- -
- 100%
- +
Глава 1. Ксения
Начиналось всё довольно безобидно…
Я поняла, что давно не слышала никаких новостей от своей младшей сестрёнки Анюты. Она была мне двоюродной сестрой, но её взбалмошная мама постоянно разъезжала по просторам нашей необъятной Родины в составе танцевального ансамбля, и Анюта очень часто бывала дома у нас с мамой. Так часто, что я считала её своей родной сестрой. Анюта была младше меня на три года. И так уж повелось, что я постоянно заступалась за неё и вытаскивала из неприятностей. Язык у Анюты был длинный, иногда она позволяла себе лишнее: например, обозвать главного драчуна из класса «верзилой». Потом она слёзно жаловалась на забияку, всячески обижавшего её. И мне, как старшей, приходилось вступаться за Анюту. Она, конечно, иногда сама была виновата. Почти всегда, по правде говоря. Но она же моя сестрёнка, к тому же младшенькая! Как не любить эту лису?
Анюта уже выросла и наверняка стала не такой проблемной девушкой. В детстве мы были не разлей вода, а потом интересы разошлись, у каждого появилась своя компания друзей и круг общения… В настоящее время мы регулярно созванивались, ходили в гости и иногда выручали друг друга. Несмотря ни на что, Анюта – моя младшенькая. Поэтому, когда по голосу я поняла, что у неё какие-то неприятности, я сразу же примчалась в ней домой. Анюта ходила с позеленевшим лицом, а настроение у неё было мрачнее грозовой тучи.
– Анюта, что с тобой?
Сестра сидела едва живая.
– Сама как думаешь? Тошнит меня! Сначала ничего не было, а сейчас даже вечером меня полоскать начало. Вот уже целую неделю!..
– Ты что, беременна? – удивилась я. – Так ты же с Ваней рассталась ещё месяц назад.
– Рассталась! А эффект от отношений остался, как видишь, – зло сказала Анюта, – не знаю, что и делать. С Ваней мы разругались в пух и прах, от него помощи ждать не придётся… Ещё и с работой не сложилось.
Про Ваню я была наслышана. Он был самовлюблённым пижоном, и я понятия не имела, как Анюта с ним встречалась. Целых полгода. Рядом с ним даже час было нелегко вытерпеть!
– А что с работой, Ань? Ты же была довольна… И работаешь месяцев семь, да?
– Уже не работаю, Ксень…
Анюта вновь позеленела. Я подскочила, налила воды сестрёнке в стакан и подала его. Анюта отпила несколько глоточков.
– Как не работаешь?
Я помню, как Анюта хвасталась, что устроилась на работу. К какой-то бывшей звезде спорта, футболисту, вроде бы. Но футболистом он был в прошлом, а после травмы ушёл из спорта, занялся бизнесом. Я в подробности не вдавалась, главное, что Анюта была довольна.
– Вот так, Ксень. Раз – и не работаю. Уволили меня. По статье.
– Как? А твой работодатель знает, что ты в положении?
– Я не говорила сразу же, потому что в поликлинику ещё не ходила. Но как только он заявил, что увольняет меня, пришлось рассказать.
– И?
– Что «и»? Ему плевать. Уволил и всё.
– Не имеет никакого права. По трудовому кодексу… – начала я.
Уж трудовой кодекс я знала. Как-никак бухгалтер, пусть и работающий удалённо.
– Ксень, не будь такой наивной. Законы написаны и обязательны к исполнению для простых людей вроде нас с тобой. А этой звезде плевать… Вот ты молодец, Ксень. Сама себе хозяин. А на чужого дядю работать не так весело, увы…
– Вот сука! – в сердцах произнесла я. – Ты разговаривала с этим… Мраковым?
– Марковым, Ксень, – поморщилась Анюта, – конечно. Но он и слышать ничего не хочет. Ой, всё. Давай не будем… Ты же видела его самодовольную физиономию!
Я кивнула. Но на самом деле я понятия не имела, как он выглядит. Я далека от спорта. Конечно, я хожу в тренажёрный зал и плаваю в бассейне, но профессиональным футболом я не интересуюсь. Ни капли. Понятия не имею, кто, где и за кого играет. Поэтому мне что Мраков, что Марков – фамилия ничего не говорит.
– И что, совсем-совсем ничего нельзя поделать? – спросила я.
– Почему нельзя? Можно… И даже нужно… В поликлинику сходить, анализы сдать, всё ли в порядке. А то меня эта тошнота уже доконала!
Анюта всхлипнула. Мне было жаль мою сестрёнку. Я обняла её за плечи и погладила по спине.
– Ты к Левановой пойдёшь на приём? – спросила я.
– Какая Леванова, Ксень? Леванова мне теперь не по карману. В нашу государственную поликлинику пойду…
– Перестань. Пойдёшь к Левановой и точка. О деньгах не беспокойся. И съешь чего-нибудь полезного… Кстати, тебе теперь много чего нельзя, наверное, да?
– Я не знаю. Я еще в шоке. Ничего толком не читала и не хочется…
– Отставить, Анюта. Не ной. Мы с тобой сейчас вместе всё почитаем, идёт?
– Не надо, Ксень…
Я отмахнулась от Анюты и засуетилась, сбегала в магазин за свежими фруктами и овощами, напоила её свежим чаем с молоком, укрыла ноги пледом и села рядом.
– Спасибо, полегчало, – улыбнулась Анюта, – не знаю, что бы я без тебя делала!
– Ерунда, – улыбнулась я, – для чего нужны старшие сёстры?
– Спасать мою многострадальную задницу и устраивать пакости обидчикам, – развеселилась Анюта и принялась вспоминать, как мы разрабатывали планы мести и претворяли их в жизнь. Иногда приходилось действовать исподтишка, когда мы находились с обидчиками в разных весовых категориях.
– Да-а, – протянула я, вытирая слёзы, выступившие на глазах от смеха.
– Я бы этому Маркову устроила, – воинственно стукнула кружкой по столу Анюта. – Жаль, что уже не работаю на него. Да и он сейчас в отъезде, вернётся только через несколько дней.
Мы посидели ещё немного, потом я пожелала сестрёнке спокойной ночи и оставила ей денег. Она начала отмахиваться, но я цыкнула и попросила Аню не заниматься ерундой. Тем более, ей есть чем сейчас заняться. У меня будет маленький племяш или племяшка, как же здорово! Потискаю карапузиков…
Идя к парковке, я унеслась мыслями далеко-далеко и уже даже начала планировать, как мы будем гулять в парке по выходным и лакомиться сахарной ватой. Внезапно меня по голове чем-то ударило! Бум! Футбольный, мать вашу, мяч! Я выдала порцию отборного мата, чем немало повеселила пацана, прибежавшего за мячом. В ухе звенело. Пацан, давясь смехом, сказал:
– Тёть, мяч пните, а?
– Мяч тебе пнуть?
– Ага, ногой. Мы тут с пацанами в футбол гоняем.
Гадёныш мелкий. А извиниться? Как их, вообще, воспитывают? Вот мой племяш или племяшка будет совсем-совсем не таким! Я нагнулась за мячом. Мыслей поступать плохо не было. Но пацан свистнул:
– Пацаны! Зырьте… Сейчас она с головы пробьёт! В девятку.
Пробью. Я вам сейчас так пробью, зародыши футболистов. Я достала брелок. На нём висел миниатюрный набор инструментов: штопор, пилочка, миниатюрный ножик на кнопочке. Шутливый подарок приятеля мне, девушке одинокой и самостоятельной. Сам себе мужик, короче говоря. Я нажала на кнопочку, ножик послушно выскользнул. Я с каким-то садистским удовольствием вонзила его в футбольный мячик пару раз и дёрнула в сторону. Потом кинула испорченный мячик пацану, замершему без движения.
– В десятку, мальчик.
Десятки в футболе не существовало. Или существовала? Да хрен его знает! Я же в этом нифига не смыслю!
Но каким-то образом в моей голове щёлкнуло: обида моей сестры не сойдёт с рук так просто этой закатившейся звезде футбола. Нас, Варягиных, обижать нельзя! И пусть фамилия у моей сестры Самохина, доставшаяся ей от отца, но мама же у неё Варягина? Варягина!
Всё, Марков, можешь начинать молиться. Вендетта!
Глава 2. Ксения
Я так загорелась идеей мести, что домой не поехала, а завернула к своему приятелю, Альберту Риттеру, модному стилисту и хозяину салоны красоты «Beautiful life». Альбертом мне его и в голову бы не пришло называть. Для меня он – Алик, мой лучший друг. Или, вернее сказать, лучшая подружка. Парень-подружка, потому что Алик немножко не такой, как все остальные парни. Алик уже закрывал свой салон. Он любил своё дело и всегда уходил самым последним.
– Тыковка, если ты на укладку, то я уже закончил! – поприветствовал меня Алик, поцеловав в щёку. – Приходи завтра? Я из тебя конфетку сделаю.
– Тебе придётся из меня не только конфетку делать, но грёбаную икону стиля! – воинственно заявила я.
Алик присвистнул:
– О, мой бог! Кажется, сегодня я пропущу новый выпуск «Топ-модели по-американски», но послушаю тебя.
– Да, именно так.
– Тогда пойдём в наше местечко!
Алик зацепил меня под локоть и потащил в любимое кафе. Там подавали безумно вкусный чизкейк. Именно за кусочком чизкейка я и поделилась с Аликом своей идеей.
– Посыл ясен, но нужно отполировать. Нюансы, мелочи… Ты в глаза его хоть видела?
– Мракова? Нет, конечно же! Но увижу…
– Маркова, тыковка. Даже я, далёкий от футбола, и то знаю его фамилию. Давай посмотрим, что у нас на него есть…
Я пересела на диван к Алику, прижавшись к нему плечом. Наверняка со стороны мы выглядели парочкой: мы самозабвенно пялились в экран смартфона и посмеивались над шутками, понятными только нам двоим. Тонкие пальцы Алика с полированными ноготками порхали над экраном последней марки iPhone.
Браузер послушно загрузил информацию о Маркове.
– Марков Давид Антонович, – прочитала я вслух, взглянула на фотографию и осторожно поинтересовалась: – Может быть, это не тот Марков?
– Почему?
– Этот слишком…
– Горяч, да? – посмеялся надо мной Алик. – А ты как хотела? Один из самых желанных холостяков, как-никак. Недавно разошёлся с женой.
Я обмахнулась рекламным буклетом и ещё раз посмотрела на фото: почему всем красивым мужчинам обязательно быть мудаками?
Марков был хорош. Даже чересчур. Тёмные волосы, потрясающе зелёные глаза…
– Рост – сто восемьдесят пять сантиметров, – читал вслух Алик.
Он листал фотографии. Маркова можно было помещать на обложку журнала. Ах, да, собственно говоря, его и помещали несколько раз на обложки модного глянца. Есть за что. Если только все его прелести – это не старания мастера по обработке фотографий в графическом редакторе.
– Всё. С меня хватит. Мне уже дурно.
– Конечно, дурно… Смотри, не прожги сиденье дивана, – хихикнул приятель.
– Алик, я не для того! Но делать что-то надо.
– Первое – собрать информацию, второе – разработать план, третье – исполнить.
– Просто, как три ореха для Золушки, – вздохнула я.
– Да, тыковка. А я – твой добрый фей.
Я стукнула кулаком по костяшкам Алика и махнула официанту, чтобы он принёс ещё кофе. Сидеть нам с Аликом над планом пришлось долго…
Уже на следующий день мы начали активно готовиться. Времени у нас было не так много. А к возвращению Маркова из поездки я уже должна буду сидеть на месте секретаря в его офисе как ни в чём не бывало… Я вытрясла из Анюты кое-какую важную информацию. И если всё пойдёт так, как я задумала, очень скоро Маркову не поздоровится.
С планом мы определились очень быстро. Вдохновение нам в помощь. К тому же одна голова – хорошо, а две – ещё лучше… Осталось несколько нюансов: одеться и попытаться выглядеть так, как типичные секретарши. И в этом мне должен был помочь Алик. За дело он взялся с энтузиазмом, запретил подглядывать до окончания стрижки, покраски и укладки волос. А чтобы я не жульничала, вовсе посадил меня спиной к зеркалу.
– Готово!
Алик лихо развернул меня в кресле. Я посмотрела на себя и остолбенела, даже рот приоткрылся от удивления.
– Это что?
Из зеркала на меня смотрит… шатенка. Шатенка, мать вашу! Рассвирепев, я оборачиваюсь к Алику и встаю с кресла.
– Ты что наделал?
– Я сделал из тебя конфетку, – осторожно отвечает Алик и начинает потихоньку пятиться назад.
И вовремя, потому что я в бешенстве. Я хватаю расчёску, лежавшую около зеркала, и запускаю ей в своего приятеля.
– Конфетку? Какую еще конфетку? Алик!
– Ты просто не тем глазиком посмотрела на себя, – торопливо убегает от меня Алик, – взгляни ещё разочек!
– Я на тебя сейчас не так посмотрю, парикмахер несчастный!
Я хватаю распылитель и брызгаю в сторону Алика, улепётывающего от меня со всех ног.
– Стилист! – голос Алика срывается на визг, когда в него попадают брызги воды. – Стилист, а не парикмахер!
Я отбрасываю распылитель и пускаю в ход тяжелую артиллерию. Я беру в руки бутылку шампуня и целюсь в Алика, который мечется из одного края своего салона красоты в другой.
– Тыковка моя, поставь его на место, пожалуйста! Ты же сама недавно ставила все расходные материалы на приход и знаешь, какой он дорогой! А если бутылка откроется и выльется содержимое, мне потом за полгода салон не отмыть!
– Какая я тебе тыковка?
– Согласен, – осторожно говорит Алик, – от твоей былой рыжины не осталось и следа. Сейчас ты шоколадка!
Я верчу в руках бутылку шампуня и со вздохом ставлю её на место. Мельком гляжу на своё отражение в зеркале.
– Ты привыкнешь, – бодро заявляет Алик и бочком, словно краб на пляже, движется в мою сторону. – Садись, в ногах правды нет.
Я опускаюсь в кресло и рассматриваю новую себя. Непривычно, чёрт побери. Теперь и кожа выглядит белее, и глаза выделяются на лице совсем иначе.
– И всё же я хотела совсем не то! Мне нужен был пепельный блонд, Алик! Я же даже показывала тебе фото. Сейчас все так ходят! А ты… Тьфу на тебя! Больше никогда тебе не доверю свою голову.
Алик подходит и садится в соседнее кресло, закидывает ногу на ногу и подпирает голову рукой. Ага, принял позу мыслителя. Сейчас начнет меня уму-разуму учить. И точно!
– Послушай, Ксю… Блондинкой я тебя сделать не смог по нескольким причинам. Во-первых, с пепельным блондом ты выглядела бы как старушенция, а твоя кожа приобрела бы сероватый подтон. Оно тебе надо? Выглядеть как полуживой труп… Ну, серьезно, Ксю. Не твой цветотип!
– А вдруг бы неплохо смотрелось? Макияж поярче – и дело в шляпе?
– Нет, – отрезает Алик, – не вышло бы. Доверься профессионалу.
– Ага, профессионал через анал, – фыркаю я.
– Фу, как грубо! – бьёт меня по руке Алик. – Скажи спасибо, что мы дружим не первый год. Я тебя знаю, как самого себя, потому не обижусь на твои слова. Уверен, ничего плохого ты не хотела сказать.
Всего пара фраз – и я уже пристыжена.
– Извини, – бормочу я искренне, – но блин!.. Ты же обещал сделать всё в лучшем виде.
– Я и сделал всё в лучшем виде. Блондинкой тебе быть не стоит не только потому, что пепельный тебе не к лицу. Ты сказала, что секси-босс недавно расстался со своей женой-блондинкой…
– Никакой он не секси, – морщусь я, – просто физиономия смазливая и тело шикарное.
– Молчи, женщина, и слушай меня. Вот представь, ты недавно рассталась с парнем. Злость, агония, переживания, недотрах… И вдруг перед тобой начинает маячить копия твоей бывшей пассии. Ты обрадуешься? Навряд ли. И даже если ты что-то замутишь с ним, то явно ненадолго… А если взять во внимание, что босс всё-таки мужчина, если он и обратит внимание на копию бывшей жены, то только затем, чтобы задрать ей юбку и как следует нашпиговать.
– Иди ты! – кажется, у меня даже лицо порозовело от смущения.
– Конечно! Отжарит, представляя при этом бывшую стерву, и выкинет куда подальше. А нам с тобой ни чему лишний повод для расстройства. Если трахаться, то только так, чтобы потом не сожалеть и не размазывать сопли.
– Всё, хватит с меня разговоров о сексе! Я вообще-то не за тем туда хочу устроиться. Я хочу отравить этому говнюку существование, сделать пилюлю максимально горькой, заставить его поверить в то, что отныне вся его жизнь – одна длинная поперечная чёрная полоса на зебре…
– Которая заканчивается у неё в заднице, – добавляет Алик, – я тебя поддерживаю в твоем решении. Нельзя все спускать с рук, надо уметь постоять за себя и своих близких, пусть и таким необычным способом.
Потом мы отправились по магазинам. Алик хватал вешалки с одеждой и нагружал ими меня.
– Алик, а ты уверен, что я должна надеть именно это? – засомневалась я. – Чересчур обтягивает, дышать тяжело.
– Доверься умелым лапкам своего котика, – прищуривается Алик и заваливается на диванчик, пока я примеряю одежду.
Я вышла из примерочной кабинки, встав перед приятелем.
– А теперь пройдись мимо меня так, как будто хочешь меня соблазнить, – хлопает в ладоши Алик, откидываясь на диване.
– Зачем?
– Затем! Пока он будет пялиться на твои прелести, его мозг будет находиться в спячке. И тебе проще будет делать то, что ты задумала. Давай пройдись, как шаловливая кошечка!
Я одергиваю платье и старательно изображаю кошачью походку, надеясь, что не слишком вихляю задом при этом.
– Давай, детка, выдай мне больше секса!
Я томно откидываю прядь волос через плечо и опять нарезаю круги вокруг дивана.
– Ну, как?
Алик молчит, громко вздыхает и трёт виски, словно у него вдруг нещадно разболелась голова.
– Тыковка моя, только не говори, что вот то, что ты сейчас изобразила, и есть секс. Иначе я прямо сейчас превращусь в импотента и останусь им до конца дней своих.
– Что, всё настолько плохо?
– Откровенно говоря, хуёво, – выдает Алик.
И я сажусь на пятую точку. Если Алик заматерился, значит всё очень и очень плохо.
– Знаешь, может, не такая хорошая эта идея, – растерянно говорю я, пытаясь натянуть платье чуть ниже.
– Детка, идея огонь! Я всеми руками и ногами за! Но над её воплощением придётся потрудиться. Ну, чего нос повесила? И почему твоя попка все еще здесь, а не в примерочной?
– Может, не надо, а?
– Надо, Ксюша, надо… Так, подойди сюда. Повернись!
Я послушно выполняю указания, верчусь перед Аликом, словно на карусели, поворачиваясь то одним боком, то вторым.
– Так, диагноз ясен. Не твой фасончик, даром, что попка хорошо смотрится.
Алик звонко шлёпает меня по попе, отсылая в примерочную. Через полминуты его голова просовывается через шторку.
– Давай-ка я унесу отсюда все платья, подобные тому, что ты примерила. Будем подбирать тебе другой look. И подчеркнём два передних твоих преимущества…
После долгой примерки и препирательств мы всё-таки определились с гардеробом…
– Думаешь, сработает?
– Детка, уверен! – оттопыривает большой палец Алик. – Глядя на тебя, скажу честно. Я ещё никогда не был так близок к грехопадению! Чего говорить об обыкновенном самце с гигантскими яйцами?
Глава 3. Ксения
Дальнейшее было делом техники и моей наглости! В офисе Маркова секретаря временно не было. Я заставила Анюту оторваться от квартиры и сходить со мной в контору. Всё равно ей нужно было забрать свою трудовую книжку с нежелательной для неё записью. Она быстро мне объяснила, что к чему, и ушла. А я с самым невозмутимым покер-фейсом пришла к бухгалтеру со всеми документами и подписанным Марковым приказом о принятии на работу.
– Вас приняли? – недоверчиво покосилась на меня бухгалтер.
– Да, секретарь ввела в курс дела, созвонилась с Давидом Антоновичем… Вот приказ. Только номер зарегистрировать.
– Так это не ко мне, а к юристу, в соседний кабинет.
К юристу я вошла уже с той же легендой и важным дополнением, что у бухгалтера я уже была… Короче говоря, все были заняты своей работой, и никто не хотел заморачиваться со мной. Все были рады, что теперь неразбериха с входящими звонками и письмами закончится. Тем более, на бумагах стояла подлинная подпись самого Маркова (как оказалось, Анюта была прозорливым секретарем и загодя приготовила несколько чистых листов с его подписью).
За два дня я более-менее освоилась. А потом и сам Марков появился… под конец рабочего дня. Он изумлённо застыл в приёмной, разглядывая меня.
– А вы, простите, кто?
– Варягина Ксения Владимировна. Ваш новый секретарь, – улыбнулась я, стараясь оставаться спокойной.
Хотя сердце колотилось как бешеное. Если сейчас ничего не выгорит… А ещё этот Марков! Не мог выглядеть не так красиво, что ли? Стильная укладка, лёгкая небритость на смуглой коже лица. Глаза тёмно-зелёного малахитового цвета, сканирующие меня от головы до пят. Фигура как у какого-то древнегреческого бога, спустившегося с Олимпа.
– Не помню, чтобы я принимал вас на работу, – медленно произнёс он.
Я встала и прошлась до шкафа с папкой в руках. Нужно было поставить её на самую верхнюю полку, до которой я не дотягивалась. Я встала на носочки и потянулась: нет, не достаю, зато юбка поползла вверх, и блузка с места сдвинулась.
– Извините, вы мне не поможете? – улыбнулась я.
Марков, может, и опешил от моей наглости, но, как и предсказывал Алик, не мог не осмотреть все то, чем меня щедро наградила природа. Иначе говоря, Маркову пришлось по вкусу глубокое декольте, в котором волнительно колыхались упругие полушария третьего размера.
– Вы не помните, что принимали меня на работу, потому что я с вами вижусь впервые. Со мной разговаривал секретарь, бухгалтер и юрист. Я здесь уже третий день…
Марков удивился.
– Справляетесь?
– Ещё никто не жаловался. Вам кофе принести?
– Нет, спасибо… Потом попьём кофе. И всё-таки надо посмотреть, как вы справляетесь со всем этим…
– Легко и непринуждённо, – проворковала я и принялась клацать по клавиатуре.
Маркову позвонили, и он покинул офис, пребывая в лёгком недоумении. Я перевела дух. Первый шаг был сделан.
А для свершения второго шага мне потребовалось перевоплотиться в ниндзя следующим утром…
«Всё получится», – уверяю я себя, прокрадываясь в утренних сумерках к подъезду дома, возле которого припаркован автомобиль Маркова. Главное, не наткнуться на какого-нибудь собачника, выгуливающего своего питомца. Вот и серебристый внедорожник Маркова. Прости, Мерседес, жалко тебя портить, но что поделаешь, если твой хозяин – нехороший человек. Я оглянулась по сторонам и осторожно достала из рюкзака баллон с монтажной пеной. Нажала на спусковой механизм, проверяя: пена послушно зашипела из носика пистолета. Потихоньку я принялась за дело. Начала заполнять выемки на дверных ручках автомобиля. С левой стороны всё было сделано за считанные мгновения. Обойдя автомобиль сзади, я немного подумала и присела на корточки, добавив немного монтажной пены в выхлопную трубу. Теперь осталось обработать правую сторону автомобиля – и готово… Я уже сделала своё дело и собралась потихоньку ретироваться, как вдруг услышала:
– А я знаю, чья это машина!
Я едва не подпрыгнула на месте от неожиданности. Обернулась: пацан, лет одиннадцати.
– Могу и рассказать, – шмыгнул носом он.
Рассказать? И что ты расскажешь? Что девушка в огромной чёрной толстовке, в чёрной шапочке, в чёрных штанах, с чёрным рюкзачком творила здесь чёрные делишки?
– Дай пятихатку, я промолчу, – начал торговаться мальчик.
– Пятихатку? – удивилась я. Какой маленький, но жадный мальчик!
– Ага, пятихатку или… эт-самое…
Пацан вылупил на меня свои глаза, видимо шалея от собственной смелости:
– Или сиськи покажи!
Мда… И чему их только в школе учат! А Google и смартфоны для чего существуют? Я шагнула к пацанёнку и скрутила ему нос, зажав между указательным и средним пальцами, сделав подарочек в виде «сливы». Кажется, в мои школьные годы это называлось именно так. Как сейчас это называют, понятия не имею. Пацанёнок заверещал и драпанул со всех ног, забыв и про пятихатку, и про желание посмотреть на сиськи.
То-то же! А мне тоже пора уносить ноги. Я быстренько прошмыгнула на выход из коробки многоэтажных домов и неспеша пошла на остановку. Главное, не торопиться, не волноваться и… всё пройдёт как по маслу.
Звёздная задница Маркова выходит из дома всегда в самый последний момент и добирается до офиса за… Упс! Всего за минуту… Пройтись пешочком – дело пяти минут, не больше. Остаётся только надеяться, что он, обнаружив загаженную машину, не станет вызывать такси, а решит прогуляться…
В назначенное время моя старенькая Toyota Camry уже стеснительно пряталась за другими автомобилями. Через левое окно прекрасно был виден подход к подъезду Маркова. Ой, а вот и он! Выплыл из подъезда, поправил свои солнечные очки и поплыл к автомобилю! Представление начинается… Аж ладошки вспотели. Я, не отрывая взгляда от Маркова, тыкнула в экран смартфона, набирая приятеля.
– Ну, что, Ксю? Как ты там? Ещё немного, и я сгрызу свой маникюр!
– Не надо, Алик. Босс идёт к автомобилю. Застыл. Чёрт! Ему кто-то позвонил. Как бы он раньше времени не заметил сюрприз, – забеспокоилась я.
– Ой, не каркай, дурочка! – завопил Алик.
– Ты так громко верещишь, что сейчас всех своих клиенток распугаешь…
– Какие клиентки, Ксю? Я даже щёлкнуть не могу ножницами спокойно, так волнуюсь. Надо было с тобой идти!
– Нет, Алик. Так бы я ещё больше переживала.
Марков тем временем соизволил подойти к автомобилю и привычным движением сунул руку в дверную ручку.