Я – подарок

– Мне нравится, – задумчиво сказал мистер Золар и перевел взгляд на Мари. – Если она не выдержит три месяца вы дадите мне замену?

– Да, но только в том случаи, если будет выполнен определенный список требований.

– И какие они?

– Раз в два дня к вам будет приходить независимая комиссия. Они будут осматривать повреждения на рабыне и фиксировать их. Если окажется, что ваши действия повлекли за собой летальный исход, то наша компания освобождается от обязательств. Так же с ней будут работать психологи и если мы выявим нарушения, то она будет либо извлечена и заменена на другую, либо же возвращена полная стоимость товара.

– Отлично, я согласен снять пробу.

– Милости прошу, – выдавила из себя улыбку Мари и поспешила отойти от клиента подальше.

Глава компании ненавидела, когда что-то идет не по плану, а сегодня всё вышло из-под её контроля. Зачем эту рабыню поставили на витрину, и как она упустила этот момент? Она ведь точно писала в указаниях по распределению, что её необходимо убрать в самый дальний угол! Ощущая негодование, Мари оглянулась на мистера Золаса, который во всю пользовался правом проверки товара. Нет, она была не против этого, и уже через несколько часов витрины будут закрыты, а здесь останутся в одежде только мастера, но всё же есть определенные правила! И они обязывают дать возможность покупки товара покупателями «без претензий», которым неприятно будет наблюдать, как его рабыню передают из рук в руки. А такие рьяные исследователи товара обязаны приходить позже, и их товар не должен находиться на витрине!

– Тебя что-то беспокоит? – Спросил Генри у растерянной Мари.

– Да, конечно. Меня беспокоит то, что ты шляешься по залу, а твое рабочее место пустует! – Даже не оглянувшись на мужчину сказала она, и услышала, как мужчина усмехнулся, а потом приблизился прямо к её ушку и прошептал.

– Но ведь именно ты подошла ко мне, а не наоборот.

Глава компании посмотрела по сторонам и поняла, что он оказался прав.

– Золас…

– Тебя что-то не устаивает в его поведении? – понимающе прошептал он, отчего по её коже побежали мурашки, а внутри зародилось жаркое желание.

– И что мне делать?

– Ничего. Ты и так сделала много. Не помню, чтобы эту рабыню я видел на отборе.

– Её было сложно найти, но она не подведет нас. Всего три месяца и можно будет предложить ей уйти на покой.

– Знаешь, Мари, мне иногда кажется, что ты не замечаешь очевидных вещей, находясь в непрерывном движении вперед.