? – усмехнулась Ева.

– Ты можешь злорадствовать сколько влезет, – улыбнулся Том, поставив тарелку на журнальный стол и открыл банку колы. – Но, скорее всего, он просто хочет помочь. Хотя это странно, – поморщившись, он покосился на друга. – Дариус, ты не сильно головой ударился?

– Помочь? Не смеши меня! – фыркнула Ева.

– Может, в благодарность возьмет хотя бы твою почку, – Том расплылся в улыбке.

– Мы с тобой в одной лодке. Я засветился на камерах видеонаблюдения, а машину Тома достанут со дня на день. Человек, которому ты нужна, из-под земли достанет тебя в прямом и переносном смысле. Вероятнее всего, он думает, что ты владеешь очень важной информацией, – Дариус сделал пару глотков холодного напитка и поставил банку на стол. – Хочешь ты или нет, искать будут не только тебя.

– Подожди, – нервно усмехнулся Том, бросив на друга вопросительный взгляд, – то есть ты мне об этом говоришь сейчас? Меня будут искать из-за нее? Какие-то отбитые на всю голову чуваки охотятся теперь и за нами? Грей, ты совсем ополоумел?!

– Если ты пойдешь в полицию, только облегчишь им задачу, – Дариус был спокоен, как удав. – У них, вероятнее всего, есть люди в участке. Тебя проведут в место поспокойнее, дадут водички, а проснешься ты в чьем-нибудь подвале или на дне колодца.

– Ты серьезно?! У нее хотя бы есть шансы проснуться! – Том демонстративно развел руками. – Я еще слишком молод, чтобы умирать!

– Если сейчас ты скажешь, что хочешь уйти, я лично провожу тебя до ворот, – сказал Дариус Еве, будто не услышав Тома. – Но, если ты решишь остаться, я попытаюсь помочь.

– За все нужно платить, в чем подвох? – напряглась Ева, вытянув раненую ногу чуть вперед.

– В почке, – Том подмигнул ей.

– Его нет, – пожал плечами Дариус. – Считай это широким жестом благотворительности.

– И в чем же она заключается?! – Том, скрестив руки на груди, прошел вперед и назад. – Посчитать, сколько дней ты еще проживешь с момента, как перешел дорогу какой-то шишке?

– Последствия, вот что сейчас важно.

– Тогда, может, позаботишься о моей жизни? – Том демонстративно закатил глаза. – Придумаешь, например, где спрятать мою задницу? Если тому человеку нужна девушка, он раньше чем через пару часов уже выйдет на меня!

– Да с чего ты взял, что меня хотят убить? Может, он просто хочет поговорить со мной? – закатила глаза Ева.

– Обычно, люди просто звонят… – прищурился Том. – Пишут письма или приходят в гости! А не посылают за тобой головорезов.

– Я не говорил про убийство. Но если ты не скажешь ему того, что он хочет услышать… – предположил Дариус, бросив взгляд на настенные часы.

– У меня голова кругом от происходящего, – Ева потерла глаза, убирая назад волосы, формируя из них слипшийся, влажный пучок.

– Давай так: сейчас ты поешь, примешь душ, поспишь, а утром, если посчитаешь нужным, то уйдешь, – сказал Дариус, выдержав короткую паузу. – Идет?

– Чего?! – изумился Том. – То есть ты хочешь сказать, что ты готов отпустить единственный наш шанс выйти живыми из этой ситуации?! Ты вообще знаешь, что это были за люди?!

– Ты был не против того, чтобы я ушла, – возмущенно фыркнула Ева.

– Да, до подробностей, – Том демонстративно поставил руки в боки. – А теперь передумал.

Ева не понимала, стоит ли верить Дариусу или надо настоять и уйти сейчас. Хотелось есть, спать, смыть с себя грязь, согреться под теплым одеялом и забыться хотя бы на время.

«Уйти или остаться? – Ева опустила глаза в пол. – Если уйти сейчас, то… Куда идти? К кому?» – хотелось вытащить из себя душу, отряхнуть ее как следует, постирать, подлатать и вернуть на место. Она понимала, что нельзя раскисать, нельзя давать слабину. Сейчас нужно собрать всевозможные силы и включить холодную голову, однако сильной быть совсем не хотелось.

– Так что? – голос Дариуса вернул ее из размышлений.

– Хорошо, – кивнула Ева. – Только, прежде чем я уйду или останусь, я хочу знать, кто заказал меня. Кто тебя нанял?

– Он не называл имени.

– У тебя должен был остаться номер.

Дариус кивнул, достав из кармана телефон. Однако тот не хотел даже включаться.

– Эй, меня вообще хоть кто-нибудь слушает?! – Том демонстративно помахал рукой.

– Ты ведь хотел отказаться от заказа, – Ева нервно прикусила нижнюю губу. – Звони сейчас и отказывайся.

Дариус и Том переглянулись. Как бы Грею не хотелось поставить ее на место и дать понять, что не будет вестись на поводу, он коротко кивнул, не поменявшись в лице.

– Звони, – настойчиво повторила Ева.

Дариус нехотя поднялся, достав из шкафа новый телефон. Он понимал, что этот жест не имеет никакого смысла, ведь для себя он уже все решил. Однако ему не терпелось увидеть лицо Евы, когда та услышит голос заказчика. Выражение никогда не врет. Дариус быстро поменял сим-карту, попутно выбросив промокший телефон в корзину для мусора, набрал номер и, включив громкую связь, положил телефон на стол. Спустя пять долгих гудков на том конце раздался низкий, до боли знакомый, мужской голос:

– Какие-то проблемы?

– Я отказываюсь от заказа, – Дариус чуть прищурился, заметив, как лицо Евы изменилось – брови опустились, а губы дрогнули в немом вопросе.

– Ты не можешь.

– Могу, – не дожидаясь ответа, он сбросил вызов и, достав сим карту, сломал ее.

– Ну и? – в ожидании спросил Том, посмотрев на Еву. – Узнала? Кто это был?

– Нет, – она медленно поднялась и, не сталкиваясь ни с кем взглядом, обернулась на коридор. – Где ванная комната? Если ты не против, я бы…

– Прямо по коридору и налево, – Дариус кивнул в сторону, не сводя с нее подозрительного взгляда. – Помочь?

– Нет, я сама, – отмахнулась Ева и, не выжидая больше ни секунды, похромала по длинному коридору, слабо освещенному диодами.

Она вошла в просторную ванную комнату, свет включился автоматически. Отделка под белый мрамор отражала дополнительное освещение под зеркалами.

– Так, а теперь я жду честных объяснений, – едва Ева пропала из вида, Том вскинул брови, в ожидании уставившись на Дариуса. – Я имею полное право быть посвященным в твои идиотские планы!

– Убивать я ее не стану. Хочет уйти, пусть идет, – нехотя ответил Дариус.

– Вот прям серьезно, да?! У тебя давно биполярка, друг? – поморщился Том. – Сначала, значит, ты приехал снести ей черепушку, потом ты вмешался в то, во что не должен был совать свой нос! – он демонстративно загибал пальцы. – Далее ты посадил нам на хвост тех чуваков с пистолетами, а когда докторша помогла вытащить твою шкуру с того света, ты наставил дуло ей в лоб, – с каждым предложением лицо Тома все больше вытягивалось. – Тут в твою умную головушку пришла идея с инсценированием ее смерти, и ты решил, что идеальный выход из всей ситуации – это угнать машину, причем дед видел только меня! Потом решил притащить ее к себе домой, накормить, помыть, дать денег и отпустить с Богом?! Ты головой ударился или все-таки тебя контузило в Афгане?!

– У тебя есть план лучше? – Дариус подошел к большому шкафу, достав из него стопку вещей.

– Да! Давай найдем тех, кому она нужна, извинимся за свое поведение и отдадим девчонку. Это нам не по зубам, Грей! Ты вообще знаешь, кто она?

– Помнится, ты сам хотел отпустить ее на все четыре стороны, – усмехнулся Дариус, кинув другу пару сухих вещей.

– Это другое! Я был под сильным эмоциональным всплеском, а сейчас я мыслю рационально! – возмущаясь, Том поспешно стягивал мокрые шмотки.

– Я не собираюсь ее сдавать, – Дариус сменил одни джоггеры на другие и, стянув прилипшую к телу футболку, полез за сухой.

– Тебя точно контузило… А я говорил, работа эта до добра не доведет! Отпускать надо было тогда, когда для этого был подходящий момент, – взъерошив волосы в привычную укладку, Том плюхнулся на диван и, задрав голову в потолок, демонстративно закатил глаза. – Мы достигли наивысшей точки идиотизма.

Ева окинула взглядом большую светлую ванную комнату. Приятное тепло мягко согревало в объятиях. По спине пробежал озноб, а в горле встал ком.

– Не верю… Просто не верю, – прошептала она едва слышно, посмотрев на отражение в зеркале. – Как он мог? – опершись о край раковины, попыталась медленно, спокойно вдохнуть, но вырвался лишь рваный, судорожный вдох, тот самый, который вот-вот мог выбить из равновесия. – Я не верю… Не верю, – Ева чуть помотала головой, стараясь переварить последние события и найти им рациональное объяснение. – Почему? За что? Ты ведь часть моей семьи… – Мысли путались в один большой ком.