Я слышу мысль!

У моря в ночи

В ночной тиши небрежно уловим

Прибоя шум. Не хочется покоя,

И времени полет неумолим,

Наполненный навязчивой тоскою.

Иду в ночи, а лунное чело

Ведет меня, ныряя мягко в тучи.

Бегу быстрей. И вот уж за углом

Дорога к берегу. Свободы многозвучье

Окутало мой слух. Бегу к воде

И, глядя в стены волн, я понимаю,

Что жизнь я ощущаю только здесь

И только здесь от счастья изнываю.

Удар волны. На миг забыто все…

А мощь воды обкатывает камни,

И пены крем играючи поет

О страстном и божественном касанье.

Мне хорошо. Обзора не объять…

Идти назад не хочется, но надо.

Предчувствую, – вернусь сюда опять,

Признавшись морю, как ему я рада.

Волшебный танец брызг в лучах луны

Меня приворожил, и я жалею,

Что рамки времени для счастия тесны.

Чем старше я, тем рамки все наглее.

Настало утро. Я уже в пути.

Пора домой, в оковы городские.

Мой поезд в даль зеленую летит,

Но на душе мелодии морские…

2000

***

Я видела розу на стали ружья…

Наверно, убили кого-то, «любя».

Оборвана жизнь, сорван цветок –

Кому-то так надо, чтоб мир был жесток.

А роза увянет, затопчут ее,

А чья-то рука вновь поднимет ружье.

Не вспомнят о розе. Прошел ее век,

А где-то убитым падет человек…

1998

Словно

Мы словно зрячие слепцы,

Мы будто мудрые глупцы.

          Бог не осудит,

          Бог простит,

          Но кто ж страданья прекратит?

Мы будто честные лжецы

И безголосые певцы.

          Бог нам поверит,

          Бог поймет,

          Ослабит кто болезней гнет?

Мы будто злые добряки,

В песках пустыни моряки.

          Бог не презрит,

          Он воскресит,

          Но кто ж пустыни оросит?

Мы словно нежные борцы,

Мы разрушители-творцы.

          Бог не забудет,

          Не казнит,

          Но кто ж закон благословит?

Мы – это грохот тишины,

Мы – это мир в огне войны.

          Бог явит милость –

          Приютит,

          Но кто покой нам возвратит?

Мы как богатые бомжи,

Как ядовитые ужи.

          Бог не оставит,

          Не уйдет,

          Но кто же все счета сведет?

Мы словно щедрые скупцы,

Мы будто старые юнцы.

          Бог нас научит,

          Озарит,

          Но кто ж наш норов усмирит?

Мы как ленивые дельцы,

Как палка и ее концы.

          Бог не обманет,

          Не предаст,

          Но кто ж тогда за все воздаст?

На все вопросы есть ответ,

Но отвечать желанья нет…

          Мы не поверим,

          Не поймем.

          Зачем тогда нам знать о нем?

1999

Теракт

Секунда. Взрыв.

Те, кто живы, – в шоке.

Реальность жестоко

Рисует кровавый портрет

Тех, кого уже нет.

Руины. Дым.

Те, кто живы, – дышат,

Ничего не слышат…

Подарок судьбы – везенье –

Они осознают потом.

Сирены. Стон…

Те, кто живы, – ищут

Дорогу души к слезам,

Не веря своим глазам,

В которых минутой раньше

Горела другая жизнь.

Осколки. Пыль.

Те, кто живы, – знают:

Все изменилось крайне,

Мир их кошмаром ранен,

Прошлого нет навсегда.

19. 09. 2001

О наглости

Удачливая наглость

Обретает негласный статус.

В сравнении с ней – ничто

Бегущее время-страус.

Не хочется на счет «р-раз!»

Ударить черепом в грязь

И хуже казаться, чем кто-то

В пучине глухого народа.

Но если нет наглости в генах,

Сложнее жить.

О пульсе в высохших венах

Можно забыть.

А если стенать в стенах,

Боль не пройдет сама.

Наглость лелеет крупицы

Прокисшего в лени ума.

А если опасно как птица,

Лучше смотреть вверх

Глазами ящерицы

И тупо мечтать о том,

Что краски раскрасят сами

Ваш нагло-бесцветный фантом.

2002

О сне

Сегодня я опять летала в небо,

Искала Бога. Он был и не был.

Мой сон прервался,

                           осталась тайна.

Моя природа

                      кричала «Майна!»

Не крылья, – руки

                           коснулись ада.

Сегодня рая

                  пока

                       не надо!

2002

О ленте Мебиуса, похожей на жизнь

Ступаю,

           иду,

               шагаю

по Мебиуса ленте,

небелых ворон пугаю,

кричу им: «Очки наденьте!»

Поверхность односторонняя,

учеными хваленая,

меня превратила в пони

в сплошном цирковом загоне.

Еще один круг,

                        еще…

Роятся мысли,

                    скачут слова,

мечтается стать ковшом

Медведицы –

                 хоть на мгновение,

испить молока некислого.

Но лежу, чтоб упасть на колени,

                                                       я…

Если б формулу выкрасть забвения,

выжечь татуировку,

душе не хватило б хотения

и времени – на подготовку.

Что же, вороны и вороны,

                     предвижу у ленты края.

Осторожные страны-стороны

еще примут с дороги меня.

Спрыгну в небо,

                       шаги в моей власти!

Полечу ль, разобьюсь –

                                   знает Бог.

Кнут сменяют удачные сласти,

Значит, стоит шагнуть за порог.

2002

Где-то

Обрубки силы

      обтесаны ветром,

            дождем замочены,

заточены молнией,

      сомнениями замучены;

измерены сантиметром,

            истерзаны агонией,

                      страхами заколочены,

мыслями колючими

            пропитаны насквозь.

И если остаться врозь,

      можно не стать историей,

            а только ее обложкой,

проеденной пылью просроченной,

              обрызганной кровоточиной…

А где-то целый том точек

            и запятых страницы;

обласканных шепотом мочек

                и сильных шагов вереницы.

Как много «чуть-чуть» и «немножко»,

размешанных ржавой ложкой!

А где-то элегии стонут,

и бьются о мир афоризмы.

Безумие вышло из комы,

а сила нуждается в клизме.

2002

Ответь мне

Ответь мне, сколько

сейчас тебя в моей душе, уныло

тоскующей о танце томных взглядов?

Ответ разбился

о рифы пыльных воспоминаний

и ожиданий, залитых гноем

твоих лжеуверений, лысых фраз.

Соленый гнев, струящийся из глаз,

забыл уснуть,

и ночи пустота

обрушилась луною одинокой

и так жестоко

оставила нас разными навек.

1996

Утро

Ранимый зов

предутренней зари

натянуто рассеялся по капле,

уснув в проснувшихся колючих голосах

сухой зимы.

Исчерпан тьмы

надменный аргумент.

Глубины неба

скользящим жестом звезды поглотили,

пронзившись струями

единственной Звезды.

1996

Который раз

Испуганная тень твоих желаний

коснулась уголков и губ, и глаз.

Который раз

ты смотришь на меня,

как созерцаешь,

смакуя боль былых воспоминаний.

Ложа знаний

в театре жизни часто на замке.

И, стразы принимая за алмазы,

ты сможешь только ложь обогатить.

Попробуй жить,

не прячась за тоскливую ухмылку,

и я тогда

                почувствую тебя.

2001

Афоризмы

Уметь сложней, чем думать, что умеешь.

Не все полезное приятно.

Если нет правил, то нет и исключений из них.

Горячая кровь нередко дружна с холодным оружием.

Чем шире душа, тем легче в нее плюнуть.

Наглость – ум, честь и совесть нашей эпохи.

Если ударил в колокол, так стерпи его звон.

Лучше Санчо Панса на осле, чем Дон Кихот на ветряной мельнице.

Даже самым умным баранам требуется пастух.

Чем ближе к дому кладбище, тем короче последний путь.

Богатство – самое тяжкое испытание для лучших качеств человека.

Смиряйся только с неизбежным, но не с тем, что можно изменить.

Не признавайся в любви первого апреля.

Ложь – это временная независимость от правды.

© Марина Ламар

Тбилиси 2002г.

Для подготовки обложки использована художественная работа сына автора.